Школа каллиграфии «От Аза до Ижицы» (Санкт-Петербург)

Дорогие друзья, в этом учебном году мы надеемся реализовать много идей и сейчас готовы представить вам одну из них. Приглашаем в РУКОПИСНЫЙ КЛУБ «ЗА ИЖИЦЕЙ»! Мы обратили внимание, что среди учеников нарастает интерес к рукописям, и не только таким известным, как Буслаевская псалтирь, но и к тайным сокровищам библиотечных фондов. С сожалением мы думали о том, что невозможно по каждому шедевру сделать курс или мастер-класс, думали-думали и придумали рукописный клуб. Что такое рукописный клуб и для чего он? 📜 Это как читательский клуб, только вместо текстов мы будем изучать буквы, орнаменты, миниатюры и всё остальное, из чего состоит рукопись. 📜 Пространство, где можно рассказать, как вы любите букву «Р» и опасаетесь буквы «Д». 📜 Если вам наскучили прописи или вы не готовы заниматься полноценно на курсах — самое время отправиться в экспедицию за вдохновением. 📜 Прекрасная возможность познакомиться с разными преподавателями Центра. 📜 Если вы только начинаете каллиграфический путь, сможете познакомиться с разными видами письма не только «на картинках». 📜 Если же вы давно у нас занимаетесь и пока ждёте запуска нужного вам курса, можно не терять время и обогащать свой каллиграфический арсенал. Как всё будет происходить: 📜 Длительность сезона — 1 месяц. 📜 Общение в чате ВКонтакте. 📜 В течение месяца — небольшие задания от преподавателя, которые можно делать, а можно идти своим путём. 📜 2 онлайн-встречи с преподавателем (+ запись). 📎 Стоимость — 1500 ₽ при оплате до 25.10.2026, далее — 2000 ₽ 📎 Преподаватель ноября — Кристина Барикова 📎 Рукопись — Четвероевангелие 1534 г. (больше подробностей в следующем анонсе). Контакты для записи: course_adult@az-izhitsa.ru +7 (952) 352-62-43

НАЧАЛО Когда я спросила учителя, что он думает о происходящих в данный момент революционных изменениях, связанных с развитием нейросетей, которые затрагивают или в скором времени затронут практически все сферы нашей жизни, он, к моему удивлению, ответил, что отношение его к новейшим инструментам ничем принципиально не отличается от новых, которые мы только что обсудили, что это по-прежнему всего лишь инструмент, правда, гораздо более «умный», мощный и опасный в обращении, но инструмент. «Как мне говорил Лухтейн, каждый новый инструмент — это палка о двух концах. Не надо впадать в крайности, надо внимательно относиться ко всему новому, изучать его, а потом аккуратно встраивать в систему. Главное — всеми силами развивать потенциал своей творческой личности, развивать свои собственные возможности, больше работать над своим сознанием и быть очень осторожным: изощрённые и мощные технологии могут полностью захватить тебя и превратить в придаток. Если раньше ты хотя бы правил этой лошадью, то сейчас неизвестно, у кого в руках поводья, и кто кем правит. Поэтому единственный выход — это находиться в непрерывном, постоянном развитии, человек должен учиться всю жизнь». Автор текста Екатерина Волкова #52_работы_Мастера #аз_ижица_юбилейныйгод

И снова после понедельника наступил вторник. Хоть что-то неизменное в стремительно ускоряющемся мире, где особо чувствительных уже давно и сильно укачивает, более стойкие пристегнулись и готовятся, в лучшем случае, к жёсткой посадке, а кто-то наслаждается полётом и с удовольствием заглянул бы за все возможные и невозможные пределы. Три работы Петра Петровича — «Скорописная композиция „Царь”», «Соната Бетховена» и «Восточный мотив» — принадлежат к большому циклу работ, в которых мастер исследовал возможность применения цифровых технологий в каллиграфии. Эти композиции и дали повод поговорить с учителем о его взглядах на место новых и новейших инструментов в искусстве, их влиянии на пути его развития и даже на саму жизнь как художников, так и людей, не имеющих к художеству непосредственного отношения. Интерес Петра Петровича к цифре начался с того, что на одной из международных выставок каллиграфии в Москве он увидел много работ иностранных авторов, в которых заметно проступало присутствие компьютерной обработки, и если раньше такого рода работы были единичным явлением, то очень быстро оно превратилось в отчётливое направление коллективной творческой мысли, другими словами, тренд. «Меня это, конечно, заинтриговало, — рассказывает Пётр Петрович, — вот думаю, а мы-то тоже не лыком шиты». На мой вопрос, понравились ли ему эти работы, он ответил, что понравились, точнее, как выставочные листы они не показались ему особенно интересными, а вот выход каллиграфии из чистого искусства в дизайн смотрелся очень и очень привлекательно. «Эта сторона меня заинтересовала. Тем более, что это были времена, когда Сабина [Алиярова] была увлечена современными направлениями в каллиграфии с использованием рисования, письма, фотографии, цифровой обработки. Я её в этом всячески поддерживал и когда увидел, что у неё получается, сам заинтересовался, озадачился покупкой графического планшета и начал разбираться». Прокладывал себе дорогу в новую художественную реальность Пётр Петрович отчасти самостоятельно, отчасти что-то подсказывал Иван Веланский, что-то Виктория Владимировна, которая специально для этого брала уроки по работе с графическими редакторами у мухинских преподавателей. Новые возможности поначалу производили сильное впечатление. От скорости и производительности захватывало дух, состояние, по словам Петра Петровича, было сходным с эйфорией. Отдельный восторг вызывали перспективы использования графических редакторов в преподавании. «Потом я уже успокоился, увидел ограниченность этого пути, этакий коридор, зависимость от технических характеристик оборудования, невозможность передать в полной мере то, что чувствуешь. Управлять собой мало, ты должен ещё и управлять инструментом, который от тебя не зависит. Эта сторона меня потом немного охладила. Опять же, стало ясно, что „физиология” процесса другая, судя по всему, задействованы другие участки мозга, надо привыкать к тому, что между тобой и творчеством появился некий посредник, и придётся вырабатывать новые навыки, которых раньше не было», — рассказывает он. — «Возможно, если бы удалось потратить на это больше времени, результат был бы более интересным, но, в любом случае, для меня это был полезный эксперимент, и я увидел в сочетании цифровой и традиционной каллиграфии путь, который имеет полное право на существование». ПРОДОЛЖЕНИЕ в следующем посте Автор текста Екатерина Волкова #52_работы_Мастера #аз_ижица_юбилейныйгод

