Опусы шальной разведенки

Присаживайтесь, загорать сейчас будем. Геннадий, наколи льда в "Секс на пляже", а вместо зонтика мы вставим тюлений бивень. Красиво, нарядно, страстотерпно и весело.

Вышла за сигаретами - снега по брови. В носу замерзла сосуля, такая же ебнулась на голову. В связи с чем - имею сказать. Писалось давно про одного там Геннадия, который меня потом к счастью забанил. Не любит посвященных себе постов. И в тот момент, когда я уже почти готова была ему отдаться, он и говорит: - Знаешь, из всех мест на планете больше всего я люблю русский Север. Я чуть чебуреком не подавилась. Почесала загорелую коленку. Сморщила веснушчатый нос. Север, значит. Логично. То есть, идёт, например, по Земле его племя. Год идёт, два идёт. Самые красивые предки – охотники. Кто помельче, да поплюгавее – те собиратели. Идут, превозмогают. Ищут дивный край, чтобы плодиться и размножаться. Немножко мрут по дороге – путь-то неблизкий. И вот, наконец, навстречу им... Норильск. Одесную - тюлень в льдину вмёрз. Ошую - альбатрос на скользком стаксель-шкоте с голодухи повесился. А эти улыбаются потрескавшимися губами и горизонт руками обводят. Вот же, мол! Пришли! Здесь город и поставим. Прекрасный климат, давайте плодиться! Снимают меха, снимают шкуры – да и отправляются вслед за тюленем. Всё, конец истории. Минус сорок, не хрен моржовый. И один лишь вопрос остается подвесить рядом с застывшим навек альбатросом: а ты-то, друг мой сердечный, как выжил? Как пронёс свою неостывающую любовь к сквознякам сквозь века? Вы как хотите, а я могу понять только один сорт людей, утверждающих, что они любят холод. Алкоголиков. Есть, и правда, особенный шарм в этой их водке–селедке, хреновухе с салом, груздях с полугаром, румяных девках, суздальской медовухе, новгородских щах из печи и всей этой ярмарочной цветной разнопиздице, включая сжигание чучел и ныряние в прорубь. Но со всех других точек зрения зима – это гиблое время и застывшая тусклая жизнь, объяснить любовь к которой ничем, кроме водки, нельзя. Есть еще, конечно, какая-то удаль преодоления. Ползёшь по сугробам, топориком путь через льды прорубаешь. В бороде сосульки искрятся, в трусах бубенцы колотятся друг о друга. А где-то там, за ледяным частоколом, теплая баба костёрочек в печи развела. Нацедила тебе самогону. Истопила русскую баню. Тогда да. Ползи, превозмогай. Ищи родимый огонь в снежной мгле. Но по холоду ты всё равно в тепло ведь ползешь? Так в чем тогда смысл? Неужели в самом доползании? Вот те раз! Будто противостоять тебе больше нечему, кроме как говну за окном и батарейной астматичной квартирной чахотке.

