кириенков

Но есть в переписке одна загадка, которую исследователи никак не могут рассеять. «Сердечные дела Эмили Дикинсон оставляют нас в глубокой озадаченности», — констатирует Ричард Бенсон Сьюолл, самый авторитетный биограф поэтессы. Три письма (они датируются приблизительно 1858– 1862 годами), адресованные некоему Мастеру и подписанные псевдонимом Маргаритка, дышат страстью, одновременно жизнеутверждающей, болезненно-хрупкой и умоляющей. понятно, что это ничего не значит, и все равно — ого. Неработа. Почему мы говорим «стоп» : пер. с англ. Александра Дунаева/ Джош Коэн. — М. : Ад Маргинем Пресс, 2023. — СС. 182-183

⚡️Томас Пинчон не появился во «Врожденном пороке» Пола Томаса Андерсона. Но это неточно

поговорили о «самом добром русском романе»

дуб — дерево, Стивен Блэкуэлл — замечательный («Перо и скальпель») исследователь Набокова, премьера — в июле

​​последние походы в книжный заключаются, главным образом, в охоте на «Ангелов и способы производства» Владимира Шалларя (не гуглите, вы не вернетесь). на книжной ярмарке Rassvet Шалларя нет, но есть куча всего другого: приз зрительских симпатий уходит «Редким книгам» (Набоков в «Ардисе» по довольно либеральной цене) и магазину «Фламмеманн», заехавшему в Электротеатр Станиславский вместо «Порядка слов» и торгующему тут всякой затейливой букинистикой. ну а на фото, как положено, нечто совершенно иное. приходите: сегодня до 20:00 и завтра весь день.

Ad Marginem, «Новое издательство», лето, коротко и ясно. еще договорим

а все же понимают, что сегодня вечером русская литература приросла несколькими особенно пронзительными строчками?

воистину [«Как редко теперь пишу по-русски…» : из переписки В.В. Набокова и М.А. Алданова / публ., подгот. текста и прим. А.А. Чернышева // Октябрь. – 1996. – № 1. – С. 121–146. – Письма 1940–1956 гг.]

умер Пол Остер; писатели живут меньше, чем хотелось бы их читателям; очень грустно. про романы все понятно; советую его переписку с Кутзее — еще одного долгожителя, еще одно разбитое (не будем гадать когда) сердце.

как выглядят сны наяву

давай любить друг друга и читать «Распознавания» с «Адой»

на днях спрашивали, какие ассоциации вызывает Набоков, и я почему-то запнулся и не сказал главную: щедрость, какой-то счастливый избыток слов (не путать с графомании), чувств (со слащавостью), зрения: «Именно в один из таких дней раскрываюсь, как глаз, посреди города на крутой улице, сразу вбирая все». почему с ним все эти годы так хорошо? потому что он никогда не жадничает

​​Набоков-125 daily: Долинин x Сапрыкин, «переолешить Олешу», «схима или Сена компетентнее». решительно, конечно, восстаем против «чем ближе к Сирину, тем лучше». в развитии линии о набоковской жизненной стратегии в невыносимых обстоятельствах — давняя статья Дмитрия Быкова (признан в России иноагентом): «И поскольку в жизни каждого русского поколения наличествует этот перелом, каждое русское поколение будет пользоваться опытом Набокова: помнить о рае, презирать ад, не снисходить до хныканья, сострадать горю, делать хорошую мину. Сам он об этом в одном интервью сказал совсем коротко — not to be stinky, то есть не вонять».

Набкоков предсказал изобретение смайлика, одной запрещенной соцсети и, что получается, — чата GPT? хочется теперь дожить до дорофонов и ковров-самолетов

​​в кино новый Гарленд, обязательно посмотрите, замечательно непартийный и при этом вполне отчетливый; лучший, я бы сказал, фильм этого неровного, увереннее чувствующего себя за письменным столом, автора. Civil War не про тиранию — здесь скукоживающуюся на глазах до размеров штата, города, здания, кабинета, стола; тиранию, в конце концов, нестрашную — в отличие от. это тизер мира без переговорной инфраструктуры, «договорняков», «формул мира»; как выясняется, мира совершено невыносимого. спасает ли от этого бегство в профессию, ремесло, на совесть сделанное дело? черт его знает — честно, с пробитой каской и широкими от ужаса глазами говорит автор. давайте пересмотрим монолог мужа дипломатки из последнего эпизода одноименного сериала, чтобы вспомнить, что такое норма в ненормальном мире: communication is key и things don’t work until they do

можно восторгаться тем, как монументально Роберт Элсвит работает с пространством и — фетишистски — с предметами. самоотверженной, хоть и временами почти брезгливой, игрой Эндрю Скотта. остроумными сценарными и кастинговыми решениями Стивена Заилляна. но давайте условимся, что настоящий MVP «Рипли» — котик Лусио

недели Хайсмит не только здесь, но и более-менее везде; очень, очень хорошо. ждем новостей про фильм Антона Корбайна «Швейцария», в котором Патрицию играет Хелен Миррен.