Взгляд на вещи

Текст недели — эссе Чарли Портера в Financial Times, приуроченное к выходу его новой книги. Предыдущая — What Artists Wear — разошлась на цитаты: в ней Портер изучал стиль известных художников, рассматривая одежду как самостоятельное высказывание. Новая книга называется Bring No Clothes — это исследование группы Блумсбери, модернистского кружка, в который входили Вирджиния Вулф и Ванесса Белл. Фраза, вынесенная в название, означает что-то вроде «не заморачивайся»; так участники группы просили друг друга одеваться современно, уходя от викторианского стиля. В процессе работы над книгой Портер начал шить — впервые за те 20 лет, что он пишет о моде. Его эссе — история о том, как изучая чьи-то взгляды на жизнь, можно измениться самому: «Я часто чувствовал себя пассивным в своих отношениях с модой, полагаясь на решения других людей, будь то вкус дизайнера или выбор байера в магазине. Разочарование от этой пассивности провоцирует потребление, из-за ощущения, что у тебя никогда не будет того, что ты хочешь».

Размах новой кампании Ferragamo — модели позируют на фоне подлинников из собрания галереи Уффици. История называется «Новый Ренессанс» и подчеркивает тесную связь бренда с Флоренцией: здесь одновременно и про культуру, и про локальных мастеров, и ручной труд. Под Ренессансом подразумевается новое поколение, амбициозное и креативное, которое ценит историю и хочет вкладываться в развитие культуры. Мне нравится, как обыграны картины в этой съемке — они буквально служат фотофоном для новой коллекции. Такое решение сбавляет серьёзность и намекает на что-то новое — вот для сравнения съемка Erdem в Британском музее, красивая, но очень традиционная. За концепцию съемки отвечал Фердинандо Вердери, креативный директор итальянского Vogue. Пустая белая обложка как символ тишины в разгар пандемии или номер, полностью состоящий из иллюстраций, — его работы. Тема Возрождения Вердери сейчас явно занимает: сентябрьские номера Vogue в этом году раскрывают глобальную тему New Beginnings, и итальянский журнал обращается как раз к идее Ренессанса, но уже с помощью современных художников.

Увидела, что Proenza Schouler выпустили отдельный кампейн с портретами — красивый ход в духе бренда, когда съемка продает не вещи или настроение, а, скорее, характер. При этом то немногое, что можно разглядеть на фотографиях, выбрано с умом. «Металлическое» платье — одна из самых запоминающихся вещей коллекции, и небольшого фрагмента на втором фото достаточно, чтобы его узнать. Мне очень нравится, как сейчас выглядят соцсети бренда: за внешней лаконичностью находишь оригинальные решения и чувство юмора. Меня совершенно покорили видео с «дышащим» топом и рубашкой «в отпуске»; покажу их в комментариях (смотреть со звуком). По случаю напомню про отличный подкаст с основателями марки, Джеком МакКалоу и Лазаро Эрнандесом. В том разговоре они в том числе обсуждают соцсети: как не теряться в инфошуме и оставаться верными себе, когда вокруг дедлайны и цифры. У них это, по-моему, отлично получается.

Чувствую себя очень счастливой, когда занимаюсь тем, что люблю. Вчера отсмотрела кампейны Prada за последние 35 лет. Сентябрьская лекция будет о них — значимых съемках разных десятилетий и авторах, которые сформировали облик брендов. Я давно хотела собрать ретроспективу из архивных съемок: посмотреть на них не вразнобой, а последовательно. Думала пойти от хронологии, по десятилетиям, а потом нашла решение лучше: выделить пары «бренд-фотограф». Обнаружила интересную закономерность: в истории практически каждой марки был человек, который нашел тот самый язык, с которым бренд ассоциируется сегодня. Все остальное — попытки воспроизвести или, напротив, переосмыслить тот стиль. Будет много фотографий, редких кадров и воспоминаний тех, кто делал эти съемки, — чередую отбор материала сразу с версткой, чтобы не утонуть в слайдах. Про дату напишу, как только закончу. Фотографии Альберта Уотсона для Prada, 1987-1988.

Хороший пример работы с культурным контекстом: французская марка Orris, которая выпускает очень фотогеничное мыло, сделала мыльницу в виде пепельницы, наподобие тех, что стоят на террасах всех парижских брассери. Полтора килограмма стали, которые со временем покроются благородной патиной. Предмет называют «артефактом», а для его релиза придумали красивую подачу. Идея понятная: напомнить о традиции art de vivre, когда простые вещи приносят удовольствие и что-то утилитарное становится предметом искусства. Я сразу вспомнила пепельницу «Августа», хрустальную и немного ностальгическую. Здесь Наташа Брянцева описывала замысел: воспоминания о папе и ненавистном в юности хрустале, который теперь хочется искать на блошиных рынках. Один и тот же предмет, но какие разные смыслы.

