Neiry Mind Tracker и не только

Как мы смотрим на мир В нейробиологической статье Attentional capture and inattentional blindness приводится пример: человек может не заметить друга в кинотеатре, даже если тот машет ему рукой. Всё потому, что он занят поиском свободного места и не ожидает встретить знакомого. Авторы рассматривают это как пример слепоты по невниманию — ситуации, когда человек не осознаёт неожиданное событие, потому что его внимание занято другим.  Почему так происходит? Мы привыкли думать, что зрение, это процесс, в котором основную роль играют особенности строения и движения глаз. Но, на самом деле, главное происходит в мозге. Глаза улавливают свет и преобразуют его в нервные сигналы. Мозг обрабатывает поступающую информацию, распознаёт объекты и соотносит их с контекстом. При этом внимание помогает выделять то, что важно для нашей текущей задачи. Мы можем смотреть прямо на предмет или человека, но не осознавать, что именно перед нами, если сосредоточены на другом.  А что определяет, куда мы смотрим? Фотография, кино, телевидение, а теперь смартфоны и социальные сети меняют способы взаимодействия с изображениями. Они задают темп просмотра, предлагают готовые ракурсы, выделяют одни детали и оставляют другие за кадром. Постепенно формируются привычки: что замечать, на чём задерживать взгляд и как интерпретировать увиденное. Так, получается, что наше зрительное восприятие зависит, в большей мере, от того куда направлено внимание и в какой визуальной культуре мы живём. Бесконечный поток визуальной информации, ускоряет процессы потребления образов. И если сегодня мы видим больше изображений, чем когда-либо, значит ли это, что мы лучше понимаем мир?

Что гаджеты для здоровья могут рассказать о нас? Фитнес-трекеры, умные кольца оценивают сон, восстановление и другие физиологические показатели; нейротехнологии позволяют регистрировать электрическую активность мозга. Но как интерпретировать эти данные и какую пользу из них можно извлечь? Об этом поговорили в подкасте «Бьюти завтрак» с Александром Новожиловым, руководителем отдела по развитию продукта Mind Tracker BCI в Neiry. В выпуске обсудили, как работают гаджеты для здоровья, что можно узнать с помощью ЭЭГ и как использовать данные о своём состоянии, чтобы лучше понимать себя. 🎧 Послушать выпуск

Можно ли по ЭЭГ узнать, о чём человек думает? В 1924 году немецкий психиатр Ханс Бергер впервые записал электрическую активность мозга человека через электроды на коже головы. Он также предложил для метода термин «электроэнцефалография» и аббревиатуру «EEG». Как она работает? Когда нейроны передают сигналы, возникают электрические изменения. Отдельную клетку с поверхности головы не различить, но электроды могут регистрировать суммарный сигнал от больших групп нейронов, активность которых согласована. Напряжение измеряется в миллионных долях вольта. ЭЭГ позволяет отслеживать изменения с точностью до миллисекунд, но определить, где именно возник сигнал, гораздо сложнее. А ещё на записи отражаются моргание и движения глаз: они создают электрические сигналы, иногда намного сильнее мозговых. Поэтому данные приходится очищать от помех. В 1953 году исследователи обнаружили фазу быстрого сна: в это время глаза двигаются под закрытыми веками, а электрическая активность мозга напоминает бодрствование. Так стало понятно, что во время сна мозг проходит через несколько разных состояний. ЭЭГ помогает изучать и понимание речи. Если человек слышит фразу «Я пью кофе со сливками и собакой», примерно через 400 миллисекунд после последнего слова возникает характерный сигнал N400. Он отражает реакцию мозга на смысловую неожиданность и позволяет исследовать, как мы соотносим слова с контекстом. Сегодня электроэнцефалографию используют не только в клинической практике, но и при разработке нейротехнологий. Mind Tracker от Neiry использует ЭЭГ, чтобы отслеживать показатели концентрации, утомления, стресса и тренировать навыки управления своим состоянием.  Читать мысли учёные пока, к счастью, не умеют: алгоритмы различают лишь заранее заданные варианты, например воображаемое движение правой или левой руки. Зато эти технологии помогают нам лучше понимать, как работает человек, как мы спим, понимаем речь и как устроен мозг.

