Ромашковый сбор

Пошли смотреть старье, а попали в будущее — каким оно виделось из 1960-х. Посреди одной из галерей на парижском антикварном рынке Сент-Уэн строит такая вот летающая тарелка, спроектированная в 1968 году финским архитектором Матти Сууроненом. Он придумал этот дом для друга, мечтавшего о мобильном шале. Дом площадью 60м2 выдерживает перепады температур от полярных до экваториальных, а на его возведение уходит 36 часов. Внутрь не пускают, но можно заглянуть в окошки. Там лаундж с большими креслами и ретро-люстра в виде льдинок — сняла ее через стекло, так что извините за качество.

Любопытный французский стартап под названием Polimar, познакомилась с ними на Maison&Object. Ребята пока делают единственный продукт — стул Beluga из переработанного пластика. Ну как делают — обещают отгрузить товар первым покупателям в начале текущего года, но выглядит проект очень здорово. Переработанный пластик стоит дороже первичного, поэтому у молодого бренда была задача сделать так, чтобы цена (390 евро) выглядела убедительно. Как это достигается, кроме интересного дизайна: 🌷 Основательность. Beluga довольно тяжелая, 7,3 кг, сравнима по весу с деревянной мебелью. Авторы считают, что это более респектабельно, чем невесомые пластиковые стульчики, и, пожалуй, правы. 🌷Кастомизация. Каждая из трех деталей стула может быть разных цветов. При текущей палитре бренда возможно около четырехсот комбинаций. 🌷 Ответственность. Polimar строит свою идентичность вокруг переработки, поэтому из пластика сделаны не только детали стула, но и крепеж — стул может быть снова переработан без остатка. 🌷 Пожизненная гарантия. Если какая-то деталь вдруг выйдет из строя, полимаровцы обещают ее заменить. Тут только одна проблема: поскольку это стартап, всегда есть риск, что стулья окажутся более долговечными, чем компания производитель. Но мы, конечно, пожелаем им многие лета.

Дайджест публикаций каналов про дизайн возвращается. Поскольку перерыв был долгим, в него попали посты за все время с начала 2025 года. 🌟 Дарья Сорокина собрала в канале “Багауз” компании, которые до сих пор производят вещи, придуманные в Баухаусе. Дорого, зато аутентично. 🌟 Елена Симкина съездила на каникулах в Петербург и рассказывает про первую персональную выставку российско-французского художника Михаила Рогинского. 🌟 А Юлия Кишкович из канала “Собака архитектора” сходила в Большой театр )без собаки) и обнаружила там винтажные столики на сцене. Получилось целое расследование. 🌟 Если хотите узнать, как выглядел советский “умный дом” образца 1970-х годов, вам в канал Design in Details. 🌟 О советском фотографе Александре Птицыне рассказывает Midcentury, More Than. 🌟 Канал “Сказ про Dva Kvadrata” тоже с культурной программой — приглашает виртуально посетить выставку “Несущие конструкцию” в Доме Наркомфина. 🌟 Десять трендов в ландшафтном дизайне на 2025 год ждут вас в канале “Зеленый In/Ex”. 🌟 ReuseArch в наступившем году продолжает радовать нас проектами перестройки старых зданий. Вот, например, прекрасный жилой дом в бывшем коровнике. 🌟 Канал школы “Детали” показывает, как их студенты составляют мудборды, а заодно объясняет, почему живое образование лучше, чем онлайн. 🌟 Подборка русской церковной архитектуры в канале Даши Соболевой. Сделана к Рождеству, но актуальна всегда.

Новая обсессия у американцев – стулья в форме еды. Такие продаются в дискаунт-сетях вроде Home Goods, T.J.Maxx и Marshalls. У одного из опрошенных NYT коллекционеров сразу тридцать подобных штук – донатсы, клубника и розовый мишка-гамми. Еще одна коллекционер, она же мастер по дереву, начала производить стулья с дизайном, который не смогла найти: кусок масла в фольге и банка консервированного мяса Spam. Весь этот кринж – ответочка эпохе безопасного бежевого минимализма, в котором выросли миллениалы и самые старшие Gen Z. Думаю, стул в виде чего хочу (или не хочу) я.

Андрей Будько впервые участвует в Maison&Object. За время перерыва в выставочной деятельность его ковер-леопард сильно подрос — у него на этот раз 32 лапки. Это пока самый длинный котик, из тех что делал Андрей. Я, конечно, жду сороконожку, а этот ковер после выставки отправиться в дубайский шоурум Art de Vivre.