Давно обещала рассказать о работе — чем я занимаюсь в архитектурном бюро. Когда начала текст, поняла, что написать хочется немного о другом. Я пришла в бюро после долгих размышлений о карьере: предыдущие годы прошли в разных культурных командах, от «Стрелки» до Beat Films и «Художественного». Потом меня заинтересовала архитектура, и это был плавный и нетрудный переход. Вроде бы совсем другая сфера, но смысл работы не поменялся. Тогда я сделала приятное открытие: один и тот же набор навыков востребован в разных областях, и я могу легко перемещаться между ними. Это сильно перевернуло мое представление о карьерном треке: оказалось, что самое важное — найти своим интересам «точку приложения». То есть сделать прикладными те вещи, которые нравятся. Например, этот канал, как и проект с лекциями, вырос из любви к хорошим картинкам. Сейчас я отталкиваюсь от занятий, которые приносят мне удовольствие, и учусь выстраивать все вокруг них. В бюро я отвечаю за развитие бренда и участвую во всем, что кажется мне важным (часто — интуитивно). Например, нужно придумать павильон для выставки, выпустить книгу или запустить спецпроект, который рассказывал бы о концепциях разных зданий. Другая мысль про работу — правильная среда очень способствует развитию. Намного проще думать про предметный дизайн, когда каждый день видишь, как коллеги проектируют сложнейшие здания. В галерее несколько кадров рабочих будней (и одна вечеринка).

Не устану хвалить аккаунт Paris Image Unlimited, о котором я уже писала, — двое арт-директоров публикуют фотографии книг, найденных в парижских магазинах. В подборке — старые каталоги, малоизвестные авторы и рассыпающиеся альбомы. Я вижу большую ценность в таком поиске, потому что значительную часть времени мы смотрим на одно и то же. Для этого есть хорошее выражение «синдром одинакового мудборда»: ты находишь нового фотографа и замечаешь, что на него уже подписан кто-то из друзей; открываешь аккаунт маленького бренда и видишь под постом лайк подруги. Причины разные, от схожих вкусов до алгоритмов. Замечаю за собой, что получаю больше удовольствия от вещей, которые сложно или невозможно найти онлайн. Кто-то охотится так на ресейле, я с тем же азартом ищу редкие фотографии и предметы. В галерее — страницы из книги '2000-1' Maison Martin Margiela и осенняя коллекция 98/99. Автор пленочных кадров — фотограф Марк Бортвик, определивший, как выглядело большинство съемок бренда (небольшой тизер сентябрьской лекции).

У Blizhe вышла красивая история, которую снял Никита Лукьянов с Настей Лисицыной. Съемка сделана в Грузии и состоит из двух символичных частей: дом и дорога. Фотографии здорово иллюстрируют принцип love sells — влюбленный взгляд сильнее любого арт-дирекшена. Я попросила Женю, основательницу бренда, рассказать, как готовилась эта съемка и как устроены коллаборации Blizhe с разными авторами: «Изначально мы просто откликнулись на пост Никиты, что он открыт к проектам. Разговаривали сразу про Blizhe и Cultura. И если в «Культуре» рассматривали что-то более творческое и сложное, то здесь не давали никаких тз — рассчитывали на то самое love sells. Мы очень хотели объединиться с ребятами, поэтому было максимальное доверие их взгляду. Мы не ставили никаких рамок, даже в выборе вещей для съемки — просто пригласили Настю в магазин, чтобы она подобрала на свой вкус. Большинство съемок в Blizhe мы делаем с Настей Федоренко и между собой называем ее директором по картинке. Но к эпизодическим съемкам с другими командами тоже открыты. Это другой взгляд, другой визуальный язык — именно это и ищем в новых героях. Чтобы не конфликтовало, но обогащало нашу визуальную коммуникацию».

Такая красивая съемка Иры Коломиной для Sumei. В кадре молодой человек Иры, Миша, и украшения из новой коллекции. Мне очень нравится формат сотрудничества, когда бренд отправляет вещи фотографу, и он снимает их в привычных условиях. Вместо студии и моделей — дом и любимый человек. То ли я сейчас в сентиментальных настроениях, то ли надоели продуманные до деталей съемки, но такие истории кажутся искреннее и сильнее. В этом есть что-то документальное — ничего не придумывать, просто дать вещам жить.

В июле наметила план, как хочу развивать канал, — в дополнение к текстам появятся сезонные лекции. Принцип простой: мой интерес + качественный рисерч. Я получила столько удовольствия и обратной связи от первой лекции, что хочется продолжать — и научиться делать это очень качественно. Темы будут связаны с повесткой канала: арт-дирекшн, история фотографии, визуальная коммуникация. Возможно, будет что-то с участием близких мне героев. Это материал, которого не хватало мне самой: не про бренд или продажи, а про умение видеть больше, тоньше чувствовать все вокруг и применять это в том, что делаешь. Сейчас я собираю структуру осенней лекции — замахнулась на достаточно объемную тему и пока думаю, как все уместить. Тем временем на рабочем столе уже десять новых папок. Анонс — скоро!