Почему от красоты бегут мурашки? Пение, сцена из фильма или прекрасный закат часто вызывают физическую реакцию: по коже пробегает дрожь, волосы встают дыбом, дыхание меняется.  Исследования показывают, в моменты наиболее сильного музыкального переживания меняется активность областей мозга, участвующих в обработке удовольствия и эмоций. Но как переживания превращаются в мурашки на коже? За мурашки отвечает симпатическая нервная система — часть автономной нервной системы, которая регулирует многие процессы без нашего сознательного участия. Нервные окончания выделяют гормон норадреналин, который воздействует на крошечные гладкие мышцы у основания волосяных фолликулов. Мышцы сокращаются, волоски приподнимаются, а кожа вокруг них собирается в маленькие бугорки. Есть еще одна интересная гипотеза: ощущая дрожь или мурашки, мозг получает дополнительную информацию о состоянии собственного тела, которая участвует в формировании осознанного переживания. Получается, когда произведение искусства пробирает нас до мурашек, помимо того, что мозг оценивает то, что мы слышим или видим, он вовлекает в переживание весь организм — вплоть до крошечных подкожных мышц.

Приложение Mind Tracker и Telegram-бот поддержки, снова доступны Если у вас возникнут вопросы или что-то не работает, обращайтесь в бот или на почту: 📩 support@neiry-bci.com Просим прощения за неудобства и рады, что вы снова можете пользоваться устройством в полном объёме!

Как связаться с поддержкой Neiry? 💙 Пока наш Telegram-бот временно недоступен, мы остаёмся на связи по электронной почте. 📩 support@neiry-bci.com Направляйте нам любые вопросы по работе устройств и приложений Neiry. Наша команда поддержки ответит вам в будние дни. Также напоминаем, что на нашем сайте есть раздел поддержки, где мы собрали инструкции и ответы на часто задаваемые вопросы. Спасибо за понимание! Продолжаем работать над восстановлением сервисов.

Mind Tracker временно недоступен. Как поддержать себя без приложения? Сейчас часть сервисов Neiry, включая Mind Tracker и Capsule Chimera, недоступна из-за внешней атаки на инфраструктуру наших партнёров. Временно не работает и Telegram-бот поддержки. Мы уже занимаемся восстановлением. Все обновления будем публиковать здесь, в канале. Приносим извинения за неудобства. А пока делимся пятью короткими практиками, которые можно выполнять без приложения. 🧘 1. Расслабиться / 3 минуты Сядьте удобно, расслабьте плечи. Дышите медленно: вдох на 4 секунды, плавный выдох на 6. Повторяйте в комфортном ритме. Почему работает: медленное дыхание помогает снизить физиологическое возбуждение и напряжение. 🌿 2. Снизить стресс / 2 минуты Используйте технику 5–4–3–2–1. Найдите вокруг себя 5 предметов, почувствуйте 4 телесных ощущения, услышьте 3 звука, отметьте 2 запаха и 1 вкус. Почему работает: переключает внимание с тревожных мыслей на настоящий момент. 🎯 3. Вернуть концентрацию / 2 минуты Выберите объект: точку на стене, звук или дыхание. Удерживайте внимание, а когда отвлечётесь — спокойно возвращайтесь. Почему работает: тренирует навык замечать отвлечения и возвращаться к задаче. 🧠 4. Спокойное бодрствование / 3 минуты Сядьте в тихом месте, закройте глаза, расслабьте лицо и наблюдайте за дыханием. Почему работает: при расслабленном бодрствовании с закрытыми глазами часто усиливается альфа-ритм мозга (8–13 Гц). Без ЭЭГ подтвердить его изменение нельзя. 🌙 5. Подготовиться ко сну / 5 минут Лягте удобно. Поочерёдно напрягайте мышцы стоп, ног, живота, рук и лица на 3–5 секунд, затем расслабляйте. Почему работает: прогрессивная мышечная релаксация помогает уменьшить телесное напряжение перед сном. Заботиться о нервной системе можно и без гаджетов. А Mind Tracker дополняет эти практики измеримой обратной связью по данным ЭЭГ. Мы сообщим, когда сервисы восстановятся. Спасибо за понимание 💙

