СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК. Поэзия

Марина Цветаева. И как под землею трава... И как под землею трава Дружится с рудою железной, – Все видят пресветлые два Провала в небесную бездну. Сивилла! – Зачем моему Ребенку – такая судьбина? Ведь русская доля – ему... И век ей: Россия, рябина... 24 августа 1918 Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть IV (1918) #цветаева

Марина Цветаева. И зажег, голубчик, спичку... И зажег, голубчик, спичку. – Куды, матушка, дымок? – В двери, родный, прямо в двери, – Помирать тебе, сынок! – Мне гулять еще охота. Неохота помирать. Хоть бы кто за меня помер! ...Только до ночи и пожил. 11 июня 1917 (Рассказ владимирской няни Нади.) Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть III (1916 - 1917) #цветаева

Марина Цветаева. И если руку я даю... И если руку я даю – То погадать – не целовать. Скажи мне, встречный человек, По синим по дорогам рек К какому морю я приду? В каком стакане потону? – Чтоб навзничь бросил наповал – Такой еще не вырос – вал. Стакан твой каждый – будет пуст. Сама ты – океан для уст. Ты за стаканом бей стакан, Топи нас, море-окиян! ====== А если руку я беру – То не гадать – поцеловать. Сама запуталась, паук, В изделии своих же рук. – Сама не разгибаю лба, – Какая я тебе судьба? <Июль 1920> Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть VI (1920) #цветаева

Марина Цветаева. И если где прольются слезы... И если где прольются слезы, – Всех помирю, войдя! Я – иволга, мой голос первый В лесу, после дождя. Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть V (1919) #цветаева

Марина Цветаева. И другу на руку легло... И другу на руку легло Крылатки тонкое крыло. Что я поистине крылата, Ты понял, спутник по беде! Но, ах, не справиться тебе С моею нежностью проклятой! И, благодарный за тепло, Целуешь тонкое крыло. А ветер гасит огоньки И треплет пестрые палатки, А ветер от твоей руки Отводит крылышко крылатки… И дышит: душу не губи! Крылатых женщин не люби! 21 сентября 1916 Марина Цветаева. ВЕРСТЫ: Стихи. Выпуск I #цветаева

Марина Цветаева. И всé вы идете в сестры... И всé вы идете в сестры, И больше не влюблены. Я в шелковой шали пестрой Восход стерегу луны. Вы креститесь у часовни, А я подымаю бровь... – Но в вашей любви любовной Стократ – моя нелюбовь! 6 июля 1915 Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть II (1914 - 1915) #цветаева

Марина Цветаева. И вот, навьючив на верблюжий горб... И вот, навьючив на верблюжий горб, На добрый – стопудовую заботу, Отправимся – верблюд смирен и горд – Справлять неисправимую работу. Под темной тяжестью верблюжьих тел – Мечтать о Ниле, радоваться луже, Как господин и как Господь велел – Нести свой крест по-божьи, по-верблюжьи. И будут в зареве пустынных зорь Горбы – болеть, купцы – гадать: откуда, Какая это вдруг напала хворь На доброго, покорного верблюда? Но, ни единым взглядом не моля, Вперед, вперед, с сожженными губами, Пока Обетованная земля Большим горбом не встанет над горбами. 14 сентября 1917 Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть III (1916 - 1917) #цветаева

Марина Цветаева. И вот исчез, в черную ночь исчез... И вот исчез, в черную ночь исчез, – Как некогда Иосиф, плащ свой бросив. Гляжу на плащ – черного блеска плащ, Земля <горит>, а сердце – смерти просит. Жестокосердый в сем году июль, Лесною гарью душит воздух ржавый. В ушах – туман, и в двух шагах – туман, И солнце над Москвой – как глаз кровавый. Гарь торфяных болот. – Рот пересох. Не хочет дождь на грешные просторы! – Гляжу на плащ – светлого плеску – плащ! Ты за плащом своим придешь не скоро. <Начало августа 1920> Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть VI (1920) #цветаева

