Next Level Psy

​​Предметом, которым аналитики и психологи владеют сообща, является душа. Однако одновременно душа представляет собой «не предмет», поскольку ни теология, ни динамическая психотерапия не считают ее главным объектом своего попечения. Одна изучает Бога и Его намерения, тогда как другая изучает человека и его мотивацию... Вакуум, где традиционно предполагается встреча Бога и человека, стал не принадлежащим никому пространством, где аналитики и священнослужители противостоят друг другу. Одни и те же слова, например, «человек», «душа», «Бог», понимаются по-разному. Психологи пользуются ими весьма наивно, не опираясь на огромный культурный опыт, которым обладают хорошо подготовленные теологи. Когда я говорю о Боге, которого человек встречает в своей душе, я подразумеваю образ Бога в психическом, Богообраз, который человеком пережит, прочувствован, интуитивно воспринят или сформулирован. Такой Бог – в первую очередь переживание и – во вторую – идея... Разнообразие религиозных переживаний может привести к психологическим сравнениям, а это – к тому, что одни образы будут объявлены теологами истинными, а другие – ложными. Порой религиозное переживание отсутствует, иногда оно является умозрительной абстракцией, порой же понятие «священный» переносится на образы и переживания, обычно священными не считающиеся. Большой теологический интерес представляет тот факт, что Богообраз и переживания искажаются или смещаются в случае сильной психической встревоженности личности. Поэтому психологам кажется, что религиозные переживания и Богообраз продолжают бесконечно раскрываться в душе и через душу, преодолевая рамки любых догм. Одним из таких образов и переживаний является коллективное представление, разделяемое всеми членами человеческого общества. – Джеймс Хиллман «Внутренний поиск»

​​Уже в эту пятницу, 24 марта, в 19 часов состоится второй семинар квартета онлайн-киносеминаров юнгианского аналитика Льва Аркадьевича Хегая «Юнгианская психология и буддизм», который будет посвящен функции мышления и стихии Огня. Стихия Огня, психическая функция мышления Сутра лотоса благого закона. Обсуждение фильма «Нитирэн» (1979, Япония), посвященного основателю популярной школы японского буддизма XIII века. Лотосовая сутра – последнее наставление Будды, наиболее зрелое выражение его идей, была предназначена для простых людей. С большим уважением к ней относятся буддисты всех школ. А школа Нитирэна является самой активной в популяризации буддизма и в благотворительности. Символы и притчи Будды станут понятнее, если использовать юнгианский подход. Регистрация и оплата: https://nextlevelpsy.com/russian_jungian

​​Для современного человека сознательная встреча с независимой архетипической психикой равнозначна открытию Бога. После такого переживания он перестает чувствовать себя одиноким в своей психике, и тогда изменяется все его мировоззрение. Он в значительной мере освобождается от проекций Самости на мирские цели и объекты. Он освобождается от тенденции к идентификации с любым частным предвзятым мнением, которое способно привести его к переживанию конфликта противоположностей во внешнем мире. Такой человек сознательно участвует в процессе индивидуации. – Эдвард Эдингер «Эго и Архетип»

Коллеги, добрый день! Поставьте лайк, если интересен семинар.

​​Творческий процесс не просто сверхъестественен, он также и воспринимается, как таковой, поскольку все бытие было изначально сформировано ощущением надличностного. Праздники и обряды являются узловыми точками поклонения сверхъестественному, которое формирует все, что вступает в контакт с его сакральной сферой: предмет культа и маску, фигуру и образ, сосуд и орнамент, песню и танец, миф и поэзию. Изначальную интегрированность всего вышеперечисленного в жизнь и сверхъестественный контекст доказывает тот факт, что в Океании, Африке, Индии или на севере Европы прослеживается один и тот же «стиль», сходство орнаментов на дверных косяках и ритуальных сосудах, сходство татуировок и раскраски масок, сходство фетишей и украшений на древке копья. Это единство является признаком растворения индивидуума в контексте группы, находящемся за пределами его понимания; однако, когда мы говорим, что группа бессознательно следует указаниям коллективной души, мы не имеем ввиду, что она следует потребностям или инстинктам. Да, сознание индивидуума почти что слепо подчиняется скрытым силам; когда он получает творческий импульс от души, он не предается раздумьям, а выполняет команду. Но определяющие чувства и мироощущение человека и скрытые психические потоки проявляются через цвета и формы, звуки и слова, которые кристаллизуются в символические духовные фигуры, выражающие связь человека как с архетипическим миром, так и с тем миром, в котором он живет. – Эрих Нойманн «Искусство и время»

