Soba4ki

быстрей бы уже зима

уже июль, ребят

Шутки кончились!

уже всё! а вы не верили

Эх!

Нет времени объяснять!

В некотором роде увы

Работаем!

Обзавёлся я тут на досуге новой пекаренкой, ибо старая уже не столь хороша, как была раньше. Что поделать, время неумолимо и всё рано или поздно становится не столь хорошим, по себе знаю. Ну да не будем о грустном. Взял, врать не буду, не вот прямо чтобы самый топовый топ, я всё ж человек скромный и богобоязненный, меру разумею, но и не из последних, кокетничать тоже лишнего не стану. Одной оперативной 64! Ну и остальные потроха соответствуют. А новая пекарня – это значит переезд со старого, намоленного места. Оттуда, где всё давно уже отлажено, как надо и лежит там, где ему лежать и полагается. Начались вот эти вот малоприятные хлопоты – вспоминай, какой от чего пароль, на каких клочках бумажечки записан и где хранится. Но это ладно, это полбеды. Беда, по классике, образовалась там, где её менее всего ждали. Стал я Corel, в коем и малюю все свои сомнительного свойства рисуночки, переустанавливать, а он у меня не абы какой, а, спасибо добрым людям, самый что ни на есть лицензионный и правдашный, стал я ему значит салазки на новый лад заворачивать, а он, собака – ни в какую! Пишет – уже установлена данная версия, так что, гражданин хороший, отойдите от меня со своими ключами активации, я вас презираю. Ладно, думаю. Нечего! Удолил на пекарне старой всё подчистую и сызнова начинаю на новую накатывать чудо зарубежной графической мысли. Нет, отвечает мне Corel, этого никак невозможно! Уже стоит! Уталяйте, крашданин, потом уше пудем разговаривайт! Да где стоит-то, уже в сердцах кричу я ему. Удалено всё! Ну и нецензурщиной ещё, как водится, для атмосферности доводы свои сдабриваю. Не соглашается, шельма. Удалите сначала, потом уже своими грязными руками и лезьте. А пока – нет, и всё тут! Обидно клянусь честное слово! Посидел, почитал интернеты. Толку особого не почерпнул, всё больше ненужное зубоскальство подают да прочие шуточки на палочке. Плюнул. Думаю – поставлю-ка я всё как было раньше! Раньше-то оно завсегда было лучше. Глупо спорить! Начал ставить на старую пекарню. А он… Как говаривали юмористы древности – набрали воздуха? Готовы? Правильно, не ставится! Говорит – уже стоит! Сука. Что имеем в сухом остатке – ни на новый, ни на старый устанавливаться лицензионная программа не желает и выдаёт в обоих случаях одну и ту же формулировку отказа, хотя физически нигде не установлена. Экое диво! Тут и приуныть не грех. Стукнул я шапкой оземь, чувствую, глазищи-то уже кровью наливаются, шея багровеет, думаю – а чёрт с тобой, собака! Новый куплю! Не поскуплюсь, тряхну мошной! Полез смотреть! И ви таки знаете сколько сейчас стоит Corel на маркетплейсах? Тут уже никакого воздуху не набрать! Семьсот целковых! На флэшке. На флэшке, Карл! Крякнутая программа, с подробнейшей инструкцией в какой момент там антивирус отрубить и когда через левое плечо троекратно плюнуть для пущей верности. Я аж весь залоснился от такой благодати! Такие программки, правда на дисках ещё, а не на флэшках, лет двадцать назад последний раз на Туче покупал и продавец тогда ещё на бля буду клялся, что ни вирусов, ни троянов не будет. Не обманул, кстати. А тут на тебе, сделало время петелечку! Правда продавец всё так же клянётся и отзывы в целом положительные, как и двадцать лет назад. Типа Саня хуйни не продаст, у него можешь софтину брать без палева. Пользуясь случаем, хотел, конечно, у местных грамотеев спросить может как-то можно лицензионную версию убедить, что всё уже удалено и можно ставить, а так же порадоваться причудливым зигзагам бытия. Помните инфляцию счастья у Пелевина? Так вот как оно всё вышло, Виктор Олегович! Опять покупка фирменных кроссовок – это событие и праздник, и пиратские проги опять в продаже, хоть и на флэшках и не в палатке, а на серьёзных торговых площадках! А вы говорите остров! Какой уж тут остров. Острова все эпштейны давным-давно раскупили. Такие вот дела.

