ЕСМ | РОССИЯ-Z

Пожалуй, самое точное описание, в котором концептуально разобрана сама суть французской революции. Европа умерла после 1789 г., для неё этот год стал точкой невозврата. Конечно, Реформация, Ренессанс и Вестфальский мир сделали такой исход необратимым, ибо уничтожили единственный здоровый институт - императорскую власть. Вырождение и окончательный распад Священной Римской империи ослабил западный христианский мир и лишил папский престол прежнего влияния, при таких условиях некому было бороться с революцией. Любые рассуждения т.н. "правых либералов" напрочь разбиваются о реальность: эти люди игнорируют трансформацию Европы и западно-христианского мира, который давно уже стал последовательно антихристианским. Капитализм и буржуазное общество принципиально несовместимо с церковным миропониманием, это блестяще доказал Алексей Лосев в "Дополнениях к "Диалектике мифа", индивидуализм, субъективизм есть результат секулярного сознания, несовместимого с позицией Отцов Церкви. Либо христианство, либо современность, компромисс здесь априори невозможен.

А.Г. Дугин. Русский неоконсервативный проект Логически легко набросать тот план, который подобная «неоконсервативная группировка» могла бы предложить для выхода России из кризиса. 1. Свертывание демократии (даже фасадной) и переход к мобилизационной модели общества на корпоративной основе. 2. Установление «комиссарской диктатуры», сосредоточение власти в руках патриотической группы высокопоставленных чиновников, призванных вывести страну из кризиса (под эгидой лозунга «Россия — прежде всего!»). 3. Введение госкапитализма и перенос основного внимания на ОПК. 4. Национализация крупной промышленности и, в первую очередь, ресурсодобывающих отраслей. 5. Введение прогрессивного подоходного налога и высокого налога на прибыль. 6. Обеспечение продовольственной безопасности и целевые инвестиции в село. 7. Социальная поддержка населению. 8. Минимализация фондового рынка и установление прямого государственного контроля над банковской системой. 9. Переориентация внешней торговли с Запада на Восток — в страны Азии. 10. Укрепление экономического партнерства с Китаем, Ираном, Турцией, странами тихоокеанского региона. 11. Продолжение энергетического партнерства с Евросоюзом при относительном игнорировании европейских ценностей и идеологии «прав человека». 12. Утверждение национальной консервативной системы ценностей (религия, семья, мораль, патриотизм, дисциплина, служение, здоровье, спорт, честь, ответственность) вместо либерально-демократической вседозволенности и гедонизма. 13. Активное поощрение рождаемости (материальное и моральное), включая запреты на аборт. 14. Жесткий идеологический и ценностный контроль над СМИ. 15. Повышение роли Церкви. 16. Чрезвычайные меры по пресечению коррупции на идеологической основе. 17. Активная политика по интеграции постсоветского пространства под эгидой России (в мягкой и жесткой формах). 18. Стратегия интеграции этнических меньшинств в «российскую нацию». Порядок и точные формулировки этих пунктов могут меняться. Теоретическая философская подоплека под них может быть подведена в ходе становления этой группы. При этом очевидно одно: «неоконсервативный» выход России из настоящего состояния должен отвергнуть сам принцип «новой экономики», глобализм и либерализм в их теоретической и практической плоскостях, то есть сказать решительное «нет» «новой экономике», «виртуальному обществу» и самой «религии золотого тельца» (как в ее открытой, так и в скрытой, национал-глобалистской форме). Каким этот процесс окажется в реальности, с какими трудностями столкнется и через кого конкретно будет воплощаться, заведомо сказать невозможно. Источник: Дугин, А. Г. Конец экономики / А. Г. Дугин. — Санкт-Петербург : Амфора : ТИД Амфора, 2010. — 479 с. — ISBN 978-5-367-01455-6. Гиперссылка: https://dugin.ru/ru/book/konec-ekonomiki-2008?ysclid=mq9q2ngx32754401188