Марина Цветаева. И взглянул, как в первые раза... И взглянул, как в первые раза Не глядят. Черные глаза глотнули взгляд. Вскинула ресницы и стою. – Что, – светла? – Не скажу, что выпита до тла. Все до капли поглотил зрачок. И стою. И течет твоя душа в мою. 7 августа 1916 Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть III (1916 - 1917) #цветаева

Марина Цветаева. И в заточеньи зимних комнат... И в заточеньи зимних комнат И сонного Кремля – Я буду помнить, буду помнить Просторные поля. И легкий воздух деревенский, И полдень, и покой, – И дань моей гордыне женской Твоей слезы мужской. 27 июля 1917 Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть III (1916 - 1917) #цветаева

Марина Цветаева. И была у Дон-Жуана – шпага... И была у Дон-Жуана – шпага, И была у Дон-Жуана – Донна Анна. Вот и все, что люди мне сказали О прекрасном, о несчастном Дон-Жуане. Но сегодня я была умна: Ровно в полночь вышла на дорогу, Кто-то шел со мною в ногу, Называя имена. И белел в тумане посох странный… – Не было у Дон-Жуана – Донны Анны! 14 мая 1917 Марина Цветаева. ПЛАЩ (Сб. ПСИХЕЯ. РОМАНТИКА) #цветаева

Марина Цветаева. И бродим с тобой по церквам... И бродим с тобой по церквам Великим – и малым, приходским. И бродим с тобой по домам Убогим – и знатным, господским. Когда-то сказала: – Купи! – Сверкнув на кремлевские башни. Кремль – твой от рождения. – Спи, Мой первенец светлый и страшный. Марина Цветаева. СТИХИ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ ИЗДАНИЯ. Часть IV (1918) #цветаева

Михаил Кузмин. Их было четверо в этот месяц... Подражание П. Луису Их было четверо в этот месяц, но лишь один был тот, кого я любила. Первый совсем для меня разорился, посылал каждый час новые подарки и продал последнюю мельницу, чтоб купить мне запястья, которые звякали, когда я плясала, – закололся, но он не был тот, кого я любила. Второй написал в мою честь тридцать элегий, известных даже до Рима, где говорилось, что мои щеки – как утренние зори, а косы – как полог ночи, но он не был тот, кого я любила. Третий, ах, третий был так прекрасен, что родная сестра его удушилась косою из страха в него влюбиться; он стоял день и ночь у моего порога, умоляя, чтоб я сказала: «Приди», – но я молчала, потому что он не был тот, кого я любила. Ты же не был богат, не говорил про зори и ночи, не был красив, и когда на празднике Адóниса я бросила тебе гвоздику, посмотрел равнодушно своими светлыми глазами, но ты был тот, кого я любила. Михаил Кузмин. СЕТИ. ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. АЛЕКСАНДРИЙСКИЕ ПЕСНИ #кузмин

Михаил Кузмин. Истекай, о сердце, истекай!.. Истекай, о сердце, истекай! Расцветай, о роза, расцветай! Сердце, розой пьяное, трепещет. От любви сгораю, от любви: Не зови, о милый, не зови: Из-за розы меч грозящий блещет. Огради, о сердце, огради. Не вреди, меч острый, не вреди: Опустись на голубую влагу. Я беду любовью отведу, Я приду, о милый, я приду И под меч с тобою вместе лягу. Михаил Кузмин. СЕТИ. ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ #кузмин

