ВСЕВЕДА🕊

Молодость продлили, пенсию отменили: гениальная арифметика от Онищенко и Мурашко Академик Онищенко, видимо, в перерыве между разглядыванием демографических графиков и приёмом эликсира долголетия, изрёк: молодёжь — это до сорока. Мурашко, не моргнув глазом, кивнул. Ещё бы не кивнуть — схема вырисовывается ювелирная. Давайте на чистоту. Когда человек из года в год слышит про повышение пенсионного возраста, он начинает нервничать, писать гневные посты и даже выходить на митинги. Но если тому же человеку ласково сообщить: «Дружище, ты не старый, ты просто очень, очень долго молодой», — то гнев сменяется растерянным самолюбованием. Человек смотрит в зеркало на свои сорок, поправляет седину и думает: «А ведь и правда, я ещё ого-го». В этом и кроется дьявольская красота инициативы. Дальше в ход идёт простая арифметика, доступная любому академику. Молодость — до сорока. Юность, стало быть, заканчивается годам к тридцати. Зрелость наступает к сорока пяти и длится до шестидесяти пяти. Пожилой возраст — это шестьдесят пять – восемьдесят. И только после восьмидесяти наступает она, долгожданная старость. Та самая, в которой по закону положена пенсия. Чувствуете фокус? Пенсия превращается в мифический приз, который маячит где-то за восьмым десятком. А теперь открываем статистику Росстата, скромно покашливаем в кулак и смотрим на цифры ожидаемой продолжительности жизни. Много ли мужчин доберутся до этого рубежа, чтобы насладиться заслуженным отдыхом? Вопрос риторический. Государство, судя по всему, планирует выплачивать пенсию строго долгожителям, да и то — первые три дня, пока юбиляр не скопытился от счастья. Схема идеальна. Сорокалетний гражданин, вместо того чтобы требовать справедливости, радостно бежит покупать крем от морщин и записываться на курсы повышения квалификации — он же ещё молодой, ему ещё пахать и пахать. Пятидесятилетний бодро влезает в ипотеку — до старости ещё тридцать лет, успеет выплатить. 65. Ну вот, наконец-то ты созрел. По мнению Минздрава, именно сейчас твой организм полон сил для ударного труда на заводе. В 70 лет ты бодрым шагом, слегка шурша остеопорозными костями, выходишь на свою первую полноценную двадцатилетнюю ипотеку. 85. И вот, пришла, она, долгожданная старость, когда тебя отправляют на пенсию.. Вот тут-то, голубчики, и начинается заслуженный отдых. Дожил до 85? Отползай с производства на заслуженную пенсию. Впереди целых 5–7 лет безмятежного счастья. Можешь, наконец, почувствовать себя стариком: взять клюшку для гольфа, которая по совместительству является твоей единственной опорой, и отправиться путешествовать… от кровати до окна. Поэтому, не надо ныть, что в 45 лет спина отваливается. Радуйтесь! Вы не старые пердуны с гипертонией, вы просто очень поздние дети с легким налетом профессионального выгорания. Трудиться вам еще как папе Карло, потому что до пенсии, как пешком до Альфа-Центавры. А пенсия? А пенсия — это для тех, кто доживёт, а доживут, как известно, немногие. Достаточно просто переопределить слова. Вы не стареете, вы молодеете. С каждым годом становитесь всё моложе и моложе. А когда в 75 лет спросите: «Где моя пенсия?» — вам ласково ответят: «Какая пенсия, юноша? Вы ещё только в старики вышли. Потерпите, осталось совсем чуть-чуть. Лет десять-пятнадцать. Или как повезёт». Цирк с конями, чесслово…