Перевожу с канцелярВского

Морад Реза Ваиси | Геополитика | США 🆚 Иран | Ультиматум с Дедлайном | Сделка 🟰 Капитуляция | Крах Системы | Потеря Управления | Соглашение Принуждением | Ссылка 🔗 1- Америка получила две недели, чтобы взять под контроль рынок нефти и газа и разобраться с советом аятолл с более сильной и выгодной позиции. 2- Исламская республика потеряла карту создания кризиса на рынке нефти и газа. 3- Угроза Трампа уничтожить электростанции и мосты подняла угрозу со стороны Америки и Израиля до уровня экзистенциальной угрозы для совета аятолл и вынудила режим отступить. 4- Это отступление похоже на отступление после поражений в конце войны с Ираком, которое вынудило режим принять резолюцию 598, чтобы не пасть. 5- Это отступление под давлением похоже на принятие ядерного соглашения в 2015 году из страха экономического краха того периода. 6- Трамп планирует включить четыре основных условия в любое соглашение, что снова означает капитуляцию совета аятолл. Эти четыре условия: прекращение обогащения, прекращение программы баллистических ракет, прекращение поддержки прокси и передача обогащённого урана. 7- Если совет аятолл примет эти условия — это капитуляция; если нет, вероятность возобновления войны очень высока. 8- Исламская республика потеряла Хаменеи и большое число командиров и чиновников, что делает правительственную структуру на высшем уровне хрупкой, в то время как совет аятолл не смог убить ни одного из командиров и чиновников Америки и Израиля. 9- Командующий военно- морскими силами Корпуса стражей исламской революции был убит, и сами силы серьёзно повреждены и не подлежат восстановлению в ближайшее время. 10- Военно-воздушные силы совета аятолл почти уничтожены, и большое количество баз и самолётов разрушено. 11- Система противовоздушной обороны страны почти уничтожена и неэффективна. 12- Небо страны по-прежнему находится под контролем Америки и Израиля. 13- Большинство нефтехимических отраслей, как источник валютных доходов, уничтожены. 14- Многие военные отрасли по всей стране уничтожены. 15- Многие базы и штабы Басиджа уничтожены. 16- Центры управления государственной полиции в провинциях и большое число полицейских участков уничтожены. 17- Министр разведки и большое число руководителей ведомства были убиты. 18- Глава разведывательной организации Корпуса стражей исламской революции был убит. 19- Глава и заместитель разведки государственной полиции были убиты. В целом это крупное разведывательное поражение. 20- Глава и заместитель Басиджа были убиты. 21- Начальник генерального штаба вооружённых сил был убит. 22- Шамхани, секретарь совета обороны, был убит. Совет провалился в управлении войной. 23- Главнокомандующий Корпуса стражей исламской революции был убит. 24- Два руководителя организации СПАНД, отвечающей за создание ядерного оружия для режима, были убиты. 25- Министр обороны был убит. 26- Страны Совета сотрудничества Персидского залива присоединились к кругу врагов Исламской республики. 27- Путь обхода санкций через Дубай закрыт. 28- Дружба с Катаром утрачена и превратилась во вражду. 29- Экономика страны сталкивается с волной накопленных требований военного периода и ущерба от войны, которые были отложены во время войны и теперь захлёстывают правительство. 30- Иранский народ, как самая важная сила сопротивления против совета аятолл, по- прежнему требует свержения режима, и после декабрьской бойни море крови, ненависти и гнева отделило народ от режима. 31- Прекращение огня ещё не означает конец войны. 32- Совет аятолл, поскольку он оставил народ и граждан во время войны, стал ещё менее заслуживающим доверия в глазах народа. 33- Совет аятолл, поскольку он до сих пор не пал, называет это победой. 34- В политике много подъёмов и падений, нужно терпение. Морад Реза Ваиси | Ведущий аналитик Iran International -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Часть его оппозиции американскому вмешательству коренится в впечатлениях от этого периода. Трамп знает, что если Вэнс вернётся и заявит, что основы для сделки нет, то значительная часть скептически настроенной правой аудитории поймёт, что это действительно так. На данный момент кажется, что иранцы не разочаровали. Хотя они и отправили в Исламабад наиболее умеренных представителей режима (что не говорит о многом), уже сейчас они представлены среди сторонников режима как предатели, ведущие переговоры с убийцами верховного лидера. У них нет возможности уступить по критически важным для США вопросам, и поэтому переговоры, по-видимому, обречены на провал. Что произойдёт дальше? У нас нет возможности предсказать ближайшие шаги президента. У него есть несколько вариантов. Первый — это, конечно, немедленно вернуться к интенсивным боевым действиям вместе с Израилем, однако это не единственный вариант. Второй вариант — ввести экономическую блокаду Ирана и задушить режим, угрожая полным возобновлением огня. Он также может продемонстрировать военное присутствие в Ормузском проливе и обеспечить его безопасность (как уже начал), провоцируя иранцев на военные действия, которые дадут ему оправдание для операции. Четвёртый вариант — подать иранцам серьёзный сигнал, уничтожив ключевой объект инфраструктуры (остров Харк или электростанции, обеспечивающие электроэнергией Тегеран), чтобы они поняли, что им стоит принять все его требования. Следует помнить, что первоначальный ультиматум составлял две недели, а текущее прекращение огня должно завершиться 22 апреля. Вэнс заявил этой ночью, что американцы оставили на столе "final and best offer" — окончательное предложение. Трамп не обязан ждать окончания прекращения огня — карты находятся в его руках, и он может в любой момент решить о реализации одного из указанных шагов. Мошик Коварски | Публицист - аналитик -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Мошик Коварски | Геополитика | США 🆚 Иран | Ядерное Соглашение | Дипломатия Силы | Персидский Базар | Торговля Иллюзиями | Ультиматум с Дедлайном | Ссылка🔗 Пока рано оценивать следующие этапы, однако можно и стоит посмотреть на развитие переговоров между США и Ираном с момента возвращения Трампа в Белый дом и попытаться выполнить экстраполяцию (вывод вперёд на основе прошлых данных) следующего этапа. Этап 1: весенние переговоры 2025 года В марте 2025 года Трамп направил письмо верховному лидеру Ирана Али Хаменеи, в котором предложил переговоры по новому ядерному соглашению (вместо JCPOA 2015 года, из которого он вышел в 2018 году) и выдвинул ультиматум в 60 дней для достижения существенного прогресса. Ультиматум был направлен на ограничение иранской ядерной программы (включая обогащение урана, запасы обогащённого материала и деятельность, связанную с оружием) в обмен на смягчение санкций. Официальные переговоры начались 12 апреля 2025 года в Омане. Уиткофф против Аракчи. Они были непрямыми, поскольку иранцы отказались даже от прямых переговоров. Обсуждалось "ограничение ядерной программы в обмен на смягчение санкций". Вопросы ракет и поддержки прокси вообще не обсуждались. Американцы этого не требовали. Было пять неудачных раундов, завершившихся, как известно, операцией "Народ как Лев" при полной американской поддержке. После операции Трамп оценил, что Иран будет стремиться к переговорам после нанесённого удара, однако тот продолжил пытаться восстановить ядерную программу (немного) и ракетную программу (значительно), извлекая уроки из бомбардировки в Фордо и углубляя программы на огромную глубину под горами. Этап 2: переговоры февраля 2026 года Переговоры проходили в Омане (6.2) и в Женеве (17.2, 26.2) между Кушнером и Уиткоффом с одной стороны и Аракчи с другой. На фоне: жестокое подавление протестов в Иране месяцем ранее. Снова иранцы отказались от прямых переговоров, и посредник передавал сообщения между комнатами. На этот раз американцы представили более детализированные требования по ядерной теме и хотели обсуждать также требования по ракетам, прокси и протестам. Иранцы отказались обсуждать эти темы. После последнего раунда оманский посредник объявил о значительном прогрессе. Последующие дни показали, что это была иллюзия. Этап 3: непрямые переговоры под огнём Как известно, через два дня началась операция "Рёв льва" (США - Epic Fury), которая нанесла Ирану значительно больший ущерб по сравнению с операцией "Народ как Лев" и, помимо устранения немедленной угрозы, включала уничтожение военно- промышленной инфраструктуры, ликвидацию всего военно-морского флота и большей части военно-воздушных сил, а также серьёзный и масштабный удар по ракетной системе. В ходе войны велись непрямые контакты через посредников с целью заставить иранцев принять 15 пунктов американцев в качестве основы для переговоров. Эти требования были гораздо более всеобъемлющими и детализированными, чем те, что были представлены в двух предыдущих раундах. Прекращение огня, о котором объявил президент Трамп 8.4, последовало после того, как иранцы согласились открыть Ормузский пролив без ограничений и обсудить весь документ американских требований. Они также представили темы для обсуждения со своей стороны. Так мы пришли к текущему раунду. Этап 4: переговоры в Пакистане Эти переговоры состоялись вчера, и, как уже сказано, американцы пришли с документом из 15 пунктов. Ослабление позиций иранцев ясно видно по сравнению с предыдущими раундами: Они согласились на прямые переговоры, а не на нелепую схему обмена сообщениями через посредника. Они согласились обсуждать все 15 пунктов, по крайней мере внешне. Они отказались от требования полного прекращения огня в Ливане. Президент Трамп со своей стороны направил вице- президента, которого представляли как более умеренного и человека, верящего в возможность достижения соглашения. Иранцы полагали, что имеют дело с наивным американцем с Среднего Запада, который попадётся в их сеть. Вэнс служил 6 месяцев в Ираке в начале 2006 года в небоевой должности и занимался военной связью.