В июле наметила план, как хочу развивать канал, — в дополнение к текстам появятся сезонные лекции. Принцип простой: мой интерес + качественный рисерч. Я получила столько удовольствия и обратной связи от первой лекции, что хочется продолжать — и научиться делать это очень качественно. Темы будут связаны с повесткой канала: арт-дирекшн, история фотографии, визуальная коммуникация. Возможно, будет что-то с участием близких мне героев. Это материал, которого не хватало мне самой: не про коммуникацию или продажи, а про умение видеть больше, тоньше чувствовать все вокруг и применять это в том, что делаешь. Сейчас я собираю структуру осенней лекции — замахнулась на достаточно объемную тему и пока думаю, как все уместить. Тем временем на рабочем столе уже десять новых папок. Анонс — скоро! Л.

Любопытный текст в приложении The New York Times — о том, как можно устать от собственного вкуса. Заголовок звучит так: what happens when you get so influential that you’re bored by your own aesthetic? Героиня материала — интерьерный дизайнер Афина Кальдерон, многие знают ее по лайфстайл-блогу Eyeswoon. Несколько лет назад Афина вместе с мужем купила таунхаус в Бруклине, сделала масштабный дизайн-проект и превратила любовь к дому в бизнес: продавала гиды, как оформить квартиру в том же стиле, сдавала ее под съемки брендам, выпустила коллекцию мебели. Когда ее ванная комната стала самым популярным референсом на Pinterest, а интерьер начали полностью копировать, появилось ощущение, что что-то не так. Пара продала дом и купила апартаменты в районе Трайбека. Новая квартира — полная противоположность предыдущей, вместо белого цвета и мрамора — панели из темного дерева. Текст наблюдает за тем, как героиня собирает себя заново в новом пространстве. Материал небольшой, но с классной драматургией. Вывод напрашивается такой: больше смотреть по сторонам, не загонять себя в рамки «стиля» и быть, в первую очередь, интересным человеком.

Очень понравилась «бумажная» серия художника Никиты Лукьянова для Homies. Бывают проекты, которые сделаны настолько талантливо, что ты смотришь на фотографии и получаешь от них удовольствие. Здесь ровно такой случай. С интересом наблюдаю, как Никита сочетает в своем творчестве очень разные вещи, от графического дизайна до скульптуры и фотографии. В июне я слушала отличное интервью с ним — это был выпуск любимого подкаста «Вещь в себе» (коротко писала о нем здесь). Отвечая на вопрос про повлиявших на него авторов, Никита назвал в том числе Оскара Шлеммера, художника и преподавателя Баухауса, автора костюмов к «Триадическому балету». Когда увидела эту съемку, сразу вспомнила фрагмент подкаста про любовь к Шлеммеру, геометрии и различным «конструкциям». Открыла эскизы Шлеммера (см. комментарии) и увидела, что даже цвет бумаги поддерживает идею. Такая красивая интерпретация, в которой есть и понятная отсылка, и новое видение. В том же выпуске Никита рассказывал, как его впечатлили фотографии Ирвина Пенна для Иссей Мияке, и они действительно невероятно похожи на костюмы Шлеммера. По ссылке можно посмотреть книгу, выпущенную в конце 80-х к парижской выставке Мияке. Внутри — предисловие Исаму Ногучи, съемка Пенна и 50 отличных цитат дизайнера. Срочно добавляю в свой книжный вишлист.

Недавно нашла аккаунт Марины Мелентьевой, сет-дизайнера, которая оформляла берлинский Voo Store и шоу-рум Aeyde в Париже. Провалилась в фотографии скетчей, текстур и рабочих зарисовок — всегда интересно подсмотреть за процессом и узнать, что ткань, драпированная на стенах, сделана под влиянием церковного декора. Пока рассматривала фотографии, думала о важности пауз в любой креативной работе (и том, с какой регулярностью добавлять их в свое расписание). Следом открыла недавнее интервью i-D и нашла там подтверждающую цитату: «Для меня настоящая работа начинается на этапе рисерча, в основном, в путешествиях или в перерыве между проектами. Это самая важная и красивая часть, которая меня наполняет. В дороге я впадаю в особое состояние созерцания: запоминаю образы, запахи, предметы, собираю традиции и воспоминания. После я возвращаюсь к себе в студию и перерабатываю эти вещи в новые проекты». По той же ссылке еще четыре дизайнера рассказывают, как устроена их работа (нюанс: текст на немецком).