И вот еще. Зачем всерьез обсуждать, а есть ли в этом конкретном сериале Крыжовникова романтизация разной там уголовщины? Причем тут вообще Крыжовников - у нас вся культура такая. Вы шансон-то когда-нибудь слушали? Мы поколениями с вами знаем, что в тюрьме сидят исключительно добрые, честные и идейные люди, очень любящие маму и девушку. Защищающие слабых со взведенным курком. И одаривающие бабушек утюгами. До сих пор - это я вам снова говорю как филолог - половина вашего ежедневного слэнга - это уголовщина семидесятых годов. Вы вот сейчас мне напишете, что пост мой зашквар – а объяснить вам, чо вы сказали-то? Романтизация уголовщины - это культурный наш код, она везде, в каждом фильме про отморозков. Только вот в жизни они отморозки, а у вас опять Робингуды в ушаночках. У которых всегда какой-то закон, какое-то свое там звездное небо, понимание о справедливости, кодекс чести (чего, блядь? а чести!) и другая херня романтическая. А я вам говорю, что чувак с усами (господи, да побрейте уже Янковского) согласился бы на сделку с представителем банды, чей собандовец изнасиловал девочку. Потому что по понятиями эта девочка - уже не девочка, а расходник. Была сестрёнкой, а теперь не сестёнка. И я извинюсь перед сценаристами, если потом ее пустят по кругу, а этот мальчик её - ну, герой, перестанет с ней даже здороваться. Тогда окей, портрет эпохи, спасибочки. Но все равно не шедевр, а бригада для зумеров. Такая же тошная и скучилищная. Ну вот убейте меня, а не дано мне понять, схуяли такое становится инфоповодом? Что прямо каждый второй пишет рекомендацию с такими восторженными характеристиками, словно сериал ему сняли в Марвеле, посадив гопоту на HBO-шных драконов. Вы сколько еще собираетесь это все рефлексировать? Вам мало государственных заказух, отдаляющих вас от мировых достижений-то? Кино неплохое. Снято с претензией. А если Янковскому сбрить усы - то станет даже красиво немножко. Но вот этот гундеж всех сетей? Вот этот катарсис на грани с истерикой? Вот эта прям дискуссия критиков о том, насколько все достоверно? Да ни один взрослый человек с периферии зоновской никогда не поверит вашим героям, не узнает в них время и своих земляков. Вот этих, с дутым "кодексом чести", с арками "из пизды в могилу" прям из одной социальной страты – в другую. А если убрать из вашего дискурса вот эту претензию на документальность – то чего там вообще останется-то? Неплохой сериал, ну, средний. С - как обычно в российском кино - довольно плохо раскрытыми образами и кривоватыми арками с мотивацией. С так себе диалогами, московским предсказуемым говором. Ужасно вторичный - все это уже было в Бригаде и Брате. Чего развопились-то, усы, что ли, любите? Без них По мне, так Янковский без них сексуальнее.

Обращение к кинокритикам всея инторнета. Спасибо, блин. Посмотрела это ваше "Слово пацана", а то ж трындите о нем постоянно. Вот уж воистину: от российского кино наш народ прям настолько не ждет ничегошеньки, что что-то просто НОРМАЛЬНО снятое, качественно покрашенное и со свежими лицами, говорящими не как пластиковые болванчики на капустнике школьного дома культуры, а почти как нормальные люди - воспринимается уже как шедевр. Если начнете импортозамещать у нас Оскар - придумайте статуэтку ему в виде галочки. Галочки, понимаете, да? Типа "снято". Типа "ок", типа "работа выполнена". Ну, серьёзно, вот прям шыдевр? Вот прям новое слово в кинопроизводстве, новый киноязык, новая веха в сценарном искусстве? Документирование эпохи в её точных, как бритва, элементах, словах и поступках? И я сейчас даже не о белых фартучках, надетых не в день пионерии - эту тему пережевали уже все блогеры. Включая другие огрехи тоннами, до которых лично мне совершенно нет дела. Да хоть рядите их в английские блейзеры или клетчатые юбочки из японского аниме. Дело-то вообще как будто не в этом. Нахрена вам чего-то документировать в изначально художественном произведении? Но, уж если такая задача ставилась, то почему вам на язык-то, к примеру, так похуй? У вас же там недостоверная лексика, это я вам как филолог сейчас рассказываю, как человек, считывающий десятки акцентов, просто по парочке слов узнающий, откуда и кто куда понаехал. Хрен с ними с акцентами, дело и в лексике. Не говорили так никогда отморозки - ни в Казани, ни в Ленинграде, ни в Сызрани. Вы чего-то про них неправильно помните. Может, поэтому у вас маменькин пианист, номенклатурный сынок и герой Афгана - просто единый лингвистический монолит. Ноль каких-то различий, не наблюдается. Пианиста надо просто иначе постричь, снять с него пальто, на турник подвесить – и всё, трансформация завершилась. Он уже до полусмерти мутузит человека в больнице без тени сомнений на красивом лице. И ничего, что буквально пару серий назад он попал в ментовку, вызывая неотложку разутому нефору. Теперь он забивает другого в больнице. Почему? Хрен поймешь, насмотрелся на старших. Это же так просто - до полусмерти забить, будучи пианистом, любящим маму. Он у вас не прошел никакого пути: не утопил до этого ведерко с котятами, не изнасиловал нескольких девочек, не пнул родную сестру, не ударил мать. Такого сценаристы ему не придумали, а то зрителю было бы сложно ему сочувствовать. Правда вообще не вызывает сочувствия. Пианист ваш с детства и психопатом-то не был, не рос среди урок, с молоком это впитывая. У него даже не было пьющего бати, избивающего его с колыбели. Хороший мальчик с нормальной мамой - просто идеология шибанула в голову. Старшие пацаны показали пример. Влили в душу законы стаи. И он, разумеется, отомстил. За человека из чужой ему социальной группы, почувствовав удивительное единение. Даже не за лучшего друга, вообще не за друга. За члена шайки руками голыми - и не из страха самому кони двинуть, будучи заставленным и принУжденным, а по собственной сердечной инициативе. Сейчас теми же руками на пианине сыграет - и документально точный портрет у меня окончательно сложится.

