СЕРЕБРЯНЫЙ ВЕК. Поэзия

Эллис. МОЛИТВА О ПАДШЕЙ Я перед Девой склоняю колени: «Все ей, безумной, прости!» Хмурятся строго вечерние тени: «Бесцельны пред ней все пути!» Я перед Девой склоняю колени: «Все ей, погибшей, прости!» Шепчут зловеще вечерние тени: «За нас, за нас отомсти!» Я перед Матерью пал на колени: «Матери Матерь, прости!» Плача, поникли полночные тени: «Все отпусти!» Эллис. AVE MARIA (Сб. STIGMATA) #эллис

Эллис. МОЛИТВА Прободено светило дня невидимым копьем… «О Боже! помяни меня во Царствии Твоем!..» Высокий факел преклоня, звезда поет псалом… «О Боже! помяни меня во Царствии Твоем!..» Се – три креста, и вздох, стеня, пронесся на одном: «О Боже! помяни меня во Царствии Твоем!..» И, жизнь погибшую кляня. я пал перед Крестом: «О Боже! помяни меня во Царствии Твоем!..» Эллис. ВРАТА (Сб. STIGMATA) #эллис

Эллис. МОЛИТВА Посвящается О. М. Соловьевой О царство чудное, там звуки мягче льются, Медлительней движения людей, Там угасает жизнь, там грезы грустно вьются, Святой алтарь возвышенных идей! Там робко теплится лампада обожанья, Там угасает вздох любви земной, В том царстве чистого, высокого страданья Я пал с молитвою пред утренней звездой. «Привет тебе, звезда немых морей, Владычица измученных людей, О чистая, мистическая роза! Святая, восходящая звезда, Дрожащая и робкая всегда, Бесстрастная, как утренняя греза, О чистая, мистическая роза!» Ты, чистая, ты, вечно издалека Скользящая над бездною порока, Дрожащая от холода небес, О, торопись и луч любви отрадной Пролей к нам в грудь, чтоб облик жизни страдной Скорей, как сновидение, исчез, Чтобы проснулись мы в сиянии небес. Эллис. ИЗ ЦИКЛА «AU-DELÀ» (Сб. НЕИЗДАННОЕ И НЕСОБРАННОЕ) #эллис

Эллис. МОЕЙ МАДОННЕ Ко мне примчался белый конь, то – конь моей Мадонны… Мы скачем, я пою Огонь душой, навек сожженной, мы скачем… Я пою Огонь душой освобожденной! Ко мне на грудь из царства звезд спустился Лебедь снежный. весь распростерт, как белый Крест, он – вестник смерти нежной, и вот, пою мой белый Крест я в радости безбрежной! И вот опять на грудь мою спустился Ангел Рая, Марию-Розу я пою от радости сгорая! И песнь моя поет в Раю, поет, не умирая! Эллис. AVE MARIA (Сб. STIGMATA) #эллис

Эллис. МИРОЗДАНИЕ Шесть светлых праздников – шесть славных дней творенья. Он рек, – и свет блеснул впервые в небесах, И брызнул солнца луч, и ожил мертвый прах, И землю пышные окутали растенья. И пробудилась жизнь на суше, на водах, Затрепетала вкруг, и в радостном движенье Порхнула в воздухе, повисла на ветвях, И поползла, виясь, и загремела в пенье. Возликовало все в восторге умиленья. Он рек... и вот пред Ним – венец всего творенья, Явился человек... и он отверг любовь. Он к Сатане простер безумные объятья, Исполнил мир грехом и ужасом проклятья И дерзостной рукой святую пролил кровь. Эллис. РАЗНЫЕ СТИХОТВОРЕНИЯ (Сб. НЕИЗДАННОЕ И НЕСОБРАННОЕ) #эллис

