words of architecture

В книге довольно много иллюстраций к деталям и терминам, что отдельный труд — сейчас с иллюстрациями в книгах тяжело (дорого покупать и снимать, проще вообще не делать). А тут многое было нарисовано специально для этого издания. #чтение #история

Развернутая презентация книги была организована в конце прошлого года каналом «В лесах»: https://www.youtube.com/watch?v=CiuL-fPnCvw Рецензия Аси Зольниковой (@domiki_everyday) на Кинопоиске: https://www.kinopoisk.ru/media/article/4008964/ #история #чтение

Эти две книги я упомянул потому что ничего более серьезного за 30 лет о российской архитектуре в целом написано не было. Книга Льва Масиеля Санчеса — первая. А ответ на вопрос «Что связывает соборы Древней Руси, советские дворцы культуры и современные жилые массивы?» автор дает вполне определенный: «Никаких общих внутренних кодов и внешних признаков у русской архитектуры в целом не было и нет. Эти признаки, однако, очевидны на малых промежутках длительностью один-три поколения». Это не должно разочаровать. Во-первых, во введении, автор дает вполне исчерпывающий обзор и своей собственной методологии, и тех подводных течений, сцилл и харибд, которых он старается избежать. Само это введение, с главами вроде «Архитектура как история. Как ее читать?», «Стиль как инструмент. Как им пользоваться?» — можно читать отдельно как введение к изучению архитектуры в целом. Но прекрасно понимая настроение читателя, автор сразу обращается и к теме единства как иллюзии в нескольких местах: «…”единое” древнерусское государство существовало совсем недолго; в сущности, такое единство — скорее иллюзия, навеянная нам привычкой облекать любое общество в четкие границы с понятным источником власти». «Понятие стиля в современной науке — это не объективная данность, а инструмент, о котором договорились исследователи для описания явлений искусства… если произведение было создано в эпоху барокко, то предполагается, что оно отразит свойственные этой эпохе идеи и формы. Однако попытки точно определить все эти формы и выстроить строгие соответствия успехом не увенчались». «…национальное искусство (музыка, литература, архитектура) также не обязано обладать какими-либо постоянными характеристиками — и на практике почти никогда ими и не обладает …не стоит искать в ней какие-то неизменные качества на протяжении всей истории». Тут читатель может почувствовать себя обманутым, но не должен. Ведь в названии книги так и сказано — «смыслы архитектуры»! Во множественном числе, а не в единственном. Действительно, в каждой части книги, которая разделена по периодам, можно поискать какие-то свои смыслы, больше того, даже несколько, потому что автор не забывает о различиях между «столичными» и «региональными» школами, разными течениями, не пропускает важные дискуссии и конфликты. Тут нельзя сказать, что сами смыслы в каждом конкретном случае особенно оригинальны, что можно считать и достоинством, и недостатком. Автор осознанно выбирает актуальные, но консенсусные трактовки для архитектурных событий, только изредка добавляя к ним свою точку зрения или сообщая, какая из точек зрения ему лично ближе. Достоинство этого подхода в том, что можно быть уверенным в взвешенности каждой интерпретации. Недостатком (хотя все относительно) — отсутствие интриги и драмы. Но этого нам и так хватает, верно? В любом случае, если кому-то хочется иметь такой обзор истории российской архитектуры, одновременно и компактный, и взвешенный, и не лишенный авторской интонации — это именно он. #история #чтение