Множество политических комментаторов на западе и львиная часть российских американистов различных политических убеждений считают идеи и послание Хьюи Лонга "полнейшей демагогией" и не воспринимают его послание и позиции всерьёз. Во многом причина этому - поверхностный взгляд и игнор того, что Кингфиш сам писал, - в угоду мейнстриму, который давно записал его либо в «клоуны-популисты и демагоги», либо в "злобные фашисты", либо в "социалисты", даже не открыв первоисточник, но перепечатывая из либеральной/левой прессы. Тем не менее, когда изучаешь план Хьюи Лонга в первоисточнике, то картина становится намного сложнее и интереснее, чем привычный для околополита ярлык "демагог". Вашему вниманию представлен фрагмент из книги Томаса Э. Паттерсона «Американский популист: Хьюи Лонг из Луизианы» 2024 года - отрывок главы, посвящённый анализу плана Лонга и книги «Мои первые дни в Белом доме». Она выгодно выделяется тем, что, в отличие от приписывания непонятно откуда взявшейся политики "Раздела богатств", автор чётко пишет: программа «Поделим наше богатство» ( англ. Share Our Wealth) была капиталистической. Она не устанавливала никаких нормативов для цен, заработной платы или производственных показателей, хотя и предполагала отслеживание совокупного производства и спроса. Разбирается и миф о демагогичности и нереалистичности программы. По мнению Паттерсона, даже по скромным оценкам (15-19 млдр долларов) , можно было увеличить потребление на 25% или довести доход каждой семьи до 2500–3000 USD через различные социальные программы и создание рабочих мест, как этого хотел Х.П. Лонг. Сам Институт Брукингса признавал, что ниже 3000 долларов США семья не может себе позволить адекватное питание. G.I. Bill (1944) - почти дословное воплощение плана Лонга по мнению автора. Закон о военнослужащих предоставил ветеранам льготы на образование, фермы и дома - те самые, которые Лонг предлагал для всех граждан. 5,6 млн человек воспользовались этими льготами после войны. Паттерсон ставит вопрос: какая часть послевоенного экономического чуда — результат этого? И приходит к выводу: план Лонга был не "демагогией", а экономически обоснованной программой, которая при избрании Лонга могла быть реализована и — в лице G.I. Bill, создания социального государства и высоких налогов на богатых — частично воплотилась после войны. Приятного чтения!

Вестернология. Краткий курс с Александром Дугиным — Лекция #2 Александр Дугин представляет вторую лекцию революционного философского курса «Вестернология». Сегодня мы ударим по самому фундаменту западной идеологии и проникнем суть цивилизационного раскола между Россией и Западом. В центре — главная фигура Вестернологии: «игрек» или «рогатка». Она показывает, что у двух цивилизаций был общий корень, затем произошел раскол, и мы с Западом пошли по разным дорогам истории. Запад принял антитрадиционные, извращенные формы, а Россия сохранила черты греко-римской и христианской цивилизации. Сегодня Россия и Запад — это не просто две противоборствующие фигуры на шахматной доске, это борьба цивилизации с антицивилизацией. Какое событие превратило Запад в идеологического агрессора, отрицающего само право других на инаковость и самостоятельность? Смотрите в новой лекции.

Начали массивный курс Вестернологии. Завершили учебник, скоро издадим, провели апробирование, послушали реакции, провели первые тестовые курсы на взрослых и детях. По общему мнению (есть и не согласные, но это замечательно же), Вестернология это именно то, что надо сегодня всем. Глубоко уважаемый ректор РГГУ Андрей Викторович Логинов совершенно справедливо пару дней назад заметил на открытии нашего ДПО: а чем мы занимались в советское время, как не вестернологией?! Она называлась в то время "критика буржуазной философии". Но не только в официальной идеологии. А чем как не вестернологией были учения славянофилов и софиологов, евразийцев и космистов, Флоренского и Розанова, вообще всего Серебряного века? Чем как не вестернологией были идеи Зиновьева и Солженицына, Мейера и Бахтина, Хоружего и Шафаревича, Фуделя и Лосева, Лифшица и Ильенкова, Бибихина и Батищева, Гачева и Горичевой? Все наши мыслители и официальные (они, конечно, не совсем мыслители), и не официальные (а там были и настоящие умы)?! Все они были патриотами, чаще всего (да практически всегда) православными христианами, как минимум идеалистами, мистиками, софиологами, славянофилами... И все они живо интересовались Западом Но только каким именно... И как они им интересовались... И с какой целью? Вот это все мы и выясним в курсе Вестернологии, а также в новом огромном проекте "Мировой Философии", работу над котором я надеюсь, с Божией помощью, закончить летом. "Верстернология", "Государство-цивилизация" и 4 объемных тома "Мировой Философии" — вот наша ЛБС, наш философский фронт, который движется (не без трудностей, но на войне, как на войне) к Победе русской мысли и русского духа.