Нобелевская премия 2026: интересное из нейробиологии Что изменится в науке о мозге, если нейроны можно не только наблюдать, но и выборочно включать и выключать? Это стало возможным благодаря оптогенетике — технологии, которая позволяет управлять активностью отдельных нейронов с помощью света. За открытия, которые сделали её возможной, была вручена Нобелевская премия 2026 года по физиологии и медицине. Учёные нашли способ сделать отдельные нейроны чувствительными к свету. Для этого в нужные клетки добавляют ген, который заставляет их вырабатывать специальные светочувствительные белки. Когда на такие нейроны направляют свет, белки запускают изменения внутри клетки — и она активируется или, наоборот, снижает свою активность.  Так исследователь получает возможность включить или подавить именно те нейроны, которые его интересуют, а затем посмотреть, что изменилось в поведении или работе мозга. Оптогенетику используют для изучения памяти, стресса, поведения и заболеваний нервной системы. Есть и первые шаги к терапии, например к восстановлению зрения. Развитие оптогенетики показывает один из возможных путей развития нейротехнологий: мозг становится не только объектом наблюдения, но и системой, с которой можно взаимодействовать.  Чем точнее мы умеем и читать, и менять работу мозга, тем больше можем узнать о том, как он создаёт наше поведение и состояние.

Как мозг учится языку Почему взрослея нам намного тяжелее даются новые языки? И зачем они все-таки нужны мозгу? Язык меняет работу мозга ещё до того, как ребёнок произносит первое слово. В первые месяцы жизни младенец способен различать гораздо больше фонетических различий, в том числе тех, которые не используются в языке его окружения. Но постепенно эта способность сужается: мозг выделяет те звуки и различия, которые регулярно встречаются в окружающей речи, и к концу первого года становится более чувствительным к фонетике родного языка. В детстве язык преимущественно усваивается неосознанно. Ребёнку не нужно объяснять правила, он извлекает закономерности из речевого потока и постепенно делает их частью привычной системы восприятия. Во взрослом возрасте этот процесс выглядит иначе. Мозг уже имеет устойчивую языковую систему, поэтому новый язык требует больше сознательного внимания: приходится различать непривычные звуки, запоминать новые конструкции и постоянно сопоставлять их с уже знакомыми. При этом мозг не перестаёт перестраиваться.  Интенсивное изучение языка сопровождается изменениями в работе языковых сетей, структуре белого вещества и отдельных областей коры. В этом и проявляется нейропластичность: новый опыт постепенно меняет способы обработки информации. То, что сначала требует сознательного контроля, при достаточном повторении автоматизируется и становиться быстрее. Ребёнок учит язык, постепенно подстраивая мозг под среду, взрослый — сознательно тренируя систему, которая уже сформировалась. И в обоих случаях обучение становится опытом, который физически меняет работу мозга.

Внутреннее состояние и внешняя среда Когда нейробиологи начали изучать мозг в социальном контексте, обнаружили: во время совместной деятельности когнитивная активность людей синхронизируется на уровне нейронных паттернов. Этот феномен называется межмозговой синхронией. Во время взаимодействия человек не изолированная система. То, что происходит между людьми, отражается на каждом из них. Похожая идея есть и в психологии: концепция person–environment transactions описывает отношения человека и окружающей среды как двусторонний процесс. Мы реагируем на среду, но одновременно своим поведением меняем её, и затем сами сталкиваемся с последствиями этих изменений. Если перенести эту логику на повседневное взаимодействие — состояние человека становится частью общей среды. Уровень стресса, когнитивная нагрузка, эмоциональный фон влияют на то, как человек коммуницирует с другими. Если наше состояние влияет на то, как складывается взаимодействие, насколько важно уметь его замечать? Не только у себя, но и в отношениях с близкими, партнёрами, коллегами? Mind Tracker можно использовать в таком сценарии: одним устройством могут пользоваться несколько человек, у каждого свой профиль, тренировки и данные. Наблюдение за состоянием остаётся индивидуальным, но сама практика может стать общей. Потому что среда, которая влияет на нас, складывается в том числе из того, что мы сами в неё приносим.

