Комиксы и разговоры

Сегодня в рубрике «комиксы которые никого не поссорят»: Арт Шпигельман («Маус») и Джо Сакко («Палестина») вместе работают над комиксом про сектор Газа. Цитируя Шпигельмана:

«В моей голове никогда ещё не шла такая напряженная борьба. Моё Суперэго говорит «ты обязан это сделать если хочешь спокойно смотреть в зеркало», а моё Оно твердит «ну кому вообще надо, чтобы его отменила вся планета?»

Уверен, что когда комикс выйдет, его обсуждение будет образцом корректности и взаимопонимания.

Если вы давно планировали документальную драму о комбедах с Тинтином или субверсивный фолк-хоррор с Милу — самое время. С 1 января оба персонажа в своих самых первых итерациях, то есть времен «ХХ века для детей» стали общественным достоянием.

1 января.

А главная новогодняя новость в итоге пришла почти под ёлку — кошка родила! Пока одного, пищит, всё отлично, я в шоке.

Вместо подведения итогов или поиска лучших текстов, прошелся по хэштегу #прочитано и собрал вам комиксы почитать на длинные выходные. Далеко не всегда это веселое чтение, но всегда достойное времени. Ну а поскольку все комиксы с рецензиями, вы легко сможете выбрать что-то себе по вкусу. Ну или напишите в комментах про какие комиксы стоит написать, и я попробую заняться этим когда приду в себя после НГ. Спасибо что пережили этот (очередной) непростой год, спасибо что не (сильно) уехали кукухой от всего происходящего, спасибо что продолжаете меня читать. С наступающим! Ник Дрнасо — Актерские курсы Р. Кикуо Джонсон — Никто другой Кадзуо Умэдзу — Дрейфующий кабинет Эмили Кэрролл — Гостья в доме Чарльз Бернс — Финальный монтаж МС Харкнесс — Время под нагрузкой Дэниел Уоррен Джонсон — Сделай пауэрбомбу! Джуни Ба — Обезьянье мясо Хектор Оэстерхельд, Франсиско Солано Лопез — Этернавт ❤️❤️❤️

И еще немного про-комиксного чтения. На этот раз еще более обстоятельного, потому что будущие магистры выпускники в этом полугодии писали дипломные визуальные исследования, и это если что титанический труд по многим причинам. Тем круче, когда он удается в задуманном формате — как научно-популярное чтение для самого широкого круга с соблюдением академической точности. Вот вам три работы где авторкам всё удалось: Анастасия Ярв — Образ смерти в современной западной массовой культуре. Я могу просто сказать, что три главы этого исследования называются «Смерть вчера», «Смерть сегодня» и «Смерть завтра» и этого будет достаточно. На самом же деле главным в работе было останавливать Настю чтобы она не начал писать кандидатскую. Лена Коленкова — Комиксное Средневековье: от реального к фэнтезийному. В рамках подготовки дипломного комикса про средневековую еду, Лена опять же уже ближе к кандидатской разобрала какие вообще отношения у комикса со Средневековьем (спойлер: сложные). А также, пожалуйста, оцените восхитительную логику обложек. Юля Кошелева — Современная иллюстрированная книга на тему смерти: содержание и визуал. Что, ещё одно исследование про смерть? Ну, знаете, какие времена такие и исследования. Тем более у Юли получилось сделать очень вдумчивую, аккуратную и в итоге оптимистичную работу. Да и обложки с деструктивными любимыми Смертью и Уткой — просто mwah.

Лучше с этим мемом уже не будет

К концу сессии у меня остались только два состояния, и оба передал Т.Т. Гейне. Плакат для «Симплициссимуса», 1896 // «Зигфрид», 1921