Как вы заметили, в канале очень немного постов, посвященных событиям, открытиям, текстам о российской архитектуре. Для этого есть сколько-то веских причин, а также слабых оправданий. Но мимо некоторых новостей пройти совершенно нельзя. Такая новость — книга «Купола, дворцы, ДК. История и смыслы архитектуры России», которую написал Лев Масиель Санчес, выпустило издательство INDIVIDUUM (@individuumbooks), а прочитать эту книгу можно, например, на Bookmate. Пост может показаться рекламным, но, напомним, в этом канале нет никакой рекламы, кроме анонсов курсов Facultative. Таких книг давно не было. Вообще, книг, которые пытались бы изложить всю историю российской архитектуры, было очень мало. Очень много — по отдельным периодам, городам, типологиям. Много учебников и пособий, которые излагают только базовые факты и некоторые очень общие интерпретации. Но название предполагает нечто большее: во-первых, некоторое единство предмета (что между «куполами» и «ДК» есть связь), во-вторых, что объяснят его «смысл». Так прямо и сказано в аннотации: «Что связывает соборы Древней Руси, советские дворцы культуры и современные жилые массивы?» К ответу на этот вопрос вернемся чуть позже. Сперва хочется сказать, что желание увидеть это единство — родом из XIX века, в котором многие философы, художники и политики в европейских странах интенсивно занимались «нациестроительством» (не очень приятный на слух перевод термина nation-building). В этот период были сформулированы многие базовые концепции-мифы об истории своих и чужих стран, написаны исторические романы, а также нарисованы национальные архитектурные стили. Двадцатый век двумя мировыми войнами показал опасность этой игры, но почему же эти формулы так соблазнительны? С изумлением встречаешь все новые и новые попытки. Вот, например, цитата из «Заключения» учебника «История русской архитектуры» — еще советского, но переизданного много раз (вероятно, многие читатели канала учились именно по нему): «Понятие национальной культуры можно трактовать более широко — как совокупность характерных средств и способов выражения культуры, в частности архитектуры, которые сложились не только у каждой нации, но и у каждой народности в процессе ее развития…». Если показать этот фрагмент текста современному исследователю архитектуры за рубежом, он не поверит, что это было написано не 150 лет назад. Да и просто перевести его с сохранением всех нюансов смысла и пафоса будет невозможно. А вот, например, Андрей Иконников в книге «Тысяча лет русской архитектуры. Развитие традиций» (1990) делает такое замечание, и тоже на последних страницах: «В произведениях К. С. Мельникова, который был, несомненно, наиболее национален по духу среди архитекторов-новаторов России, компактные, энергично вылепленные объемы собирают вокруг себя, центрируют пространство, подчиняя его «силовому полю» композиции, подобно русским средневековым храмам». Это замечание, по крайней мере, связано с критическим взглядом конкретного исследователя на форму и у Мельникова, и у храмов, на внутренний конфликт между «национальным» и «новаторством». Но сама задача — найти связь между совершенно разными эпохами — глубоко архаическая. Тот факт, что Иконников пишет эту книгу в кризисный момент, в конце 1980-х, только подчеркивает, что желание единства — своего рода психологический регресс, защитный механизм, который отбрасывает человека в его прошлое при столкновении с травмой. Что заставляет людей снова и снова искать единый смысл в историческом процессе, а также — в стиле, например, архитектуры? На эту тему есть несколько психологических и культурологических теорий, а также курс Facultative «Нации, национализм и рождение стиля», который начнется 8 февраля — вот это как раз реклама. #история #чтение

Сезон праздников, простуд и возвращения в форму после того и другого вносит небольшие коррективы в работу Facultative. Но дает и новые возможности! А именно: начало всех запланированных курсов сдвигается ровно на неделю, так что если вы еще хотели, но не успели — можете успеть. Или рассказать своим знакомым! «Пространства демократии» — начнется 29 января Идея этого курса — посмотреть на то, как история архитектуры и современные здания показывают нам, в каком направлении развиваются общества, в которых поддерживаются ценности просвещения, инклюзии, участия в управлении, толерантности. Ведь архитектура отражает и направляет отношения между людьми и устройство общества не хуже, а иногда и лучше, чем законы. Не зря Уинстон Черчилль говорил, что «сперва мы придаем форму зданиям, а потом они формируют нас». Каждая встреча этого цикла посвящена одному типу зданий: музеям, театрам, университетам, библиотекам, тюрьмам. Программа курса: https://www.facultative.archi/3c1eb1725edd4f438fb6f26947037023 TimePad: https://facultativearchi.timepad.ru/event/2714443/ «Pro письмо 2.0» — начнется 3 февраля Архитектор должен писать тексты: пояснительные записки, презентации, портфолио, даже умные статьи и философские книги. Но архитекторов этому не учат! А было бы неплохо. Это уже вторая версия курса, который предлагает критически посмотреть на свои навыки письма, поэкспериментировать с разными форматами, выбрать подходящий для себя стиль письма и способ работы с текстами. Программа курса: https://www.facultative.archi/Pro-2-0-4f4f2212ac214f30902da6d6a024e8b0 TimePad: https://facultativearchi.timepad.ru/event/2721653/ «Нации, национализм и рождение стиля» — начнется 8 февраля Поиски национального стиля — популярная тема в архитектурном сообществе. Это не странно: сами понятия «нации» и «стиля» в определенной степени родственны, они возникают приблизительно в одно время и развиваются параллельно. В этом курсе на нескольких примерах мы проследим эволюцию представлений о нации — как единстве людей, и о стиле — как о единстве форм, чтобы понять, насколько обе концепции сегодня актуальны. Программа курса: https://www.facultative.archi/7941a39516c44f3d9e470507ff42feb0 TimePad: https://facultativearchi.timepad.ru/event/2716531/ #курсы