Поэтому если ваши дети совсем не читают - я не знаю.... отнимите у них хорошие книжки. Пусть найдут их, разбивая себе лицо бесконечным протокольно-школьным фейспалмом. Каждый раз, разбирая с ними внеклассное чтение - спросите себя: а вы бы сами это читали? Что бы выбрали на их месте, будь у вас выбор? Некрасова или дочь Монтесумы? Что же сделало тебя, Алена, филологом? – спросит недоверчивый мой читатель. Что за книжки-то ты помнишь наизусть и почему тебя это, в итоге-то вывезло? Это были книжки на других языках: польском, чешском, украинском, лишь за редкостью - русском. Понимаете, там были смешные слова и мой мозг пытался их для себя распарсить. И еще они звучали как музыка. А еще они были в стихах - с удивительными картинками потрясающими. Ничего не долбили в меня, просто пели, показывали. Вот их и помню от корки до корки. Хотите знать прилично наш русский язык - знайте еще пару славянских. За эту фразу мне не прилетело пока, но я ее редко произносила. Возможно, у меня еще все впереди. Доброе утро, среда же?

Про книжки. А то снова спрашивают. Оно конечно, время читать. Есть у меня в биографических текстах фраза, за которую меня много раз пытались распять. Приходили, припоминали, просили объяснить, доказать и явить миру хоть каких-то подробностей. Фраза эта звучала примерно так: "Нет, я нихрена не читала в детстве, потому что у меня почти не было книжек. Их было так мало, что те, которые были хорошие, я до сих пор помню наизусть". Мне казалось, тут нечего и объяснять: не все же люди родились в семьях потомственных литераторов. Не у всех же на полках стояли тома, прошитые золотом по зеленому бархату. Мне казалось, что это всем очевидно. Но товарищи в комментариях начинали возню и вопили: мол, как же? Это в Советском союзе? В самой читающей стране мира? Где дефицитные тома по подписке были даже в самых отсталых домах? Где под книжки покупались шкафы и выделялись целые комнаты? Врешь ты все, Аленушка, врешь. Даже у нас были книжки в колхозе: многотомный Достоевский, Ильф и Петров. А детская литература советская? У Татьяны Никитичны Толстой есть роман, иллюстрирующий эти шкафы прям как надо. Не знаю, может у вас и были другие, но у меня - ровно вот такой же. Словно сам герой "Кыси" Бенедикт те шкафы заполнял своими ручонками. Там у него Кафка рядом с энциклопедией "Каши из круп", Чехов с "Чахохбили по-карски", Фолкнер с "Федориным горем" а "Плейбой" – с "Плебеями древнего Рима". "Муму", "Нана", "Шу-Шу. Рассказы о Ленине", "Гагарин. Мы помним Юру", "Татарский женский костюм", "Бубулина – народная героиня Греции", Боборыкин, Бабаевский, Чичибабин, "Бибигон", "Дадаисты. Каталог выставки", "Мимикрия у рыб", "Вивисекция", Тютюнник, Чавчавадзе, "Озеро Титикака". Вам понятна эта логика, да? Палеолит, начало, литература. У меня был красный многотомник собраний Ленина. Читала? Не помню. Помню, что скучное. Максим Горький - 15 томов. Вообще-то, должно быть все 25, и никто не знает, почему издание - неполное. Иди, Алена, в жопу, а вот почему. Ему и трех, скажем, многовато. Скучный автор для девочки в шесть-то лет. Бондарев какой-то. Ерёмин. Ценский. Евгений Пермяк. Шукшин отвратительный. Симонов был - живые и мертвые. Что еще? Коновалов, Попов, Горбунов. Чувствуете подход Бенедикта? Чавчавадзе еще туда вставить и Атлас автомобильных дорог. Зеленую энциклопедию "Лечитесь травами", подшивки советских газет, что-то от Чумака или Кашпировского - я их, если честно, путаю - и про рыбалку с охотой побольше. Семье нужно жрать, а значит - нужно охотиться. И рыбу ловить вот еще немножко. Не было у меня Туве Янссон, Экзюпери, Клайва Льюиса, Астрид Линдгрен. Пулмана и Толкина, Джека Лондона, Киплинга, Кэролла, Диккенса, Брэдбери. Да мне "Денискины рассказы"-то в руки попали когда было уже решительно поздно: поздно чувствовать все это гортанью, плакать, смеяться, понимать мироздание. Когда я пишу, что почти не читала, я буквально это и имею в виду: литературная отрава случилась позднее. Да я даже трахаться начала чуть раньше, чем узнала, что есть Маркес и Сэлинджер. Чернышевский был. Православная библия. Понимаете, да, как увлекательно? Неинтересно мне было читать, потому что книжки были неинтересные. И эта школьная наша программа - она как-то тоже не располагала. Все эти взвейтесь-развейтесь. Пионеры-герои, амбразура дзота, лысенковская биология, ужас. Ужасно-пошлые Асадов с Багрицким. Привет мальчишу и прочее мерзкое. Литература вообще представлялась мне глобальной наёбкой социалистической. И разговаривала со мной на чужом языке про чужие, непонятные вещи - дидактически всегда разговаривала. Сверху вниз, а не на равных, как нужно. Попадись мне тогда Джек Лондон - мы имели бы другую картину. Другого человека мечтательного. А, может, все и правильно вышло, потому что когда я нашла хорошие книжки - меня из них было уже не вытащить. Как наркоман, переживающий ломку отсутствия смыслов - я нырнула туда с головой. Дальше - как у великана захаровско-горинского: за неделю освоила детское, за год - школьную всю программу, а универовскую, скажем, за два.