«Я знаю, что такое время — пока меня не спросят» Так написал Аврелий Августин в IV веке. С тех пор прошло полторы тысячи лет, философы и физики продолжают спорить, а вопрос так и остается открытым. Ньютон считал время абсолютным фоном вселенной — равномерным и одинаковым для всех. Эйнштейн показал, что это не так: время замедляется вблизи массивных объектов и при высоких скоростях. Но остается вопрос, почему субъективное время всегда ощущается по-разному, хотя часы показывают одно?  Этим занялась нейронаука, и вот что мы сейчас знаем: У мозга нет единого внутреннего хронометра. Восприятие времени — это распределённая работа множества нейронных систем: внимания, памяти, эмоций, телесных ощущений. Мозг использует в том числе сигналы сердцебиения как ориентир для оценки длительности. Чем выше возбуждение — тем больше сигналов фиксирует мозг, тем длиннее субъективно ощущается время. Во время скучной встречи каждая минута становится объектом наблюдения и кажется длиннее. Но стоит ей закончиться — в памяти почти ничего нет, и несколько часов превращаются в одно размытое «долго». А интересная поездка, наоборот, пролетает в моменте и растягивается в памяти. Количество событий, прогулок, общения, нового опыта напрямую влияет на то, насколько долгим кажется прошедший период в воспоминаниях. Субъективное время зависит не от часов, а от того, куда направлено внимание и что потом остаётся в памяти. И здесь вспоминается распространенная концепция практик осознанности – чем сильнее человек фокусируется на настоящем моменте, тем более длинными он оценивает прошедшие интервалы. Осознанность не замедлит физическое время, но она делает его более насыщенным. Наверное, мы никогда не сможем до конца понять что такое время, но зато мы можем влиять на то, сколько жизни замечаем внутри одного часа.

Сохранить или запомнить? Сколько информации у вас хранится в телефоне? Скриншоты полезных мыслей и интересных статей из телеграма, фотографии красивых мест... Кажется, мы придумали идеальный способ ничего не забывать. Но, к сожалению, часто происходит обратное.  В недавнем исследовании участники рассматривали картины и часть из них сохраняли в виде скриншотов. Позже они хуже узнавали именно те изображения, которые скриншотили, по сравнению с теми, которые просто изучали.  Почему так происходит? Одна из гипотез связана с когнитивной разгрузкой — мы передаем часть работы памяти внешнему носителю. Если информацию можно сохранить в телефоне, мозгу не нужно так тщательно кодировать её самому. Эффект сохранялся даже тогда, когда участников заранее просили запоминать изображения и предупреждали о последующей проверке памяти. Само действие цифровой фиксации может менять распределение внимания и снижать вовлеченность в происходящее.  Есть и другая сторона. Фотография помогает больше сконцентрироваться на происходящем. Камера заставляет внимательнее смотреть на детали и эмоциональнее переживать событие.  Мы достаем телефон, чтобы оставить себе что-то на будущее, но в этот момент меняем то, как смотрим на происходящее сейчас. Память формируется не в галерее телефона. Воспоминание зарождается в тот момент, когда мы внимательно проживаем то, что происходит.

Можно ли услышать тишину Пространство между звуками, тишина, была важной частью звукового ландшафта для композитора Мюррея Шейфера, об идеях которого мы начали рассказывать в предыдущем посте. Он предложил разделение звуковых ландшафтов на hi-fi и lo-fi. В hi-fi-среде, например в лесу, отдельные звуки хорошо различимы: низкий уровень фонового шума позволяет услышать, что происходит и рядом и на расстоянии. В lo-fi-среде, характерной для города, отдельные сигналы тонут в перенасыщенном звуковом фоне. Но как мы не замечаем шум вокруг себя, мы перестаем замечать влияние этой звуковой среды на наше состояние.  В одном эксперименте экономиста Джошуа Дина на текстильном производстве в Найроби увеличение уровня шума на 7 дБ (разница примерно между тихой посудомоечной машиной и громким пылесосом) снизило производительность примерно на 3% и ухудшило результаты когнитивных тестов. При этом участники не ощущали это влияние на собственную работу. В нашу эпоху аудиального перенасыщения звук, тем не менее, остается одним из главных инструментов управления вниманием и получения информации о собственном состоянии. Например, так устроены тренинги с нейрофидбеком в Mind Tracker. Звуковой сигнал используется как обратная связь: во время тренировки, когда вы не вошли в заданное состояние, звучит lo-fi городская среда — плотная, насыщенная шумами. Когда условие достигается, она сменяется звуками леса. Звук перестаёт быть только частью среды, которая на нас воздействует. Он также помогает услышать тишину в своих мыслях.