Очный курс «Орнамент в каллиграфии. Вводный курс» с 19 октября! — с 19 октября, по понедельникам (с 10:30 до 13:00), очно Программа авторского курса Сатик Григорян состоит из трёх модулей: «Вводный курс», «Русский орнамент» и «Европейский орнамент». Вводная часть обязательна для каждого учащегося, а следующие можно проходить в любом порядке. После окончания каждого модуля будет перерыв — так все успеют завершить свои домашние задания и финальную работу. На вводной части вы познакомитесь — с изящным письмом остроконечной кистью, — с принципом построения орнамента, — со светотенью. В итоге — преодолеете боязнь белого листа, — научитесь виртуозно управлять кистью, — самостоятельно создадите орнаментальные композиции и итоговую работу, — подготовитесь для прохождения следующих модулей. 📎 Педагог — Сатик Григорян. 📎 Продолжительность курса — 3 месяца, 12 занятий. 📎 Уровень — вторая ступень, для взрослых и детей от 16 лет. 📎 Стоимость 1 месяца обучения — 6 300 ₽. Контакты для записи: 📩 course_adult@az-izhitsa.ru 📞 +7 (952) 352-62-43

Начало Я спросила, как Пётр Петрович понимает смысл пословицы. «У смысла этой пословицы несколько уровней. Есть поверхностный, который ты воспринимаешь сразу же. А более глубокий — уже размышления. Как говорит другая пословица, «семь раз отмерь и один раз отрежь». Не торопись что-то делать, будь предельно внимательным и собранным. Бывают ведь ошибки, которые имеют глубокие последствия. Ошибся — что ушибся, то есть ошибка — как боль. Когда я делал эту работу, я вспоминал свою жизнь. Я бы сказал, эта пословица иллюстрировала для меня те ситуации жизненные. Это была не просто творческая игра, это был такой просмотр фильма своей жизни: какие ты делал ошибки, и как это сказывалось в дальнейшем. Думаешь: жалко, что тогда со мной не было мудрого человека, который бы эту пословицу мне подсказал. Ошибок было немало в жизни. Например, когда ты торопился и не слушал свою интуицию. Что такое интуиция? Это голос Бога, который обращается к тебе и через какие-то знаки, идеи подсказывает, как поступить». Вот, оказывается, что это за сгусток напряжения — это боль от ошибки, которую наконец осознал, о которой сожалеешь и которую уже не исправишь... И, напоследок, ещё несколько слов Петра Петровича. «Меня давно волнует тема смысла. Мне хотелось бы, чтобы мы не просто играли в буквы, как дети, а переходили к осознанной работе. Это то направление, которое мы должны развивать. Хочу сделать курс по основам композиции для наших учеников, чтобы попробовать вести поиски композиционных решений, которые бы возникали не просто от игры какой-то, а от содержания, чтобы они отталкивались от текста. Кстати, это именно то, что особенно ярко было проявлено в работах Павла Афанасьевича Семченко. Он всегда работал со смыслом». Автор текста Мария Скопина #52_работы_Мастера

Сегодня мы поговорим про свиток, который Пётр Петрович Чобитько сделал летом к юбилейной выставке в Союзе художников. На рисовой бумаге кистью выполнена надпись «Ошибся — что ушибся. Вперёд наука». Лист этот насыщен полиритмом, пульсацией: меняется наклон и размер букв, они то плотно сжимаются, то раскрываются, наполняясь воздухом. Всё дышит, танцует и развивается. Как украшает ритмический рисунок деликатное дублирование линий, возникающее то тут, то там! В первую очередь этот приём замечаешь там, где повторяется часть буквы: например, в «Б» в первой строке, в буквах «У». Но если посмотреть внимательнее, то обнаруживаешь, что даже знак переноса в слове «ушибся» пританцовывает (горизонталь завершается небольшим зигзагом), а у буквы «С» в слове «ошибся» неожиданно появляется хвостик. Откуда он, почему? Как-то даже росчерком, декором не назвать этот элемент, что же это? Мне вспоминаются слова искусствоведа В. А. Булкина: «игра линии от избытка сил». Вот оно! Как будто кисть так преисполнена энергией, что не может ограничиться формой буквы, ей надо танцевать ещё и ещё, её не остановить. Вправо-влево, вверх-вниз, поворот, и ещё... Чем дальше идёт надпись, тем неудержимее кисть пускается в пляс: ритм усложняется, увеличивается пересечение линий, плотнее запутывается их клубок. Строгость и порядок всё больше уступают место какой-то бурной энергии, напряжению. Хочется увидеть какое-то разрешение этого напряжения, сконцентрированного в сгустке букв, но его нет. Что это, почему так? Чем больше я погружалась в анализ этой работы, тем сильнее сердце оказывалось захвачено ею, но вместо понимания и ответов у меня возникало лишь всё больше вопросов. С которыми я и обратилась к автору. С самого начала Пётр Петрович заговорил о танце. Он поделился, что сначала делал небольшие эскизы, а потом перешёл к крупным листам, и лишь третий получился «на 99 процентов таким, каким задумывался». Пётр Петрович поясняет: «Когда пишешь кистью, ты не можешь наметить всё. Как в танце, всегда где-то движение идёт чуть быстрее, где-то медленнее. И этот момент отрегулировать непросто». Ещё одно упоминание о танце возникло, когда я спросила про дублирующие линии, про хвост «С» и зигзаг в знаке переноса. Вот что рассказал автор: «Дублирующие линии — осознанное решение. Я хотел, чтобы буквы не совсем традиционными были, а каждая как бы имела продолжение. Приобретала новое направление, новое движение. В танце бывает такое, что чем больше он захватывает, тем больше не заученных движений, а импровизации. Появляются движения, выходящие за рамки традиционного танца, вальса, например, появляется что-то необычное. И я хотел включить этот момент в работу». Продолжение в следующей публикации #52_работы_Мастера