Про-комиксное чтение на выходные, короткие и длинные! Я ведь не только рулю магистратурой Школы Дизайна про комикс, но и читаю несколько курсов по его истории. И на них наша отчетная форма - лонгрид на выбранную студентом тему. В этом семестре были курсы про историю европейского комикса и про супергероев в контексте США XX-XXI веков, а в итоге набрался какой-то прямо редкостно мощный урожай хорошего и красивого чтения. на все вкусы. Так что добавляйте в закладки, сохраняйте ссылки и респектуйте авторам. Екатерина Лукиных Мегаполис как неотделимая часть супергеройской идентичности Мария Семак Авторский замысел и визуальный язык «DC: The New Frontier» Арина Григоренко «Лягушонок осенью (и позже)»: философия жизненного пути Патимат Иманалиева «Коллекционер»: грань между собиранием и присвоением Анастасия Примаченко Кризис и утрата идентичности в цифровом обществе: взгляд Леа Мюравьек Елена Кирьянова Борьба со змеем: образ эпилепсии в комиксе Давида Б. «Священная болезнь» Олеся Ржевская Современные этнокомиксы России: культура через изображение Степан Разорёнов Рисовка как способ передачи идеи в комиксе «Чёрный Молот» Полина Шевелева Как изображается дискриминация в комиксах о Людях Икс?

Ну что, уже сегодня! Открытый просмотр наших крутышек-перваков! На Малой Пионерскрй в 19.00. Взяли и вытащили себя с работы и айда к нам! Потому что у нас: Путешествие через джунгли Рисование стикеров Знакомство с новым поколением комиксят И много-много веселья На просмотре будут комикс-плакаты про цветочки и это даже не я придумала им эту тему! Но, поверьте, то, как студенты ее придумали интерпретировать, удивит всех. Не забудьте зарегистрироваться, чтобы вас пропустили (ссылка ниже). В посте только малая часть всего великолепия, которое вас ждет. Работы Ани Чупраковой, Насти Виганд, Вики Балашовой и Лауры Филипповой Кураторы: Софья Сапожникова, Мария Скаф. → 27 декабря, 19:00, коридор 3 этажа → ул. Малая Пионерская, 12 → регистрация

Haus of Decline (я просто обожаю выдр, признаю)

С опозданием рождественского робота от Эдварда Гори вам

Вторая часть рассказа про «Этернавт». Теперь поговорим про место, время и его создателей — весь тот контекст, который отправляет и без того великий комикс куда-то в стратосферу. «Этернавт» ошеломительно аргентинский комикс. И дело не только в узнаваемых локациях вроде Эстадио Монументаль, он же стадион «Ривер Плейт». Мне кажется он ещё дает очень четкое представление об аргентинском мировоззрении в XX веке. Страна вошла в него потенциальной сверхдержавой, а дальше медленно, но уверенно проваливалась в геополитическую периферию. И до чего же это болезненный процесс, особенно когда он проходит на фоне красот Буэнос Айреса, огромной армии и богатой культурной традиции. Как остро ты переживаешь, что всё важное происходит далеко где США вершат историю стратегическими бомбардировщиками и атомными бомбами. И, да, ресентимент, жажда снова стать великими, — разрушительное чувство. Аргентину он привел к унизительной Фолклендской Войне, где об неё вытерла ноги тэтчеровская Великобритания. «Этернавт» появился во второй половине 1950-х, когда Холодная война уже набрала в полную силу, и Аргентина постепенно становилась полем боя. Это еще не был полноценный ад эпохи операции «Кондор», но СССР и США уже воспринимали страны Латинской Америки как пешки, которыми можно разыгрывать собственные гамбиты. Классический «Этернавт» во многом об этом — про подвиги простых людей, которые остаются незаметными на фоне громогласных заявлений США по радио, которые к тому же оказываются пустыми словами. В обновленной версии «1969» этот антиимпериалистический посыл ярче, там сильные мира сего делают Аргентину территорией отпущения для инопланетного вторжения. Казалось бы, нам как уроженцам одной из тех самых сверхдержав не понять — но вспомните, когда вы в последний раз читали новости, было ли у вас ощущение что вы всё контролируете, что от вас что-то зависит? Хотя зависит невероятно много, и даже не в смысле теории мелких дел  — об этом и «Этернавт». Еще одна сторона «Этернавта» неожиданно актуальна не совсем по задумке авторов. В комиксе первым оружием пришельцев становится смертельно опасная «зима», из-за которой герои вынуждены конструировать ставшие знаковыми костюмы. Порождена она скорее всего страхом ядерной зимы, который для людей пятидесятых был пугающе реален из-за гонки атомных и прочих вооружений (upd. - поправили что идея появилась позже, в 1970х, тем круче для авторов). Сейчас он, к сожалению, вернулся, но к нему добавился еще и общий климатический кризис — погода в прямом смысле всё чаще убивает людей там, где они этого вообще не ждут. И, конечно, невозможно говорить об «Этернавте» без трагической истории его сценариста, Эктора Германа Оэстерхельда. Не умаляя достоинств отличного художника Франсиско Солано Лопеза, классический «Этернавт» безусловно сценаристский комикс. Оэстерхельд хотя и всю жизнь прожил в Аргентине, успел поработать с Уго Праттом и Дино Баттальей, повлияв тем самым на европейский комикс. Он во многом открыл миру одного из самых ярких комикс-художников XX века Альберто Бреччиа, с которым помимо прочего сделал роскошную биографию Че Гевары. Но в 1976-м в стране произошел очередной путч и свежие диктаторы вовсю начали бороться с неугодными в рамках так называемой Грязной Войны (расстрелы, исчезновения, пытки под присмотром ЦРУ, полный набор кошмара). Оэстерхельд к этому времени либо уже состоял в партизанской группе «Монтонерос», либо сочувствовал ей. А может новая власть не могла простить ему комикс про Че. В любом случае сценарист уходит в подполье (Солано Лопез вскоре сбежит из страны), но это его не спасает. За полтора года власти по очереди хватают все четырех его дочерей с мужьями, затем и самого Оэстерхельда. Все они исчезнут без следа, их тела не найдены до сих пор.

