DARKLEAM
Відкрити в Telegram
Здесь слова, заточенные в тишину между мыслью и реальностью, становятся отражением человеческого. | Авторская проза.
Показати більше279
Підписники
Немає даних24 години
-27 днів
-430 день
Триває завантаження даних...
Залучення підписників
липень '26
липень '26
+3
в 1 каналах
червень '26
+5
в 1 каналах
Get PRO
травень '26
+16
в 2 каналах
Get PRO
квітень '260
в 1 каналах
Get PRO
березень '26
+6
в 1 каналах
Get PRO
лютий '26
+340
в 1 каналах
Get PRO
січень '260
в 2 каналах
Get PRO
грудень '25
+55
в 6 каналах
| Дата | Залучення підписників | Згадування | Канали | |
| 12 липня | 0 | |||
| 11 липня | 0 | |||
| 10 липня | 0 | |||
| 09 липня | +1 | |||
| 08 липня | 0 | |||
| 07 липня | 0 | |||
| 06 липня | 0 | |||
| 05 липня | 0 | |||
| 04 липня | 0 | |||
| 03 липня | +1 | |||
| 02 липня | 0 | |||
| 01 липня | +1 |
Дописи каналу
Repost from 𝚂𝚒𝚗𝚐𝚞𝚕𝚊𝚛𝚒𝚝𝚢
Многие любят продавать свой тупик под видом «сложной траектории».
Я эту изнанку до каждого камня выучил. Сам там шкурой бился, зубы ломал, но я нашёл точку опоры и вышел на свет. А некоторые до сих пор там барахтаются.
У каждого свои причины. Только борьбой это не становится.
И ладно бы они пытались вылезти. Но они же упиваются этим. Строят из себя жертв обстоятельств, ждут, что кто-то придёт и оценит их надрыв. Никто не придёт. На глубине слишком темно, чтобы разглядывать чужие позы.
Из этого дерьма либо вылезают зубами вперёд, либо остаются в нём мясом. Всё остальное — красивое название для второго.
⠀
| 2 | Ты — не тихая гавань, не долгожданный март и цветение вишни — знойный июль, выжигающий глаза свет, звенящее золото на руках, самый громкий скандал.
Архив.
⠀ | 172 |
| 3 | Поговорим, пока не закончится музыка?
Пальцы отбивают в такт мелодии. Ты всё так же предпочитаешь сладкий чай со льдом, а я — кофе без сахара.
Звуки пианино отскакивают от стен комнаты. Лезвия предрассветных касаются кожи до мурашек по загривку — такие же холодные, как наши последние два года.
Твои разомкнутые губы в желании сказать, взгляд в сторону — я замечаю пару твоих новых ужимок, ноты другого парфюма и стиль в одежде.
Ты переводишь взгляд на мои пальцы: кольцо на безымянном, семейный портрет на стене.
Мы говорим впервые за восемь лет. Ровно четыре минуты шестнадцать секунд — столько длится та пластинка, которую ты когда-то любила.
Она всё ещё играет у тебя по вечерам?
Поговорим?
В этом же месте, в это же время...
⠀ | 168 |
| 4 | Пульс, ритм шагов, свет фонарей. Хочется потянуться по-кошачьи прямо на ходу.
Вот это оно.
Момент, когда ты абсолютно, бесстыдно принадлежишь только себе.
⠀ | 49 |
| 5 | Мы все пленники своих кошмаров, падающие в холодную пучину под аккомпанемент чешуйчатых дев, распевающих блюз о нашей вине.
⠀ | 185 |
| 6 | Время — это не прямая.
Это спираль, где мы каждые десять лет встречаем самих себя, но в виртуозном приступе амнезии делаем вид, что незнакомы.
⠀ | 279 |
| 7 | Эта Тьма бьёт нещадно, оглушающе, валит с ног с одного удара. Пока сердце совершает кульбит и подпитывается адреналиновым ознобом, она, рыча, подкрадывается ближе, загоняет в угол, обнажая все потаённые страхи и боль в своих пустых глазницах, в то время как липкие длинные руки обволакивают тело. Её касание обжигает холодом кожу, она впивается когтями в плоть и вместе с живительным красным, что стекает на пол, сдирает лоскут за лоскутом, вырывая из этой гнусной оболочки, вскрывая всё то, что я так искусно прятал от этого мира.
/Я больше не чувствую холода/.