Пакистан — вор, ставший полицейским — а теперь ещё и посредником. д-р Шломо Фильбер | Геополитика | США -Пакистан - Иран | Посредничество под Прикрытием | Ядерная Игра | Дымовая Завеса | Интересы 🆚 Доверие | Урок Истории | Ссылка 🔗 Пока Израиль продолжает действовать в Ливане, в Исламабаде начинаются переговоры между США и Ираном. Кто принимает? Пакистан. Страна, обладающая первой исламской ядерной бомбой. Краткое напоминание истории Пакистана и ядерной программы. Пакистан обманывал мир по поводу своей ядерной программы, и в 1998 году создал первую исламскую бомбу. Руководитель программы доктор A.Q. Khan впоследствии создал "чёрную сеть", которая продавала технологии и знания также многим другим странам, включая Иран. В начале 2000-х он поставил Ирану сотни центрифуг P-1 и P-2, чертежи и технологии — именно то, что ускорило иранскую ядерную программу в критические годы. Иран научился у Пакистана, как "покупать время" перед Западом, как строить подземные объекты и как переходить от санкций — к сдерживанию как пороговое ядерное государство. А теперь? Тот же Пакистан, погружённый по уши в тайны иранской ядерной программы, выступает как "нейтральный посредник" между Трампом и Тегераном. Почему? Потому что у него есть интересы: длинная граница с Ираном, 20% шиитов внутри страны, тяжёлый экономический кризис и желание получить американскую помощь в обмен на "спокойствие", а также избежать санкций как "партнёр" Ирана. Это меньше посредничество и больше создание дымовой завесы, чтобы спасти для иранцев всё, что возможно. Иран хочет получить пространство для продолжения обогащения. Пакистан хочет получить легитимность и "послабления". От США (при Трампе) — картину "дипломатического прогресса" вместо прямого столкновения. Все игроки знают друг друга и понимают, кто кого и когда обманывает. Вопрос в том, захочет ли Трамп купить часть этой лжи, чтобы закрыть "сделку". Для Израиля это означает одно ясное: Не доверяйте "пакистанским обещаниям". Не доверяйте "двухнедельному прекращению огня". Реальность на земле — обогащение, ракеты, прокси — важнее слов в Исламабаде. Тот, кто продал Ирану инструменты и знания для создания бомбы, не станет внезапно её хранителем. Этот парадокс — напоминание: в геополитике нет друзей, есть интересы. И для нас — израильский интерес должен оставаться одним: предотвращение ядерного Ирана любой ценой. Даже ценой конфликта с Трампом, если он поддастся пакистанской ловушке. Шломо Фильбер | Основатель института опросов Direct Polls, политический стратег и аналитик -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

И тот, кто не выровняется с Кнессетом и с Трампом, получит парализующие санкции. Я осознаю, что речь идет о радикальном шаге. Но если Кнессет продолжит линию жалоб и склоненной головы, он утратит доверие избирателей. Это унижение народ не готов принять, и если избранники народа не выполняют свою работу, народ найдет способ добиться этого. Потому что это юристократический мятеж. А с мятежом справляются инструментами мятежа. В среду я приеду в Иерусалим в Верховный суд, чтобы увидеть это позорное заседание по делу БАГАЦ против Бен-Гвира. Я выйду в эфир в Facebook Live и буду транслировать всему народу Израиля. Я призываю массы дома Израиля доказать свое несогласие и приехать к Верховному суду — арене, на которой ежедневно разрушается израильская демократия. Арене, на которой у нас — у народа Израиля — украли наш суверенитет над нашей судьбой. #багацдельня #юристомафия -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Мятеж: БАГАЦ против Бен-Гвира проф. Моше Коэн Элия | Внутренняя Политика | Мятеж Юристомафии | БАГАЦдельня 🆚 Бен Гвир | Юристобратия 🆚 Демократия | Подмена Суверена | Правосудие по Понятиям | Ссылка 🔗 В ближайшую среду, 15 апреля, состоится заседание в расширенном составе по поводу требования юридического советника правительства уволить министра в Израиле, поскольку, по ее утверждению, он не действует в соответствии с принятыми процедурами. В позиции, которую Бахарав-Миара представила в БАГАЦ, на протяжении многих страниц изложена серия случаев, в которых, по ее словам, министр действовал вопреки установленным правилам. И это, по ее мнению, оправдывает указание со стороны суда премьер- министру Израиля уволить министра в правительстве Израиля. Мне кажется, не нужно многословия, чтобы описать абсурдность этого заседания в расширенном составе из девяти судей Верховного суда. В мире нет прецедента для доктрины Дери-Пинхаси начала 2000-х годов, которая обязывает премьер-министра уволить министра, против которого юридический советник решил подать обвинительное заключение. И нет ни одного примера. В мире нет примера полного игнорирования БАГАЦем конституционной поправки, принятой в начале девяностых годов, которая прямо отменила доктрину Дери-Пинхаси явным предписанием в Основном законе, но, как Хают заметила на одном из заседаний — "с нашей точки зрения доктрина Дери-Пинхаси по-прежнему действует". И, разумеется, нет ни одного юридического института в мире, даже не Верховного суда Бразилии под руководством судьи-прокурора де Мораеса, на который Трамп ранее наложил санкции, который достиг вершины абсурда юристократии, при которой тот, кто должен представлять правительство Израиля, требует уволить министра в правительстве, потому что он "не приходится ей по вкусу". Просто нет слов, чтобы описать масштаб безумия израильской юристократии. Я не намерен здесь анализировать шансы на то, что петиция будет удовлетворена в составе, где есть 4 гиперактивиста (Амит, Барак-Эрез, Гросскопф и Кабуб). Это на самом деле не имеет здесь значения. Значение имеет тот факт, что здесь есть институт, полностью вышедший из-под контроля, и кто-то обязан немедленно вернуть его в рамки. И это Кнессет Израиля и правительство Израиля — два института, которые должны представлять волю народа, волю суверена в демократическом государстве. Само проведение заседания в расширенном составе по петиции, которую следовало бы отклонить с порога за секунду, является "мятежом" — мятежом против суверенитета народа Израиля. Здесь есть группа олигархов, которые считают, что они и есть государство. Кто они вообще такие? Кто их избрал? Они должны действовать в соответствии с законом, а не изобретать законы, обслуживающие их власть. И у меня нет терпения умолять Сольберга остановить это безумие. Он часть этой системы и видит в Ицхаке Амите, главе безумцев и наглецов, нечто вроде "Амит, а не хищник" — как он написал мне в письме, которое разослал всем журналистам в Государстве Израиль около месяца назад. Сольберг и Амит — одно и то же. Оба являются частью коррумпированной и прогнившей системы, системы, которая замазывает серьезные коррупционные дела, такие как дело о шпионском ПО и дело военной прокурорши, системы, которую уже невозможно спасти, а можно только разрушить. Я уже писал, что нужно сделать, и повторяю здесь свои слова: Кнессет должен объявить чрезвычайное положение. Правительство должно инициировать принятие закона о создании специального судебного трибунала, а также специального прокурора, который расследует этот мятеж, и у него будут полномочия выдавать ордера на арест лидеров мятежников — Амита и Бахарав-Миары, при этом должно быть разъяснено, что у БАГАЦ нет полномочий рассматривать этот вопрос, поскольку вся юристократия находится в институциональном конфликте интересов. И следует согласовать позиции с Трампом, чтобы он ясно дал понять, что он привержен правительству Израиля во главе с Нетаньяху, а не группе оторванных, безумных и безответственных представителей израильской олигархии, сидящих в Верховном суде.

