Люди верят в конспирологические идеи и теории из глубоко рациональных соображений. А не потому что тупые. Тем более, вопреки довольно популярному до сих пор стереотипу, связь между уровнем интеллекта, образованием и верой во всякие вроде как бредни вообще-то достоверно не установлена. Верят и умные, и образованные, и глупые, и неучи.
Вышло
новое исследование на эту тему. Оно не открывает Америки, но позволяет на конкретных данных лучше понять, что может стоять за таким важным социальным явлением. Пандемия со взрывным ростом антивакцинаторских движений особенно наглядно показала, что такая вера может оказывать серьезные последствия для целых обществ, так что разбираться в природе поддержки конспирологии важно и нужно.
Так вот это метаисследование, то есть не свои данные собирали, а сделали обзор по 170 уже проведенным научным работам, проведенным в США, Великобритании и Польше. Брали только те материалы, где изучалась мотивация, почему люди придерживаются тех или иных воззрений.
Учитывается, что факторов, конечно, много, влияющих на принятие конкретных идей, но при всем разнообразии факторов и несмотря на разницу методологий нечто общее, что встречается в большинстве работ, обнаружилось: потребность людей в ощущении безопасности, понимании того, что происходит вокруг тебя здесь и сейчас (а не вообще, как мир устроен). Особенно важным оказалось ощущение социальной защищенности, если первые две потребности (безопасность и понимание) не достигаются.
То есть не так важно, какое у тебя образование (формальное или реальное), как то, что говорят люди, к которым ты себя относишь и которым доверяешь просто потому, что вместе лучше, когда что-то идет не так. В обычное время это не очень заметно, потому что нет угрозы или стресса, как ответную, часто неосознанную реакцию, стремление идейно, интеллектуально “прижаться к своим”. А свои — такие же люди, в стрессе могут поддаваться самым некачественным объяснениям того, что же происходит: “эта вакцина убивает”, “власти создали этот вирус” и так далее — главное, что их источник те, кому ты в таких условиях больше доверяешь, чем другим. Рациональность такого поведения в том, что опираешься в условиях кризиса на тех, кто, по твоей оценке, более понятен, надежен и проверен.
Поэтому, как считают авторы исследования, мотив “прижаться к своим” работает хорошо в теориях заговора, связанных с конкретными событиями, кризисными ситуациями, а не устройства мира. И это очень интересный момент. Его стоит подчеркнуть.
Ранее
другие исследования показывали, что большую роль в принятии теорий загоров имеют конкретные личные особенности людей: нарциссизм и паранойя. Такие люди верят в более абстрактные, вечно зеленые теории типа химтрейлов (”власти контролируют общество через сброс вредной химии с самолетов, следы которых вы все видите в небе”).
Но социальная идентичность (”прижаться к своим”) начинает толкать людей в систему координат сомнительных объяснений в условиях кризиса, угроз, незащищенности, поэтому поддаются люди разных социальных слоев, характеров и уровней образования идеям не абстрактным, а связанным с источником возникшей опасности.
Возможно, если удастся нащупать нерв этой механики, то противодействовать конспирологии можно будет эффективнее, чем сейчас: сначала доказываешь, потом споришь, а когда терпение кончилось — ругаешься. Не надо так. В любом случае.