слаще яда

The Good Housekeeping Complete Guide to Traditional American Decorating, 1982

Я лежу калачиком в сугробе Нас с тобой вспоминая Как ласкались в утробе мира боли и лжи Отвлекаться-рождаться Совсем не хотелось, скажи? После смерти Ты мне назначишь встречу Там, где тебя не найду В незнакомом мне саду Где чужие будут ангелы И вечность чужая И бог будет чужой Хорошо я приду

Я чувство во плоти, а не ум во плоти. Я плоть. Я чувство. Я Бог во плоти и чувстве. Я есть человек, а не Бог. Я прост. Меня не надо думать. Меня надо чувствовать, а через чувство понимать. Ученые задумаются над многим и сломают свои головы, ибо думание не даст им никаких результатов. Они глупы. Они звери. Они мясо. Они смерть. Я говорю просто, но безо всяких ужимок. Я не обезьяна. Я человек. Мир произошел от Бога. Человек от Бога. Людям невозможно понять Бога. Бог понимает Бога. Человек есть Бог, а поэтому понимает Бога. Я Бог. Я человек. Я хороший, а не зверь. Я животное с разумом. У меня есть плоть. Я плоть. Я не происхожу от плоти. Плоть происходит от Бога. Я Бог. Я Бог. Я Бог...

𝗍𝗂𝖾𝖿𝖾 𝗐𝖺𝗌𝗌𝖾𝗋 𝗌𝗂𝗇𝖽 𝗇𝗂𝖼𝗁𝗍 𝗌𝗍𝗂𝗅𝗅

советский стереоскопический кукольный мультипликационный фильм Ивана Иванова-Вано и Иосифа Боярского 1979 года на основе русских народных сказок и симфонических поэм Анатолия Лядова «Баба-яга», «Кикимора» и «Волшебное озеро». Посвящён мастерам искусства росписи платка.

Да в тёмном лесе, лесе ночевала Лелю, лелю ночевала Да в тёмном лесе, лесе под кусточком Лелю, лелю под кусточком Уж вы в лесе, в лесе не шумите Лелю, лелю не шумите Да меня младу, младу не будите Лелю, лелю не будите

хорошо на Карпатах!

Много лет назад моя мать отвела меня на крошечный базар. Мне было шесть. В руки попала шкатулка немыслимой красоты: керамика в бездонно-синей глазури, вся в золотых трещинах и увенчанная созвездием Тельца. Когда я открыл её, передо мной предстали шесть стенок и дно из безупречно белого холодного мрамора. В тот миг я впервые коснулся чего-то, что показалось упавшим с неба. Шкатулка исчезла так же внезапно, как появилась. Иногда кажется, что ее холод до сих пор живёт на моих ладонях. «Медитация III» — попытка вернуть то прикосновение через импровизацию на иранском сетаре. Если хоть на секунду вам покажется, что вы тоже открыли эту шкатулку, значит всё получилось.

Много лет назад моя мать отвела меня на крошечный базар. Мне было шесть. В руки попала шкатулка немыслимой красоты: керамика в бездонно-синей глазури, вся в золотых трещинах и увенчанная созвездием Тельца. Когда я открыл её, передо мной предстали шесть стенок и дно из безупречно белого холодного мрамора. В тот миг я впервые коснулся чего-то, что показалось упавшим с неба. Шкатулка исчезла так же внезапно, как появилась. Иногда кажется, что ее холод до сих пор живёт на моих ладонях. «Медитация III» — попытка вернуть то прикосновение через импровизацию на иранском сетаре. Если хоть на секунду вам покажется, что вы тоже открыли эту шкатулку, значит всё получилось.