На #курсы — «Пространства демократии» (начнется 29 января), — «Pro письмо 2.0» (3 февраля) и — «Нации, национализм и рождение стиля» (8 февраля) еще открыта запись!

Красивое число подписчиков канала (что сейчас же изменится, конечно)! Повод рассказать недавно присоединившимся (или напомнить), что основная моя активность не здесь, а в проекте Facultative, который я запустил в мае. Это короткие курсы, которые предлагают разные гуманитарные знания архитектурной профессии. Три таких курса начинаются в ближайшие недели. ⬇️

Как преподавателю, мне очень интересно следить за тем, что делают мои коллеги. У них всегда можно почерпнуть новые ракурсы восприятия архитектуры, педагогические подходы и просто посмотреть кто чем занимается. Собрала для вас небольшую подборку каналов преподавателей архитектуры, за которыми я регулярно слежу и вдохновляюсь делать контент для своего канала: ♥️ стрелы молнии Юля Ардабьевская (партнёр бюро Saga и преподаватель одной из самых интересных студий в МАРХИ “Аудитория”) рассказывает про работы своих студентов, делится учебными брифами и впечатлениями с защит самых классных проектных групп из МАРХИ и МАРШ. ♥️ АрхиФиш Екатерина Рыбакова (преподаватель кафедры теории МАРХИ) делится дополнительными материалами из своих лекций про Берлин, заметками об искусстве, архитектуре и личными наблюдениями на самые разные темы. ♥️ какой я стул Лена Борисова (дизайнер, преподаватель МАРШ) коллекционирует потрясные стулья и другие предметы дизайна. Отдельная любовь - авторские иллюстрации Лены. ♥️ Pro_stransrtvye Даша Зайцева (независимый архитектор, художник и исследователь) показывает работы со своих воркшопов, где участники создают образы путешествующих домов на основе своих личных ценностей и изучают влияние архитектуры на восприятие человеком ландшафтов и природы. ♥️ noch ein fund Мари Миндиашвили (преподавателя кафедры теории МАРХИ и куратор теоретического блока курса Re-New в МАРШ) собирает редкие архитектурные находки и экспериментальные микро-исследования её студентов. ♥️ facultative Александр Острогорский (преподаватель МАРШ) вместе с командой Facultative рассказывает про свой образовательный проект, и пишет вдумчивые тексты на пересечении архитектуры и других гуманитарных дисциплин. 🤍 Спонсор картинки - Лена Борисова 🙏🏻 Делитесь в комментариях похожими каналами, хочется познакомиться с новыми людьми!

Возможно, мы становимся свидетелями значительной перестройки архитектурного образования. Она давно назрела, но не факт, что результат нам понравится. Впрочем, все в наших руках / история нашего мнения не спрашивает — подчеркните утверждение, с которым согласны. Первым шагом было образование альтернативных школ или образовательных институций, которые делались как критический комментарий к доминирующей с 1960-х годов системе. Это, например, Институт Стрелка и МАРШ, или, отчасти, TiArch внутри КГАСУ. Параллельно возникало многое другое, что не имело такой четкой формы — летние школы, короткие воркшопы, клубы. В качестве примера — «Точка ветвления», но их было гораздо, гораздо больше. Вторым шагом стала массовая цифровизация, которая началась в ковид. Ужасные обстоятельства, но они буквально революционизировали образовательный процесс. Сходство с революцией еще и в том, что в карантин не было придумано почти ничего, чего не было придумано до этого. Но все это начало использоваться в связке и одновременно. Границы институций поплыли. Третий шаг — мы видим его сейчас, в обстоятельствах еще более катастрофических. Раньше идеологическое и технологическое запаздывание старых институций несколько компенсировалось притоком молодых преподавателей (студенты-то почти всегда молодые, тут проблем нет). Но цензура и просто моральная несовместимость многих из них с системой вынуждают кого-то целиком, а кого-то — частично (каким-то одним своим интересом или формой активности) «эмигрировать» за пределы институций. Например, в телеграм. Там, за пределами, возникают уже и новые формы, находящиеся где-то на пути к новым институциям. Пройдет время, и возможно, они просто заместят собой старые или вольются обратно, полностью их преобразив изнутри. А пока можно собирать и пополнять коллекцию телеграм-каналов преподавателей архитектуры. Если у вас есть такие каналы или вы читаете такие каналы — обязательно оставьте ссылку в комментариях у Варвары Ламбрихт к этой записи 👇