Котята, спасибо за поздравления. За поддержку и внимание постоянное. Без вас я бы уже перестала писать, дружить, надеяться и мечтать о море. Мне много втирали "за интернет": например, что в нём не люди, а единички и нолики, но в моем личном случае - это неправда. Я чувствую, как из разных уголков нашего конченного и грустного мира ко мне постоянно тянутся ваши ладошки. Сейчас я выпью кофе - и будем общаться. Хорошего вам снежного вторника, ебись он лопатою 🙂

Это Алёнка, девочка с шоколадки, которую с семи утра до 19.00 рожала в госпитале Будапешта одна там женщина, мечтающая стать летчичей. Но эта оторва в драных колготках, кажется, испортила все её планы. Я бы на месте мамы меня не любила, конечно же. Но у мамы там свои какие-то фишки в голове уживались. И мечты тоже разные. Про самолеты, про заграницу, про белое небо и поле с ромашками. А еще чтобы дочка, раз уж так получилось, непременно шоколадкой и выросла. В платочке такая. Как с фабрики. Все свое детство я в платочках ходила. Пыталась соответствовать, изощралась. Но глумливую харю не спрячешь. С тех пор, кстати, мало что изменилось.

Мама вспомнила, когда я родилась. В нашей семье на этот счет вообще-то легенды ходили. Например, среди меня и моей сестры: она мне говорила, что я - приёмная и пошла поэтому в жопу. А я утверждала, что сама она в жопу пошла, мне вообще брата Володеньку обещали - в честь дня рождения Ильича, в тот же день, 22 апреля. Но она вылезла на день раньше - и девочкой вообще, а не братиком. Начинаем отмечать, семья. Я проснулась, сейчас умоюсь. Спасибо за ваши поздравления, я очень-очень счастлива и благодарна. Сейчас закажу себе от вас букет из доставки, открою вино - и поехали :)

Утренняя именинная фотография. Пусть называется "ЯКАКАНГЕЛ". Конечно, морщины уже немного, но я еще повоюю за вывеску.