Эллис. МЕРТВЫЙ САД. Chanson d'hiver Не потупляй в испуге взоры, нас Мертвый Сад зовет, пока из-за тяжелой, черной шторы грозит нам мертвая рука. Горят на люстре сталактиты, как иней – тюль, меха – как снег; и наши взоры строго слиты в предчувствии холодных нег. Потух камин, чуть пепел тлеет, оборван яркий плющ огня, так что ж?.. Кто призывал меня, пусть холодно благоговеет! Еще на улицах движенье, полозьев визг и стук копыт, – здесь с тишиной изнеможенья забвенья шепот мерный слит! Соединим покорно руки! Забудем все! Туда! Вперед! Зовут нас гаснущие звуки, нас Мертвый Сад к себе зовет! В окне холодном и хрустальном, в игре слепого фонаря возник он призраком печальным, погас, как мертвая заря. И мы скользим стезею бледной, вдали растет за рядом ряд и тает позади бесследно деревьев строй, как ряд аркад! И мы, как дети, суеверны, и как нам сладок каждый шаг, и как твои шаги неверны в твоих хрустальных башмачках! Но ни одной звезды над нами, и если взглянем мы назад, два сердца изойдут слезами, и вдруг растает Мертвый Сад! Эллис. ГОЛУБОЙ ЦВЕТОК (Сб. АРГО) #эллис

Эллис. МЕНУЭТ Ш. Д'ОРИАСА Среди наследий прошлых лет с мелькнувшим их очарованьем люблю старинный менуэт с его умильным замираньем. Ах, в те веселые века труднее не было науки, чем ножки взмах, стук каблучка в лад под размеренные звуки! Мне мил веселый ритурнель с его безумной пестротою, люблю певучей скрипки трель, призыв крикливого гобоя. Но часто ваш напев живой вдруг нота скорбная пронзала, и часто в шумном вихре бала мне отзвук слышался иной, – как будто проносилось эхо зловещих, беспощадных слов, и холодело вдруг средь смеха чело в венке живых цветов! И вот, покуда приседала толпа прабабушек моих, под страстный шепот мадригала уже судьба решалась их! Смотрите: плавно, горделиво сквозит маркиза пред толпой с министром под руку… О диво! Но робкий взор блестит слезой… Вокруг восторг и обожанье, царице бала шлют привет, а на челе Темиры след борьбы и тайного страданья. И каждый день ворожею к себе зовет Темира в страхе: – Открой, открой судьбу мою! – Сеньора, ваш конец – на плахе! Эллис. ГОБЕЛЕНЫ (Сб. АРГО) #эллис

Эллис. МЕЛОДИЯ К Я. Я. К-ой Как в песне, что порой прольется в первый раз, Все веет нам давно знакомою тоскою, В твоей улыбке, полной тишиною, Родное, милое всегда встречает глаз И с тихой радостью пленяется тобою. Как чистый звездный луч, низвергнутый с высот, Чудесно заключен в подземные каменья, И блещет, и горит, и радость взору льет, В твоих очах горит созвездий хоровод, В них свет любви находит превращенье. Эллис. РАЗНЫЕ СТИХОТВОРЕНИЯ (Сб. НЕИЗДАННОЕ И НЕСОБРАННОЕ) #эллис

Эллис. МЕЛАНХОЛИЯ Как сумерки застенчивы, дитя! Их каждый шаг неверен и печален; уж лампа, как луна опочивален, струит, как воду, белый свет, грустя. Уж молится дрожащим языком перед киотом робкая лампада; дитя, дитя, мне ничего не надо, я не ропщу, не плачу ни о чем! Там, наверху, разбитая рояль бесцельные перебирает гаммы, спешит портрет укрыться в тень от рамы… Дитя, дитя, мне ничего не жаль! Вот только б так, склонившись у окна, следить снежинок мертвое круженье, свой бледный Рай найти в изнеможенье и тихий праздник в перелетах сна! Эллис. ТАБАКЕРКА С МУЗЫКОЙ (Сб. АРГО) #эллис