Сегодня продолжим начатый на прошлой неделе рассказ о работе Петра Петровича «Азбука зимнего мотива». Напомню, что мы предложили вам самим попробовать проанализировать работу по фотографии из каталога и написать свои предположения. Спасибо Елене и Виктории за комментарии! Вы оказались правы: действительно, крупные буквы — это отпечатки, а маленькие — написаны кистью. В дополнение публикуем работу «Зимняя азбука» из этой же серии — на ней явно видно растискивание краски. Мы уже неоднократно рассказывали о монотипии — технике отпечатков, с которой Пётр Петрович много экспериментировал, поэтому не буду останавливаться на её подробном описании, а отмечу лишь отличия. Первое, очевидное отличие: в предыдущих работах с помощью монотипии были созданы фоны, а в этих двух работах с её помощью создан главный объект — алфавит. Второе же — необычный «зимний» эффект, секрет которого раскроется дальше. Свой рассказ об этих работах Пётр Петрович начал издалека — с истории, как ещё во время обучения в Таллине его наставлял мастер по графическим техникам. Преподаватель посеял в душе Петра Петровича зерно любви к экспериментам словами о том, что в графике и каллиграфии нельзя только изучать классические техники, но надо быть открытым и к новым материалам. Следующий толчок случился на Алтае, куда однажды Пётр Петрович приехал читать лекцию, а предполагаемые слушатели в это время уехали на крестный ход. Пришлось срочно менять план и для записи видео выступать перед пустой аудиторией, используя подручные средства в качестве инструментов: корешки, палочки, веточки. С тех пор Пётр Петрович стал много внимания уделять использованию разных инструментов и также предлагать эту практику ученикам. Особенно к экспериментам располагает нестандартная бумага, которая на первый взгляд не подходит для каллиграфии. Так под руку Мастеру попалась необычно плотная мелованная бумага, на которой получился интересный оттиск: насыщенный контур и полупрозрачная заливка. Этот кусочек зацепил Петра Петровича, но остался на годы лежать в запасе, пока для фестиваля монотипии снова не выплыл на поверхность. Тогда для фестиваля было отобрано много видов бумаг, с которыми автор экспериментировал, пытаясь повторить эффект, как на образце. Наконец для этих работ нашлась совершенно особенная — чёрная фотобумага, именно она дала наиболее интересный отпечаток. Выбирая же форму букв, Пётр Петрович смотрел на них уже через призму материала, подбирал письмо, которое подчеркнёт красоту такого способа нанесения. Я очень люблю слушать истории нашего Мастера о том, как небольшие события и пробы пера копятся в мысленной творческой лаборатории, а потом что-то смешивается, реагирует друг с другом и — вот чудо! — появляется нечто новое и прекрасное. Это даёт мне надежду, что и мои маленькие шаги ведут к чему-то значимому. Не останавливайтесь! Пробуйте и экспериментируйте! Автор текста Кристина Барикова #52_работы_Мастера

Очный курс «Устав» с 09 октября по пятницам по утрам! Устав — древнейший вид кириллического письма, пришедший на Русь вместе с христианством. Это неспешное, торжественное письмо, которым писали богослужебные литургические тексты. Буквы устава стремятся к геометричности и симметрии, они строго вертикальны, на концах штрихов ставятся засечки. Древнейшая дошедшая до нас восточнославянская рукописная книга — Остромирово Евангелие — была написана в XI в., по заказу новгородского посадника Остромира. Она дает нам высокий образец устава, выполненного искусным писцом. Именно на основе уставного письма Остромирова Евангелия разработан учебный курс, предлагаемый нашей школой. Продолжительность курса три месяца (12 занятий). Курс направлен на изучение и практическое освоение базовой формы учебного устава. На курсе ученики пропишут каждую букву кириллического алфавита кистью и пером, сделают на их основе орнаментальные упражнения, затем перейдут к написанию не больших по объему текстов и поработают над адаптированной копией фрагмента страницы из Остромирова Евангелия. Параллельно с изучением букв уставного письма слушатели знакомятся с различными видами орнаментальных буквиц, которые традиционно располагались на страницах рукописных книг. Несколько занятий посвящены расширенной работе с буквенной формой и композицией листа. В конце курса предполагается выполнение итоговой работы. Педагог — Анна Семёнова. Продолжительность курса — 3 месяца, 12 занятий. Продолжительность занятия — 3 акад. часа, с 10:30 до 13:00. Уровень — третья ступень, для взрослых и детей от 16 лет. Стоимость 1 месяца обучения — 7 900 ₽. Контакты для записи: course_adult@az-izhitsa.ru +7 (952) 352-62-43 Автор работы на фото Маргарита Кутявина.