В этом смысле «конец истории» действительно случился, но не так, как предполагали либералы. Он случился как краткий миг победы экономики над политикой, рынка над историей, потребления над смыслом, виртуального над реальным. Но эта победа оказалась пустой. История быстро отвоевала свои позиции: через кризис 2008 года, Арабскую весну, войны Ближнего Востока, Крым, СВО, санкции, распад глобализации, новую промышленную политику, борьбу цивилизаций и многополярность. Миром снова правят политика, идеология и геополитика. Экономика остаётся важнейшим полем борьбы, но она больше не является последним смыслом. Последним смыслом снова становится человек — не экономический, не виртуальный и не постчеловеческий, а живой, укоренённый, семейный, культурный, религиозный и исторический. Поэтому восстание XXI века — это восстание человека против экономики. Не экономика должна являться судьбой. Судьбой должны быть человек, народ, земля, вера, семья, государство и цивилизация.

После 2008 года началась трансформация всей мировой экономики. Экономический либерализм и неолиберализм больше не являются безусловной нормой даже на Западе. США всё активнее переходят к промышленной политике, тарифам, защите стратегических отраслей, санкциям, экспортному контролю и возвращению производственных цепочек под национальный или союзнический контроль. Европа говорит о стратегической автономии. Китай строит государственно-капиталистическую и цивилизационно ориентированную модель. Россия развивает суверенную экономику под давлением войны и санкций. Иран живёт в режиме сопротивления. Северная Корея сохраняет мобилизационную автаркию. Индия сочетает рынок, протекционизм и государственную стратегию. Глобальный Юг всё чаще стремится не просто встроиться в мировой рынок, а занять место в многополярном порядке. Это не означает, что экономика исчезла. Напротив, она стала ещё важнее как инструмент борьбы. Но она перестала быть абсолютом. Мир возвращается к пониманию, что экономика не может быть судьбой сама по себе. Судьбой являются пространство, народ, вера, власть, семья, культура, государство, война и мир, технологии, ресурсы, демография и цивилизационная воля. Экономика должна служить им, а не подменять их. Нелиберальная экономика и верховенство человеческого порядка Нелиберальная экономика — это не простой отказ от рынка и не возвращение к советскому плану. Это утверждение верховенства политики, религии, семьи, человеческой нормальности, народа, государства и цивилизации над экономикой. Она признаёт, что хозяйство должно быть подчинено человеку, а не человек — хозяйству. Она допускает многоукладность: государственный сектор, частную инициативу, кооперацию, общинные формы, семейное хозяйство, стратегические корпорации, военную промышленность, аграрную жизнь, ремесло, высокие технологии и локальную самодостаточность. Такая экономика исходит из принципа «география — это судьба». Хозяйство должно быть связано с живыми людьми, их землёй, ресурсами, образом жизни, технологиями и органичными возможностями пространства. Нельзя строить одинаковую экономику для морской державы, континентальной империи, арктического государства, аграрной цивилизации, индустриального региона и островной системы. Пространство диктует формы труда, коммуникации, обороны, обмена, расселения и власти. Экономика, оторванная от географии, становится абстракцией; от народа — эксплуатацией; от религии и культуры — расчеловечиванием. Поставить экономику на место Задача будущего — не уничтожить экономику, а поставить её на место. Экономика должна закончиться как идол, абсолютная ценность и мировая религия Модерна и Постмодерна. Она должна сохраниться как прикладная сфера, искусство обеспечения жизни, инструмент суверенитета и способ раскрытия возможностей народа и пространства. Хозяйство должно служить жизни, а не жизнь хозяйству. Производство должно служить семье, народу и государству, а не превращать человека в приложение к машине или алгоритму. Технологии должны укреплять человека, а не заменять его. Рынок должен быть ограничен политикой, нравственностью и стратегией. Государство должно быть не ночным сторожем рынка и не тотальной фабрикой, а выразителем исторической судьбы народа. Главный вывод Дугина из «Конца экономики» звучит так: «Если мы не хотим, чтобы кончился человек, должна кончиться экономика». Эту мысль нельзя понимать как призыв к уничтожению хозяйства, труда, производства, собственности или обмена. Речь идёт о завершении эпохи экономики как идола. Должна кончиться не экономика как прикладная сфера жизни, а экономика как метафизическая диктатура денег, рынка, эффективности и потребления над человеком. Восстание человека против экономики