Эллис. МАСКАРАД. Терцины Доносится чуть внятно из дверей тяжелый гул встревоженного улья, вот дрогнули фигуры егерей, и чуткие насторожились стулья. Все ближе звон болтливых бубенцов, невинный смех изящного разгулья. Вот хлынули, как пестрый дождь цветов из золотого рога изобилья, копытца, рожки, топот каблучков, и бабочек и херувимов крылья. Здесь прозвонит, скрестясь с клинком клинок, там под руку с Жуаном Инезилья, а здесь Тритон трубит в гигантский рог; старик маркиз затянутый в жилете едва скользит, не поднимая ног, вот негр проходит в чинном менуэте, – и все бегут, кружат, смешат, спешат сверкнуть на миг в волшебно-ярком свете. И снова меркнут все за рядом ряд, безумные мгновенной пестротою они бегут, и нет пути назад, и всюду тень за яркой суетою насмешливо ложится им вослед, и Смерть, грозя, бредет за их толпою. Вот слепнет бал и всюду мрак… О нет! То за собой насмешливые маски влекут, глумясь, искусственный скелет, предвосхищая ужас злой развязки. Эллис. ГОБЕЛЕНЫ (Сб. АРГО) #эллис

Эллис. МАЛЬЧИК С ПАЛЬЧИК А. С. На дерево влез мальчик с пальчик, а братья остались внизу, впервые увидел наш мальчик так близко небес бирюзу. Забыта им хижина деда, избушка без окон, дверей, волшебный дворец людоеда, двенадцать его дочерей. И братцы блуждают без хлеба и с дерева крошку зовут, а он загляделся на небо, где тучки плывут и плывут. Эллис. ТАБАКЕРКА С МУЗЫКОЙ (Сб. АРГО) #эллис

Сергей Есенин. МОЯ ЖИЗНЬ Будто жизнь на страданья моя обречёна; Горе вместе с тоской заградили мне путь; Будто с радостью жизнь навсегда разлучёна, От тоски и от ран истомилася грудь. Будто в жизни мне выпал страданья удел; Незавидная мне в жизни выпала доля. Уж и так в жизни много всего я терпел, Изнывает душа от тоски и от горя. Даль туманная радость и счастье сулит, А дойду – только слышатся вздохи да слезы. Вдруг наступит гроза, сильный гром загремит И разрушит волшебные, сладкие грезы. Догадался и понял я жизни обман, Не ропщу на свою незавидную долю. Не страдает душа от тоски и от ран, Не поможет никто ни страданьям, ни горю. 1911-1912 Сергей Есенин. СТИХОТВОРЕНИЯ (Сб. ТОМ 4. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ) #есенин

Стихотворения отдельных поэтов: Константин БАЛЬМОНТ Валерий БРЮСОВ Александр БЛОК Марина ЦВЕТАЕВА Федор СОЛОГУБ Игорь СЕВЕРЯНИН

Сергей Есенин. МОЛОТЬБА Вышел зáраня дед На гумно молотить: «Выходи-ка, сосед, Старику подсобить». Положили гурьбой Золотые снопы. На гумне вперебой Зазвенели цепы. И ворочает дед Немолоченый край: «Постучи-ка, сосед, Выбивай каравай». И под сильной рукой Вылетает зерно. Тут и солод с мукой, И на свадьбу вино. За тяжелой сохой Эта доля дана. Тучен колос сухой – Будет брага хмельна. <1914-1916> Сергей Есенин. СТИХОТВОРЕНИЯ (Сб. ТОМ 4. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ) #есенин

Сергей Есенин. МОЛИТВА МАТЕРИ На краю деревни старая избушка, Там перед иконой молится старушка. Молится старушка, сына поминает, Сын в краю далеком родину спасает. Молится старушка, утирает слезы, А в глазах усталых расцветают грезы. Видит она поле, это поле боя, Сына видит в поле – павшего героя. На груди широкой запеклася рана, Сжали руки знамя вражеского стана. И от счастья с горем вся она застыла, Голову седую на руки склонила. И закрыли брови редкие сединки, А из глаз, как бисер, сыплются слезинки. <1914> Сергей Есенин. СТИХОТВОРЕНИЯ (Сб. ТОМ 4. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ) #есенин