Будьте культурны!

Лето, ребят

Прибежали в избу дети, второпях позвали меня и спросили — тятя-тятя, а каким именно конкретным образом исключение подтверждает правило? Растолкуй нам механизм простыми, понятными словами. А то мы сами чего-то никак недопетрим. Я снисходительно улыбнулся чадам, сделал участливо-сострадательное выражение лица, с которым так уместно вести задушевные беседы с умалишёнными и безнадёжно больными, лихо крутанул ус, чуть горестно вздохнул и совсем уже было приготовился нести в массы разумное, доброе, вечное, как вдруг с некоторой даже досадой понял, что сказать-то мне, собственно, и нечего. Нет, ну серьёзно! Вот допустим некий цыган, презрев свои обычные занятия и встав зачем-то на цыпочки подходит к бог весть откуда взявшемуся цыплёнку и громко цыкает на него. И что? Ну, точнее Ы что? Что дальше? Как это подтверждает тот факт, что цирк, цифра, цикорий и циновка нужно писать через и? Непонятно. Цинизм какой-то! И почему цыган с цыплёнком через ы? Это привилегия или же напротив — дискриминация? Вы цыган-то вообще спрашивали на этот счёт? Каково их мнение? Может быть им неприятно в этом исключении находиться, да ещё и с цыплятами. Не удивлюсь, если так! Великий и могучий на это ответа никакого не даёт, и лишь настоятельно рекомендует запомнить данные исключения, дабы не прослыть невеждой и не получить скверную оценку за сочинение. А брошюра с парашютом? Слова вроде неодушевлённые, простые, да и в быту — не так часто встречающиеся. Давно брошюру-то в руках держали? Про парашют и спрашивать даже не стану. Редкие слова, с них и спрос небольшой, но всё же! Как эти два чёртовых слова, которые, не скрою, пару раз портили мне оценочные показатели и учительница моя по русскому и литературе, Валентина Матвеевна огромными своими глазами смотрела на меня поверх очков и грустно говорила — ну как же так, ну ведь мама у тебя такая, и папа тоже, в принципе такой, очень хорошо я их знаю, и бабушку с дедушкой твоих тоже знаю и они тоже — крайне приличные и приятные люди, а ты пишешь парашУт — вот как они, эти слова подтверждаю, что чу-щу и ча-ща надо писать через «ч» и «щ»? Я честно признаюсь — не знаю. Мне уже лет страшно сказать сколько, в бородище седые пряди благообразно серебрятся, густые морщины вокруг глаз и хорошенькие продавщицы в торговых центрах всё реже и реже обращаются ко мне «молодой человек», более налегая на увесистое и солидное «мужчина». Мне уже больше, чем было Валентине Матвеевне, когда я был её учеником и писал сочинения с ошибками. Помните, двойные оценки были? Пять за содержание, три за грамотность. Итого — восемь, получается. Неплохо! Так вот, я уже взрослый, но ни хрена не знаю, как исключение подтверждает правило. И Валентину Матвеевну спрашивать нет смысла — она ещё жива, и мы даже иногда встречаемся на улице, но я уверен — тайна цыгана с парашютом не известна и ей. Просто надо запомнить и всем говорить, что это вот исключение, и оно — подтверждает. Отъебитесь дети, ей богу не до вас, говорю я с доброй отеческой улыбкой. Вон вам телефончики какие куплены! За бешеные деньги. Идите теперь да и почитайте в них сами, чай не малые уже, грамоте разумеете. Интернет, конечно, у нас в селе сейчас не ахти, но ежели на амбар влезть осторожно по лесенке — то временами ловит. Так что — занимайтесь. А я — занят! У меня дела! И дети уходят ни с чем. Вырастут — сами пусть думают, как там и что. А пока — отъебитесь, дети. Такое вот правило. Без исключений.