Михаил Кузмин. Из поднесенной некогда корзины... Из поднесенной некогда корзины Печально свесилась сухая роза, И пели нам ту арию Розины: «Io sono docile, io sono rispettosa»*. Горели свечи, теплый дождь, чуть слышен, Стекал с деревьев, наводя дремоту, Пезарский лебедь, сладостен и пышен, Венчал малейшую весельем ноту. Рассказ друзей о прожитых скитаньях, Спор изощренный, где ваш ум витает. А между тем в напрасных ожиданьях Мой нежный друг один в саду блуждает. Ах, звуков Моцарта светлы лобзанья, Как дали Рафаэлева «Парнаса», Но мысли не прогнать им, что свиданья Я не имел с четвертого уж часа. Зачем луна, поднявшись, розовеет, И ветер веет, теплой неги полн, И челн не чует змейной зыби волн, Когда мой дух всё о тебе говеет? Когда не вижу я твоих очей, Любви ночей воспоминанья жгут, – Лежу – и тут ревниво стерегут Очарованья милых мелочей. И мирный вид реки в изгибах дальних, И редкие огни неспящих окн, И блеск изломов облачных волокн Не сгонят мыслей, нежных и печальных. Других садов тенистые аллеи – И блеск неверный утренней зари... Огнем последним светят фонари... И милой резвости любовные затеи... Душа летит к покинутым забавам, В отравах легких крепкая есть нить, И аромата роз не заглушить Простым и кротким сельским, летним травам. ________________ *«Я так безропотна, так простодушна» (ит.). Михаил Кузмин. СЕТИ. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ #кузмин

Михаил Кузмин. Из моего окна в вечерний час... Из моего окна в вечерний час, Когда полнеба пламенем объято, Мне видится далекий Сан-Миньято, И от него не оторвать мне глаз. Уже давно последний луч погас, А я всё жду какого-то возврата, Не видя бледности потухшего заката, Смотрю ревниво, как в последний раз. И где бы ни был я, везде, повсюду Меня манит тот белый дальний храм, И не дивлюся я такому чуду: Одно по всем дорогам и горам Ты – Сан-Миньято сердца моего, И от тебя не оторвать его. Михаил Кузмин. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ СБОРНИКИ. Часть первая #кузмин

Михаил Кузмин. Из глубины земли источник бьет... Из глубины земли источник бьет. Его художник опытной рукою, Украсив хитро чашей золотою, Преобразил в шумящий водомет. Из тьмы струя, свершая свой полет, Спадает в чашу звучных капль толпою, И золотится радужной игрою, И чаша та таинственно поет. В глубь сердца скорбь ударила меня, И громкий крик мой к небу простирался, Коснулся неба, радужно распался И в чашу чудную упал звеня. Мне петь велит любви лишь сладкий яд – Но в счастии уста мои молчат. Михаил Кузмин. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПРИЖИЗНЕННЫЕ СБОРНИКИ. Часть первая #кузмин

Стихотворения отдельных поэтов в алфавитном порядке: Константин БАЛЬМОНТ Валерий БРЮСОВ Александр БЛОК Марина ЦВЕТАЕВА Федор СОЛОГУБ Игорь СЕВЕРЯНИН

Михаил Кузмин. Из глины голубых голубок... E. Haгродской Из глины голубых голубок Лепил прилежной я рукой, Вдыхая душу в них дыханьем. И шевелилися с шуршаньем, И жалися одна к другой, Садяся в круг на круглый кубок. Клевали алые малины, Лениво пили молоко, Закинув горла голубые, И были как совсем живые, Но не летали далеко, И знал я, что они из глины. И показалось мне бездушным Таинственное ремесло, И призрачными – стали птицы, И начала душа томиться, Чтоб сердце дар свой принесло Живым голубкам, но послушным. 1913 Михаил Кузмин. ГЛИНЯНЫЕ ГОЛУБКИ. Третья книга стихов #кузмин

Михаил Кузмин. И черный плат так плотно сжал те плечи... И черный плат так плотно сжал те плечи, Так неподвижно взор свой возвела На Благовещенья святые свечи, Как будто двинуться ты не могла. И золотая, кованая мгла Тебя взяла, благая, в обрамленье. Твоих ресниц тяжелая игла Легла туда в умильном удивленьи. И трое скованы в мерцающем томленьи. Михаил Кузмин. ЧУЖАЯ ПОЭМА (Сб. ЭХО) #кузмин