Эти арабы — я поражён. В это время бедствий, разрушений и смерти вы симпатизируете Ирану? Как вы можете симпатизировать Ирану? Я прошу Всевышнего — тех из вас, кто симпатизирует Ирану — чтобы Он действительно направил Иран на вас, чтобы вы почувствовали его огонь и увидели, что такое Иран. Вы, сочувствующие, не понимаете Иран. Если бы вы понимали Иран, вы бы не сочувствовали ему. Ведущий: Я, безусловно, понимаю ваши чувства. Вы опытный политик, проживший многие годы и эпохи, хорошо знающий историю региона и Ирака, переживший моменты, о которых вы говорите, с большой страстью. Спасибо вам, профессор Фаик аль-Шейх Али. Зинеб Рибуа | Научный сотрудник Центра мира и безопасности на Ближнем Востоке Института Хадсона -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Ведущая: Этот вывод может быть результатом того, что вы, или иракцы, пережили от Ирана в недавнем кризисе. Говорят, что Ирак попал в ловушку — Фаик: Да, конечно. Сейчас я отвечу: мы пострадали, но те арабы, которые сейчас симпатизируют Ирану, не пострадали от Ирана. Иран не находится у их границ. Иранцы не входят к ним и не управляют ими. Касем Сулеймани не контролировал их политику, поэтому они симпатизируют и любят иранцев, любят тюрбаны. И странно, что они арабы — что привело вас к тюрбану, к любви к нему и следованию за ним? Ведущая: Потому что тюрбан направляет себя против Израиля, с их точки зрения. Фаик: Хорошо — теперь вы говорите, что Ирак попал в ловушку. В какую ловушку? Иран создал милиции. Так же, как он поддерживал Хезболлу, как он поддерживал ХАМАС, как он поддерживал хуситов, он поддерживал 35 иракских фракций, лояльных Ирану. Финансирование приходит из Ирана, но из Ирака — из иракской казны, из нефтяных доходов. Иран забирает это и передаёт этим 35 фракциям. Оружие приходит из Ирана. Политическая поддержка приходит из Ирана. Когда проходят выборы, эти 35 фракций побеждают — у них есть депутаты в парламенте. Всё государство контролируется Ираном. Это рабы, Раша. И это очень важный момент — позвольте мне сказать. Иранцы оккупировали Ирак и управляют им через людей, с которыми им удобно — не через достойных иракцев с историей, борьбой и принципами, с которыми можно было бы сказать: "мы ваши соседи и большая страна, давайте сотрудничать в управлении". Это было бы нормально — я могу иметь дело с Турцией, с Саудовской Аравией, с Ираном. У меня нет проблем. Но что они сделали? Они привели человека, которого вы не знаете, никогда не слышали, никогда не видели — этот человек был нищим, у него не было ни динара — и дали ему казну в миллиарды. Что это за человек? Чего мне от него ожидать? Что он делает? Он раб Ирана до самой смерти, потому что тот, кто его создал и сделал — Ведущая: Но ведь в Ираке были государственные институты, которые должны были этому противостоять. Фаик: Правительство приводят милиции, его приводит Иран. Если Иран не одобрит, правительства не будет. Ведущая: Значит, Ирак находится в руках Ирана. Фаик: В руках Ирана. И позвольте мне одновременно покритиковать Америку и Израиль. Америка и Израиль закрывали на это глаза — более того, они соглашались. Когда Иран соглашался на премьер-министра и правительство, они тоже соглашались. Они поддерживали все правительства с 2003 года — от Бремера до сегодняшнего дня. Все правительства в Ираке — Америка и Израиль одобряли то, что приводил Иран. Так в стране, управляемой таким образом — иранец, с которым я воевал восемь лет, которого я победил и разрушил — как он теперь управляет мной, мстит мне, крадёт мою страну, убивает мой народ, вводит в мою страну сектантскую рознь через Касема Сулеймани и Абу Махди аль-Мухандиса, взрывает святыни? Симпатия, о которой вы говорите, может существовать, потому что некоторые арабские народы не видели этот образ Ирана. Они видят образ Ирана, противостоящего Израилю. Нет — они видят, слышат и знают. На высоком культурном уровне — что с ними не так? Руководство "Братьев- мусульман" и других — они ничего не видят, ничего не слышат, не встречаются с политиками, не знают, почему они симпатизируют Ирану. Из злобы к арабам и странам Залива. Нет ни одного араба, который симпатизирует Ирану и не носит внутри скрытую ненависть к странам Залива, потому что он смотрит на них свысока и видит, что у них есть деньги, ресурсы, они построили свои страны и построили своих людей. Он не хочет, чтобы вы строили человека, потому что если вы это сделаете, он станет осознанным и будет знать, как жить. И если вы построите страну, потом он ни в чём не будет нуждаться — он не поедет в Иран, не поедет ни в какую другую страну. Он будет жить в своей стране лучшей жизнью. Они этого не хотят.