Чаще всего курс по римскому капитальному письму у нас набирается без анонсов, по заранее оставленным заявкам, но сейчас на него есть одно место! Автор и педагог курса М. Скопина, занятия будут проходить онлайн, по субботам с 10.00 до 12.30. Начало курса 3 октября. Римское капитальное письмо — одно из самых выдающихся явлений западноевропейской каллиграфии. Римские надписи, высеченные в камне почти два тысячелетия назад, и в наше время продолжают оставаться эталоном красоты, элегантности и торжественности. Они восхищают своими гармоничными, выверенными пропорциями, строгостью и архитектурностью образа, тонкой нюансировкой формы. Недаром без изучения римского капитального не обходится серьёзное освоение каллиграфии и шрифта. На курсе мы будем писать буквы римского капитального ширококонечной кистью, осваивая сложную технику манипулирования инструментом. Также познакомимся с несколькими техниками выполнения римского капитального пером. Поработаем как с латиницей, так и с кириллицей, основываясь на формах самой знаменитой надписи, выполненной римским капитальным — колонне Траяна (113 г. н.э.). А после освоения классики мы будем экспериментировать с характером письма, ритмом и формой. Плюсы этого курса: - работа с римским капитальным очень развивает вкус, чувство пропорций, видение формы; - курс позволяет выйти на совершенно новый уровень в плане техники владения кистью и пером; - в основном на курсе идёт работа ширококонечной кистью, а процесс письма этим инструментом потрясающе приятен и очень полезен; - педагог курса, Мария Скопина, изучала римское капитальное письмо под руководством таких признанных мастеров, как Пётр Чобитько, Джон Стивенс (John Stevens), Массимо Полелло (Massimo Polello), Ив Летерм (Yves Leterme), Элмо Ван Слингерленд (Elmo Van Slingerlend); - курс с успехом проводится уже 10 лет, при этом постоянно совершенствуется; он эффективный и интересный. Курс рассчитан на опытных студентов, в первую очередь на тех, кто закончил в нашей школе курс «Базовое письмо». Если вы не изучали у нас базовое письмо, то при желании учиться римскому капитальному, пожалуйста, присылайте на почту школы ваши работы, выполненные ширококонечными инструментами (лучше всего, если за плечами будет изучение базового письма Джонстона или итальянского курсива). Пожалуйста, учитывайте, что курс предполагает регулярную работу дома, примерно 1 час в день. Взвесьте, будет ли у вас возможность посвящать достаточно времени практике. В качестве иллюстраций покажем работы А. Козеевой и Н. Юрковой, выполненные на прошлом курсе по римскому капитальному. Летом эти работы были представлены на выставке «Образ и Буква» в Санкт-Петербургском Союзе художников. 📎 Педагог — Мария Скопина. 📎 Продолжительность курса — 3,5 месяца, 14 занятий. 📎 Продолжительность занятия — 3 акад. часа, с 10:00 до 12:30. 📎 Уровень — третья ступень, для взрослых и детей от 16 лет. 📎 Стоимость 1 месяца обучения — 8 300 ₽. Контакты для записи: 📩 course_adult@az-izhitsa.ru 📞 +7 (952) 352-62-43

Дорогие друзья, сегодня вторник, а значит, время публиковать ещё один текст о работе Петра Петровича Чобитько. В этот раз мы хотели бы предложить вам небольшой эксперимент. Каждый из наших педагогов, писавших тексты, признался, что это очень интересный опыт, и я подумала: почему бы не попробовать поделиться им и не пригласить вас в соавторы? Работа будет немного загадочная и необычная, и для начала расскажу о своей встрече с ней. Перед вами на фото две соседние страницы книги-альбома «Линия жизни» под общей подписью «Азбука зимнего мотива». Конечно, не упомнить все развороты, но этот для меня, несмотря на минимализм выразительных средств, — всегда был одним из наиболее эффектных, и очень хотелось включить эту работу в «зимнюю» подборку. Я расспрашивала, видел ли кто-то оригинал и есть ли фото полной работы, но ответ был только отрицательный. Рассматривая эти две имеющиеся картинки, предположила: во-первых, что слева — это фрагменты, собранные вместе для красоты композиции; во-вторых, справа — почти полная композиция, и изначально лист был вертикальный, но не сильно вытянутый; и, в-третьих, что оригинал — на белом фоне. На этом о публикации «Азбуки» пришлось на время забыть. А что вы думаете об этой работе, глядя лишь на фото из альбома? Как вам кажется, какой действительно фон: белый или чёрный? Каким инструментом она сделана? А может быть, вы хотите поделиться своими чувствами, а не предположениями о технике? Или отметить особенности композиции? Расскажите нам об этом в комментариях, и мы позже на этой неделе сделаем ещё одну публикацию с фотографией оригинала, который мы всё-таки нашли, и рассказом Петра Петровича, а также добавим в текст ваши наблюдения. Не стесняйтесь: нам интересно не только рассказывать, но и беседовать о каллиграфии! Автор текста: Кристина Барикова #52_работы_Мастера

Вечерняя группа очного курса «Английский курсив. Часть 1» с 21 сентября по понедельникам! Приглашаем учеников, успешно завершивших курс "Вязь", присоединиться к курсу англе. Данный курс рассчитан на базовое освоение английского курсива, который сформировался в конце XVIII века в Англии как круглый почерк, а в XIX веке стал основным видом письма в европейских странах. На занятиях вы познакомитесь с особенностями работы остроконечным пером, характером наплыва в линиях, построением букв латиницы и кириллицы, пропорциями английского курсива, связками в буквах, с росчерками и особым ритмом этого письма. 📎 Педагог — Мария Спивак. 📎 Продолжительность курса — 4 месяца, 16 занятий. 📎 Продолжительность занятия — 3 акад. часа, с 19:00 до 21:30. 📎 Уровень — третья ступень, для взрослых и детей от 16 лет. 📎 Стоимость 1 месяца обучения — 8 000 ₽. Контакты для записи: 📩 course_adult@az-izhitsa.ru 📞 +7 (952) 352-62-43 Автор работы на фото Мария Спивак.

