Daniel | Auxilium

Открыть официальный обменник USDT прямо сейчас практически невозможно. И вот почему С 1 сентября в России вступила в силу новая архитектура регулирования цифровых валют, и на бумаге рынок действительно получил понятную конструкцию: появляется отдельный статус организаций, которые могут системно заниматься обменом цифровой валюты, а право на такую деятельность подтверждается включением в специальный реестр Банка России. Но здесь есть очень большая разница между фразами «закон уже действует» и «я завтра открыл белый обменник USDT и начал принимать клиентов». На сегодняшний день полноценно собрать этот пазл практически невозможно. Почему? Во-первых, два ключевых нормативных документа Банка России были приняты только 27 августа. Один регулирует квалификационные требования к людям внутри такой организации, второй — порядок ведения соответствующих реестров. И оба сейчас находятся на государственной регистрации в Минюсте. Сам ЦБ прямо пишет, что после регистрации в документы ещё могут быть внесены изменения. То есть закон уже приехал, а инструкция по сборке ещё допечатывается. При этом часть требований нам уже известна. Для некредитной организации — минимум 15 млн рублей собственных средств. Нужны соответствующие требованиям руководитель, внутренний контролёр, человек, отвечающий за управление рисками, специальное должностное лицо по ПОД/ФТ и нормальная система внутреннего контроля. Но дальше начинается самое интересное. Вы можете зарегистрировать компанию. Нанять сотрудников. Купить инфраструктуру. Подключить AML и blockchain analytics. Договориться с поставщиками ликвидности. Даже вступить куда-нибудь в ассоциацию. И всё равно это не означает, что у вас есть право официально осуществлять деятельность обменника. По закону подтверждением является внесение организации в реестр Банка России. Причём сам ЦБ постепенно переходит именно к реестровой модели допуска: не красивый PDF «License», а электронная запись, подтверждающая право работать на конкретном финансовом рынке. Поэтому когда сейчас кто-нибудь говорит: «Мы получили лицензию на USDT». Я задаю очень простой вопрос: Покажите запись Банка России. Название юрлица. ИНН. Номер записи. Официальную страницу. Потому что «подали документы», «готовимся», «работаем с лицензированным партнёром» и «Банк России допустил нас к деятельности» — четыре совершенно разные вещи. И отдельно не путайте ЦФА с обычной криптой. Реестр операторов обмена цифровых финансовых активов у ЦБ уже существует, но это другой сегмент регулирования. Наличие компании в таком реестре само по себе не является доказательством права систематически продавать клиентам USDT за рубли. А дальше ещё банк. Потому что можно идеально написать юридическую модель, но если ваш банк не понимает происхождение USDT, экономический смысл операций, контрагентов и то, как всё это проходит через 115-ФЗ, красивый расчётный счёт проблему не решит. Вот поэтому я бы сейчас очень осторожно относился к компаниям, которые уже громко заявляют о «полностью лицензированном обмене USDT». Рынок действительно легализуется. Но между законом и работающей инфраструктурой всегда лежит самый тяжёлый кусок — реализация. И сейчас мы как раз находимся внутри этого промежутка.