Вместо некролога Пойдем дальше Умер поэт Лев Рубинштейн. Около пяти лет назад студия «Вольная мастерская» в Московской архитектурной школе МАРШ предложила студентам первого года бакалавриата в качестве одного из первых заданий упражнение «Объект поэтического отклика». Упражнение совмещало несколько типов художественной формы, отсылая сразу к нескольким традициям, и основой для которого послужили стихи нескольких поэтов, в том числе, Льва Рубинштейна. Связь МАРШ с традициями московского концептуализма глубокая: биографическая, институциональная, лирическая. Основатель и ректор школы архитектор Евгений Асс и Лев Рубинштейн дружили на протяжении много лет. Но и сами стратегии переживания отношений автора и произведения, идеи и формы, произведения и контекста (как истории архитектуры, города и культуры в целом), которые воспроизводились в очень многих отдельных упражнениях и в брифах студий МАРШа (но далеко не во всех!) — родственны этому движению. syg.ma telegra.ph .

В прошлом году снова вышло немного моих текстов в журнале «Диалог искусств», но увы, их больше не выкладывают в открытый доступ. Так что этот пост только для отчетности и ритуальности (предыдущие посты: пост, продолжение, еще, еще). Впрочем, я и эти тексты пишу во многом для себя. НОМЕР 6. 2022 Новая абстрактная архитектура Избыток дает возможность делать бессмысленные вещи. А верховенство дизайна приучает всех к игре форм и цвета в городском пространстве: бетонные заграждения против террористов замаскированы под скамейки, лестница сделана как амфитеатр, чтобы на ней могли сидеть, летом временные инсталляции из паллет и ящиков с цветами превращают площади в лабиринты, мемориалы с трудно считываемой семантикой как бы случайно занимают целые кварталы. Как будто способность ничего не значить, но занять фрагмент городского пространства становится особым достоинством... НОМЕР 2. 2023 Зарядье: политика по ту сторону природы Единственный принцип — способность производить в выделенном пространстве определенный набор эффектов, востребованных здесь и сейчас заказчиком. Описать эффекты — это было бы и единственной возможностью для заказчика сформулировать программу, техническое задание для такого проекта. Ведь прежние термины, которыми он мог бы воспользоваться, потеряли смысл. Наконец, за границей, очерчивающей зону действия ландшафтного урбанизма (как физически, так и в других смыслах), с ним уже невозможно взаимодействие, ведь правила взаимодействия внутри радикально отличаются от тех, что снаружи. НОМЕР 3. 2023 Сад Орбелиани Не все, но многие общественные пространства в Тбилиси производят это впечатление равновесия и непосредственности. Как человеку, оказавшемуся в промежуточном положении между туристом и жителем, мне это просто приятно. Как исследователя, меня интригует то, что стоит за этим балансом: сложная композиция индивидуальных и технологических факторов, представлений об идеальном и реальном Тбилиси, политических и профессиональных амбиций, и одновременно способность удержать их в рамках. В саду Орбелиани невольно видишь что-то вроде убежища, и одновременно — выхода из трудного положения, остановки — и начала пути.  НОМЕР 4. 2023 Назад в будущее (о Жане-Луи Коэне) Во всех исследованиях и высказываниях Коэн избегал начинать с теоретических обобщений, фокусируя свое внимание и внимание читателя на фактах, словах, действиях архитекторов, которых он изучал. Но Коэн как будто оставался приверженцем самой классической, фундаментальной французской рациональности, метода Декарта, здравого смысла Монтескье, иронии Вольтера. Это не мешало его критическому методу, напротив: он не пытался представить архитектуру ничем большим, чем она была — искусством, производством, технологией, философией, которую создают конкретные люди, и следовательно, именно их действия и взгляды должны быть предметом изучения. НОМЕР 6. 2023 Архитектурное воображение в эпоху ИИ Ни в части прошлого, то есть, существующей архитектуры и контекстов, ни в части будущего проект не является простой репрезентацией. Символическим, независимым от реальности в принципе он тоже не становится — иначе воображение переключалось бы сразу на идеи, которым проект посвящен. Формально являясь частью процесса производства и сохраняя все внешние признаки принадлежности к нему (конвенциональный графический язык, спекуляции по поводу материалов и конструкций, функционирования здания), проект использует их для стимуляции воображения о каком-то другом архитектурном производстве, чем то, которое существует в реальности: более справедливом, более философском или более эстетичном — во всем разнообразии возможных интерпретаций.