Галерея Theorem Editions. Очень понравился коричневый кувшин. Сделан из акриловых смол, но по той же технологии, по которой льют стекло. А вот круглые вазы уже стеклянные. Черная ваза тоже интересная — напечатана 3d принтере, из материала, в состав которого подмешан песок, дающий шероховатую поверхность, напоминающую асфальт.

Я не была в Париже с допандемических времен, поэтому пошла смотреть главную архитектурную новинку, возникшую за время моего отсутствия, — Фонд Пино в здании бывшей биржи. Проект Тадао Андо, встроившего в историческое сооружение бетонный цилиндр, вы наверняка видели и в гораздо более качественной съемке, чем у меня, а идущая там выставка arte povera совсем не моя история, так что не буду сильно засорять эфир. Но вот деталь, которую в публикациях про Фонд особо не показывают, но которая запала мне в сердце, — историческая лестница. Она двойная, похожая на ДНК, — безумная красота.

Я редакционном прошлом я ездила на Maison&Object нечасто и ненадолго. Для многочасового серфинга по шоурумам и галереям времени точно не было, так что открываю для себя это мероприятие заново. Вчера получила передоз красивых тканей, открыла для себя несколько новых имен и успела пообщаться с галеристами. Обо всем по порядку рассказываю в закрытом канале “Ромашковый PRO” (в нем, кстати, уже лежат Милан 2024, Венецианская биеннале, 3 days of design в Копенгагене и много еще разной красоты), так что не забывайте подписываться. А тут — некоторые хайлайты вчерашнего дня: 🔵 витрины Pierre Frey 🔵галерея Ива Гасту 🔵бутик Alice D. Reynis 🔵новая коллекция Faïencerie de Gien 🔵очередной текстильный шурум 🔵галерея Ecart 🔵ковер Diacasan Edition x Messieurs 🔵микроскопическая галерея Room Service 🔵галерея Pierre_Augustin_Rose

Не совсем Париж, но рядом — за час можно добраться. Я, кажется, в первый раз вижу интерьер, в котором расписные стены соседствуют со стеклоблоками, да еще к тому же разноцветными. Перед нами работа малоизвестного, но талантливого французского архитектора и краснодеревщика Пьера Пети. Он был одним из тех, кто стоял у истоков ар-деко — в 1925 году участвовал в той самой Всемирной выставке, где и родилось название этого стиля. В 1930-м он начал работу в обувной компании Willy, для которой проектировал витрины и магазины, а в 1937-м хозяин этой фирмы Морис Фильбуа нанял Пети, чтобы тот построил для него охотничий домик. Это, собственно, он и есть. Стоит в лесу, жаль, нет фотографий, так что любуемся на внутреннее убранство. Им, кстати, судя по всему, занимался уже не Пети, а кто-то еще, чье имя для нас история не сохранила. Зато сами интерьеры дошли до наших дней в практически идеальном состоянии. Нынешний хозяин владеет домом с 1980-х годов, а теперь выставил его на продажу — будем надеяться, что покупатель тоже будет его беречь. 📷 Adam Štěch Подробности у World of Interiors

Эта парижская квартира привлекла тем, что ничего особенно парижского в ней нет — не считая, конечно, вида на Сакре-Кёр и характерные крыши соседних домов. Террасу, с которой он открывается особенно широко, нынешний хозяин, модельер Фелипе Оливейра Баптиста, приметил двадцать лет назад, и вот теперь они с женой Северин здесь живут. Квартира, кстати, изначально османовская, но Фелипе и Северин она досталась уже в видоизменённом виде, и они не стали восстанавливать “как было”, а остановились на открытой планировке. Гостиная настолько просторная, что, когда сын хозяев решил устроить вечеринку по случаю своего восемнадцатилетия, в ней поместилось шестьдесят человек! Главное, что делает интерьер нетипичным, а потому интересным, — это подборка мебели. Интерьером в основном занималась Северин, а она — мастерица находить раритеты на интернет-аукционах. И явно предпочитает классику итальянского и швейцарского дизайна: в квартире стоят работы Марио Беллини, Джо Коломбо, Вилли Гуля, Джино Сарфатти. Впрочем, такая “непатриотичность” не помешала фотографу Рикардо Лабулю включить этот интерьер в свою книгу Inside Paris. 📷 Ricardo Labougle Подробности у Manera Напоминаю, что парад парижских интерьеров присходит по случаю выставки Maison & Objet. Если хотите следить за тем, что там происходит, практически в режиме реального времени, то подписывайтесь на мой закрытый канал. Первые материалы с Paris Deco Off будут там уже сегодня.

