переезд mon âme
Kanalga Telegram’da o‘tish
155
Obunachilar
Ma'lumot yo'q24 soatlar
-97 kun
-7330 kun
Postlar arxiv
Я знаю, что кто-то может спросить : почему в Сынмине там lo-fi, Минхо — это горький шоколад, а у Чанбина — тексты с капслоком? Просто я вижу их вот так. Сынмин — будто фоновые треки, которые не кричат, но создают порядок и атмосферу. Не всегда про уют — скорее про контроль и чёткость, как тихий трек ночью, который держит тебя в реальности. Минхо — как горький шоколад. Не каждому по вкусу. Немного резкий, сдержанный, но если распробовать — в этом своя насыщенность, сила, глубина. Чанбин — это капслок не потому что он "громкий", а потому что в нём эмоции всегда на максимум. Он не умеет вполсилы: если любит — до конца, если говорит — от души. Даже если его шутки слишком резкие, ты всё равно слышишь в них заботу. Всё, что я пишу — просто моё восприятие. Оно не объективное, но оно настоящее.
Чонин
Если я умру — ищите меня в смайликах, в клубнике, в звонком смехе, забытых черновиках, школьных коридорах и в мечтах.
Сынмин
Если я умру — ищите меня в календарях, рубашках с запахом свежести, горьком кофе, гелях для волос, треках Lo-fi и часах.
Феликс
Если я умру — ищите меня в солнечных бликах, в тепле ладоней, голосовых «доброе утро», коричных булочках и мягких игрушках.
Хан
Если я умру — ищите меня в наушниках, капюшоне, пустых комнатах, глотках воды ночью, рамене и черновиках нот.
Хёнджин
Если я умру — ищите меня в кистях, в зеркалах, тюлевых шторах, слезах на концерте, кольцах и в мандариновой кожуре.
Чанбин
Если я умру — ищите меня в блокнотах, гантелях, текстах с капслоком, закрытых дверях, панчах и протеине с клубникой.
Минхо
Если я умру — ищите меня в кошках, тишине, запахе стиранного белья, ранних утраx, мягких пледах и в горьком шоколаде.
Бан Чан
Если я умру — ищите меня в демках, голосовых, старых черновиках, боли в плечах, ноутбуках и в слове «позаботься о себе».
#thread — если я умру, то ищите меня в....
От участников скз.
C’est juste mon ressenti et mes idées.
me when - когда я за сутки не могу стать миллионером просто валяясь на диване, когда не могу выучить французский, английский, итальянский до уровня носителя, когда не могу объездить весь мир, не могу сразу получить несколько высших образований, не могу попробовать все интересные мне профессии, когда не могу забрать всех бездомных котов к себе домой, когда не могу жить спокойно без тревожности.
Я хотел написать «я доверяю тебе».
Но промахнулся, и вот — записываю тебе не одноразовые голосовые/кружочки, рассказываю, что на душе, даже то, что обычно никому не говорю.
Начинаю рассказывать про свою семью — пусть немного, но для меня это уже много.
Обзываюсь, не игнорю, даже если на душе кошки скребут.
Даю трогать свои волосы — это не просто, это доверие с большой буквы.
Сижу с телефоном, перечитываю наши переписки, переслушиваю голосовые, потому что они — как точка опоры.
Молчу, но остаюсь рядом.
Откликаюсь, даже если ты не зовёшь.
Смотрю на тебя, как на тихое место посреди всего этого шума.
Ночной дождь — это когда даже небо не сдерживает себя, когда можно идти по мокрым улицам и не прятаться, будто весь мир на миг стал честнее, и ты вместе с ним, в этой тишине, что не пугает, а обнимает, ты вдруг понимаешь: не всё нужно понимать, не всё нужно чинить сразу, иногда достаточно просто идти, слушать, быть.
Если я умру , то ищите меня в каплях дождя, таблетках от головной боли, луне, жнецах, музыке, кофе и в макарунах.