Сказал тут пару слов про то как горд за Глафиру Лаптеву и «Клуб Анонимных Монстров» — её дипломный комикс, между защитой и публикацией которого прошло меньше полугода.

«Хотя я целый год наблюдал, как «Клуб Анонимный Монстров» превращается из пары концепт-страниц в полноценный комикс, я до сих пор восхищаюсь тем, как Глаше удалось всё это провернуть. «Клуб» — тот случай, когда услышав синопсис произведения, ты удивляешься как же ты не додумался до такого сам. А прочитав, понимаешь, насколько итог превосходил все твои ожидания. Это очень смешной комикс с яркими персонажами, которым моментально начинаешь сопереживать», — Василий Кистяковский, куратор профиля магистратуры «Иллюстрация и комикс» в Школе дизайна НИУ ВШЭ.

TW: суицид, депрессия Одна из самых невыносимых историй последних месяцев в мире комиксов для меня — самоубийство незнакомого человека, которого я только потом увидел на фотографиях. Это брат комиксистки Зои Торогуд, написавшей одну из лучших графических автобиографий 2020-х, «It’s Lonely At The Center Of The Earth». Видимо надо написать про него подробнее, но в целом «Центр земли» про её депрессию, и особенно тяжелый приступ пришедшийся на ковид, становление в комиксах и сложную романтическую историю. Одна из ипостасей Зои прямо говорит, что не представляет себе будущее где она не убивает себя. А потом реальная Зои пишет, что брат это сделал. И как это невозможно страшно. Вчера она опубликовала комикс о том, как не готова становиться единственным ребенком, я приведу его целиком. А две приложенные фотографии Зои с братом выложу в комментарии. Сейчас по просьбе Торогуд вся прибыль от продажа её комикса до конца года перечисляется в разные фонды помощи ментального здоровья, но вряд ли большинство читателей этого канала смогут в этом поучаствовать. Потому давайте хотя бы попытаемся следить за своей менталкой и всячески себя поддерживать, а если есть силы — чекать друзей и знакомых. У меня был феноменальной паскудности конец октября-ноябрь (как-то после примерно третьей бессонной нервной ночи подряд я на просмотре натурально забыл задание), но старые системы поддержки и внимание новых друзей буквально помогли все это пережить. Так что берегите себя и по возможности близких.