А вы знали, что название итальянской фабрики Effeti расшифровывается как «Тосканская плотницкая мастерская» — Falegnameria Toscana? И это не просто дань истории: фабрика сочетает современные высокотехнологичные подходы с элементами традиционного производства. Например, для сборки мебели здесь используют проверенное временем соединение «ласточкин хвост», потому что ничего надежнее человечество не придумало. На фабрике берегут и традиции работы с природными материалами — могут сделать стол из деревянного слэба или выточить мойку из каменной глыбы. И одновременно с этим применяют новейшие технологические «фишки»: модель Evoluzione примечательна не только футуристическими формами, но и отделкой из глянцевого лака, который не дает бликов. Это достигается благодаря тому, что лак на самом деле матовый, но отполирован до зеркального блеска.  Другая интересная новация — лаковое покрытие, имитирующее шлифованную сталь: выглядит так же эффектно, но стоит меньше. Традиционные на вид филёнки на самом деле вырезаны из цельного полотна МДФ, поэтому у них нет и не может быть щелей.  Важная особенность традиционного производства — индивидуальный подход, дающий широкие возможности для кастомизации. Это тоже про Effeti: фабрика может не только адаптировать любую свою модель под запросы покупателя, но и разработать кухню с нуля. Причём касается это не только фасадов и наполнения ящиков, но и фурнитуры — Effeti сама разрабатывает и производит ручки для своих кухонь, а в нашем мире победившего минимализма именно они часто становятся ключевым декоративным элементом.  Узнать больше о возможностях Effeti можно на сайте компании, а чтобы договориться о личной встрече, пишите на Info@skgroupagency.ru В конце текста: Реклама. ИП Кубицкая Н.И., ИНН: 781433444960, Erid: 2Vfnxw8d94c

Дизайнер Егор Курьянчик из Минска взялся решить актуальную задачу наших дней — придумать мебель эффектную, но недорогую. Получилась вот такая консоль из фанеры. Автор говорит, что себестоимость прототипа — всего 2500 рублей, а при серийном выпуске должно получиться ещё дешевле. Консоль пришла к нам не одна — это часть коллекции из шести предметов под названием Soneika (в переводе с белорусского «Солнышко»). Но остальные свои разработки Егор пока держит в тайне — ждёт производителя, который возьмется поставить их в серию.

Мебельное подразделение французских универмагов Monoprix сделало то, чем в мире моды давно промышляет H&M, — у них вышла коллекция мебели и аксессуаров, сделанных известными дизайнерами. Цены — чуть ли не на порядок меньше, чем стоят работы тех же авторов у других брендов. Можно, например, купить стул Пьера Гоналона за 220 евро или скамью Uchronia за 300. Uchronia, кстати, делает в этом году инсталляцию на тему гостиничных интерьеров в рамках Maison & Objet — буду подробно освещать это в закрытом канале, на который сейчас самое время подписаться. На фотографиях работы: Uchronia, Batiik Studio, Флёр Делесаль, Пьера Гоналона, Жан-Пьера Маривонны Гарро и Bureau Benjamin.