А иначе зачем это всë

Новые горизонты возможностей!

не самые частые MARXы. Потрёпанные, но - настоящие. Нас осталось только два(с)

Ситуация следующая

Пожалуй, одной из самых удивительных вещей, попадавшихся мне на жизненном пути была так называемая вегетарианская колбаса. Выглядит издали, кстати, вполне убедительно! Похожа на настоящую, но — категорически не содержит в составе своём мяса. Юмористы мне тут сейчас, конечно, же сразу подскажут, что современные колбасы все сплошь вегетарианские, и будут скорее всего правы, но речь сейчас не об этом. Удивляла меня колбаса именно юридически оформленная вегетарианской. Вегетарианская по паспорту, если вам угодно. По праву рождения. Не мог мой скромно развитый мозг понять, зачем человеку, раз и навсегда решившему не есть трупы несчастных животных, как ни в чём ни бывало есть имитацию этих самых трупов. Вот я, к примеру, не ем собак. Ни по какому поводу. Нет такой потребности. И мне, соответственно, абсолютно не нужна колбаса из собачатины, пусть даже она и сделана из чистейшей моркови, крахмала, пареной репы и желатина, и ни одна собака при её производстве не пострадала. Мне одного названия будет достаточно, чтобы сказать нет. А тут — определённо пользуется спросом продукт и труп, переработанный, искусно слепленный из посторонних ингредиентов, но меж тем имеющий форму и запах всё того же трупа — отлично лезет людям горло, никто не морщится. Чудеса!. На этом фоне такая параллель проявилась. Смотрел сейчас за завтраком Терминатор 2 по ТВ. Такой фильм, знаете ли, с любого момента могу смотреть, хотя и знаю его давно наизусть. И тут на тебе — пропала сцена, где Т1000 в образе приёмной матери Джона изящным жестом убивает приёмного же отца будущего спасителя человечества. Нет более пробитой рукой-мечём пачки молока. Пропала! А ведь там никто не употреблял запретного и прочих бесчинств не учинял. Однако же вот. Как корова языком. И санитар более не лижет щёку безразличной ко всему Сары. Просто наклоняется и дальше плохая склейка. И охраннику в психушке у кофейного автомата острый палец из жидкого металла никуда не втыкается! Вот ведь до чего техника дошла на лыжах! Просто что-то такое с ним сделалось и стаканчик по полу покатился! Даже надежда некая появляется — может ещё и обошлось всё, может просто в обморок грохнулся сердешный! Полежит полчасика в подсобке да и отойдёт! Хотя вряд ли. И я, честно сказать, даже уже и не знаю какие такие ценности и устои могут расшатать данные сцены, я лично их с раннего детства видел, сначала в видеосалоне, потом дома на кассете, а лет семь назад даже в кинотеатре ретроспектива была. И ничего, вырос нормальным человеком. Под себя ночью не сикаю, не кусаюсь, в общественном транспорте меня провозить можно и в такси без намордника. Женат на женщине средних лет, дети-балбесы в наличии, а равно и коты-черти, дача с гортензиями метельчатыми да чайными розами, всё как у людей. Ну да ладно, умным людям там виднее. Знают что резать, видимо. Однако ж считаю, что подобная кастрация — это всё та же вегетарианская колбаса. Раз фильм чего-то там нарушает, пропагандирует и расшатывает — так зачем эти полумеры-то? Ну не показывайте его вовсе. У нас, слава богу отечественные Смехосяны как из пулемёта снимают киноподелки регулярно. Есть, чем эфиры заполнять. Про новые похождения Шурика, про то, как не смешные престарелые клоуны без актёрского образования кривляются и думают, что они молодые и смешные, про ещё чёрт знает что, я сам такое не смотрю, но слышал, у подъезда бабы судачили. Вот это и показывайте! Зачем вся эта имитация мяса из ботвы свёклы и кореньев топинамбура, ежели вам мяса есть по тем или иным соображениям не положено? Не положено — вот никаких и не ешьте. Будьте последовательны! Кушайте фрукты и овощи!

Май месяц!