Слайды из некоторых презентаций: 1–3) «Архитектура и смысл жизни»: к дискуссии о проблеме места в архитектуре; 4–6) «Определение площади»: участие власти в городском пространстве — Рим-Париж-Лондон; 7–9) «Мы и –измы, или архитектор идет в музей»: некоторые полезные для архитекторов уроки классицизма, экспрессионизма и абстракционизма. #курсы #история

Декабрь — месяц, в который по традиции подводятся какие-то итоги. Но я саму идею итогов воспринимаю с некоторым скепсисом, а также, за несколько лет преподавания мой внутренний метроном сбился — начало года у меня в сентябре, как в старинных календарях. И тем не менее. В мае я начал вести этот проект — Facultative, задуманный как пространство для пересечения гуманитарного знания с архитектурной профессией. В чем его идея? Если коротко, то я сформулировал пять пунктов, которые, как мне казалось, отвечают на вопрос — зачем нужен такой проект: 🔭 Другой взгляд на пространство, время, человека, материальность, который помогает критически оценить роль архитектуры в современном мире, со всеми его конфликтами и проблемами. 📝 Чтение, исследование, дискуссия, размышление и другие формы работы с гуманитарным знанием — тренажеры для развития востребованных навыков. 🤹‍♀️ Переключение, возможность отвлечься от рабочей рутины, занять свой ум другими сюжетами, близкими профессиональной деятельности, но не повторяющими то, что происходит с нами каждый день в практике. 🤝 «Найти своих» — гуманитарное знание связано с ценностями, взглядами, эмоциональным опытом. Общение с людьми, которые смотрят на мир так, как смотрим мы, или же опыт совместного понимания мира — это одно из переживаний, которое делает жизнь более полной и интересной даже в самые тяжелые времена. ⌛️ Почему сейчас? Знаний и интеллектуального общения в архитектурных практике и образовании всегда было мало. Но в моменты острого кризиса отсутствие диалога, рефлексии, идей переживается особенно остро. Может быть, и кризис отчасти вызван отсутствием этих необходимых элементов? Прошло полгода — что произошло за это время? Много заметок вышло с тех пор в этом канале, а также прошло много занятий. Прошли курсы «Архитектура и смысл жизни», «Определение площади», «Мы и —измы, или архитектор идет в музей», а курс «Pro письмо» прошел даже с тремя группами. Мы обсуждали вечные и актуальные проблемы архитектуры примерно с 60 студентами, которым я крайне признателен за саму возможность. Прошел и один курс, который сделал не я, а Константин Бударин — «Все растворяется в воздухе. Маршалл Берман и сюжеты модерности», который был посвящен интересной книге и сложной архитектурной, культурной и политической динамике, которая формирует Петербург. А еще один курс — «Кейс-стади: архитектура модернизма» мы сделали с прекрасной командой (и провели даже два раза) в проекте Софт Культура. Что будет дальше? Новые курсы, но и не только! Об этом постараюсь рассказать на этой неделе. #курсы #история