Трудный и шумный звук её дыхания. Он заражает, проникая в слизистую, сжимает спазмами глотку, подобно невидимой удавке, которую с каждой секундой затягивают посильнее. И одновременно с желанием кричать пробуждается нечто иное.
Ядовитая тяжесть оседает на лёгких, они сворачиваются маленькими клубками и поддаются чужому давлению.
Отчаянная попытка глотка воздуха и, наконец, вспоминаю, кто я такой.
/Я позволил больше не бояться себя/.
Промах.
У Ночи мертвенно-бледные губы. Они тонкие и сухие, искажаются сочувственно-презрительным оскалом. Ты всегда шла по моим следам, meine Liebe. Скрывалась в тени, когда я оборачивался, но не потому, что боялась света. Ты не хотела смотреть мне в глаза. Ты не хотела лишаться приобретённого. Но мы всегда с тобою знали, что идём по одному краю. И нам никогда не свернуть дальше — то будет лишь смешным абсурдом и обманом, в который я так хотел верить. Но за нашей границей больше ничего не существует, кроме иллюзий.
Целуешь меня с языком, отдавая себя. Возвращая всё то, что по праву принадлежит мне. Так любовно и дико впервые за всё время, что я почти забываю о том, как сильно ты меня ненавидишь.
— Покойся с миром, любовь моя.
Архив.
⠀ | 243 |
| 8 | 。。。
⠀ | 194 |
| 9 | Мы — виртуозы закрывать глаза при встрече, оборачиваться и после искать стылый след друг друга среди множества тысяч отпечатков таких ненужных и пустых.
Но сейчас посмотри.
Мы ведь и сами не лучше — чёрные дыры, друже. Безликие тени пока ещё существующего и бегущие от ошибок.
— Не раз_очаруй меня.
Вкрадчиво растягивая буквы, ты запомнишь мой голос, мои слова напоследок. Ведь теперь, положив ладонь на твоё плечо, зная тебя будущего через десяток лет, о которых когда-то с тобой говорили, мы обязательно отыщем и проложим дорогу к тому, чего так упорно, не жалея сил и крови, ищем.
⠀ | 1 525 |
| 10 | Это союз двух хищников.
Напарничество подразумевает общие цели, риск и честный вызов друг другу.
⠀ | 431 |
| 11 | Дуновение перемен, и прежняя версия тебя уже покрывается трещинами, высвобождая нечто невиданное.
Раз за разом, без сожалений и былых страхов.
⠀ | 253 |
| 12 | Есть особая магия в сломанных вещах: они больше не обязаны быть полезными.
Они наконец-то могут быть просто собой.
⠀ | 640 |
| 13 | Каждый твой в ы д о х я буду ловить губами, запечатлевая в памяти этот момент под названием «на грани»: чувств, жизни или же вожделения — мы решим это вместе, когда шершавые тёплые ладони будут вольно разгуливать по твоему телу, касаясь самых чувствительных и укромных мест.
Каждый в д о х на мой выдох и мотор в грудной начнёт рваться наружу с сумасшедшим ритмом, подстраиваясь под твой, рукой ощущая пульсацию того, что, казалось бы, не билось совсем.
— Ты знала, что твой шёпот может звучать гораздо оглушительнее крика любого другого?
Подмечай это тогда, когда жалом языка я буду широко вылизывать трепещущую вену на твоей шее и касаться клыками кожи, царапая и прикусывая до алых бусин.
Я рассчитывал именно на такой рацион.
Твои внутренние звери слишком хороши. Буду заботиться о них, как о своих. Стану рычать, кусать, сжимать, помечать и претендовать на то, что стало моим. В ответ же отдавая всё то, что имею сам.
— Потанцуем на оголённой интимности?
Ты знала, что хуже дрянного поцелуя только паршивые и поддельные эмоции. Необходимы неразбавленные и чистые, с бьющим в голову градусом. Да, прямо как твои.
— Отдай же мне всё без остатка.
Клыки — вот это слишком интимно, желанно, серьёзно.
Языком по ним — как шаг к признанию. И ты уже не убежишь.
Каждый поцелуй по телу будет полыхать как никогда ранее. Ведь поражать начнёт не пуля — горящая стрела. Ты не услышишь выстрела, лишь свист разрезающего воздух острого наконечника, что пронзит глубоко и метко красное, не оставив шанса на выживание.
— Не своди с меня взгляда и мыслей.
Поставь на наши чувства вечности пароль.
Архив.
⠀ | 316 |