Даже если вы скажете ему миллион раз, он всё равно вырежет всех. Это первое. Моё желание — чтобы это правило вами, пока вы не поймёте, что такое Иран. Второе, чего я желаю — чтобы Иран управлял вами так, как он управляет мной сейчас, и вы увидели унижение, голод, деградацию, оскорбления, презрение — и чтобы иранец приезжал в Кербелу, а великий иракец, который восемь лет воевал с Ираном и поставил его на колени, становился на колени и мыл ноги иранцу — и его ноги покрыты грязью и нечистотами — и пил воду, которой мыли эти ноги, под предлогом, что этот человек пришёл из Ирана пешком к имаму Хусейну, мир ему. Я желаю, чтобы такое государство управляло вами, чтобы вы поняли — как вы, араб, можете это принять? Вот что Иран делает с арабской страной. Как вы можете жить под таким управлением? Как вы можете им сочувствовать? Вы понимаете, какие суеверия и невежество они распространяют среди нас в Ираке? Я говорю вам — боюсь, вы скажете "что это?" — или обвините меня в экстремизме, может быть в Аль-Каиде, может быть в ИГИЛ. Я не знаю. Вам нужно знать, что я сын Наджафа и религиозного истеблишмента; мой дед был крупным религиозным авторитетом, и я сын хаузы. Поймите, кто я и что я вам говорю. Как вы думаете? Я не такой, как вы — я думаю иначе. Вы сейчас охвачены сочувствием под предлогом, что это мусульмане, пришедшие воевать с евреями. А что с евреями? Давайте перейдём к этому — это ключевой момент. Я иракец — доля евреев в Ираке в начале XX века в Багдаде — половина населения Багдада была еврейской, а другая половина — мусульманской. Самое изысканное, красивое, величайшее и лучшее сообщество в Ираке были евреи, а не другие. Они ни на кого не нападали — вот судебные записи и архивы полиции. Ведущая: Да, но вы говорите об образе, который отличается от сегодняшней реальности. Посмотрите, что они делают в Газе. Посмотрите, что они делают на Западном берегу. Посмотрите на поселения, посмотрите на закон о казни первоначального владельца — Фаик: Посмотрите, что они делают в южном Ливане. Ведущая: Да, да. Фаик: Да, верно. Сейчас они совершают все эти преступления и делают худшие вещи — чтобы обеспечить свою безопасность, уничтожить то, что называется "сопротивлением", обеспечить свою жизнь. Но — и это очень важный момент — те евреи, которые жили в наших арабских странах, особенно в Ираке, мы изгнали их, мы переселили их, отправили их в Израиль, вырвали их с корнем, украли их движимое и недвижимое имущество. Этот еврей, о котором мы сейчас говорим — когда он делает то, что делает сейчас, или точнее сионист — да, он хочет защитить себя, потому что ночью вы пересекаете его границу, нарушаете его землю. Да, я знаю — вы нарушили его землю, пока он спал. Ведущая: И он убивал и продолжает убивать и нарушать — Фаик: И вы обстреливаете его с юга Ливана. Он говорит вам: я хочу заключить с вами соглашение, давайте договоримся, будем жить безопасно — вы на юге Ливана, я в Израиле. Вы отказываетесь — вы хотите с ним воевать. Конечно, он отвечает. Ведущая: Это не так — Израиль до сих пор не вышел из пяти точек в Ливане. Фаик: Поздравляю, прошло десять дней. Ведущая: Хорошо. Фаик: Какие пять точек? Ведущая: Если Израиль не хочет уходить — если есть те, кто считает, что главным врагом, вокруг которого должны объединиться все страны региона, является Израиль, а не Иран — Фаик: Кто эти арабы, которые так говорят? Ведущая: Некоторые высказывают такую точку зрения. Фаик: Нет — первый, главный и основной враг — это Иран, а не Израиль. Потому что я, как иракец, говорю за себя — что привело меня к Израилю? У меня нет границы с Израилем. Я не рядом с Израилем. Израиль не вмешивается в мои дела и мою политику. Иран — 1400 лет — находится внутри Ирака. Ведущая: Да, вы иракец, но вы также араб, и вы видите, что происходит — Фаик: Я араб. Я вижу унижение от иранцев. Я не вижу никакого унижения от какого-либо израильтянина — он не рядом со мной, я его не вижу, не взаимодействую с ним, он не оккупирует мою страну, не приходит в Ирак.

У этих людей раздвоение личности. Их поведение можно объяснить только психологически, а не политически — это область психологии, а не политической науки. --------- Бывший депутат парламента Ирака Фаик аль-Шейх Али с ведущей Рашей Ведущая: Режим пал или нет, профессор Фаик? Фаик: Раша, прежде чем ответить, пал режим или нет — вы знаете, народы Залива, как и иракский народ, включают долю иранцев — старых иранцев, которые живут там 200, 150, 120 лет, имеют гражданство этих стран. Эти иранцы сейчас одни из самых больших ненавистников Ирана и тюрбанов. Вы потеряли значительную часть своих первоначальных граждан, которые жили в странах Залива и даже в Ираке — вы потеряли их лояльность и любовь. Они теперь вас ненавидят, ненавидят Иран, ненавидят режим и его поведение, потому что вы на них напали. Они не знали, в какой момент на них может упасть ракета. Потому что ракета, выпущенная — девочка, которая погибла в Кувейте — ракета, прилетевшая из Ирана, не различает между иранцем и неиранцем. То есть все люди теперь ненавидят режим. Ведущая: Я вернусь к вопросу о народах, но пал ли режим в Иране политически и фактически? Фаик: Режим закончился. Любой режим в мире, особенно диктаторский, состоит из головы и тех, кто окружает эту голову. Хорошо — где голова? Али Хаменеи исчез. Те, кто окружал голову — хотелось бы, чтобы первая, вторая и третья линии были полностью уничтожены. Всё на уровне Корпуса стражей революции и на уровне высших политиков, которых мы знали 40 и более лет — всё исчезло, все убиты. Ведущая: Говорят, что Корпус стражей революции всё ещё существует, и пока он выдержал эту войну, Иран остаётся сильным. Фаик: Верно, Корпус стражей всё ещё существует, но я говорю о руководстве, о высших фигурах. Нынешние командиры Корпуса — низшего уровня, четвёртого, не третьего, не второго, не первого. У них давно есть постоянные инструкции: если что-то случится с Ираном, вы действуете самостоятельно, принимаете собственные решения — больше нет верховного лидера, который вами управляет, или конкретного командира, который отдаёт приказы. Вы действуете так, как считаете нужным. Наши враги — страны Залива, наши враги — Америка и Израиль. Эти люди сейчас воюют, поэтому ты, солдат Корпуса стражей революции в звании лейтенанта, капитана или майора, действуй как хочешь, принимай собственные решения; главное — враждебность ко всем этим странам. Ведущая: Существование этих людей отвечает интересам региона и его стабильности или противоречит им? Фаик: Противоречит. Во-первых, против иранского народа, потому что этот режим построен на репрессиях. Все иранские революции подавлялись Корпусом стражей. Я слышал, что в начале последней революции — за день или два до войны — Иран объявил 3000 погибших, или в мире циркулирует цифра 32 000, а сейчас Трамп говорит о 45 000. Те, кто говорит об этих цифрах, не знают Ирана и иранского народа. Я могу с чистой совестью сказать: более 100 000. Потому что в 2009 году, во время зелёной революции, когда поднялось 60% иранского народа, один только Корпус стражей убил четверть миллиона человек. Не говоря уже о тюрьмах, арестах и так далее. Это преступники, которые используют политику уничтожения — немедленно и без обсуждений: ты израильский агент, сионист, американский агент, неверный — они убивают свой народ, режут его. Они уничтожили четверть миллиона. Ведущая: Итак, после этой войны, которая длилась более месяца, в каком виде американцы оставили нам иранский режим в регионе? Фаик: Война не закончилась, Раша. (…) Фаик: Это данность. И теперь я обращаюсь к арабскому гражданину: что вы скажете в поддержку Ирана? Знаете, каково моё желание? Мне не следует этого говорить — это политически некорректно. Но моё желание может быть таким: чтобы вами управляли два человека — моё желание в этой жизни и даже в следующей — одного из них зовут Саддам Хусейн. Даже если вы симпатизируете Ирану, я желаю, чтобы он вас вырезал. Я желаю, чтобы он вырезал вас прямо сейчас, потому что вы симпатизируете Ирану — вырезал вашу семью, ваших родственников, ваших соседей, потому что вы симпатизируете Ирану.