Как звучит среда, в которой вы живёте Мы привыкли думать о пространстве через то, что видим. Но у любого места есть ещё один слой — звуковой. Утро в городе, офис, метро, лес или собственная квартира имеют свой набор звуков, часть которых мы очень быстро перестаем слышать. В 1970-х канадский композитор и исследователь звука Мюррей Шейфер предложил называть такой акустический «портрет» места звуковым ландшафтом — soundscape. В своем проекте World Soundscape Project он изучал, как меняется звуковая среда и как человек её воспринимает. Так постепенно сформировалось направление, которое сегодня называют акустической экологией — исследование отношений между человеком, звуками и окружающей средой. Шейфер разделял звуки на фоновые, сигналы, которые привлекают внимание, и характерные для конкретного места, например, звук транспорта или светофора, по которым можно узнать город. Звуковые ландшафты интересны не только с точки зрения культуры. Мозг не обрабатывает все звуки одинаково: он постоянно выделяет одни сигналы из общего потока, а другие оставляет на периферии внимания. Поэтому изменение звуковой среды — это одновременно изменение того, с чем приходится иметь дело нашему вниманию. При этом разные звуковые среды связаны и с изменениями нашего состояния. Причём важен не только сам звук, но и то, как человек его воспринимает. Шейфер предлагал тренировать внимание с помощью простого упражнения: остановиться и сознательно прислушаться к окружающей среде.  Попробуйте сделать это сегодня. На минуту уберите музыку и наушники и просто послушайте место, в котором находитесь. Что обычно остаётся фоном? Какой звук первым привлекает внимание? А какой вы замечаете только сейчас?

Что происходит с мозгом, когда вы занимаетесь спортом? Решили разобраться чем спорт так полезен для мозга: что именно с ним происходит во время тренировки, и почему после мы думаем иначе. Во время физической нагрузки в организме происходят изменения, которые затрагивают и мозг. Например, повышается уровень белка BDNF, который который участвует в процессах связанных с нейропластичностью, обучением и памятью.  Пока вы тренируетесь, мозгу приходится постоянно обрабатывать информацию от тела: следить за движением, положением тела, дыханием, сердцебиением, сигналами от мышц. И чем интенсивнее нагрузка, тем больше ресурсов требуется на её поддержание. Поэтому во время тренировки интеллектуальные задачи обрабатываются гораздо сложнее.  После тренировки контекст снова меняется. Тело больше не требует постоянного контроля движения, а вызванные нагрузкой физиологические изменения сохраняются ещё некоторое время. BDNF и другие нейрохимические изменения вырабатываются как раз в период восстановления. Спорт меняет условия, в которых мозг работает. Тренировка не работает как кнопка «стать продуктивнее». Но она создает условия для смены состояния, в котором мозг лучше обучается, быстрее восстанавливается и легче находит нестандартные решения.

Связи, которых мы не замечаем  Некоторые люди слышат музыку в цвете. Другие видят числа в пространстве. Третьи чувствуют вкус слов. Это синестезия — нейробиологический феномен, при котором стимул в одной сенсорной системе автоматически вызывает ощущение в другой. Римский-Корсаков слышал ми мажор как синий. Набоков видел каждую букву алфавита в своём цвете. Около 4% людей обладают той или иной формой синестезии. У синестетиков наблюдается повышенная связность между зонами мозга, отвечающими за восприятие, которые у большинства людей работают относительно изолированно. Это позволяет автоматически задействовать дополнительный канал восприятия при обработке информации. Синестезия показывает, насколько тесно мозг может связывать информацию из разных систем восприятия. И нам необязательно быть синестетиками, чтобы использовать этот принцип. Когда мы переводим данные в визуальный формат — в график, схему, карту, мы подключаем дополнительный сенсорный канал к обработке информации. То, что в таблице приходится читать по отдельности, на графике можно увидеть как целую картину.  В таком формате мозг обрабатывает данные параллельно, задействуя пространственное и визуальное восприятие одновременно с аналитическим. Мы не воспроизводим синестезию — но можем выбирать форму, которая помогает мозгу заметить дополнительные связи. Получается, способ подачи иногда не менее важен, чем сама информация.

Чему мы учим свой мозг каждый день?  О нейропластичности сегодня говорят много, и не случайно. Это способность мозга изменять свою работу и структуру под влиянием опыта, обучения и окружающей среды. Именно благодаря нейропластичности мы осваиваем новые навыки, учимся, меняем привычные способы действий и продолжаем развиваться во взрослом возрасте. Звучит как хорошая новость. И это действительно так. Но есть важный нюанс, о котором говорят реже. Нейропластичность — это прежде всего способность мозга адаптироваться, а не синоним развития. Мозг не оценивает опыт как полезный или бесполезный. Он просто подстраивается под то, что повторяется.  Этот принцип был сформулирован ещё в 1949 году нейропсихологом Дональдом Хеббом: связи между нейронами укрепляются тогда, когда активируются вместе и регулярно — «neurons that fire together, wire together». Поэтому главным опытом для мозга становятся задачи, которые мы регулярно перед ним ставим. Активные переключения между уведомлениями и встречами, работа в режиме постоянной срочности заставляют мозг адаптироваться к этим условиям так же, как адаптировался бы к любым другим систематическим нагрузкам. Каждый день мы создаем среду, к которой мозг все больше привыкает. Поэтому важно понимать к чему мы приучаем мозг каждый день, и поможет ли эта адаптация в той жизни, которую хочется вести?