Там, где либеральная теория обещала автономию рынка, потребовалось вмешательство государства. Там, где говорили о свободной конкуренции, появились спасение банков, протекционизм, регулирование, санкции, субсидии и промышленная политика. Дугин в «Конце экономики» описал это как момент, когда «прежнее кончилось, а ожидаемое не началось». Либеральная экономика уже не может существовать в прежнем самоуверенном виде, но новый порядок ещё не оформлен. Возвращение истории после «конца истории» После 2008 года история начала возвращаться. Сначала это проявилось как недоверие к глобальному рынку. Затем — как рост суверенистских, национальных, религиозных, цивилизационных и популистских движений. Потом — как разрушение прежней однополярной архитектуры. Арабская весна показала, что за экономическими лозунгами и требованиями модернизации скрываются религиозные, племенные, государственные, геополитические и цивилизационные силы. Войны на Ближнем Востоке доказали, что мир не стал единым рынком, а остался пространством борьбы держав, идеологий, конфессий, военных блоков и исторических народов. Сирия, Ирак, Йемен, Ливия, Ливан, Палестина, Иран и Израиль показали: политика не умерла, религия не исчезла, геополитика не растворилась в экономике. Россия, Иран, Китай, Северная Корея, США, Израиль, Турция, европейские страны и монархии Персидского залива действуют не как нейтральные участники рынка, а как носители интересов, стратегий, союзов, идеологий и цивилизационных проектов. Нефть, газ, торговые маршруты, санкции и инвестиции важны, но они подчинены более глубоким вопросам: кто контролирует пространство, коммуникации, идентичность, военную силу и цивилизационную волю. Крым, СВО и экономика как продолжение политики Воссоединение с Крымом в 2014 году стало знаком возвращения истории. С точки зрения либерального «конца истории» подобные события должны были стать невозможными: границы якобы теряют сакральный смысл, национальная память уступает выгоде, а геополитика становится пережитком. Но Крым показал, что земля, народ, память, флот, безопасность, цивилизационная принадлежность и историческая справедливость остаются сильнее логики рынка. После 2014 года глобальная экономика больше не является единым нейтральным пространством. Санкции, контрсанкции, импортозамещение и новая военная экономика стали признаками возвращения политического решения в хозяйственную сферу. Начало Специальной военной операции окончательно разрушило иллюзию, что миром правит только экономика. События после 2022 года показали, что государства готовы жертвовать торговлей, финансовыми связями, инвестициями и логистическим удобством ради безопасности, суверенитета, территорий, военной победы и исторического проекта. Запад начал использовать экономику как оружие: санкции, потолки цен, заморозку активов, технологические ограничения, экспортный контроль и финансовую блокаду. Россия ускорила поворот к суверенной, мобилизационной, военно-промышленной, импортозамещающей и евразийски-ориентированной экономике. Так экономика снова стала продолжением политики. Ближний Восток и геополитизация хозяйства Ближневосточная война, то есть серия конфликтов вокруг Ирана, Израиля, США и их союзников, показывает тот же процесс. Экономика снова зависит от геополитики: нефть, Ормузский пролив, Красное море, Суэцкий канал, поставки вооружений, санкции, ядерная программа, региональные союзники, безопасность Израиля, американские базы и иранская стратегия сопротивления образуют единый узел. Никто уже не верит, что свободная торговля сама по себе способна примирить противников. Напротив, торговля, финансы, энергетика и технологии всё чаще становятся оружием государств и цивилизационных блоков. От неолиберализма к стратегической экономике