что такие организации патриотичны. Это обязательно предательские организации. Каждая террористическая организация по определению является предательской и коллаборационистской. Но если ИГИЛ поднимает знамя борьбы с Израилем, должны ли мы быть как ИГИЛ? Ведущий: Профессор Ибрагим, вы затронули важные моменты, к которым мы вернёмся. Но вы только что говорили о позициях некоторых из этих политиков, мыслителей и арабских элит — националистов, левых — которые согласились с исламистами, будь то шиитские или суннитские милиции или иные. Все они в одном окопе. Можно ли сегодня сказать, что эти элиты и лидеры мнений в арабском мире — левые и националисты — являются причиной того, что некоторые арабы, даже граждане стран, подвергшихся иранской агрессии, радуются и приветствуют удары по своим же странам ракетами, беспилотниками и шпионскими сетями? Вы возлагаете на них ответственность? Исса: Я возлагаю ответственность на арабскую политическую культуру с 1950–60-х годов до сегодняшнего дня — на господство проекта политического ислама и насеристских и левых идей, которые доминируют в арабской культуре, контролируют её ключи и властвуют над ней. В этом и заключается настоящая проблема. Мы находимся в наследии — в тяжёлом, разложившемся ментальном и интеллектуальном наследии, которое доминирует и контролирует арабское сознание. Многие вырвались из этого; я вовсе не утверждаю, что арабское общество и арабские народы не поддержали государства Залива или что они поддерживают Израиль или Иран. Я так не думаю. Проблема касается тех, кто связан с исламистскими и националистическими течениями и находится под влиянием их идей. И это естественно, потому что они видят это в школьных программах, в проповедях в мечетях, в религиозном обучении, в медиа и в социальных сетях. Это крупные, а не второстепенные силы, доминирующие над арабским сознанием с 1950-х годов. Затем наступил этап после исламского пробуждения и доминирования исламистов на арабской сцене. В итоге перед нами насеристско-Война, за которой наблюдает арабский мирнационалистическое мышление, на которое наложилось исламистское, создав ужасающую жёсткость и паралич арабского сознания, вплоть до прославления и возвеличивания Гамаля Абдель Насера, потерпевшего поражение, и одновременных нападок и обвинений в адрес Анвара Садата, победителя. Я говорю в военном смысле, не о мире и не о чём-либо ещё. Тот, кто выиграл битву и войну — Анвар Садат — стал объектом ненависти и нападок со стороны как исламистов, которые его также убили, так и насеристов и националистов, которые до сих пор говорят, что мы не выиграли в 1973 году. Поэтому совершенно естественно, что тот, кто считает, что Египет и арабы не победили в 1973 году, сегодня будет считать себя победителем. Он видит через совершенно иную призму: тот, кто переправился и освободил землю, — проигравший, а тот, кто был разбит, чья военная мощь уничтожена, у кого не осталось ничего, кроме остатков ракет, накопленных десятилетиями за счёт богатства, возможностей и свободы иранского народа — эти националисты, насеристы, правозащитники и исламисты, которые говорят об арабских режимах, атакуют их и считают их производителями нарушений прав человека, одновременно участвуют в таком искажении и фальсификации, которое не выдерживает никакой здравой логики, — по поводу того, что Иран ежедневно совершает нарушения прав человека против собственного народа с самого начала проклятой революции, исламской революции в Иране, которая была иранской революцией и превратилась в исламскую через кровь, убийства и казни. Эта левизна, которая сейчас поддерживает Иран — Иран, между прочим, убивает ваших левых внутри страны. Режим мулл подавляет левое движение и подавляет всякую свободу. Левые могут наблюдать, как демонстрантов избивают и убивают тысячами, в то время как вы в своей стране требуете права на протест и обвиняете своё государство в подавлении демонстрантов, но при этом одобряете подавление иранских демонстрантов.

Режим не пал — и кто сказал, что режим может пасть только от воздушных ударов? Саддам Хусейн в 1991 году, после освобождения Кувейта и сокрушительного поражения Ирака и его армии, оставался у власти с 1991 по 2003 год, двенадцать лет. Значит ли это, что он не был побеждён в 1991 году? Режим может выжить, но он пустой, прогнивший, пронизанный, обветшавший, и теперь после этого перемирия он столкнётся лицом к лицу со своим народом — через неделю, две недели, месяц, два месяца, год, два года — с огромными вызовами. Допустим обратное, профессор Наеф: если бы иранскому режиму удалось ликвидировать Нетаньяху, министра обороны, главу разведки, главу Моссада — что бы они тогда сказали? Что мы проиграли? Когда ситуация достигает такого уровня политического разложения и политического бреда, не стоит следовать аргументам безумцев. Мы не будем сидеть и обсуждать очевидные истины, чтобы убедить проиранских или режим мулл в том, что он проиграл. Я не собираюсь его убеждать, потому что он как человек с нарушенным цветоощущением — он видит зелёное как красное, и сколько бы вы ни пытались убедить его, что то, что он видит как зелёное, на самом деле красное, он вам не поверит. Ведущий: Почему вы описали всех, кто поддерживает Иран в его агрессивных атаках против стран Залива, или даже тех, кто молчит — как будто ничего не произошло — как дающих легитимацию предательству и сотрудничеству? Убедите зрителя, что это определение оправдано. Исса: На 1000%. Прежде всего скажу: цель диалога, дискуссии и представления доказательств — просвещать людей, просвещать общественное мнение, просвещать арабские массы — а не убеждать проиранских, иранский режим или систему мулл в том, что он проиграл. Это не входит в мои задачи и не находится в списке моих приоритетов. Но когда я говорю, что каждый, кто открыто и ясно симпатизировал, поддерживал или молчал о варварской, откровенной и отвратительной иранской агрессии против арабских стран в Заливе, поддерживает и одобряет предательство и сотрудничество — почему? Потому что когда Хезболла существует в Ливане, когда вы поддерживаете Иран и его проникновение в арабские общества и государства — будь то Хезболла, Силы народной мобилизации или хуситы — что это означает, когда вы, обычный арабский гражданин, подвергающийся мощному медийному и культурному давлению со стороны политического ислама и арабских националистических движений, поддерживаете Хезболлу? Это означает, что вы поддерживаете партию, которая называет себя партией Вилаят аль-Факих в сердце арабского государства. Вы поддерживаете партию, чья лояльность Ирану объявлена. Вы поддерживаете вооружённую организацию внутри государства — это означает, что вы поддерживаете отделение от армии, поддерживаете восстание против армии, поддерживаете распространение вооружённых сил внутри любой страны. Примените это к Ливану, к Иордании, к Ираку, к Египту, к Тунису. Когда вы говорите мне, что организация, только потому что она поднимает знамя борьбы с Израилем и "сопротивления", и вы принимаете её как агента, оплачиваемого и финансируемого иностранной державой, как предателя, чья лояльность принадлежит другому государству, как военного мятежника против своей страны и её суверенитета — раскалывающего и дробящего государство, как мы видели в Йемене и как видим сегодня с Хезболлой в Ливане — перехватывающего решения государства, перехватывающего решения народа — разве это не предательство и сотрудничество? Как ещё это назвать? Предательство и сотрудничество с иностранной организацией с иностранной лояльностью внутри этой родины, получающей деньги и поддержку, действующей по внешним приказам и получающей финансирование из-за рубежа. Если это не сотрудничество, то что это? Если это не предательство родины, то что это? Когда мы говорим об организации "Бейт аль-Макдис" на Синае — когда она была частью ИГИЛ и Аль-Каиды — если вы финансируете организацию, которая поднимает их знамена и восстаёт против своей армии, своей страны, своего суверенитета, получая внешнюю поддержку — как это называется? Я думаю, египетские патриоты, националисты и насеристы не скажут нам,