Онлайн-курс «Знакомство с каллиграфией» с 5 октября! Приглашаем всех, кто давно мечтал познакомиться с каллиграфией, на наш онлайн-курс для новичков! Занятия выстроены по принципу «от простого к сложному», сопровождаются домашним заданием и предполагают большую самостоятельную работу дома с соблюдением правила «последовательность и регулярность». В статье «Инструменты и материалы для курса "Знакомство с каллиграфией"» мы рассказали, что необходимо приобрести для занятий 📎 Продолжительность курса — 4 занятия, один раз в неделю, по понедельникам. 📎 Продолжительность занятия — 3 акад. часа, с 19:00 до 21:30. 📎 Стоимость курса — 5 600 руб. 📎 Занятия будут проходить на платформе Zoom. Запись занятий будет. Контакты для записи: 📩 course_adult@az-izhitsa.ru 📞 +7 (952) 352-62-43

Инструменты и материалы для курса «Знакомство с каллиграфией» КИСТИ Остроконечная и ширококонечная кисти должны быть новыми, ранее не использовавшимися для живописи и других видов искусств. • Ширококонечная кисть шириной примерно 8 мм, синтетика: Рублёв №10 или DaVinci серия Junior 304 № 8. • Кисточка для заправки пера, синтетика: любая небольшая (даже старая). • Остроконечная кисть: круглая кисть • Рублёв №3, синтетика. ПЕРЬЯ • Ширококонечное перо Leonardt Hiro Tape 3 мм c тушедержателем. Если вы подготовили для обучения на курсе другое ширококонечное перо, вероятно, что вы не сможете им работать и наш преподаватель будет не в силах вам помочь. • Остроконечное перо: советская Звёздочка (бюджетный вариант). ТУШЬ • Тушь чёрная: Гамма, Koh-i-Noor. Обратите внимание, тушь Гамма бывает красного, синего, зелёного и жёлтого цвета. Она может вам пригодиться с дальнейшем. У Koh-i-Noor также есть тушь разных цветов, можете приобрести не только черную. БУМАГА Мы рекомендуем распечатывать наши прописи на офисной бумаге высокого качества Double A. Не советуем использовать для письма пером бумагу Снегурочка и SvetoCopy. ДРУГОЕ • Держатели для ширококонечного и остроконечного пера. • Сдвоенные карандаши (можно скрепить 2 одинаковых простых карандаша резинкой или скотчем). • В наш набор также входит методическое пособие «Введение в каллиграфию». • Не входят в наш набор инструментов, но понадобятся на занятиях: простой карандаш, ластик, линейка, транспортир, циркуль. Набор инструментов для курса «Знакомство с каллиграфией» вы можете приобрести в нашем Центре

В этот раз при выборе работы П.П. Чобитько для очередной публикации я решила оттолкнуться от темы. И предложила учителю рассказать о каком-нибудь произведении, которое было для него своеобразным преодолением кризиса. Я представляла себе что-то вроде творческого тупика или выгорания, но похоже, неутомимый и всецело живущий каллиграфией Пётр Петрович не сталкивался с таким. Как будто если и случалисть у него сложности с занятиями каллиграфией, то связаны они были не с потерей интереса к своему делу, а с внешними обстоятельствами. Вот что поведал Мастер. «Я бы хотел рассказать об одной работе, которую как-то не замечают. Это композиция в дереве с цитатой Чехова, она опубликована в альбоме „ Линия жизни“ . Работа была создана в период, когда возможности для занятия каллиграфией у меня не было. Я преподавал детям в школе искусств на Алтае. И в этот период не было кистей, не было красок. Тогда я стал давать им рисование и резьбу. Выдал маленькие ножички, и дети пробовали вырезать сначала совсем простые вещи, потом более сложные. Через время состоялась отчётная выставка школ Горного Алтая, где мы эти работы показали. Выполненная детьми резьба обратила на себя внимание, вызвала интерес, и Министерство лесного хозяйства обратилось с просьбой оформить их фойе. Представляешь, детские работы – и такой серьёзный заказ! Я поговорил с педагогами, с учениками, и они загорелись. Длительное время готовились: выбирали дерево, кедр, мастера его обрабатывали, склеивали. Для работы нам предоставили часть гаража. Так мы и трудились каждый день, окружённые запахом солярки... Ученики вырезали орнаменты, а педагоги и я резали большие доски. Были изображения животных: медведей, оленей... Вскоре подключились и родители учеников. В качестве центрального панно я решил сделать цитату А.П. Чехова. Пришлось довольно долго с ней возиться. Я думал, какой сделать шрифт? Потому что дерево колется, а кедр особенно. Когда он свежий, то это одно дело, а когда подсыхает, то по-другому ведёт себя. Старые мастера знали это, и потому варили дерево. Но у меня была доска шириной 140 см, толщиной 7-8 см! Где я её буду варить?! Пришлось подбирать шрифт. На кусках дерева я рисовал буквы и пробовал резать, проверял, чтобы форма держалась, чтобы можно было обработать букву так, как надо. Так борьба с материалом постепенно подвела меня именно к этому варианту полуустава, заметно отличающемуся от изначального. Всего мы сделали девять больших досок, между которыми были расположены орнаментальные вставки. Выполнили такую большую работу всего за год! Когда мы всё смонтировали, был фурор: детская школа оформила интерьер! Для меня эта работа была очень значима, была для меня новым явлением. С одной стороны, я преодолел кризис, связанный с невозможностью заняться каллиграфией. С другой стороны, для учеников и их родителей это стало открытием целого направления. Дети научились резать и потом развивали свой навык, оформляли резьбой свои дома: когда едешь в Иогач, видишь сделанные ими резные наличники. А сейчас они создают сувениры, которые продаются в посёлке. Интересна история мамы трёх девочек, которые учились тогда у меня. Она не имела художественного образования, работала всю жизнь с коровами. Но эта женщина так увлеклась, всерьёз занялась резьбой, а потом и живописью. Сейчас она член Союза художников Горно-Алтайска. Резьба даёт ей хлеб, потому что это востребовано туристами, а живопись – больше для души. Одна из её дочерей закончила худграф, занимается сейчас керамикой. Можно сказать, этот проект повлиял на судьбы тех, кто в нём участвовал». О работе расспрашивала М. Скопина #52_работы_Мастера