Новый проект Кирилла Истомина получился довольно современным по стилю, но яркостью цветов и сложностью отделок он не уступает его классическим интерьерам. Текст целиком и гораздо больше фотографий, чем может вместить пост в телеграмме, ждут вас в Дзене, заглядывайте непременно! Говорим “Кирилл Истомин” — подразумеваем классические интерьеры, и это отчасти справедливо. Сам он говорит, что у него всегда есть в работе хотя бы один такой проект. Но вот уже несколько лет декоратор с явным удовольствием делает и что-то более современное. Степень строгости форм может варьироваться, но вот любовь к цвету и эффектным узорам всегда при нем, так что, в какой бы стилистике он ни работал, в итоге это все равно будет стопроцентный Кирилл Истомин. Эту квартиру Истомин сделал для новых клиентов, но они прекрасно знали, к кому и за чем идут. “Мы с ними слились в едином понимании эстетики”, — говорит Кирилл. На свою первую презентацию он, как обычно, готовил четыре варианта, но заказчики предложили ограничиться двумя и сразу сказать, какой он сам предпочитает. На нем и остановились. “Это идеал клиента — люди, которые, с одной стороны, четко и детально смотрят на все твои предложения, а с другой — доверяют, поскольку понимают, что имеют дело с профессионалом, — говорит Кирилл. — Они уважают профессионализм, себя, свои деньги и свое время”. Планировка Квартира находится в новом доме — это видно по окнам, в ней около 300 м², и застройщик заложил здесь четыре спальни, но заказчики Кирилла решили, что им столько не надо. Одна из спален стала шикарной гардеробной — даже в загородных домах под эту комнату редко отводят столько места, — а другую переделали в кабинет. Но первое впечатление от квартиры возникает в прихожей: проходное помещение Кирилл превратил в яркое театральное пространство и наградил его новыми функциями. Прихожая Все началось с картин — у заказчиков Истомина очень достойная коллекция, включая большую работу Вазарелли. Кирилл сразу положил на нее глаз и решил найти ей особенное место — теперь на нее открывается вход в квартиру. А если присмотреться, то станет ясно, что из нее вырос весь интерьер: кругом круги, квадраты и оптические иллюзии. Кстати, не только в прихожей: все эти элементы рассыпаны по всей квартире, хоть и не в такой высокой концентрации. Но если Вазарелли был достаточно скуп в выборе выразительных средств, то Истомин себя не ограничивал: обои из соломки на потолке, обои с имитацией ткани на стенах, маркетри (опять из соломки) на фасаде сделанного на заказ комода. Атрибуты собственно прихожей спрятаны в шкафу, а на показ выставлены красные внутренности книжных стеллажей. Кирилл хотел, чтобы прихожая была полноценной комнатой, и нашел повод проводить в ней больше времени — превратил ее в роскошную библиотеку. Цвет Хозяева квартиры любят цвет едва ли не больше, чем сам Кирилл. “Сразу было понятно, что ни цвета, ни фактур, ни орнаментов они не боятся, а, наоборот, открыты к этому”, — рассказывает декоратор. К привычному для его проектов коктейлю из тканей здесь добавляется еще и искусство, тоже очень яркое. Единственным исключением стала спальня хозяев, обитая светлым кашемиром. Истомин — явно не тот декоратор, к которому приходят за монохромными интерьерами, но это он тоже умеет. Комната вся построена на полутонах и фактурах, а большая картина в изголовье дает тот единственный контраст, который нужен, чтобы это подчеркнуть. Этой работы у заказчиков изначально не было, они купили ее вместе с Кириллом, хотя поначалу было не очень понятно, куда ее вешать. “Я верю, что если вы покупаете вещь, которая вам нравится, то она обязательно найдет себе место”, — говорит Истомин. Продолжение в Дзене 📷 Сергей Ананьев

​​Сегодня с утра обсуждаем в админском чате, где брать новости российских брендов. Тех, кто делает рассылки по блогерам и СМИ, — единицы. Почти все новости, которые вы видите в каналах, скопированы из собственных соцсетей брендов. При этом важные детали (например, технологические тонкости), которыми производитель справедливо гордится, часто выпадают из поля зрения блогеров. О некоторых новинках вообще никто не знает и не пишет. Именно поэтому я предложила ARTDOM сделать лекцию об основах PR для предметных дизайнеров и новых российских брендов. Выставка — отличный момент, чтобы наладить системное и профессиональное общение с внешним миром, даже если у вас пока нет ресурсов на отдельного специалиста по PR.

Очередной интерьер в Париже — квартира в 7-м округе с оформлением от Сары Ширази. Напомню, что по случаю открывающейся уже в среду выставки Maison & Objet мы исследуем тонкости парижской жизни. Начало можно найти тут и тут. Квартира в доме времён барона Османа была сделана Ширази для семьи ливанцев. Интерьер оказался испорчен предыдущими ремонтами, поэтому дизайнер начала с того, что убрала лишнее и вернула на место утраченные элементы. Довольно часто в подобных квартирах встречается современный коллекционный дизайн и неожиданное искусство, но клиенты Ширази — люди с более консервативным вкусом. Им близка эстетика 1940-х годов, поэтому многое было приобретено в антикварных магазинах — это ценные вещи, которые не спорят с исторической оболочкой, а дополняют её. Хотя без акцентных предметов не обошлось: выделяются шкафчик с растительным декором авторства Garouste & Bonetti, банкетка на золотых чешуйчатых ногах и зеркало, задрапированное гипсовым занавесом — работа самой Сары. Происхождение хозяев тоже нашло отражение в интерьере. В убранство спальни Ширази добавила восточные мотивы, а ванная напоминает хамам. Однако и эти экзотические вкрапления выглядят деликатно. Впечатление от квартиры очень спокойное, хотя рассматривать её по-прежнему интересно. 📷 Alice Mesguich Подробности у AD France

Удивительно, но эти изящные деревянные предметы сделаны из отходов производства. Дизайнер Розана Соуза из Португалии собирает их на соседней мебельной фабрике. В дело идут обрезки дуба и ореха — их склеивают так, чтобы получить характерный полосатый рисунок. Все предметы делаются под заказ и, как подчеркивает Соуза, с применением традиционных техник работы с деревом.