В результате, когда западные правительства и общества занимают жёсткие позиции против действий Израиля в отношении операций Ирана, они считают, что стоят на стороне арабского мира. В действительности они продвигают позицию, которую арабский мир не разделяет и о которой не просил, игнорируя угрозу, с которой арабские правительства и общества действительно живут. Риторическое использование Израиля как постоянного оправдания иранской агрессии было одним из самых устойчивых инструментов Исламской Республики, а западное общественное мнение на протяжении всего её существования невольно служило усилителем этого инструмента. Война, за которой наблюдает арабский мир То, что делает текущий момент значимым, — операция Epic Fury ускорила процесс осмысления, который уже начался. Арабский мир наблюдает, как разрушается прокси-архитектура, которую Иран строил десятилетиями, и осмысливает последствия этого для своего политического будущего. Первое, что стало очевидным, — это демонстрация возможностей, которую никто не предсказывал. Государства Персидского залива, выдержавшие тысячи ракет и беспилотников при сохранении полной гражданской жизни и политического самообладания, продемонстрировали военную устойчивость, которую десятилетиями высокомерно отрицали как западные, так и арабские националистические комментаторы. Второе — регион находится в подлинной точке перелома, где разрушение прокси- архитектуры Ирана открывает реальную возможность для арабских государств впервые за поколение управлять собой без внешнего вмешательства. Западные наблюдатели, следившие за этой войной через призму иранских аккаунтов в социальных сетях, наблюдали тщательно поставленное представление. Арабский мир наблюдал нечто иное — первую серьёзную попытку бросить вызов идеологии, которая никогда не была демократически принята, никогда не приветствовалась и с самого начала навязывалась через насилие и подрыв. Соединённые Штаты и Израиль, долгое время воспринимавшиеся в арабской политической культуре как два двигателя регионального угнетения, значительной и растущей частью арабского общественного мнения начинают восприниматься скорее как освободители — не в языке благодарности, который противоречил бы арабскому достоинству, а в языке облегчения. Два интервью оказались особенно показательными в этом отношении. Одно — с египетским писателем, другое — с бывшим депутатом иракского парламента; оба выступают на арабском канале, поддерживаемом Саудовской Аравией, с той степенью откровенности, которую западные медиа редко создают и ещё реже усиливают. Каждый по-своему говорит одно и то же: Иран — враг. Я надеюсь, что их чтение даст серьёзным наблюдателям международных дел представление о том, как выглядит реальный спор внутри арабского мира, ведущийся на арабском языке, в арабских категориях и почти полностью вне поля зрения Запада. ---------- Ибрагим Исса, египетский писатель, из Каира с ведущим Наефом Ведущий: Когда кто-то из Ирана или из проиранских кругов слушает вас, он скажет: за 38 дней Соединённые Штаты и Израиль не смогли уничтожить режим, не смогли его изменить, не смогли войти в Иран по суше, не смогли заставить Иран капитулировать, и Трамп пошёл на перемирие, потому что у него не было другого выхода. Каков ваш ответ? Исса: Смотрите, если это аргументы, которые их убеждают, прекрасно — пусть они себя удовлетворяют. Невозможно убедить безумца, что он безумен. Каким бы искусным психиатром вы ни были, нет ни одного психически нездорового человека, который признаёт своё расстройство. Тем более того, кто одновременно психически неустойчив и идеологически мотивирован. Но всё это поднимает вопрос о целях самой войны. Тот же аргумент до утомления повторялся по поводу Газы — когда присутствие ХАМАСа разрушалось в Газе, они говорили "ХАМАС не побеждён, ХАМАС существует, ХАМАС ведёт переговоры, ХАМАС заставил врага сесть за стол переговоров" — тот же абсурд повторяется снова.

Война, за которой наблюдает арабский мир Зинеб Рибуа | Война и Общество | Слепота Запада | Арабский Мир 🆚 Иран | Архитектура Прокси | Подрыв Суверенитета | Крах и Последствия | Адженда 🆚 Реалии | Инверсия Угроз | Ссылка 🔗 Чтение без отвлекающих факторов на Substack Война, за которой наблюдает арабский мир У Ближнего Востока есть другая история, и Запад её не слышит ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Западное освещение операции Epic Fury разворачивалось почти полностью на условиях самого Ирана. ~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~•~ Доминирующая рамка в европейских и американских комментариях представляет Исламскую Республику как пострадавшую сторону, рассказывающую о своём сопротивлении, и обсуждение в основных медиа и в социальных сетях в значительной степени строится вокруг того, что утверждает Иран, что он переживает и чем он осмеливается угрожать. Эта рамка оставляет огромный пробел в картине, и этот пробел — арабский мир, цивилизация, которая сорок лет наблюдает, как Исламская Республика подтачивает её институциональные, теологические и культурные основы. Чтобы понять, что на самом деле происходит на Ближнем Востоке, западному наблюдателю необходимо одновременно удерживать три измерения, а архитектура западных политических дебатов делает это структурно трудным, если не в некоторых случаях невозможным. Три вещи, которые Запад не видит Первое — это отношения арабского мира с Ираном. С точки зрения Брюсселя или Лондона Иран представляет себя как движение сопротивления, имеющее претензию к американской гегемонии и израильской оккупации, и эта подача удобно вписывается в знакомые западные антиколониальные рамки. Но она не соответствует реальному опыту арабских обществ в Ливане, Ираке, Йемене, Бахрейне, Сирии и по всему Персидскому заливу. В этих странах присутствие Ирана означало, что Хезболла держит ливанское государство в заложниках у Тегерана, тридцать пять вооружённых группировок в Ираке получают зарплаты из иранских средств, проходящих через иракскую государственную казну, а командиры хуситов подчиняются Корпусу стражей исламской революции, обстреливая арабских граждан с территории Йемена. Свобода — это не то слово, которым какой-либо серьёзный арабский наблюдатель описал бы то, что принёс Иран. Более того, конфликт арабского мира с Ираном уходит гораздо глубже, чем американские базы или израильские авиаудары. Его движущая сила — систематический подрыв арабского суверенитета иностранной державой, которая использует язык исламской солидарности как прикрытие для имперского проекта, реализуемого через посредников. Второе измерение — это сам вопрос прокси, где западный анализ терпит наиболее полный провал. Иран выходит далеко за рамки поддержки вооружённых групп. Внутри арабских стран создаются параллельные государственные структуры, захватываются финансовые системы и устанавливаются политические фигуры, полностью обязанные своим существованием и выживанием Тегерану. Иранцы, управляющие этим проектом, понимают его как экспорт революции, но то, что пережили арабские общества, гораздо ближе к колониальной оккупации, осуществляемой через посредников, и на данный момент они не скорбят по Исламской Республике. Когда западные наблюдатели рассматривают эти прокси- сети как инструменты легитимного сопротивления, а не как механизмы подчинения, они фактически поддерживают имперский проект, полагая, что противостоят ему, и тем самым становятся силой, дающей легитимацию войне Ирана против арабского мира. Третье измерение — самое контринтуитивное для западной аудитории и наиболее значимое для понимания и непонимания текущей войны. Для арабских националистов, включая светских националистов и даже тех, кто испытывает серьёзные сомнения в отношении политики Израиля, Иран представляет большую и более непосредственную угрозу, чем Израиль. Эту позицию западные медиа структурно не способны сделать понятной, поскольку западный дискурс о Ближнем Востоке десятилетиями строился вокруг израильско- палестинского конфликта как главной оси региональной несправедливости.