​​Творческий процесс не просто сверхъестественен, он также и воспринимается, как таковой, поскольку все бытие было изначально сформировано ощущением надличностного. Праздники и обряды являются узловыми точками поклонения сверхъестественному, которое формирует все, что вступает в контакт с его сакральной сферой: предмет культа и маску, фигуру и образ, сосуд и орнамент, песню и танец, миф и поэзию. Изначальную интегрированность всего вышеперечисленного в жизнь и сверхъестественный контекст доказывает тот факт, что в Океании, Африке, Индии или на севере Европы прослеживается один и тот же "стиль", сходство орнаментов на дверных косяках и ритуальных сосудах, сходство татуировок и раскраски масок, сходство фетишей и украшений на древке копья. Это единство является признаком растворения индивидуума в контексте группы, находящемся за пределами его понимания; однако, когда мы говорим, что группа бессознательно следует указаниям коллективной души, мы не имеем ввиду, что она следует потребностям или инстинктам. Да, сознание индивидуума почти что слепо подчиняется скрытым силам; когда он получает творческий импульс от души, он не предается раздумьям, а выполняет команду. Но определяющие чувства и мироощущение человека и скрытые психические потоки проявляются через цвета и формы, звуки и слова, которые кристаллизуются в символические духовные фигуры, выражающие связь человека как с архетипическим миром, так и с тем миром, в котором он живет. – Эрих Нойманн «Искусство и время»

​​Юнг определяет психическое, как сознательно-бессознательное единство. Для него слово psyche значит единство сознательных и бессознательных процессов. Дуальность также относится к проблеме психического и материи. Они оба возникают в психологической сфере, как характеристики сознательных содержаний. То есть, если мы скажем, что что-то представляет духовные содержания психического, включая психологические содержания, которые не относятся к материальной реальности, или если мы говорим о чем-то, что имеет материальную реальность, обе вещи могут восприниматься только через психическое; одно мы характеризуем, как материальную реальность, а другое, как духовную или психологическую реальность. Если вникнуть в суть проблемы, то единственной непосредственной реальностью, которую мы можем понять, является психологическая реальность; мы не можем выйти за пределы наших сознательных содержаний, но мы склонны характеризовать определенные содержания в нашем сознании, как материальные или духовные. И материальная реальность, и духовная реальность, в конечном счете, являются трансцендентными, но трансцендентными не в философском или теологическом смысле; в юнгианской терминологии трансцендентный значит переступающий пределы сознания, переступающий пределы осознания сознательного: эти содержания unanschaulich (не поддающийся наблюдению) – термин, взятый из физики. Четвертое измерение, к примеру, будет unanschaulich, то есть, мы не можем формировать внутренний образ, наглядное представление о нем. Его реальность может быть высчитана математически; то есть, мы достигаем этой реальности с помощью процесса логических выводов, но мы не можем ее представить, поскольку не имеем непосредственного внутреннего образа. Это справедливо также и для архетипов, которые сами по себе просто unanschaulich. «Мы не имеем представления, что они собой представляют; то, что мы можем наблюдать – это архетипические образы, исходя из которых, мы можем заключить, что должны существовать такие вещи, как архетипы, сами по себе которые мы представить не можем». Следовательно, со слов Юнга, в своей первичной природе архетипы являются unanschaulich, как и материя, поскольку последняя имеет четвертое измерение. Бессознательное психическое является unanschaulich, поскольку психическое и его образы являются единственной реальностью, непосредственно данной нам, единственной реальностью, которую мы можем непосредственно наблюдать. – Мария-Луиза фон Франц «Космогонические мифы»

​​В феврале у нас начался новый курс Дэвида Роттмана «Позитивное измерение Бессознательного в снах и фантазиях пациентов». Как мы все знаем, сновидения приходят не только из личного, но и из коллективного бессознательного, и именно у нас, как у специалистов, наблюдающих множество сновидений, есть шанс первыми заметить те росточки благих вестей, которых мы все так ждем. И да, все еще не поздно присоединиться к курсу, подробности и информация – по ссылке: https://nextlevelpsy.com/positive_dimensions_of_the_unconscious

​​С пятницей, друзья! 😼 Счастливых выходных!

​​Клинически об утрате души говорят как о «деперсонализации», состоянии, в котором «личностный коэффициент», стоящий позади эго, и его отношение с самостью и миром внезапно исчезают. Все специфические функции эго-сознания действуют как и прежде; ассоциативность, память, восприятие, чувство и мышление не нарушаются. Но убежденность человека в себе как личности и ощущение реальности окружающего мира оставляют его. Все окружающее и он сам становятся автоматическим, нереальным, опустошенным. Ощущение «собственного я», эмоциональной значимости исчезло, и теперь мир представляется как бы отгороженным стеклом; глубинная перспектива больше не кажется функционирующей как близкая, а дальняя поглощается двумерным пространством. Деперсонализация не ограничивается каким-либо психиатрическим состоянием... Деперсонализация принадлежит не синдрому, а личности – или отсутствию ощущения личности. Как и можно было ожидать, это же слово «деперсонализация» относится к «философии Вселенной, теперь уже не рассматривающей силы природы как проявления сверхъестественных посредников или самих Богов». Подобно тому, как это слово применяется к обоим мирам, «здесь, внутри» и «там, снаружи», так же и этот фактор, анима, вдохновляет мир (анимизм) и дает ощущение личности, превращая события в жизненные опыты, означающие «Я». Ибо клиническая деперсонализация демонстрирует, что любой другой фактор, кроме эго, «личностный коэффициент», как его назвали, должен вступить в игру за нас, чтобы мы ощутили реальности самости и окружающего мира. Как Юнг описывает ее, Анима является фактором в надлежащем смысле этого слова. Человек не может справиться с ней: напротив, она всегда является главным элементом в его настроениях, реакциях, импульсах и всего того, что возникает спонтанно в психической жизни. Это нечто, живущее самостоятельно, заставляющее жить нас; это жизнь за пределами сознания, которая не может полностью интегрироваться с ним, но из нее, напротив, возникает сознание. – Джеймс Хиллман «Пересмотр психологии»