Перед нами многоуровневая сложнейшая работа, рождение которой длилось около пяти месяцев. Подготовительный этап – это множество эскизов, где шли поиски композиции, всех необходимых соотношений, чтобы работа, несмотря на небольшой формат (приблизительно А3),смотрелась монументально и в то же время была понятной. Сначала был сделан линейный эскиз, затем он был переведён в тоновый и доработан. Мастерская Петра Петровича превратилась влабораторию, где производились бесчисленные пробы материалов и инструментов. Одна изсложностей состояла в том, что пергаментнеровный, и процесс письма напоминал восхождение альпиниста, когда каждый шаг должен быть выверен и нет права на ошибку.   Такие заказы – большая ответственность, это вызов мастерству каллиграфа, поэтому они требуют колоссального напряжения всех сил исполнителя. «Ни одна работа не забрала у меня столько сил, – признаётся Пётр Петрович. – Любая работа – это всегда сочетание композиционных поисков, смысловых и технических. Когда обычно берёшься за неё, технически ты уже готов, занимаешься смысловыми поисками и композицией. А тут приходилось искать всё». Когда работа была закончена и привезена в Москву, ей долго искали достойное оформление. Для неё было выбрано необычное паспарту из тонкого листа пробкового дерева, красивая рама. Это произведение стало центром экспозиции в буквальном смысле слова – заказчик разместил своё приобретение под самым потолком выставочного шатра. Когда Пётр Петрович приехал на выставку, он нигде не мог найти свою работу. Видя его замешательство, заказчик указал наверх, где высоко над головами парило «Слово». «А как же её смотреть?» – спросил он. – «А для этого есть телескоп», – ответил хозяин и указал на очередь к стоявшему тут же телескопу, направленному вверх. Это был частный заказ, и, возможно, владельцу не хотелось делиться своим сокровищем с остальными или он оценил эту работу так высоко, что для него она стала звездой на каллиграфическом небосклоне. А может быть, он просто оригинально мыслящий человек.   Автор текста: Татьяна Петренко #52_работы_Мастера

Сегодня мы расскажем вам о работе, которую Пётр Петрович выполнил в 2009 году на заказ. Заказчиком был организатор II Международной выставки каллиграфии в Москве. В то время с новой силой вспыхнул интерес к «слову» не просто как к средству коммуникации и передачи смыслов или эмоций, но как к способу изменения мира и человека. Именно об этом был выбранный заказчиком текст: «Слово – самое сильное оружие человека. Мы не можем изменить слово. Слово может изменить нас». По его замыслу эта работа должна была стать ядром экспозиции предстоящей выставки. Поэтому всё в ней – от материалов до письма – должно было быть самой высшей пробы. Пришлось ехать в Москву. После долгих поисков остановились надрагоценном пурпурном пергаменте. К нему было подобрано чистое золото двух видов и уникальнаятушь из кальмара. Такой выбор материалов требовал безупречного исполнения. Работа должна была продемонстрировать достоинства роскошных материалов, показать красоту букв, а главное – с их помощью передать смысл выбранного текста. Давайте же посмотрим, как это было сделано. Первое, что видит зритель, это крупное пятно из заплетённых букв устава, выполненное золотом, – СЛОВО. Удачно закомпоновать слово из пяти букв, три из которых «круглые», в том числе две буквы «о» – задача довольно сложная. Но Пётр Петрович делает это изящно, смело ставит две буквы «о» рядом, создавая для взгляда зрителя лёгкий нисходящий каскад. Буквы контурные, но контур выпуклый – было нанесено несколько слоёв грунта, чтобы приподнять контур над листом, а затем положено сусальное золото. Золото очень «живой» материал – на плоскости какая-то часть «золотой» буквы будет в тени, какая-то будет сверкать, создавая объёмную структуру. Жаль, что этот эффект теряется на фотографии! Этим же ярким сусальным золотом выполнены ещё два элемента текста. Здесь они несут не только композиционную, но одновременно и смысловую нагрузку. Заставляют зрителя обратить на себя внимание и вникнуть в смысл фразы. Они именно выделены ярким золотом, в отличие от стоящих рядом, писаных творёным золотом слов. Творёноезолото другое – оно матовое и выглядит приглушённым. Этим же «приглушённым» золотом выполнены горизонтальные линии в виде летящих стрел – ведь в тексте говорится о слове как оружии. Одновременно неизменное воспроизведение горизонтального ритма стрел поддерживает мысль о том, что «мы не можем изменить слово». И это некий тупик, в котором чувствуется обречённость: слово-оружие – мы уже «применили» его, слово сказано, и оно принесло свои результаты, мы не можем их изменить, вернуть назад... Здесь в тексте наступает момент переворота, после которого должен быть выход – да, «мы не можем изменить слово». Но! «Слово может изменить нас». Два слова «слово» оказываются рядом в композиции, и это довольно непростая ситуация. Но именно разная смысловая наполненность этих двух «слов» помогает Петру Петровичу найти изысканное и выразительное решение. Только какое-то особенноеслово может изменить нас! Особенность этого слова подчёркивается яркостью чистого золота, которым это второе «слово» написано. Для автора нет сомнений, это Слово Божественной Любви, это то самое Животворящее Слово, которое «искони бе». В этом месте два «слова» напоминают отражение в воде, поддерживая мысль об изменении, преображении – «Слово может изменить нас».  Идея изменения, трансформации находит своё изящное воплощение в конечном росчерке от буквы «а», которая тоже выделена сусальным золотом – росчерк есть не что иное, как изменившая свой полёт стрела, превратившаяся в танцующую каллиграфическую линию.

