in Freud und Leid

теперь — полноразмерный анонс... повторюсь, что в ближайший четверг я выступаю с лекцией на тему «От анатомии к "анатомии": культура вскрытия и производство скрытого в Европе XVI-XVII вв.», онлайн по просьбам трудящихся тоже будет. о чём: «Вскройте несколько трупов: вы сразу же увидите, как исчезнет темнота, рассеянная лишь одним наблюдением». Эти слова Ксавье Биша приводит Мишель Фуко в «Рождении клиники», описывая переход от клинического опыта к клинико-анатомическому взгляду: истина болезни перемещается с поверхности живого тела с его симптомами в глубину организма, доступную лишь посмертно — при вскрытии трупа. Так, вскрытие делает возможным познание, а нарушение поверхности, разрез выступает процедурой доступа к истине. Становление анатомо-клинического взгляда Фуко относит к рубежу XVIII–XIX веков, однако формируется он уже в XVI-XVII столетиях, по мере распространения публичных вскрытий и анатомических атласов. Кроме того, именно в это время эпистемический статус зрения кардинально меняется: телескопия и микроскопия сделали невидимое видимым, картография — необозримое обозримым; в проективной геометрии точка зрения становится условием построения изображения, в то время как в живописи и архитектуре — средством оптической манипуляции, наиболее показательным примером которой служит анаморфоза; усложнение придворных и социальных кодов закрепляет представление о внешнем как о знаковой поверхности, требующей истолкования, «маске», за которой могут скрываться страсть, мотив, расчёт и т.д. На этом фоне анатомия становится одной из ключевых практик работы со скрытым и быстро выходит за пределы медицины как таковой. Особенно активно анатомическую модель осваивает словесность. С 1570-х годов и на протяжении первой половины XVII века Англия переживает настоящий «анатомический» бум: как минимум «Анатомию меланхолии» Роберта Бёртона знают, пожалуй, все. В немецкой барочной драме, у Грифиуса и Лоэнштейна, истина нередко проступает на поверхности изувеченного тела в качестве раны либо вытекает наружу вместе с кровью. Наконец, Ларошфуко в письме к отцу Тома Эспри пишет об «анатомии всех тайников сердца», а в трагедиях Жана Расина сама сцена становится пространством «вскрытия» души. Именно этот путь — от анатомии к «анатомии» — и станет тематической осью лекции. кто: Дарья Езубченко (я) — филолог🤓 когда: 16 июля, 19:30-21:00 где: клуб Лахесис [Чистопрудный бульвар, 25], вход 18+ за ссылкой на онлайн-трансляцию — в лс @gall0wsCalibrat0r