Поздравляем с Международным женским днем! 💃🏼💐 https://youtu.be/co6qKVBciAw

​​Попытки придать рациональный смысл хроническому конфликту внутри нормальных отношений неизменно проваливаются, когда эти попытки не исследуют глубины человеческой психе в поисках природы и источника конфликта. Внутри этой глубинной области тотально противоречивые состояния сознания могут пребывать одновременно внутри каждой личности, как качество отношений само по себе. Эти противоречивые состояния, которые определяют «безумные» аспекты психики, фактически взаимоуничтожаются таким образом, что обращение внимания на одно состояние полностью уничтожает осознание предшествующего состояния. Любой, кто связан с человеком, демонстрирующим такие противоречивые состояния, будет, как правило, чувствовать этот процесс, сбиваться с толку, откликаться или ощущать бессильную ярость. Но в определенной степени такая область безумия – это неотъемлемая часть существования каждого человека. Охват безумных сфер нашей психе и признание того, как они ограничивают нас, – способ открыть тайну самого себя и другого. Это тонкое «безумие» становится своего рода хаотическим краем, где отношениям предначертано разбиваться о беper и быть ограниченными. – Натан Шварц-Салант «Тайна человеческих отношений. Алхимия и трансформация Самости»

​​Но стоит людям собраться вместе и образовать толпу, как высвобождается динамика коллективного человека – звери или демоны, сидящие в каждом человеке, не проявляют себя, пока он не сделался частью толпы. Там человек бессознательно нисходит на низший моральный и интеллектуальный уровень. Тот уровень, который всегда лежит за порогом сознания, готовый прорваться наружу, стоит подействовать стимулу совместного пребывания в толпе. – Карл Густав Юнг «Архетип и символ»

​​Изолируя уязвимое ядро я, система самосохранения использует определенные, очень мощные силы того бессознательного, которое Юнг называл «коллективным» или «архетипическим». Эти силы, в свою очередь, часто переживаются как духовные или «нуминозные». Они могут ввести человека в транс или безжалостно фрагментировать внутренний мир так, что острая боль не будет ощущаться. Эти многообразные и изменчивые силы, которые принадлежат областям, находящимся за пределами Эго, приходят на выручку травмированной психе и заставляют ее диссоциировать. Изучая их, мы получаем возможность увидеть темные глубины психической реальности, в обычных условиях остающиеся скрытыми для нас. В обычных жизненных ситуациях эти силы поддерживают функционирование Эго, но в критические моменты (при травме) они мобилизуются для защиты. В отсутствие помощи извне это приводит к психопатологии и застою в развитии. – Дональд Калшед «Травма и душа. Духовно-психологический подход к человеческому развитию и его прерыванию»

Для того, чтобы психоанализ был эффективным, у того, кто обращается за помощью, должна присутствовать совокупность следующих факторов: 1) человек должен страдать, 2) страдание должно стать для него уже невыносимым, 3) он должен начать задавать себе вопросы о причинах своего страдания и 4) у него должна быть надежда на то, что профессионал, к которому он обращается за помощью, знает, как ему помочь. Психоаналитик работает с помощью особого инструмента, которым является его собственное бессознательное, той его части, которую автор называет Инструментальное Бессознательное. Инструментальное бессознательное отличается от бессознательного в его обычном состоянии, это бессознательное сублимированное, подогнанное и натренированное годами личного анализа, супервизий и работы с пациентами. В течение этих долгих лет аналитик учится не только слушать своих пациентов, но и, прежде всего, слушать себя самого и познавать свой собственный внутренний мир. Также важной является теоретическая подготовка, которая постоянно воссоздается и проходит «подгонку» в клинике. Таким образом, психоаналитик работает и лечит пациентов с помощью своего гибкого, восприимчивого и креативного «терапевтического» бессознательного, которое мобилизуется для проведения анализа. Х-Д. Назио, «Да, психоанализ лечит!» #психоанализ

Семинар 3 марта в 19 часов. https://nextlevelpsy.com/russian_jungian

С первым днем весны!