Медитирую или фантазирую.. можно ли измерить эффект медитации?  Вместе с пространством «Открывая Ментальное» мы решили проверить это на практике и провели закрытый пилот с участием мастера Омкара и специалиста по звуковой и телесной терапии Карины Даминовой. Участники прошли практику направленного внимания, звуковую терапию и нейромодуляцию. А мы подключили к эксперименту Neiry Headband — нейроинтерфейс с биологической обратной связью, и сравнивали когнитивные показатели. Так субъективный опыт участников дополнился измеряемыми данными о состоянии. Для нас этот опыт интересен как пример нового сценария применения нейротехнологий: не заменять существующие практики, а помогать исследовать их действие и наблюдать, как меняется состояние человека. Спасибо команде «Открывая Ментальное» за готовность внедрять современные технологии в работу с клиентами. Мы будем продолжать совместные исследования и тестировать новые форматы, а вас приглашаем следить за новыми событиями и принимать в них участие!

Самопознание, искусство и нейротехнологии  В 1965 году американский композитор экспериментальной музыки Элвин Лусье создал Music for Solo Performer — произведение, в котором электрическая активность мозга исполнителя стала частью инструментальной системы. Во время исполнения датчики ЭЭГ считывали активность мозга композитора. Сигнал обрабатывался и усиливался, а затем передавался на динамики, установленные рядом с ударными инструментами. Они начинали вибрировать, и появлялся звук. В основе работы — преимущественно альфа-активность мозга. Люсье учился изменять её за счёт собственного состояния, а система превращала изменения мозгового сигнала в изменения звучания. Искусство часто становится пространством, где человек исследует возможности новых технологий. В лаборатории мы спрашиваем: что и как можно измерить? А культура позволяет посмотреть глубже, что произойдет с человеческим опытом, если мы научимся с этим взаимодействовать? Именно поэтому нам интересны такие эксперименты на пересечении науки, технологий и культуры. Элвин Лусье еще в 60-х исследовал то, что сейчас становится особенно актуальным —  можно ли сделать внутренние процессы мозга доступными для наблюдения и взаимодействия? Сегодня технологии становятся своеобразным интерфейсом между человеком и его мозгом. Нейрофидбек позволяет получать обратную связь о его работе и учиться её регулировать. У Люсье мозговая активность стала методом управлением музыкой. А мы сегодня используем такие же сигналы, чтобы лучше понимать собственное состояние и управлять своими возможностями.

Белый Mind Tracker Мы готовимся к переходу на новое поколение девайсов, которое анонсируем и покажем позднее. И в честь этого перехода мы решили отдать дань уважения текущим, выпустив лимитированную партию из 25 бендов в белом цвете. Почему белый? Он давно стал частью визуального языка медицины, науки и технологий: ассоциируется с чистотой, точностью и простотой. При этом для самого зрения белый тоже интересен — зрительная система умеет сохранять его восприятие при разном освещении. При этом меняется только цвет, функции все те же самые. Это тот же портативный электроэнцефалограф с сухими электродами, приложение и библиотека тренингов с нейрофидбеком. Сейчас Mind Tracker используют почти 12 000 человек, среди них Денис Кутергин (YouDo), Пашу (Black Star) и Женя Давыдов (Setters), но только 25 человек смогут похвастаться белыми девайсами. К слову, в наличии их осталось уже 20... И мы хотим отдать их тем, кто давно следит за нами и интересуется нашими разработками. Поэтому даже делаем скидку в 15% на эту эксклюзивную партию. Нажмите, чтобы заказать эксклюзивный Mind Tracker со скидкой Цена со скидкой → 62 900 ₽ вместо 74 000 ₽ P.S. В рассрочку тоже можно. Цена на 6 месяцев — 10 484 ₽/мес; на 12 — 5 242 ₽/мес.