Сергей Есенин. МОЙ ПУТЬ Жизнь входит в берега. Села давнишний житель, Я вспоминаю то, Что видел я в краю. Стихи мои, Спокойно расскажите Про жизнь мою. Изба крестьянская. Хомутный запах дегтя, Божница старая, Лампады кроткий свет. Как хорошо, Что я сберег те Все ощущенья детских лет. Под окнами Костер метели белой. Мне девять лет. Лежанка, бабка, кот… И бабка что-то грустное, Степное пела, Порой зевая И крестя свой рот. Метель ревела. Под оконцем Как будто бы плясали мертвецы. Тогда империя Вела войну с японцем, И всем далекие Мерещились кресты. Тогда не знал я Черных дел России. Не знал, зачем И почему война. Рязанские поля, Где мужики косили, Где сеяли свой хлеб, Была моя страна. Я помню только то, Что мужики роптали, Бранились в черта, В Бога и в царя. Но им в ответ Лишь улыбались дали Да наша жидкая Лимонная заря. Тогда впервые С рифмой я схлестнулся. От сонма чувств Вскружилась голова. И я сказал: Коль этот зуд проснулся, Всю душу выплещу в слова. Года далекие, Теперь вы как в тумане. И помню, дед мне С грустью говорил: «Пустое дело… Ну, а если тянет – Пиши про рожь, Но больше про кобыл». Тогда в мозгу, Влеченьем к музе сжатом, Текли мечтанья В тайной тишине, Что буду я Известным и богатым И будет памятник Стоять в Рязани мне. В пятнадцать лет Взлюбил я до печенок И сладко думал, Лишь уединюсь, Что я на этой Лучшей из девчонок, Достигнув возраста, женюсь. ………………………………. Года текли. Года меняют лица – Другой на них Ложится свет. Мечтатель сельский – Я в столице Стал первокласснейший поэт. И, заболев Писательскою скукой, Пошел скитаться я Средь разных стран, Не веря встречам, Не томясь разлукой, Считая мир весь за обман. Тогда я понял, Что такое Русь. Я понял, что такое слава. И потому мне В душу грусть Вошла, как горькая отрава. На кой мне черт, Что я поэт!.. И без меня в достатке дряни. Пускай я сдохну, Только…… Нет, Не ставьте памятник в Рязани! Россия… Царщина… Тоска… И снисходительность дворянства. Ну что ж! Так принимай, Москва, Отчаянное хулиганство. Посмотрим – Кто кого возьмет! И вот в стихах моих Забила В салонный вылощенный Сброд Мочой рязанская кобыла. Не нравится? Да, вы правы – Привычка к Лориган И к розам… Но этот хлеб, Что жрете вы, – Ведь мы его того-с… Навозом… ……………………… Еще прошли года. В годах такое было, О чем в словах Всего не рассказать: На смену царщине С величественной силой Рабочая предстала рать. Устав таскаться По чужим пределам, Вернулся я В родимый дом. Зеленокосая, В юбчонке белой Стоит береза над прудом. Уж и береза! Чудная… А груди… Таких грудей У женщин не найдешь. С полей обрызганные солнцем Люди Везут навстречу мне В телегах рожь. Им не узнать меня, Я им прохожий. Но вот проходит Баба, не взглянув. Какой-то ток Невыразимой дрожи Я чувствую во всю спину. Ужель она? Ужели не узнала? Ну и пускай, Пускай себе пройдет… И без меня ей Горечи немало – Недаром лег Страдальчески так рот. По вечерам, Надвинув ниже кепи, Чтобы не выдать Холода очей, – Хожу смотреть я Скошенные степи И слушать, Как звенит ручей. Ну что же? Молодость прошла! Пора приняться мне За дело, Чтоб озорливая душа Уже по-зрелому запела. И пусть иная жизнь села Меня наполнит Новой силой, Как раньше К славе привела Родная русская кобыла. <1925> Сергей Есенин. МАЛЕНЬКИЕ ПОЭМЫ (Сб. ТОМ 2. СТИХОТВОРЕНИЯ (МАЛЕНЬКИЕ ПОЭМЫ) #есенин