Забегал сейчас в аптеку. Нет, не подумайте, со мной-то как раз всё хорошо, надо было кое-кому более другому купить таблеточек. А у меня всё, знаете ли, по последней моде, всё честь по чести — на клочке бумажки в клеточку, химическим карандашиком, убористым почерком написано название препарата и нужная дозировка. Подготовился одним словом. Захожу, и как-то сразу сердцем чую, что покупочка будет не вполне рядовая. Ну потому что продавец, а точнее провизор — не совсем чтобы заурядный. Нестандартный случай! Про таких старик Синицкий в своих ребусах любил писать — мой первый слог сидит в чалме, он на Востоке быть обязан... Не могу точно поручиться, но видимо с родины слонов и Митхуна Чакроборди специалист. Ну ладно, я не против. Тем более только завидев меня, работник медицинской торговли широко мне улыбнулся, истово поклонился, сделал очень добрые глаза, немного, но крайне приветливо наклонил голову набок и с некоторым вроде как даже вопросом бодро и чуть испуганно крикнул — Здравствуйте!? А я человек вежливый, вы все знаете. Я тоже по возможности осклабился ответно (улыбаться я не обучен с детства), кивнул приветственно и поздоровался голосом, для пущей убедительности. Далее пошла густая и выразительная пауза. Мы стоим, улыбаемся друг другу и молчим. И я с каждой секундой понимаю, что моему собеседнику такой расклад кажется максимально логичным. Постоим, поулыбаемся и всё. Мирно разойдёмся по домам! Никто не пострадает! Но я немного не за этим пришёл и начинаю доставать из кармана листочек в клеточку. И уже с него максимально громко и предельно отчётливо ( обычно я говорю абы как, проглатывая окончания) берусь зачитывать то, что мне нужно. А провизор на меня влюблённо смотрит, послушно кивает и, бог свидетель, ни черта из услышанного не понимает. Ситуация неловкая, но тут происходит маленькое чудо. Я произношу словосочетание «двести миллиграмм» и вижу в сияющих глазах напротив отчётливое понимание! Двести миллиграмм, двести миллиграмм! - начинает повторять провизор-фармацевт и вдруг выдает ещё одно веское и родное до боли слово — брат! Двести миллиграмм брат — разносится на всю аптеку и хозяин порошков и пилюль убегает куда-то в глубь своей тревожно пахнущей больницей лавки. Проходит минут десять. Я уже немного нервничаю и тут является мой немногословный визави. Является и вываливает на прилавок все, абсолютно все препараты в названиях которых есть дозировка двести миллиграмм. А мне как-то неловко вот так вот сразу отказывать. Человек старался, человек искал. Я начинаю рассматривать и довольно быстро понимаю, что нужного мне нет. Тогда я максимально корректно раскланиваюсь и всем видом своим показываю, что сие совершенно не то, унесите. Но продавец не сдаётся! Он не глядя начинает хватать коробочки и пузырьки и с непередаваемой грустью во всём своём естестве протягивает их мне, повторяя — двести миллиграмм, брат, двести миллиграмм! И вот это его «брат!» тоже не на ровном месте, ибо сам он чернобров и черноглаз, да и я, знаете ли уже давно не златокудр. Как-то почернел от жизни такой и борода ещё проклятая завиваться начинает по краям. Так что от брата, как минимум от двоюродного отказываться как-то глупо. Но отказаться таки надо, ибо абсолютно не то, хотя и верной дозировки. Тогда на его двести миллиграмм, я предъявляю ему исписанный карандашиком листочек — мол читай, что написано. Вот что надобно, дорогой ты мой! Тут уж и ему крыть нечем стало, ибо с козырей я зашёл, понимаю. Горестно развёл ценный специалист руками и сокрушенно сказал — нет двести миллиграмм, брат. Ничего страшного, товарищ — строго, но вежливо ответил я и пошёл в другую аптеку. Там всё поняли сразу, без затей, но — не кланялись, не улыбались и братом — не называли абсолютно. А я уже привык может быть! Мне может быть так приятнее уже! Надо как-то доработать вот это вот всё. Чтобы и с поклонами, и голову чтобы приветливо вбок наклоняли, и братом звали, и читать умели! Надо доработать!

Да-с