Не все парижане живут на широкую ногу в квартирах благородных пропорций, как Йорис Поджолли. На днях обсуждала с Дарьей Сорокиной, которая пишет диссертацию в парижской École Normale, насколько взлетели там цены на аренду жилья. За 20-метровую студию с вас запросто возьмут 800 евро в месяц, и при средней зарплате в 2500 евро это очень чувствительная сумма. Наш сегодняшний герой занимает как раз такую мини-квартирку — всего 23 м². Но выручают высокие потолки, которые позволили поднять кровать на антресоль, добавляющую к метражу еще 10 м². Хозяин, кстати, не бедный студент, а дизайнер и основатель студии PLATO Эдриан Дюпюи, специализирующейся на офисных интерьерах. Шторы для своей квартиры он явно позаимствовал где-то на работе, но в целом прообраз у квартиры другой — библиотека великого художника-минималиста Дональда Джадда в Марфе. Идея дизайнера в том, чтобы у каждой вещи было свое место — для крохотной квартиры такой подход действительно спасение. Почти все эти места — часть фанерной конструкции, объединяющей кухню, спальню и ванную. Дюпюи говорит, что воспринимает свою квартиру как городскую хижину — если вспомнить, как современные архитекторы проектируют домики для отдыха на природе, сходство действительно есть. Напоминаю, что у нас в разгаре неделя парижских интерьеров, приуроченная к предстоящей выставке Maison & Objet. Подробные репортажи с нее будут публиковаться в закрытом канале “Ромашковый PRO”. 📷 Christel Sasso Подробности у Dwell

У меня в этом году есть намерение почаще навещать наших дизайнеров у них в студиях и на производстве. Начнем с Тани Борисовой — ее текстильные панно можно встретить и на серьезных выставках вроде blazar с Cosmoscow, и в интерьерах наших дизайнеров. В декабре я отправилась к ней в гости и ожидала увидеть что-то вроде небольшой ткацкой фабрики. Реальность оказалась совсем не такой — художница арендует для работы крохотную квартиру и создает свои работы в почти домашней обстановке. Почти все делает в хорошем смысле на коленке — вручную с помощью специальной гобеленовой иглы, с которой она не расстается много лет. Небольшой станок и машинка для тафтинга появляются на сцене нечасто и только когда поступает заказ на достаточно масштабный объект. Начиналось все как хобби, но постепенно стало делом жизни. Таня окончательно убедилась, что на правильном пути, когда в 2020 году увидела свою работу в инстаграме* Dutch Design Week. Комментарий там был такой: “Потрясающая комбинация мягкого материала и электризующего цвета”. На самом деле коврики художницы идейно близки голландскому дизайну не только этим: здесь и соединение традиционной техники с современными формами, и ремесленничество как таковое, и уклон в экологичность. У нее, например, есть работы, в которых она использует обрывки и обрезки шерсти — как раз такое панно под названием «Ноосфера» попало в этом году в шорт-лист “Придумано и сделано в России”.

На следующей неделе в Париже стартует выставка Maison & Object и приуроченный к ней фестиваль Paris Déco Off. Начиная с 15 января, я буду активно писать об этом в закрытом канале “Ромашковый PRO”, а пока решила устроить неделю французских интерьеров. Начнем мы с квартиры дизайнера и архитектора Йориса Поджолли. Он живет в 10-м округе в доме наполеоновской эпохи. Архитектура того времени имеет мало общего с работами самого дизайнера, который любит массивные скульптурные объемы, блеск стали и глубокий черный цвет, но это тот случай, когда противоположности притягиваются и образуют удивительно гармоничный симбиоз. Я сперва влюбилась в кровать с глянцевым черным изголовьем, а потом разглядела раковину в ванной и не могу решить, что мне нравится больше. Кстати, если посмотреть на дизайнерские работы Поджолли в отрыве от конкретного интерьера, то они смотрятся довольно футуристично, но в таком антураже это практически ар-деко. Подробности у Sight Unseen