Сергей Есенин. МОИ МЕЧТЫ Мои мечты стремятся вдаль, Где слышны вопли и рыданья, Чужую разделить печаль И муки тяжкого страданья. Я там могу найти себе Отраду в жизни, упоенье, И там, наперекор судьбе, Искать я буду вдохновенья. <1911-1912> Сергей Есенин. БОЛЬНЫЕ ДУМЫ (Сб. ТОМ 4. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ) #есенин

Сергей Есенин. МОЕЙ ЦАРЕВНЕ Я плакал на заре, когда померкли дали, Когда стелила ночь росистую постель, И с шепотом волны рыданья замирали, И где-то вдалеке им вторила свирель. Сказала мне волна: «Напрасно мы тоскуем», – И, сбросив свой покров, зарылась в берега, А бледный серп луны холодным поцелуем С улыбкой застудил мне слезы в жемчуга. И я принес тебе, царевне ясноокой, Тот жемчуг слез моих печали одинокой И нежную вуаль из пенности волны. Но сердце хмельное любви моей не радо… Отдай же мне за все, чего тебе не надо, Отдай мне поцелуй за поцелуй луны. <1913-1915> Сергей Есенин. СТИХОТВОРЕНИЯ (Сб. ТОМ 4. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ) #есенин

Сергей Есенин. МИНЕ От берегов, где просинь Душистей, чем вода. Я двадцать третью осень Пришел встречать сюда. Я вижу сонмы ликов И смех их за вином, Но журавлиных криков Не слышу за окном. О, радостная Мина, Я так же, как и ты, Влюблен в мои долины <?> Как в детские мечты. Но тяжелее чарку Я подношу к губам, Как нищий злато в сумку, С слезою пополам. <1917> Сергей Есенин. СТРОКИ, ЗАПИСАННЫЕ СОВРЕМЕННИКАМИ (Сб. ТОМ 4. СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ) #есенин

Сергей Есенин. МЕТЕЛЬ Прядите, дни, свою былую пряжу, Живой души не перестроить ввек. Нет! Никогда с собой я не полажу, Себе, любимому, Чужой я человек. Хочу читать, а книга выпадает, Долит зевота, Так и клонит в сон… А за окном Протяжный ветр рыдает, Как будто чуя Близость похорон. Облезлый клен Своей верхушкой черной Гнусавит хрипло В небо о былом. Какой он клен? Он просто столб позорный – На нем бы вешать Иль отдать на слом. И первого Меня повесить нужно, Скрестив мне руки за спиной, За то, что песней Хриплой и недужной Мешал я спать Стране родной. Я не люблю Распевы петуха И говорю, Что если был бы в силе, То всем бы петухам Я выдрал потроха, Чтобы они Ночьми не голосили. Но я забыл, Что сам я петухом Орал вовсю Перед рассветом края, Отцовские заветы попирая, Волнуясь сердцем И стихом. Визжит метель, Как будто бы кабан, Которого зарезать собрались. Холодный, Ледяной туман, Не разберешь, Где даль, Где близь… Луну, наверное, Собаки съели – Ее давно На небе не видать. Выдергивая нитку из кудели, С веретеном Ведет беседу мать. Оглохший кот Внимает той беседе, С лежанки свесив Важную главу. Недаром говорят Пугливые соседи, Что он похож На черную сову. Глаза смежаются, И как я их прищурю, То вижу въявь Из сказочной поры: Кот лапой мне Показывает дулю, А мать – как ведьма С киевской горы. Не знаю, болен я Или не болен, Но только мысли Бродят невпопад. В ушах могильный Стук лопат С рыданьем дальних Колоколен. Себя усопшего В гробу я вижу. Под аллилуйные Стенания дьячка Я веки мертвому себе Спускаю ниже, Кладя на них Два медных пятачка. На эти деньги, С мертвых глаз, Могильщику теплее станет, – Меня зарыв, Он тот же час Себя сивухой остаканит. И скажет громко: «Вот чудак! Он в жизни Буйствовал немало… Но одолеть не мог никак Пяти страниц Из „Капитала“». Декабрь 1924 Сергей Есенин. МАЛЕНЬКИЕ ПОЭМЫ (Сб. ТОМ 2. СТИХОТВОРЕНИЯ (МАЛЕНЬКИЕ ПОЭМЫ) #есенин