Главный вызов для Нетаньяху после войны - справиться с вопросом дип стейт и вернуть суверенитет народу. В противном случае он может потерять поддержку бибистов – и, по всей видимости, именно вокруг этого будет сосредоточена ближайшая избирательная кампания. Моше Коэн Элия | Профессор конституционного права, основатель института Масад хаАрец -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Бибисты проф. Моше Коэн Элия | Внутренняя Политика | Социальный Конфликт | Ралабизм 🆚 Бибизм | Нарратив 🆚 Реальность | Подмена Понятий | Ссылка🔗 Когда я был в левом лагере, понятие "бибисты" обозначало большую группу членов культа, поклоняющихся "королю Биби" – людей без разума, "простонародных", то есть выходцев с Востока, переполненных комплексом неполноценности и потому нуждающихся в ашкеназском короле из ревизионистских элит Рехавии, который будет представлять их перед элитами МАПАЙ, исторически дискриминировавшими их и привезшими их в страну как спасительную алию, а не потому, что действительно хотели их здесь. Бибисты, согласно распространённому нарративу в левом лагере, действуют вопреки своим интересам. Они голосуют за капиталистическую партию, хотя часть из них как раз заинтересована в государстве всеобщего благосостояния. Они во всём следуют за "королём", даже когда он меняет позицию или ошибается, потому что у них нет собственной личности. Согласно этому подходу, речь идёт о "простонародной" группе людей без стержня, нуждающихся в признании. Они рабы короля – крысолов из Гамельна – который гипнотизирует их и использует как инструмент для продвижения своих личных интересов: неограниченное и бессрочное правление народом Израиля на протяжении сорока лет, пока не придёт следующий король. Но можно взглянуть на вещи иначе: те, кого называют "бибистами", являются рациональными игроками, стремящимися к благу народа Израиля и к повышению уровня жизни членов своей группы. Нетаньяху, и, как мне кажется, по этому поводу нет серьёзных разногласий, является одним из важнейших лидеров в истории Государства Израиль, на уровне Давида Бен-Гуриона. Достаточно увидеть высокую оценку, которой он пользуется в мире, включая арабский мир, особенно на фоне результатов войны возрождения. Трудно представить положение Израиля, если бы во главе стоял другой лидер седьмого октября. У кого была бы способность выдержать массированное давление, действовать стратегически и с большим терпением, принимать продуманные риски и закрепить Государство Израиль как ведущую региональную державу на Ближнем Востоке? И даже если сегодня есть определённая горечь вокруг прекращения огня, в Израиле нет лидера, который достигал бы половины уровня Нетаньяху. Поэтому бибисты являются гораздо более рациональными игроками, чем "ралбисты", поскольку их лидер производит большее впечатление, чем любой другой лидер на политической арене сегодня. Действуют ли они вопреки своим экономическим интересам? Экономическое процветание Государства Израиль в период Нетаньяху пошло на пользу и бибистам. Исследования показывают, что восточная группа добилась значительной социальной мобильности в последние десятилетия и поднялась из среднего-низкого социально-экономического класса в средний-высокий. И в этом аспекте речь идёт о рациональных игроках, вопреки распространённому в левом лагере нарративу. Вопреки распространённому нарративу в левом лагере, бибисты являются либералами - они верят в равенство женщин и выступают против дискриминации ЛГБТ. Бибисты не видят противоречия между этими позициями и своим традиционным мировоззрением, подчеркивающим укоренённость и важность "народа Израиля". Коллектив имеет для них большое значение, и в отличие от мобильных ралбистов, они связаны с землёй и связаны с корнями земли обетованной. Есть одна область, в которой среди бибистов существует неудовлетворённость Нетаньяху – борьба с дип стейт. Бибисты считают, что Нетаньяху недостаточно борется с силами дип стейт и израильской юристократии, которые, по их мнению, лишают содержания их право выбора и управляют государством за кулисами. Они видят, как эти силы действуют, чтобы блокировать назначения, значительная часть которых приходится на выходцев с Востока. Они указывают на то, что в университетах менее десяти процентов членов академического состава имеют восточное происхождение. Они испытывают исключение из неформальных центров силы, где сосредоточено реальное влияние.

Тамир Мораг | Война и Общество | Иран 🆚 Запад | Противостояние Культур | Адженда Поражения 🆚 Реалии Победы | Инверсия Ценностей | Ссылка 🔗 Самое сильное оружие Ирана в этой войне — не Ормузский пролив, а огромный разрыв в выносливости между исламистской культурой и западной культурой, особенно либеральным левым лагерем на Западе. Сломай мне кости — я поцарапаю тебе кончик мизинца, и ты сдашься. В абсолютных терминах Иран был побеждён, разбит и ослаблен так, как не происходило ни с одной страной в мире уже десятки лет, однако его стратегия основана на том, что любой относительно незначительный ущерб заставит Запад отступить. Это также большая стратегия исламистской кампании по уничтожению Государства Израиль, которая основывается на предположении, что значительная часть израильского общества на самом деле не готова бороться за своё право жить здесь и не готова терпеть никакие неудобства ради этого (во всём, что касается готовности к борьбе, это в целом справедливо и для ультраортодоксального сектора). Упорная война, которую Израиль ведёт со времени резни 7 октября, в целом опровергла это предположение, однако тот факт, что значительная часть израильской общественности уже более двух лет призывает к капитуляции и определяет любое столкновение с врагом как поражение и провал — вне зависимости от масштабов ущерба, наносимого нам или противнику — доказывает, что оно не лишено оснований. Тамир Мораг | Политобозреватель 14 канала -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Ольмерт, разумеется, отверг все эти обвинения. И справедливо заявил, что Израиль не наносил удары по гражданским намеренно и что принятые решения были легитимными в рамках борьбы с терроризмом. Но мы уже сказали, что у него отличная память и что он, безусловно, не идиот. Разве он не понимает, что когда он сам, изнутри, обвиняет Израиль в военных преступлениях — он укрепляет всех врагов Израиля, которые делают это извне? Подтверждает их утверждения? Забыл ли он правило, советующее тому, кто живёт в стеклянном доме, не бросаться камнями? не выходить на солнце с маслом на голове? Ольмерт ничего не забыл. Возможно, его ненависть к Нетаньяху лишила его здравого суждения, но возможно, что он, подобно обращённым евреям на протяжении истории, надеется, что, подтверждая кровавые наветы против евреев, ему простят его еврейство. проф. Арье Эльдад | Быв. депутат Кнессета #нашелевосбродие #фабрика_наветов -------------------------------- 📚Подпишись на канал 📖 читай актуалии с переводом 🔗https://t.me/decoding_bureaucracy -------------------------------- ⚠️ הבהרה חשובה ⚠️ : אם לבעל הזכויות יש התנגדות לפרסום התרגום – אנא צור קשר ואסיר אותו בהקדם. --------------------------------

Полтора года назад, напомнила ему Лиэль, правительство Ливана получило возможность обеспечить свой суверенитет и удалить Хизбаллу южнее Литани — и ничего не сделало. Почему оно сделает это сейчас? И Ольмерт, не смутившись фактами, сказал, что сейчас правительство Ливана предлагает мир, и нам следует

"выстроить какой-то процесс, который при интенсивном сотрудничестве на основе политических договорённостей между Израилем и Ливаном приведёт к оттеснению Хизбаллы и её способности угрожать северу".