Композиция «Страсти» Написана Петром Петровичем в 2012 году. На светлом фоне листа любимой авторской бастардой мастера написана фраза: «Человек может побеждать страсти, но не в силах их искоренить». Это вариант перевода изречения Симеона Нового Богослова. Пётр Петрович рассказывает, что с некоторого времени он перестал делать композиции только ради красоты букв. В основе каждой — законченная мысль, высказывание, отозвавшееся в душе. Тогда он очень много работал с кистью и во время выполнения экспрессивных упражнений, исполнения росчерков и элементов букв обратил внимание на этот текст. Ему показалось интересным «передать „страстность“ в отношении с линией, разговор с ней, попытки её упорядочить, то усилить, то ослабить. И этот момент как-то органично перешел на этот текст». Работа сложилась на удивление быстро. Если некоторые свои композиции мастер творит месяцами, или годами, то эта относится к тем его творениям, которые созданы буквально «на одном дыхании». Эта была написана меньше чем за полдня. Главным в композиции является огромное слово «СТРАСТИ», острые буквы которого как бы пляшут, сцепившись в верхней её части. Само написание букв о многом говорит: это шрифт, в корне своём имеющий устав, но как бы немного извращенный: форма буквы «с» для устава не характерна, «т», «р», «и» — красивы и корни их можно проследить, но в середину слова вплетается «а», одновременно изящная и уродливая как «Мефистофель» Антокольского. Впечатление опасности и обманчивости создает и то, что непонятно: каким инструментом написано это слово? Тончайшие «хвосты» букв, «костевидные» утолщения на концах некоторых элементов говорят об остроконечной кисти. Плавность переходов от тонкой линии к максимально широкой и острые окончания других элементов — о ширококонечной. Здесь виртуозный обман — одна кисть выдает себя за другую! Пётр Петрович рассказал, что не помнит какой кистью написал это слово. Не помнит «за что хватался». Скорее всего использовал остроконечную кисть, но не исключено, что использовал и плоскую. И остроконечную кисть можно положить на бок и писать как плоской, а кончиком ширококонечной можно писать как остроконечной. «В определенный момент, — говорит он, — для меня уже не важен инструмент, подвернувшийся под руку, мне важно сохранить это состояние и наиболее полно передать его в работе. На определенном уровне мастерства наступает момент, когда техника, инструмент уже не создают тебе никакого барьера...» Но вернемся к работе: позади слова «СТРАСТИ» угадывается ярко-красный куб, как бы кровоточащий знаками без значения в клубящуюся внизу кучу-малу из распластанных обломков чёрных, серых и ярко-красных букв. Если вглядеться: из прорезающих её красных сполохов-букв составится ещё одно бушующее, кровавое слово «СТРАСТИ». В завершение эссе хочется обратить внимание читателя на то, сколько слоëв смыслов может в себе содержать настоящее большое произведение искусства. Автор текста Ярослава Рах

Работа мастера, созданная в 2026-м году и работа 2006-го года — велика ли разница? Узнаем ли мы знакомый почерк и характер или же будет ощущение, что это совсем другой человек? «Горит» ли она ещё? Давайте посмотрим! На прошедшей выставке «Образ и Буква» мы видели несколько новых композиций Петра Петровича, которые он успел доделать специально к открытию. Про две из них мы писали в нашей рубрике #52_работы_Мастера А некоторые счастливчики даже видели на перформансе и мастер-классе сам процесс создания работы от чистого листа до готовой композиции. Эта каллиграфия — ещё такая горячая, свежая, наполненная энергией и соединённая с сердцем мастера — завораживает и вдохновляет. А сейчас мы рассмотрим каллиграфический лист двадцатилетней давности. Начало письма скорописи остроконечной кистью. Тот самый знаковый момент когда «кисть вдруг стала послушной», как говорит сам мастер. В уютной обстановке, в окружении цветов и ароматов, удалось подробней расспросить Петра Петровича об этой работе: — В тот период я активно переходил от широкой кисти на тонкую. И пробовал различные формы перевода скорописи на язык каллиграфического воспроизведения кистью, потому что до этого я писал пером широким, острым, а вот кисть как-то еще не то что боялся, я не ощущал свободы, такого внутреннего состояния, когда можно легко импровизировать. В центральной части листа расположен эскиз, с которого началась идея. А сквозь него как птицы из клетки вырываются на свободу тонкие линии, расцветающие буквами. Сама работа явственно показывает момент выхода за собственные границы, преодоления и обретения свободы владения инструментом — то что и произошло с Петром Петровичем при создании этого листа: — Появились движения вверх и вниз, тонкие линии, и на эти нити я стал нанизывать буквы, стал как бы свободной кистью. Мне удалось именно здесь войти в то состояние, преодолеть барьер скованности, который не давал мне лёгкости и непосредственности, а главное, что кисть вдруг стала послушной. То есть до этого момента при работе кистью я как будто писал левой рукой. Ты когда-нибудь писала левой рукой? — Ой, да! Рука не слушается. — Да, ощущение, словно что-то тебе мешает, что-то сдерживает, и вдруг это состояние ушло, как будто растворилось, и такая появилась лёгкость. Контраст геометричного закрытого прямоугольника с эскизом и открытых свободных линий, чувство появления раскованности и лёгкости — то, что влюбляет меня в эту работу Петра Петровича. Она привлекала особое внимание и на первой в Петербурге выставке каллиграфии в Академии художеств в 2008-м году. Выставке, которая многим, и мне в том числе, открыла дверь в мир искусства каллиграфии. Отвечая на свой же вопрос, я с уверенностью скажу: да, работа «горит», пылает! В ней есть напряжение и радость первооткрывателя. Чувствуется в ней и характер Петра Петровича, одновременно видна и разница с работами этого года. Вы согласны? Напишите свои впечатления в комментариях. В завершение хочется пожелать всем нам, ученикам и последователям мастера, дойти до своего момента лёгкости и свободы!