Как я говорил в книге «Органический путь: четвёртая политическая теория», «право потребления есть самое главное и священное основание для всех идеологий Модерна». Эта мысль позволяет понять, почему либерализм, социализм и корпоративизм являются разными путями одной модернистской цивилизации. Либерализм делает потребление прямым содержанием свободы; социализм связывает свободу с доступом к благам; корпоративизм подчиняет потребление дисциплине государства и национальной мобилизации, но всё равно измеряет успех через материальную собранность, эффективность и земной результат. Поэтому модернистская свобода оказывается ложной свободой. Она освобождает человека не для восхождения, долга и духовной полноты, а для выбора между товарами, стилями жизни, политическими симулякрами и экономическими ролями. В либеральном обществе человек выбирает, что покупать; в социалистическом получает доступ к распределяемым благам; в корпоративистском встраивается в мобилизационный порядок. Во всех случаях он мыслится прежде всего как существо потребностей. Модерн освобождает человека от традиции, религии, семьи, общины, наследуемой культуры и естественной иерархии не для того, чтобы он стал выше, а чтобы он стал удобным элементом экономического порядка. Его освобождают от корней, чтобы сделать мобильным; от веры — чтобы сделать управляемым; от высшего смысла — чтобы заменить смысл потреблением. Человек как средство экономики Итог модернистских проектов — превращение человека не в носителя внутреннего мира и сакральности, а в средство экономики, трудовую, интеллектуальную и потребительскую единицу роста материальной системы. Капиталисты и коммунисты спорили о собственности, власти и распределении, но сходились в главном: человек должен быть встроен в систему производства и потребления как её функция. В традиционных обществах хозяйство существовало внутри более высокого порядка: религиозного, семейного, общинного, государственного и культурного. Человек трудился, владел, производил и потреблял, но всё это не было высшим смыслом его существования. Экономика была подчинена месту, вере, семье, земле, долгу и образу жизни. Модерн перевернул эту иерархию: сделал экономику не инструментом, а законом, которому должна служить сама жизнь. Постмодерн и экономический индивидуум Постмодерн не отменил этот итог, а довёл его до предела. Если индустриальное общество превращало человека в рабочую силу, то постиндустриальное общество превращает его в потребительскую, информационную, финансовую и цифровую единицу. В индустриальном обществе человек был связан с заводом, городом, профессией, классом, нацией и государством. В постиндустриальном обществе он всё больше становится потоком данных, набором желаний, кредитным профилем, клиентом и участником цифровой платформы. Это уже не просто homo economicus, а экономический дивидуум — человек, разложенный на функции, запросы, клики, транзакции и алгоритмы. Культура становится товаром, религия — психологической услугой, семья — частным контрактом, политика — технологией управления массами, образование — производством кадров, а государство — менеджером потоков капитала, информации и потребления. Всё, что не поддаётся экономическому измерению, объявляется неэффективным или опасным. Сакральное становится брендом, народ — электоратом, земля — ресурсом, человек — капиталом, а жизнь — рынком. Кризис 2008 года и конец веры в саморегулирующийся рынок Но в момент кажущейся победы экономики начался её кризис. Кризис 2008 года стал не просто финансовым сбоем, обрушением ипотечного рынка, банков и спекулятивных механизмов. Он стал символическим концом веры в то, что рынок способен сам себя регулировать, глобализация ведёт к вечному росту, экономика может заменить политику, а рациональный расчёт — историю. Кризис показал: за виртуальным богатством стоят человеческая слабость, страх, недоверие, государственная помощь, политическое решение и социальная катастрофа.

Конец экономики Цель Модерна: экономика как судьба Последние столетия мировой истории прошли под знаком подчинения человека экономическому принципу. Модерн начинался как освобождение от сословных, религиозных, общинных и политических ограничений, но в итоге создал не целостную личность, а экономического человека. Его свобода всё больше сводилась к возможности производить, продавать, покупать, потреблять, конкурировать и обслуживать рост материальной системы. Политика, религия, культура, семья, община, народ и государство стали восприниматься как вторичные по отношению к экономике. Как Дугин говорил в книге «Конец экономики», именно в Новое время оформляется формула «экономика — это судьба». Это скрытая метафизика Модерна: жизнь человека теперь определяют не религия, культура, государство, род, земля и цивилизация, а производство, рынок, деньги, труд и потребление. Экономика перестала быть частью жизни и стала претендовать на роль самой жизни. Либерализм и марксизм: две дороги к чистой экономике Либерализм и социализм были противниками внутри Модерна, но оба исходили из одного основания: экономика является главным двигателем истории. Либералы утверждали рынок, частную собственность, свободный обмен и конкуренцию. Социалисты и коммунисты утверждали план, общественную собственность, классовую борьбу и централизованное распределение. Но в обоих случаях человек понимался прежде всего через хозяйство: как собственник или пролетарий, потребитель или производитель, субъект рынка или элемент фабрики. Либеральный «конец истории» предполагал прекращение больших политических конфликтов между государствами, народами и ценностными системами. На их место должен был прийти мировой рынок, где господствуют частная собственность, свобода предпринимательства, вольнонаёмный труд и функциональная политика, подчинённая экономическим интересам. Политика в таком мире превращается в администрирование экономики, государство — в сервисную структуру рынка, культура — в индустрию развлечений, религия — в частный выбор, а человек — в потребителя и работника. История как борьба, судьба, вера, земля и народ должна уступить место логистике, управлению и росту. Дугин точно выразил это словами: «Деньги стали мерой всех вещей». В этой формуле заключена духовная катастрофа Модерна. Всё, что раньше имело внутреннее достоинство, стало оцениваться через стоимость, цену, выгоду и эффективность. Даже человек начал пониматься как капитал, ресурс, функция, рабочая сила или потребительская единица. Марксизм, несмотря на противоположность либерализму, также стремился к обществу чистой экономики. Государство должно было отмереть, классы — исчезнуть, а общественная жизнь — превратиться в рациональную организацию производства и распределения. Если либерализм хотел растворить человечество в рынке, то марксизм хотел растворить его в фабрике. Один делал человека атомизированным потребителем, другой — коллективным производителем. Но оба не возвращали человеку сакральность и укоренённость. Свобода потребления как главная свобода Модерна Главной свободой Модерна стала не свобода духа, не свобода служения истине, не свобода быть частью семьи, народа, веры и государства, а свобода потребления. Все модернистские силы, несмотря на внешнюю вражду, в конечном счёте защищали именно её. Либералы делали это через рынок и индивидуальный выбор. Социалисты — через обещание справедливого распределения благ. Корпоративисты — через мобилизацию общества и управляемое удовлетворение коллективных потребностей. Различались методы, но горизонт оставался одним: человек должен быть освобождён для материального удовлетворения.