😻Сегодня у вашего автора официально наступил день рождения. Вы и сами могли догадаться, что таких, как я, мамы рожают исключительно в понедельник. Но настроение у меня хорошее. За что отдельное спасибо всем тем, кто постарался поучаствовать в нем задолго до даты празднования: прислал мне 4 бутылки вина, прислал мне букет из ёлочных веток и два новых набора винных бокалов, прислал теплых слов с благодарностями, прислал разрывающих сердце слов и неожиданно искренних пожеланий. Если в этот день вы особенно хотите поблагодарить меня и поддержать мои блоги, книжки и творческие проекты, это можно сделать на русскую карту Тинькофф - 5536 9138 1749 3451 А если вы не в России - то на китайскую карту Юнион Пей на счет моего брата Ивана, который мне все передаст - 6250 3864 6836 3566 Я хотела бы писать для вас больше: спродюссировать подкаст, выпустить книжку, начать чаще выступать на сцене – а не от случая к случаю, когда меня уже за уши вытащат, а постоянно, потому что есть такая возможность, есть порох в ягодах и чего рассказать. Начать чувствовать постоянное счастье. Оттого, что занимаешься своим делом. Мое дело - писать, становиться лучше, выпускать сборники стихов и рассказов. Сопереживать вам, преобразовывая эмоции в буквы и – бережно поддерживать вас над пропастью. Всех, кто чувствует со мной родство и похожесть. Мне исполняется достаточно лет, чтобы понимать, что меня рожали за этим, я чувствую с вами связь - и вы делитесь со мной такими же выводами. Огромное спасибо вам за поддержку. Каждому, кто сегодня со мной. Кто не отписался, когда я переживала – и скидывала на вас свои хмурые мысли, чувства, потери и разочарования. Кто ржал со мной в транспорте, читая смешное, кто влюбился в моих героев – всех, от голубя Олега – до несчастного еблана Серёги. Всем, кто искренне хотел со мной встретиться - но почему-то стеснялся писать мне в Питере. Каждому, кто любит меня почему-то. Ваша поддержка для меня бесценна. Без вас я давно бы пошла в эффективный офис заниматься бизнес-херней и становиться зашкварным менеджером, которому нечего рассказать этому миру. Спасибо, что бережете меня от такой судьбы и верите, что я еще на что-то способна.

Как-то, помню, застряла в Лаосе. Делать там, в целом, нехуй: мотоциклы в аренду никто не сдает, интернетов в отелях не держат, тридцать восемь, жара, а асфальт весь усыпан разноцветными франжипани. Прям идешь - и на них поскальзываешься. Ну, и рикши еще эти бесят. Но одно было изумительно: это кухня их и бухлишко. После лет, проведенных в Таиланде, мне реально снесло кукуху. Ну, во-первых, колония Франции: хоть и бывшая - а сохранили и багеты себе, и винишко. И такое засилье булочных, что сидишь - и пирог с грибами заедаешь эклером с кремом. Вы вот думаете: чотакова? Просто тайского хлеба не пробовали. Щас-то есть там любые виды, а тогда - только этот, тостовый. Какой надо еще пожарить, чтобы стал он хотя бы съедобным. Ну, такое. Горелый пластик. А в Лаосе - пожалуйста, булки! И с корицей. И с имбирями. И с фасолью. И даже с сосисками. Пиво - тут я вообще молчу. Кто когда-нибудь пил Бирлао после жижи из пота мамонта, что в Китае там или Мьянме - тот уже не останется прежним. Это пиво. Нормальное пиво. С пирогами его. С круасанами. Кренделями. Пампушками. Салом. Ну, короче. Сижу и жру. Жру кастрюлями, килограммами. Очень вкусно мне и тепло. Днем - кафешки, ночами - рынки. Надо, думаю, что-то смотреть. Ну, экскурсии там, культуру. А иначе я просто жру. И вот спросит меня товарищ: что в Лаосе-то посмотреть? Ну, а я ему: рестораны. Неприлично. Нехорошо. И поехала в парк будистский. Там, короче, прикиньте: парк! С невозможным количеством статуй. Строил их священник-шаман, очень достопочтенный скульптор. Ну, хожу. И, конечно, смотрю, в трехэтажное главное здание. Чтобы внутрь его как-то попасть - надо влезть в рот какому-то демону. Ну, залезла. Подумаешь, в рот. А оказывается, там концепция: попадаешь как будто в ад через пасть эту демоническую. Ходишь, смотришь, какой там ад. Дидактически проникаешься. А повыше у них этаж - это, стало быть, средний уровень. Ну, короче, наша Земля. Как буддисты интерпретируют. Верхний, самый последний этаж - это рай. И вот тут засада. Чтобы в рай этот как-то попасть - нужно влезть в очень мелкую дырку. Натурально протиснуть себя через скальное это отверстие. А не влезешь - тогда пережрал. Растолстел и оплыл, как демон. Понимаете, да, в чем спич? В этот рай толстяков не пустят. Нехрен было так много жрать. Нехрен было заглатывать пиво. Хочешь в рай? Ну, тогда худей. Вот такой у нас тут бодишейминг. Вот такой вот непозитив. А с бразильскими вашими жопами выбирайте другой отдел - есть же два этажа для некоторых. Я не знаю, к чему пишу. Собираюсь с любимыми бабами обжираться в кабак шашлыком, как какая-то православная. А вот спустится Будда ко мне - Шакьямуни там, Амитахма.... А я круглая вся лежу. И не лезу в его эту дырку.