Работа, о которой сегодня пойдёт речь, просится в наш проект с первых недель. Однако сначала находились по каким-то причинам более подходящие листы, потом я рассмотрела её получше и подумала, что эта работа точно для лета. Наступило лето, и опять что-то не срасталось. Но вот только-только ещё прогретый солнцем август принёс нам холодный осенний ночной воздух, как я не просто поняла, что время пришло, но и осознала, почему это именно тот момент. Пейзаж за буквами очень условный и всё же как будто летний: можно разобрать реки и поля, мосты, чистое синее небо. Но есть в этой синеве явная прохлада, в белом — морозная прозрачность, в охре — дыхание осени и праздника сбора урожая, а живые буквы трепещут и шумят от порывистого ветра. Лист «Живописный полуустав» организован достаточно понятно: цветной квадратный фон, крупные буквы, выступающие за жёсткий квадрат, и вертикальная полоса алфавита с более мелкими буквами. По словам Петра Петровича, работа сложилась сама собой и «появилась из ниоткуда». Он пожалел оставшиеся на палитре краски и стал экспериментировать на листе: наносил их мастихином, бальсой, растирал, смешивал, процарапывал, соскребал — в ход пошла даже случайно попавшая под руку сломанная расчёска. Когда же увидел готовый квадрат живописных пятен, то пришёл образ таких же живописных букв. Вдохновением для форм послужил исторический образец полуустава, который на первый взгляд казался «не очень привлекательным и корявым», но в нём Пётр Петрович увидел некоторые элементы экспрессивности, которые подходили для этой работы. Конечно, оригинальные формы, написанные крупной остроконечной кистью, обрели новый авторский облик. Есть каллиграфические листы, которые складываются годами, а некоторые, как этот, — рождаются на одном дыхании. Вот как Мастер сам описывает процесс создания композиции: «Этот квадрат, он как бы буквально мне уже подсказал, что и композиция должна быть такая, но она не замкнута этим цветовым фоном, а как бы вырывается из него. Эти пятна такие экспрессивные внутри — это одна жизнь, а буквы — как будто они там рождаются из небытия, из ничего и постепенно выходят за пределы вот этого квадрата. Ну и в дополнение, когда я уже сделал, вошёл в такое состояние, как бы сказать, экстаза, когда идёшь и не знаешь, что будет впереди. А тут получилось, что там даже некоторые пятна — на букве Е тушь где-то отступила, краска просветилась в некоторых местах, где-то разрывы. Тогда следующее понял, что надо дополнить то же самое, только более спокойно, взять кисть и тоже взять полуустав». Сначала лист показался Петру Петровичу лишь творческим экспериментом, но через некоторое время он понял, что это полностью готовая работа. Интересно, что позднее он сделал другой вариант, но, по признанию автора, достичь того же уровня экспрессии и напряжённости первого листа не получилось. Напоследок пожелаем вам в эти последние недели лета тоже поймать кураж и на одном дыхании создать что-то лёгкое и прекрасное. Автор текста: Кристина Барикова #52_работы_Мастера

Итоги конкурса историй Дорогие друзья, вчера на закрытии выставки мы подвели итоги конкурса историй. Хотим поблагодарить всех участников конкурса. Спасибо за ваши чудесные рассказы! Такие душевные, творческие, впечатляющие! Нас они тронули до глубины души. Это такая ценность — узнать о пути человека, узнать о том, как каллиграфия может менять жизнь! Нам было очень, очень сложно выбирать победителя. Если бы принимать решение приходилось одному человеку, справиться было бы невозможно. Но нас много! Собрав все голоса, мы определили победителя. Им стала Карина Аврова. Карина, поздравляем! Как и обещали, приз за победу в конкурсе — год бесплатного обучения в школе. Всем остальным участникам конкурса мы даём скидку 30% на один курс или мастер-класс на ваш выбор. Также хотим дополнительно поощрить ещё двух участников, чьи истории, такие разные, особенно нас «зацепили». Это истории Елены Леоновой и Людмилы Загоскиной. Елена, Людмила, вам мы в дополнение к 30-процентной скидке на курс или мастер-класс вручаем сертификат на индивидуальную консультацию или занятие с Петром Петровичем Чобитько. Её можно провести как очно, так и онлайн. Ещё раз благодарим всех откликнувшихся на наше предложение рассказать о своём каллиграфическом пути! Дорогие ученики и выпускники, мы вами гордимся!