На радио "Радонеж" сегодня в 16-00 и завтра в 9-00 наша беседа о Шпенглере и русской философии: https://radonezh.ru/radio/2026/06/06/23-00

Русский агент западного Просвещения Путешествуя по Туркменистану, я познакомился с очень интересными, образованными, по-восточному гостеприимными людьми, которые возили нас по горам Нохура близ границы с Ираном. Долгие дороги по горам мы скрашивали разговорами о русской и туркменской истории, литературе и актуальной геополитике. Так мы, конечно, договорились до Достоевского, а потом и до Пушкина. Для восточного сознания, привыкшего к чистоте и изящности мысли, феномен Пушкина в России — странное явление. В противопоставлениие Пушкину мне привели туркменского классика Махтумкули и его поэму "Гёкче кепдери" — "Сизая голубка". Эта поэма, — как и все почти в Восточной поэзии, как и Библия, которая тоже по большому счету часть восточной литературы, — есть притча, а повествует она о том, как к иману Муртузе-Али прилетела голубка с просьбой защитить ее от хищного сокола. Али, встретившись с соколом, предлагает ему насытиться мясом из собственного бедра. Но прежде, чем он приносит свою плоть в жертву, сокол останавливает Али и говорит ему, что они ангелы, которые притворились птицами, чтобы испытать имана. Я понял, к чему ведет этот разговор и признал, что что бы мы не говорили о Пушкине, он всю жизнь был сыном западного Просвещения, то есть продолжателем европейской литературной традиции. Мне задали вопрос: "А в чем была мысль Пушкина? Почему он главный русский поэт"? Двумя словами и не ответишь. Результатом этих размышлений стало эссе. Издательский проект "С-Т-О-Л" публикует его в день рождения Пушкина. https://s-t-o-l.com/kultura/68856-russkiy-agent-zapadnogo-prosveshcheniya/ @zorniy

ПРЕМЬЕРА! Рэп Взвод представляет: Сомальон Батали "Пристрелочный" Дебютный мини-альбом офицера Армии России, принимающего участие в СВО. Сомальон Батали родом из Мариуполя, на войне с 2014 года. В составе легендарных «Сомали» принимал участие в освобождении Мариуполя, будучи офицером управления батальона. Сейчас – находясь уже в другом подразделении – проводит наступление на одном из самых активных участков фронта. Это по-настоящему уникальный случай: действующий майор ВС РФ, в перерывах между выполнением боевых задач, занимается творчеством. Дебютировал Сомальон Батали на первом альбоме Рэп Взвода «Слава России!» - и сразу привлёк к себе внимание хотя бы тем, что совершенно не потерялся на совместном треке с такими опытными исполнителями, как Нигатив и РИЧ. «Пристрелочный» нельзя назвать полноценным сольным альбомом: его время еще не пришло. Это, скорее, сборник набросков и зарисовок, написанных в донбасских блиндажах. Настоящая правда жизни и войны в современном звучании.

Треклист 1. Мариуполь 22-го 2. Только по-русски (ft. Rawick) 3. Аорта 2026 4. Оттепель (ft. Паша Нэро) 5. Блинчик 6. Пересвет 7. Лучшие (short version) (ft. Паша Нэро и ЖАР) 8. Не для меня RMX (ft. Нигатив и РИЧ) 9. Заодно (solo) 10. Нагоним (ft. Александра Пилипенко)

Яндекс.Музыка Альбом доступен на всех музыкальных площадках.