Какая красивая история вышла у 12Storeez — первые два кадра заставили меня забыть про утренний кофе. Снимал Паша Харатян, а стилизовала Катя Табакова (в канале Кати можно посмотреть остальные фотографии). Мне нравится здесь эффект «вне времени»: ни одна деталь не указывает на то, что это современные кадры, и ничто не отвлекает от героев и вещей. Это здорово рифмуется с новым направлением, которое 12Storeez взяли после ребрендинга, — что-то про вечную классику и всегда актуальный гардероб. Обратила внимание и на верстку — здесь здорово выстроена последовательность кадров и их комбинация, особенно с портретами в конце. Я недавно читала, как собирать готовые фотографии, чтобы верстка поддерживала и усиливала историю, и эту съемку можно записать как образцовый пример.

Вчера листала фотографии Джет Суон (понравилась ее последняя обложка) и вспомнила про отличную съемку, которую она делала для Helmut Lang в прошлом году. Эти фрагментарные портреты очень похожи на ее личный проект: девушка фотографировала незнакомцев, часто не показывая их лица, и зашифровала в той книге собственные автопортреты. У Суон интересный бэкграунд: она училась на дизайнера, изучала искусство в колледже, а после поступила на Fashion Communication в Central Saint Martins. Фотография поначалу была способом зафиксировать свои идеи, связанные с дизайном одежды, и в какой-то момент «перевесила». Стиль Джет складывается из сочетания классической фотографии с налетом документальности. Ее родители занимались антиквариатом, поэтому в детстве Суон окружали фантастические предметы разных стилей и эпох. Неудивительно, что сейчас среди повлиявших на нее авторов она называет фотографов конца XIX – начала ХХ века. В очередной раз прихожу к выводу, что интересный визуальный язык появляется там, где автор дает свободу личному опыту и важным воспоминаниям, а не просто выбирает близкую эстетику.

В пятиминутном видео прохожие, одетые в Balenciaga, снуют по улице — ждут водителя, несут багет или забирают посылки. Хореографию здесь ставил Eric Christison, бывший артист балета, который теперь отвечает за красоту движений в модных съемках, от обложек журналов до постановки шоу. Недавняя история MM6 с танцовщиками из разных театров — тоже его работа. Замечаю, как стремительно развивается направление movement direction: такая подпись все чаще появляется в credits обычных съемок, где хореограф за кадром буквально помогает красиво встать. На прошлой неделе обсуждала это со знакомым фотографом — я пришла обновить портреты, и она заметила, что после занятий танцами мне стало намного проще двигаться перед камерой.

Красивый ход: новый кампейн Balenciaga оказался еще и анонсом переезда в историческую штаб-квартиру на Avenue George V. Одновременно со съемкой вышел эксклюзив WWD о проекте реконструкции, и стало понятно, почему модели позировали на фоне ремонта. Часть обновленного пространства показали гостям кутюрного шоу в начале июля. Мини-фильм о весенней коллекции, который вышел в мае, тоже был посвящен зданию — теперь все части сложились вместе.

Сегодня увидела интервью Кати Тимошенко, основательницы бренда Katimo, в берлинском журнале Fräulein. В нем Катя рассказывает, с чего начиналась марка (как это часто бывает, с платья, сшитого для себя), и как устроен процесс работы над коллекциями. Летнюю историю команда посвятила воде как символу жизни и обновления. Коллекция вышла в июне, уже после подрыва Каховской ГЭС, когда вода стала ассоциироваться с разрушительной силой, которая не создает жизнь, а отбирает. Я видела эту съемку, но тогда не соединила все вместе, а сейчас от кадров из кампейна щемит сердце — трогательные подвески в виде рыбок и вещи русалочьих силуэтов говорят совсем о другом. Ниже — цитата из текста: «Мы все знакомы с выражением «красота спасет мир», и сейчас мы хорошо понимаем смысл этих слов. Красота — наша опора, то, что помогает двигаться вперед. У меня есть несколько историй, которые хорошо иллюстрируют то, о чем я говорю. Во время одного из обстрелов Киева наша клиентка провела несколько часов в убежище недалеко от магазина, потому что ей нужно было примерить платье, в котором она собиралась пойти на свидание вечером. И вторая. Накануне выпуска новой коллекции, вся страна не спала из-за авианалета и обстрелов. Мы думали о переносе, но в последний момент решили выпустить коллекцию как символ несокрушимости. И каково было наше удивление, когда утром, в 11 часов, перед входом в магазин собралась очередь из тех, кто ждал презентацию. В тот день мы установили рекорд продаж. Это отличный пример силы и любви к жизни наших женщин. Просто представьте: пятница, 8 утра, воздушная тревога. По стране выпущено 70 ракет, отключают свет и воду. И мы идем за новым платьем, потому что живем свою лучшую жизнь здесь и сейчас».

Коллекция вышла в июне, после подрыва Каховской ГЭС