А тут Вася со своим потаённым. Мол, поехали к этим... ну, к девочкам. Я в комбезе опять, чуть хмельная. Прям удачный схватил момент. Соглашаюсь. Берем карету, едем в очень ночной модный клуб. Где по членским билетам все члены. И одна вот без члена, здравствуйте. С Васей к девочкам зачем-то пришла. И история могла бы продолжится еще на три-четыре абзаца, если б я вдруг не осознала, как же широко расплылось и вышло за берега интимности всем понятное слово "приват". Мне казалось, что это танец на шесте за закрытой дверью. Где какой-нибудь робкий Геннадий за монетку покажет стринги. И присядет на тебя краем жопы. И поедет потом в психушку. Но приваты теперь другие. Ничего же не предвещало. Напоследок скажу, что в Лиге Справедливости Америки я была бы еще Человек-трепло. Потому что стянуть на себя внимание всех "девочек" клуба и разжалобить их рассказами о своей личной жизни настолько, чтоб они среди ночи вызвонили тебе мужика из "Эгоистки" и скинулись на него всем блядюжником - это мощная суперсила. Теперь я остро нуждаюсь в том, кто оплатит мне психиатра. Хочу показать ему на какой-нибудь кукле, что со мной делал в привате этот сильно платный и холеный танцор нижнего брейка. Самое обидное, что в час-то он не уложился. Поэтому я, как и обещано, протрезвела как страус, которого сунули мордой в асфальт. И запомнила всё очень подробно. Мне про герменевтику надо писать, а перед глазами одна срамота с осознанием. Нехорошее выдалось утро.

Как-то обещала вам про "Вертеп" рассказать - и не рассказала, как выясняется. Ну, держите. Поржите. Начало рассказика как будто противоречит всему, написанному полчаса тому как - но на деле неа, не противоречит. Потому и пишу про "сидишь в семь утра". В четыре пришла, три часа поспала - всё, будто и не пила никогда вообще в жизни. Вертеп. Мемуары. Собутыльник я, в целом, посредственный. Неприятный, бесперспективный. А всё благодаря папеньке-алкоголику, который привил мне осмысленное злоупотребление. Это он научил меня заедать водку маслом, разбавлять вино минералкой и незаметно для мутного глаза собравшихся начинать радикально трезветь в середине всеобщего праздника. Но с тех пор утекло десять ванн апероля – и во мне обнаружилась суперспособность: я теперь метаболизирую алкоголь безо всяких погремушек и фокусов. В радикально короткие сроки. Час уйдет растворить две бутылки шампанского. Полтора - на коньяк или виски. В Лиге справедливости Америки я была б человек-мудак: пока все вокруг раскрывают друг другу свои страшные тайны, спят друг с другом и пишут бывшим - я иду полежать на диванчик, где трезвею и делаюсь скучной. И сажусь, представьте, работать. Потому что разошлись уже все, посмотрев на меня – и решив, что я кончилась. А я даже не начиналась. Полежу вот, сварю кофейку и задвину статью про какую-нибудь герменевтику. Чтобы словить со мной синюю дыню - у вас час, ни минутой больше. В этот час надо вписать всю программу: разговор по душам, вялый секс, сомнительные смски, игру на роялях, прослушивание лучших песен Розенбаума на YouTube, ностальгическую пятиминутку, танцы, слёзы и лживые обещания. Тот, кто в курсе – тот очень торопится. Потому что начну же трезветь – и добавлять там будет бессмысленно. Не в кобылу, простите, корм. Вася - старый, проверенный друг. Он засёк на часах два бокала и в какую-то паузу ляпнул: - А поехали к этим... ну, к девочкам. Я икнула. Последний бордель в моей жизни назывался "Вертеп". И меня там забанили. За доведение до истерики стриптизёра Геннадия, который за жизнь свою на шесте и коленях поддатых женщин - ну чего только не повидал. Но такого, такое!? Простите, слёзы душат, едва я вспомню. Мы тогда воровали с подругой мох. В парке Лесотехнической Академии. Мох нам нужен был оживлять бетонные балконы – он там редкий у них в академиях-то. И красивый какой-то, цветной. Собрались как обычные уголовницы: камуфлированные комбинезоны с карманами, фонари, перчатки садовые. И "нольсемь" Егермайстера для куража. Перелезли забор, выковыриваем. Этот красный, а этот кудрявый. Охуительный мох, щас таких не выращивают. Чу, собаку спустили, бежим! Снова сраный забор, очень весело. Драйв, сцыкливый адреналин. Уговорили терапевтическую бутылку, стоим, как две дуры. Надо где-то выгулять шапито. И вот тут очень важно, чтоб прямо рядом оказалось какое-то где-то. Например, бордель с названием "Вертеп", куда двух королев шоубизнеса пустят пьяными и в камуфляже. Я в калошах еще - все в говне. Ну, прошли фейсконроль, королевы же. Сели в лютый приват, ждем Геннадия. Тот вплывает в розовом дыме, одним рывком срывает с себя панталоны, остается в крохотных стрингах и пристраивается поёрзать. Я хихикаю – ну, Геннадий же. Так себе имя для короля сексодрома. А подруга пытается вовлечься, предпринимает попытки, изображает суровую заинтересованность. Геннадий прыг на неё - и давай наглаживать по камуфляжу-то. Притворяется, что ничего более возбуждающего он за век свой короткий не видывал. Всем туловищем изображает - даже стринги немного вздыбились. И вот кладет он ей руки на то место, где предполагается грудь... И начинает усиленно жамкать. А оттуда – из нагрудных карманов – ему в руки вываливается мох. Мох, понимаете? Геннадий мох к подслеповатым глазками подносит – и окукливается на глазах. Нет, он всякое видел и даже догадывался, что из баб в нашем возрасте может сыпаться и песочек. Но чтоб мох? Вот настолько замшелые? В общем, больше в Вертеп не ходили.