Обещанный рассказ про «Этернавта» Оэстерхельда, и почему он мне кажется одним из самых важных комиксов сегодняшнего дня. Говорить мы будем про оригинальную версию 1957-1959 годов с рисунком Франсиско Солано Лопеза. На русском выходил «Этернавт 1969» — созданная спустя десятилетие обновленная, сокращённая для четкости версия, которую рисовал Альберто Бреччиа. Но с экспрессивным рисунком Бреччиа даже стена гаража-ракушки станет эффектным полотном, Солано Лопез же как и многие авторы 1950-х дотошный реалист. И то и другое классно и важно, просто вариант Солано Лопеза мне кажется ярче для анализа именно сценарной задумки. Весь комикс это история загадочного Сальво, появившегося вдруг на пороге дома Оэстерхельда, и рассказавшего о вторжении инопланетян на Землю, которое произойдет в ближайшем будущем. Собственно путешественник во времени Сальво и есть заглавный Этернавт, который вместе с семьей и несколькими друзьями пытается спастись и остановить вторжение. Но на каждый удачный шаг героя мир отвечает усложнением и эскалацией опасности: на место инопланетных «жучков» приходят гигантские неразрушимые «носороги», массовый гипноз и контроль за разумом, а также сложные иерархические системы разумных пришельцев. В результате «Этернавт» постоянно меняет регистры и не позволяет читателю привыкнуть и выстроить базовую линию комикса. То что поначалу воспринимается как мрачный survival horror вдруг превращается в военную драму, затем космооперу, а еще будет научная фантастика, психотический триллер, геополитика и многое другое. И всё складывается не в отдельные независимые слои, а цельное и гармоничное произведение. При этом я не могу четко сказать, что вот на тот или иной важный комикс мощно повлиял «Этернавт», но по итогам чтения вы скорее всего вспомните с десяток любимых, но более поздних комиксов. Потому что поверить, что такую историю создали в Аргентине в конце 1950-х довольно сложно... ...или нет? Но об этом во второй части, где я поговорю про контекст создания «Этернавта», его авторов и неожиданные современные параллели истории.

Благодаря студенческой работе, сегодняшнее утро я встретил вот с этими ребятами из Псалтыря Робера де Лиля, познакомьтесь и вы.

Очень неловко, когда «живой классик» про которого ты вроде как уже всё понял и нашел мысленную полочку куда поставить и забыть, вдруг вылезает со дня моря как дядька Черномор и выпускает комикс бронебойной мощности. В том году так произошло с Дэниелом Клоузом и «Моникой», а сейчас вот с Чарльзом Бернсом, который выпустил «Final Cut» (допустим, «Окончательный монтаж», но еще и «Последний штрих»). Это как будто достаточно прямолинейна и несложная по меркам Бёрнса история. Есть компания подростков, в которой у нас два POV-персонажа (то есть с их точки зрения мы видим повествование). Брайан замкнутый, у него проблемы с матерью, он любит рисовать, делает любительское кино и смотрит старые хорроры. Лори кажется более открытой, на деле сомневается в себе. Как-то Лори видит рисунки Брайана, а тот предлагает ей роль в их новом фильме. Дальше, понятное дело, драма взросления, но совсем не такая предсказуемая. С Бёрнсом у меня довольно сложная история: я безоговорочный фанат «Чёрной дыры», но поздние книги были хоть и блестящими, но никогда не цепляли меня так же сильно. Да, у нас, судя по всему, похожие вкусы в кино и комиксах, но их зачастую не хватало чтобы искренне зацепиться и полюбить произведение. «Монтаж» — совсем другое дело. Это явно квази-автобиографическая история в которой Бёрнс отказывается от привычного сюрреализма в пользу тихого и размеренного повествования — которое, правда, взрывается к концу в каком-то невероятно трогательном финале. Про автобиографичность хочется конечно поговорить отдельно. Брайан безусловно Бёрнс, и внешне, и по стилю рисунков. Но «Монтаж» не похож на привычные исповедальные истории, которыми современники Бёрнса когда-то американский рынок взорвали. На месте шокирующей откровенности, будь то самоуничижительной в духе Честера Брауна, или пронзительной как у Крейга Томпсона, Бёрнс предлагает очень деликатный рассказ. И здесь принципиально важна Лори как POV-героиня, которая со стороны смотрит на всё это подростковое упоение кино, оставаясь самостоятельным персонажем, а не только объектом интереса авторского альтер эго. Будет в первом комментарии. #прочитано