Иногда напоминаю, что у меня есть вот такой проект 👉

В контексте вечно актуальных дискуссий об отношениях архитекторов и власти — переписал некоторые факты и наблюдения из диссертации исследовательницы Терезы Уолч: Degenerate Spaces: The Coordination of Space in Nazi Germany. Если коротко, то дело не только в эстетике и не касается только единичных крупных проектов и их авторов — это события заметные, но отвлекающие от сути (о чем и пишет Беньямин, когда касается эстетизации политики). Государственное насилие такого типа не заканчивается лозунгами, не ограничивается одной или двумя группами, а захватывает все пространства, в том числе городские, и от всех требует лояльности и/или соучастия. https://telegra.ph/Politika-prostranstva-12-08

Тем временем, в Москве — кафкианские пространства и архитектура абсурда. Это лекция Ирины Кулик. Какая архитектура может соответствовать антиутопическому миру Франца Кафки, где пространство столь же дисфункционально, как и общество или человеческая психика?  В лекции речь пойдет о том, каким образом пространство может стать инструментом власти, насилия и психологического давления. А «иллюстрациями» к  Францу Кафке станет современное искусство и архитектура. Героями лекции будут Курт Швиттерс, Брюс Науман, Мартин Киппенбергер, Илья Кабаков, Абсалон, Моника Сосновская и другие художники, чьи инсталляции можно назвать «кафкианской» архитектурой абсурда.  https://www.jewish-museum.ru/events/arkhitektura-absurda-kafkianskie-prostranstva-v-sovremennom-iskusstve/ 🗿

Архитектура демократии: «Музей: от храма — к месту встречи» Архитектура отражает и направляет отношения между людьми и устройство общества не хуже, а иногда и лучше, чем законы. Не зря Уинстон Черчилль говорил, что «сперва мы придаем форму зданиям, а потом они формируют нас». В этой серии встреч мы поговорим о том, как история архитектуры и современные здания показывают нам, в каком направлении развиваются общества, в которых поддерживаются ценности просвещения, инклюзии, участия в управлении, толерантности. Каждая встреча будет посвящена одному типу зданий: музеям, парламентам, университетам, театрам, тюрьмам. Первые музеи появились в эпоху Возрождения, как аристократические коллекции искусства. Но уже тогда возникла идея организовать доступ публики к произведениям современных художников и античным древностям, чтобы всё общество приближалось к идеальному состоянию. Дидактические, назидательные функции музеев сперва были главными, и архитектура была одним из главных инструментов в этой миссии. Но современный музей уже не смотрит на свою публику «сверху вниз», а открывается разным интересам и возможностям людей. И здесь тоже архитектура помогает им, но уже быть более демократичными и инклюзивными. От Лувра — к Пушкинскому музею, от Гуггенхайма в Бильбао — к только что открывшемуся Музею современного искусства в Стамбуле — мы пройдем все этапы развития институций, общества и архитектуры. Ведущий мероприятия — преподаватель истории архитектуры и архитектурный критик Александр Острогорский. 📆 11 ноября, 17:00. 📍 Бетлеми, 23. Вход — любой донат. Регистрация.

Если в следующую субботу вы в Тбилиси, то заходите во Frame, обсудим пересечения архитектуры, культуры и политики в форме музеев. И потом еще где-то раз в месяц будем обсуждать — после музеев будут, естественно, парламенты, потом университеты, театры и, что ж, тюрьмы.

7 ноября Лекс те Лоо проведет открытую лекцию на тему архитектуры будущего: THE FUTURE CITY Эта лекция - часть большого исследовательского проекта, в котором может принять участие любой желающий. На лекции Лекс расскажет о том, концепциях архитектуры будущего в Европе, о своей позиции. Познакомит с методами исследования, которое поможет сформировать четкое видение. В заключении мы планируем дискуссию, где участники смогут уточнить или проявить свою позицию. Лекс те Лоо - голландский архитектор, основатель архитектурного и исследовательского бюро Лекс те Лоо (Москва), работал с Вини Маасом в The Why Factory в качестве преподавателя/исследователя в TU Delft. Продвигает радикальный, простой, эффективный и концептуальный стиль проектирования, известный как Dutch Design. Этот стиль активно используется архитектурными бюро OMA и MVRDV. Дата: 7 ноября, 18:00 Место: Ул. Бакунинская, 73, с2 Участие в воркшопе бесплатное, по предварительной регистрации: пишите ваши Имя, Фамилию, ВУЗ/компанию на почту lex@teloo.ru

мои дорогие друзья, студенты МАРШ, зовут на воркшоп, а перед ним — на открытую лекцию нидерландского архитектора 👇