Он упорно утверждал, что у него есть "решение" для исламской религиозной войны, тогда как человеческая история определяет: такие войны не заканчиваются. У Ольмерта есть заслуги и обязательства. Из человека, сформулировавшего принцип "освобождённая территория не будет возвращена", он превратился в радикального левого активиста и одного из последних, кто верит в необходимость создания палестинского государства в сердце нашей родины. Он планировал выкорчевать большинство еврейских поселений в Иудее и Самарии. Но по его приказу Израиль атаковал и уничтожил сирийский ядерный реактор в Дейр-эз-Зоре. Также Вторая ливанская война, которую он начал, была оправдана сама по себе, но началась поспешно и велась — военным и политическим образом — очень плохо. Ольмерт также брал взятки, был осуждён и сидел в тюрьме. О нём можно сказать многое, но в одном я уверен: он не идиот. Ольмерт пришёл в студию "Встреча с прессой" не только для того, чтобы предложить глупое решение для Ливана в виде очередного соглашения с его импотентным правительством. В последнее время он взял на себя новую миссию, и даже когда его об этом не спрашивали, он настоял на том, чтобы посвятить ей окончание своего обращения к нации: обвинить Израиль, его лидеров и командование армии в военных преступлениях, геноциде и этнической чистке. Он пригрозил начальнику Генштаба, командующему Центральным округом, командиру дивизии Иудеи и Самарии и генеральному инспектору полиции: ответственность за предотвращение "убийства и этнической чистки" в Иудее и Самарии лежит на них, и если они не будут действовать — "вы окажетесь в Гааге". Эти слова являются прямым продолжением статьи, которую он написал в "Хаарец" около года назад, где утверждал, что Израиль совершает военные преступления в Газе. Он назвал правительство Нетаньяху "преступной бандой", утверждал, что гибель гражданских в Газе является результатом целенаправленной государственной политики, и призвал Международный суд в Гааге вмешаться. Ольмерт повторил эти слова и в эфире общественного радио в США. Я был лично знаком с Ольмертом. Моя покойная мать, после того как была директором отдела социального обеспечения в муниципалитете и членом городского совета, координировала все волонтёрские службы в городе, когда Ольмерт был мэром, и они были знакомы. Ольмерт назвал улицу в Иерусалиме в честь моего покойного отца. И я могу свидетельствовать из первых рук — у этого человека выдающаяся память. Следовательно, невозможно, чтобы он забыл, что против него самого ведётся несколько международных уголовных процессов по обвинению в ...совершении военных преступлений в связи с тем, что он был премьер-министром Израиля во время Второй ливанской войны и операции "Литой свинец". Так, в Германии его обвиняли в бомбардировке населённых районов и использовании боеприпасов с белым фосфором. Так, в Канаде его обвиняли (вместе с Ципи Ливни) в командной ответственности за гибель гражданских, разрушение школ и объектов ООН в Газе. Подобные жалобы ранее подавались также в Великобритании, Швейцарии и Бельгии. Доклад комиссии Голдстоуна, назначенной ООН по результатам операции "Литой свинец", установил, что Израиль (при правительстве Ольмерта) "совершил военные преступления и, возможно, даже преступления против человечности". "Amnesty International" обвинила его в аналогичных правонарушениях во Второй ливанской войне.

Ольмерт не идиот проф. Арье Эльдад | Война и Общество | Ольмерт 🆚 Нетаньяху | Наше Лживосбродие | Фабрика Наветов | Адженда 🆚 Реалии | Инверсия Морали | Ссылка 🔗 Бывший премьер-министр Израиля Эхуд Ольмерт в субботу вечером встретился в студии программы "Встреча с прессой" с Яроном Авраамом и Дафной Лиэль. Сначала его спросили, что, по его мнению, Израиль должен делать в Ливане. После того как он снова и снова сказал, что не существует "волшебных решений" "сегодня на завтра", и после того как не упустил возможности атаковать

"хвастливые и самодовольные заявления руководителей государства в прошлом году о том, что всё, Хизбалла уничтожена, оружия больше нет",

он напомнил, что сам никогда так не хвастался,

"хотя после Второй ливанской войны 17 лет не было произведено ни одного выстрела".

Ярон Авраам вежливо заметил, что, возможно, не было выстрелов, но Хизбалла вооружалась и усиливалась до чудовищных масштабов. В характерном поучительном тоне Ольмерт вызвался преподать молодым интервьюерам урок истории:

"Извините. У вас есть возможность учиться, так слушайте. В течение трёх лет с момента окончания войны и до завершения моего срока не было вооружения и не было ничего подобного этому".

Поскольку я менее молод и менее вежлив, чем интервьюеры, — я проверил. Итак: в конце Второй ливанской войны у Хизбаллы оставалось 6000 ракет. Когда Ольмерт ушёл — направляясь к суду и в тюрьму (после того как был осуждён за получение взятки) — в распоряжении террористической организации было 40 000 ракет. Она развернулась по всему Ливану, в том числе южнее Литани, и обзавелась современными средствами вооружения, которых у неё не было до войны. Также и Нетаньяху, сменивший Ольмерта, сидел сложа руки и позволил Хизбалле превратиться в большую и опасную армию. Накануне 7 октября, по разным оценкам, у неё было около 150 000 ракет различной дальности. В конце предыдущего раунда, в конце ноября 24 года, Нетаньяху сказал:

"Хизбалла решила атаковать нас 8 октября. Прошёл год — это уже не та Хизбалла. Мы отбросили её на десятки лет назад. Мы ликвидировали Насраллу... ликвидировали всё высшее руководство организации, уничтожили большую часть её ракет и снарядов, ликвидировали тысячи боевиков и уничтожили подземную инфраструктуру и террористические объекты, расположенные у нашей границы".

Он сам, руководители правительства и командование армии пообещали жителям севера, что "безопасно возвращаться домой", и это обещание оказалось пустым, но никто из них не обещал, что "всё, Хизбалла уничтожена, оружия больше нет", как господин Ольмерт вложил в их уста. Вторая ливанская война была военным и политическим провалом. Она завершилась резолюцией 1701 Совета Безопасности. Было достигнуто прекращение огня. ЦАХАЛ вышел из Ливана — и всё. Все прочие прекрасные пункты, на которые подписалось правительство Ливана, разумеется, выполнены не были. Ольмерт и Ципи Ливни заранее знали, что никакая сила в мире не заставит правительство Ливана вступить в конфронтацию с Хизбаллой, фактически контролировавшей всю страну. Но они нашли в соглашении дипломатическую лестницу, чтобы спуститься и сказать, что мы победили. "Доказательством" их слов стали 17 "лет тишины" после соглашения. Эта тишина существовала лишь для того, чтобы позволить Хизбалле под её прикрытием превратиться из террористической организации в огромную армию, которая могла бы вторгнуться в Галилею и захватить её части внезапной атакой. Это не произошло не из-за 1701, а потому что Иран не дал Насралле приказ "действовать". И всё же, когда Ольмерта спросили, каково его решение ситуации в Ливане сейчас, он снова рекомендовал ...соглашение с правительством Ливана.

"Мы обязаны воспользоваться возникшей возможностью, прежде всего прийти к урегулированию с правительством Ливана, урегулирование ... определённо сокращает их пространство для манёвра и даёт гораздо более сильную поддержку совместным действиям с нашей стороны в отношении правительства Ливана, чтобы постепенно сокращать уязвимость севера перед угрозами Хизбаллы".