Поднимите обрывки уставших век. Посмотрите - се человек. Через час не смотрите уже на него. Через час от него - итого.

С друзьями надо встречаться чаще. Чаще раза в год – это как минимум. Чтобы был какой-то иммунитет. Чтобы стойкость в тебе обнаруживалась, невосприимчивость к окружающей хтони. Иначе сидишь потом в семь утра в своей кухне, заваленной еловыми ветками - и рассматриваешь новый синяк на руке с изумлением, переходящим в безумие. Ну, допустим, это поручнем от пати-баса, в который ты зачем-то ломилась. Оно, конечно же, интересно, почему эти странные люди не пускают тебя в пати-бас. Ну, подумаешь, частная вечеринка. Ну, подумаешь, за автобус заплачено - и не тобой, а какими-то посторонними. Но ты же с праздником к ним пришла. У тебя вон и винишко с собою. Про винишко вообще интересное. Наверное, есть такие вселенные, в которых котируется "Новороссийское белое" за тыщу рублей из случайного бара. Возможно, и бары такие есть, но это надо войти в состояние, чтобы вот так наступить в свою смерть. Ведь очевидно, что в бутылке - отрава. Ведь очевидно, что тебя понесет потом по городу, снегом заваленному, в какой-то парк. С таксистом. За ёлочкой! Поскольку пластиковая - неправославно. И прямо щас надо ковырять живую голыми нахрен руками. Чего стоишь? Помогай копать! Тут где-то корни поддеть только надо - и будет праздничный в доме дух. Отметим, дома еще есть винишко. Святые мощи, да как же так? Ведь сорок лет тебе, не шестнадцать. Ведь ты невротик, тревожный дурак. Ведь ты с утра потом можешь сломаться. Не оттого, что вдруг печень поймет, что всё, харош, я пошла отсюда. А оттого, что ты идиот. И когда хлещешь как два верблюда – творишь херню. И херня твоя веселой кажется только прочим. Тебе самой - это переживать всё утро. Даже кусочек ночи.