200 лет со дня смерти Николая Карамзина Ровно два века назад, 3 июня (22 мая ст.ст.) 1826 г., на 60-м году жизни скончался великий русский писатель, мыслитель и историк Николай Михайлович Карамзин. Его смерть не была случайной. В день мятежа декабристов на Сенатской площади он простудился, наблюдая за событиями, которые привели его в ярость: «Я, мирный историограф, алкал грома пушек». «Я презираю либералистов нынешних», – отзывался историк о декабристах. С этого дня у него началась чахотка, но Карамзин изнурял себя, продолжая писать «Историю государства Российского» и давая советы новому императору Николаю I. Почувствовав опасность, монарх приказал готовить парусник для доставки Карамзина на лечение за рубеж, но тот скончался раньше намеченного выезда… 💙 Представляем вашему вниманию статью к 200-летней годовщине кончины Николая Михайловича Карамзина на ЕСМ-ВК: vk.com/@rossia3-200-let-so-dnya-smerti-nikolaya-karamzina Максим Медоваров #ЕСМКалендарь #ЕСМЛичность #Карамзин

Философия и базовые принципы архитектуры России как государства-цивилизации Уважаемые читатели, уважаемые коллеги, целью данной теоретической работы является попытка сформулировать, обосновать и раскрыть в самых общих чертах идейные ориентиры (базовые принципы) для деятельности архитекторов и инженеров, застройщиков, заказчиков, инвесторов, подрядчиков, производителей стройматериалов, оборудования и техники (далее – участники строительной отрасли), экспертизы, органов государственной власти, научных, изыскательных, образовательных и общественных организаций в условиях стремительно меняющегося миропорядка. Глобалистская система рушится, и на смену ей приходит многополярный мир. В эпоху до СВО практически вся отечественная архитектура слепо следовала в русле западных глобалистских трендов и сложившейся у нас в стране либеральной модели экономики и управления. Теперь же требуются принципиально иные основы для нашей деятельности, противоположные тем, что были навязаны нам геополитическими противниками после распада СССР. В то же время, возврат к глобально сдавшему свои позиции коммунизму представляется практически невозможным, так как данная политическая теория также является продуктом западной мысли эпохи модерна в философии и политике (не путать с эпохой модерна в искусстве и архитектуре), то есть чем-то для нас совершенно чуждым в самом своём основании. В итоге подавляющая часть бывшего советского общества довольно быстро отказалась от идей коммунизма в 90-х гг. ХХ века, а то, что пришло на смену, оказалось просто чудовищно. Несмотря на это, согласимся, что Советский период фактически сыграл чрезвычайно важную роль в сохранении и умножении русского народа, русской идентичности и во всестороннем развитии страны, став одним из важнейших исторических этапов. При этом необходимо понимать, что ни в одной социалистической стране теория марксизма никогда не применялась в чистом виде, но везде была объединена вольно или невольно с местными традициями и культурно-историческими особенностями. Это справедливо и для СССР, и для Китая, и для КНДР, и для других стран. В то же время, в странах с развитой капиталистической системой, где согласно марксизму должен был наступить коммунизм, ничего подобного категорически не произошло. В силу всех выше названных причин мы и подошли вплотную к необходимости возрождения собственной русской Традиции, философии и идентичности, и процесс этот уже запущен. Автор взял на себя труд попытаться внести какую-то ясность, структурировать разрозненные идеи в сфере архитектуры, циркулирующие в обществе, и где-то, возможно, изложить свои скромные мысли по заданной тематике. Читать полностью: https://dzen.ru/a/abRzqjUIl0Fy9zkY Руслан Овсянников #ЕСМнение #Архитектура

ПРЕМЬЕРА! Рэп Взвод х Лампасы х Паша Нэро "Герои '26" "Рэп Взвод" продолжает экспериментировать и расширять границы стилей. На этот раз под эгидой проекта вышла совместная композиция нижегородской группы "Лампасы" и ветерана СВО Паши Нэро "Герои '26". Песня доступна на всех музыкальных площадках. Мы есть в ВК. Мы есть в МАХ.

⚡ЗАПАД – ВСЁ! Или всерьёз рассуждать о закате западной цивилизации ещё рано? Выясним на дебатах — 2 июня в 19:00. Военный аналитик, издатель «Лиминаля» и автор «Книги Z» Владислав Угольный заходит с позиций жёсткого прагматизма:

• Отказ от Модерна означает добровольное разоружение России перед внешними угрозами. • Иудохристианский Запад — большой сатана, но союзы с сатанами малыми всё равно аморальны.

