Дмитрий Артис (стихи)

Максим Замшев. Зал дисциплинированно аплодирует. Читает лирику, но зал построился.

Поет Майя Покровская. Привет советскому мюзиклу "31 июля". Ничто не умирает, всё живёт.

Этого я никогда не видел. В кабаке играет классика, зал замер, никто не чавкает и не хлопает. Ни одного движения по залу вот уже пять минут. Все слушают. Реально слушают. Музыка закончилась, зал взорвался. Пётр ушел со сцены. Теперь Лисица зажигает в одиночестве. Богиня.

Если Валентина Лисица богиня, то Романовский - бог. Всю жизнь считал себя глухим, а тут вдруг начал слышать музыку. На сцене Лисица. Мое все. Умолкаю.

Бешенные овации.

Между прочим, Романовский вышел в пару к Петру и телефонных огоньков стократно увеличилось. (Наблюдение за залом).

Пётр Лундстрем волшебный. Мне кажется, его скрипка должна звучать в быту. Под нее можно жить, верить, чувствовать. Она всегда. Даже если просто моешь посуду.

Маша Ватутина монстр, конечно. Она ведь соединяет в своей поэтике четыре эпохи: шестидесятники, восьмидесятодевяностники, нулëводесятники и нынешние - дваддцатники. Описывает круг с выходом на спираль.

Летов на финале РИЧа такое мощное соло дал, что я даже подпрыгнул. Стоял и слушал, открыв рот. Видео вечера должно появиться в сети. Люди снимают. Телефонные огоньки не гаснут.

РИЧ офигенный. На песне "Грязная работа" парни сидели, понучив голову, а девчата подпевали и отстукивали ритм. (Наблюдение за залом).

Пелевин пишет отличные стихи. Но у него какой-то подростковый зажим. Читает умные тексты, а кривляется, как пубертатный мальчик. Не выдержал. Пошел курить. Мне Александр больше нравится с бумаги. Видимо, возрастная нестыковка. Когда начнет читать стихи спокойно, станет живым классиком.

Ани бесподобна. Полгода не слышал, как она читает. Последний раз был у неё на выступлении ещë до #сво. Сейчас голос твëрже стал. Пропал комсомольский задор. Появилась мудрость. Внутренняя твердость. Строчки, которые писались почти на истерике, теперь произносятся спокойно. Нет, жестко. Но спокойно.

Караулов зал взрывает. После каждого стихотворения "аплодисменты, переходящие в овации". Браво, бис и прочее.

Не берет телефон. Но это кусочек зала.

Зал битком. На улице люди стоят. Ждут, когда пропустят.

Началось... Летов на сцене. У меня телефон не берет, поэтому фоткать буду мало. Всех обнимаю.

Отличная подборка вышла "Лепестки". ☝👆☝👆☝

🔥Лепестки над городом самураев Лепестки над Донбассом - новое проявление агонии больной Украины. Террористические методы ведения войны со стороны ВСУ становятся все более террористическими. Государство-боевик бросает вызов, мы отвечаем ему нашими жертвами. Город самураев льет свою лучшую кровь в бесконечную красную линию. Дарья Фрей - Лепестки live Тем, кто ложится спать — спокойного сна.

Подсказка Тлеет горизонт, прикрыт неплотно, звёзды сквозняком разорены, заждалась подельников работа - утренняя каторга войны, стрекотать кузнечики не рады, суслики не пикнут ни раза - режет слух осколочная правда, небо наезжает на глаза, напрягает выхлоп редкой птицы что до середины прилетит, тепловой ловушкой колосится «терминатор», выскочив в зенит, степь такой золой отнерестилась - ливень за неделю не проест, и вооружённый чей-то силос в землю возвращается окрест, надоест торчать в одном квадрате - приползай, Волшебница, сюда, где своим предателям не платят, чудом сохраняя города, где великовозрастные дети, по пути за хлебушком в Пески, не срывают цветик-семицветик, потому что мины-лепестки.

Петр, это тебе для беседы с гайцами. Небось, тормознули ночью-то. Мирный город в фонарях, Словно море в янтарях, Там товарищ мой, скрипач, Еле сдерживает плач. Он недолго там гостил, Он средь города застыл, Проклинает он зверей В желтом свете фонарей: «Лети, лети, лепесток, Через запад на восток, Через север, через юг, Возвращайся, сделав круг. Лишь коснешься ты земли — Быть по-моему вели». Вели, вражий лепесток, Чтобы каждый, кто без ног, Вновь прирос к своим ногам, Отдал боль свою врагам. Мой товарищ, он рисков. Он идет средь лепестков, Ну, куда ты? Не чудачь! Но не слушает скрипач. Потому что так звончей Голос наших скрипачей, И проклятие среди Мин - сильнее из груди. «Лети, лети, лепесток, Через запад на восток, Через север, через юг, Возвращайся, сделав круг. Лишь коснешься ты земли — Быть по-моему вели». Пусть поднимется, как смерч, Эта маленькая смерть, И вернется к тварям всласть - Не под ноги – прямо в пасть. Пусть нажрутся палачи Той библейской саранчи, Тьмы и мора, крови вод, И отпустят мой народ.