Субботин

…На мостике раздался приятный, но безучастный мужской голос: — Приветствую, «Академик Некрасов». — И тебе здравствовать, «Заря», — тут же откликнулся Перикаров, прислушиваясь к тону искусственного голоса, словно надеясь по нему что-то угадать. — Почему ты вышел на связь? Где твой экипаж? — Я не знаю, — ответил далёкий голос. — Что значит «не знаешь»? — капитан стоял приосанившись, и, заложив руки за спину, строго всматривался в данные на обручевом мониторе. — Не морочь голову, «Заря», где экипаж? — Его нет на борту. На мостике и в эфире повисла тревожная тишина. Только приборы и охладители издавали слабый монотонный гул. Все, кажется, осмысливали прозвучавшее невероятное сообщение. — Они мертвы? — приподняв брови, неопределённо предположил Перикаров. — Их нет на борту, — повторил безразличный голос «Зари». Спиральскому, которому в самом деле нечасто доводилось общаться с искусственным интеллектом, показалось совершенно ненормальным и даже страшным то, с каким скучным спокойствием неживой голос повторно отвечает на вопрос, однозначный ответ на который был уже дан. — Эм… — Перикаров коснулся лба, перебирая в уме варианты. — Команда покинула корабль? — Нет, — коротко сообщила «Заря». — Весь эвакуационный транспорт и индивидуальное снаряжение на месте. Спиральский в замешательстве осмотрел всех, но только Линьков шёпотом пояснил ему: — Скафандры. Перикаров отсутствующе опустил голову и дотронулся рукой до груди. — Хорошо, тогда предположим: произошла аварийная ситуация? — Вы видите мою телеметрию, — не мешкая, ответила «Заря». — Все системы корабля работают штатно. — Так что же тогда, чёрт возьми, произошло? — не выдержал Перикаров, и голос его огрубел. — Или мне из тебя каждое слово тянуть клещами? Что с генератором «Белого потока»? Он отработал штатно? — Здесь проблема, — не испытав никакого смущения, сообщила «Заря». — Я не могу дать точный ответ. Генератор в моменте потребляет и выбрасывает колоссальное количество энергии. Подозреваю, что я или потерял питание, или был отключён импульсом «Белого потока». Во всяком случае, в данную минуту я не владею той информацией, которая вас интересует. — Записи из каменного века сохранялись надёжнее, — усмехнулся Линьков, но его шутку не оценили. — Допустим. Но когда ты получил питание или… — Перикаров искал слова. — Осознал себя. Корабль уже шёл курсом на Землю или ты его туда направил? — Не я. Я включился 42 часа назад. — Тогда… — Предугадывая ваш следующий вопрос, — перебила «Заря», — нет, это не был аварийный протокол. Курс на Землю задал капитан Наварин. — Что ты несёшь? — сквозь зубы процедил Перикаров. На мостике поднялось волнение и пополз созвучный шёпот. Капитан поднял руку, напоминая, что сейчас вправе говорить только он и далёкий искусственный голос. — Повторяю, капитан Наварин направил «Зарю» к Земле. В системе отмечена его биометрия. Информация, которую сообщала «Заря», если и не была сенсационной, то, по меньшей мере, несуразной. Но Перикаров ещё надеялся, что следующий ответ рассеет сгустившийся туман неразберихи, поэтому поинтересовался: — Скажи, это было до запуска «Белого потока»? — и как бы подразумевая, что беда случилась во время работы генератора и положительный ответ является чем-то само собой разумеющимся, прибавил: — У тебя есть информация, зачем он так поступил? — Нет, — ответил отчуждённый голос. — Он проложил курс после того, как «Белый поток» отработал, поэтому я не могу ответить на ваш вопрос. Перикаров каким-то животным чутьём уловил волну мрачной растерянности, накрывшую экипаж. — По-твоему, выходит, что Наварин задал курс и пропал? Так, что ли? — Совершенно верно. — Это нелепость, — вырвалось у Зиминой, биолога станции. Она, быстро моргая, смотрела на голографический экран, потому что надо было куда-то смотреть, но ничего на нём не видела. — В чём прелесть машин, — откликнулся со своего места Заскрепин, — так в том, что, в отличие от людей, они не способны лгать…