Глава «Евразийского Союза Молодежи» Жар Волохвин парирует:

• России необходимо отказаться от Модерна хотя бы потому, что он больше не работает. Сам Запад от него уже отказался. • Нам нужно критически переосмыслить западное влияние, чтобы превратить чужой яд в своё лекарство.

Модератором выступит легендарный нацбол Александр Рыбкин. Занимайте места: https://lavka-listva-msk.timepad.ru/event/3997585/ Входной билет 500 ₽ (студентам 250 ₽), оплата на месте. Все средства идут на поддержку Листвы и спикеров. Спутникам «Чёрной Сотни» — вход свободный!

Улица имени Дарьи Дугиной в Мелитополе

‼️ПЕРЕСНОС ПОКАЗА‼️ Ну все, заговорили о ковиде — начались переносы... Но не все так плохо, ведь кинопоказ переносится всего на сутки вперед. Ждем Вас на просмотре Эддингтона 31 мая (воскресенье) в 18:00. Приходите заранее, чтобы занять хорошие места, заварить чай и завести новых друзей. До встречи в воскресенье по адресу Казарменный переулок 5/18, Кофеспас (метро Курская).

Сегодня для всех искренне любящих философию людей памятная дата — 50 лет со дня смерти величайшего философа ХХ века Мартина Хайдеггера. В этот день мы обращаем свой взгляд не на прошлое и навеки ушедшее, но на то, что было и будет всегда, — солнечную вечность. Именно туда отправился таинственный и великий «Волшебник из Месскирха», оставив нам, пребывающим так часто в нерешительности, множество тончайших и направляющих намеков и вдохновений. Его наследие остается неразгаданным, почти поэтическим и оттого подлинно пророческим. Будто жрец в Храме Аполлона, Хайдеггер всю жизнь привносил в мир особое знание о Бытии, Божественном, «Мире» с большой буквы. И потому, открывая любую из книг немецкого мэтра, погружаясь в текст и язык, мы становимся теми, кто способен сделать шаг (а лучше прыжок) навстречу самой Мудрости. Это приуготовленная человеку, а значит философу, судьба. Судьба подлинно существовать: жить возделывая почву мысли, в светлом ожидании плодов. Могучее дерево самого автора расцвело и осыпалось желудями герменевтики, экзистенциальной философии, Dasein-анализа, а также структурализма, постструктурализма и рядом других направлений, которые продолжают возникать на историко-философской почве. Его проекты, связанные с Das Geviert-ом (четверицей), фундаменталь-онтологией, Da-Sein-ом, остаются предельно витальными областями. Речь идет о целых малоисследованных вселенных, в которые русскому читателю лишь предстоит заступить. Незадолго до смерти во время встречи со своим другом профессором теологии во Фрайбурге Хайдеггер говорил о том, что опыт переживания близости к смерти подобен опыту переживания близости к Родине. И в этот памятный день мы думаем о смерти, о движении в нее с ощущением бесцветно-черного дыхания у себя на плечах. Ужас — это начало мудрости, а мысль о нашей временности — пробуждающая вспышка молнии, впервые наделяющая наш выбор ценностью. Так пусть этот миг станет для вас событием и началом такого же фундаментального решения. Движением в сторону Мартина Хайдеггера, которое не прервется, знакомством, открывающим заветную тропинку в родную вечность. 26 мая 1976 года, проснувшись утром в хорошем самочувствии, Хайдеггер вскоре снова заснул и умер во сне... И тишина вокруг стала еще громче, в опустившейся на мир за границей полуночи — тьмы, предвещая Новое начало и грядущий, некогда бывший рассвет. Автор: Данил Платонов Подробнее с автором вы можете познакомиться в лекциях и книгах А.Г. Дугина, а также наших видео: Книги А.Г: Мартин Хайдеггер — философия другого Начала Мартин Хайдеггер: возможность русской философии Мартин Хайдеггер. Последний Бог Лекции ЕСМ: 1. Кто такой Мартин Хайдеггер? — полная лекция | Надежда Соколова 2. Последний Бог в философии Хайдеггера — полная лекция | Надежда Соколова 3. Мышление другого начала в философии позднего Хайдеггера — полная лекция | Надежда Соколова 4. Мартин Хайдеггер: Dasein-анализ — полная лекция | Алексей Лызлов 5. Герменевтическая философия Мартина Хайдеггера: по ту сторону историзма и традиционализма — полная лекция | Илья Демин + Подкаст ЕСМ: о Бытие и Времени #ЕСМКалендарь #ЕСМнение #Хайдеггер #Философия #Экзистенциализм