Есть люди, на которых я готова молиться. Сегодня - это та категория граждан, для которых выражение "глаз натяну на жопу" является ежедневной рутиной, не доставляющей им дискомфорта. Они берут белой рученькой глаз – и натурально тянут на жопу, не испытывая при этом страданий. Объясню, что я имею в виду. Пару месяцев, что ли, назад, я поехала к подруге в конец географии, чтобы собирать с ней грибы и ягоды. Подруга моя - человек необычный: она работает директором морга, а стало быть, в медицинских нюансах понимает чуть больше хирургов, терапевтов и прочих врачей. Она видит результат их работы. Каждый день, на постоянной основе. Еще она какой-то там криминалист, а еще у нее есть диссертация - короче, вы поняли, человечек редкий. И вот идем мы с ней по болоту, а она с меня глаз не сводит. Я пропускаю один большой гриб. Потом второй. Потом третий и пятый. Тут бы каждый выбесился и дубиной огрел, но она так за подбородок меня берет - да и говорит мне: ты же слепая, признайся? А я в этом и себе не готова была признаться. Нет, я ныла вам тут, очки какие-то меряла, но всегда надеялась, что рассосется. Но подруга та знала: оно не рассасывается. И затаскала меня по больницам. Консилиум врачей мне постановил: это сложный астигматизм, как вообще вы живете. Очки не помогут, линзы носить вы не сможете, и вообще у вас следующая ситуация. Представьте себе простыню, представляете? Такую маленькую односпальную. А еще представьте кровать - она пусть двуспальная, наоборот. Так вот, эти ваши глаза - это словно маленькую простыню растянули на большую кровать. Я нихуя не поняла, если честно, но мне велели начинать копить денег на операцию по замене хрусталиков. Ага, это когда тебе из глаза чего-то мясное выковыривают, а чего-то пластиковое вставляют. Меня стошнило им прямо на стол - и я тихонько проблеяла: а чо, совсем нет альтернативы? Ну, какая-то есть, но это ненадежно и временно. Альтернатива приехала неделю назад - какие-то сложные американские линзы, которые надо себе вставить в глаз. Натянув его сначала на жопу. Серьезно, все манипуляции с глазами у меня вызывают хтонический ужас - я просто начинаю биться в истерике при необходимости потрогать рукою глаз изнутри. Моя сестра, еще будучи маленькой, закапывала мне в глаза капли, потому что я не могла сама. И сейчас не могу - ну такой вот баг у человека в двумя высшими образованиями. Идет вторая неделя. Я открываю линзы. Смотрю на них как, блядь, на гильотину. Ватной палочкой отодвигаю веко, подставляю палец прямо к глазу с линзой. И начинаю биться в припадке. КАК. ВЫ. ЭТО. ДЕЛАЕТЕ. ЧЕРТИ НЕНАСТОЯЩИЕ. Это живой теплый глаз. Он же жидкость практически, он же веком специально прикрыт от греха-то. Ну, и вот как я вообще решила, что я смогу туда пальцами - хрясь! Да у меня как-то был слеповатый мужик, по утрам себе туда вставлял эти штуки. Я даже смотреть не могла. Лучше бы он при мне себе в член загонял детали от конструктора "Лего". Или пальцами там хрустел. Или выворачивал руки и ноги. Или доставал изо рта вставную челюсть - и кусал себя ей за сосочки. Вообще же плевать, ну, подумаешь. Но перестань при мне совать пальцы в глаз! Меня стошнит, я начну сильно плакать и закрывать себе в ужасе лицо шерстяным подолом! Видимо, придется ложиться под нож. Что во-первых, страшно, а во-вторых, очень дорого. Не ожидала я такой подлянки от глаз. Они же не зубы, они должны же быть вечные. Когда нас уже в тела роботов переселят? Не могу дождаться, планирую быть вообще безглазой и передвигаться посредством эхолокатора.

В одноименной моей группе "Вконтакте" люди попадаются очень странные. Например, такие, кто воспринимает мою личную страницу с моими текстами как рунетовскую мусорку для всех и каждого. Мне прилетают тексты, вы не поверите. С требованием опубликовать их немедленно, потому что они же старались, писали. Более того, они убили часы, чтоб проверить, что тематика соответствует "заявленной в группе". - Почему еще не вышел мой пост?!?! - орет на меня капслоком гражданка Тамара П. Не представляете, как мне хочется сократить её до Т.П - но я держусь и не сокращаю. Ее пост начинается с фразы "Поговорим о женской писюле........" - и многоточий там столько, в том тексте, будто писюля самолично штробит мне страницу. - Почему вы не публикуете? - спрашивает меня Милорад Милорадов. Его пост начинается с фразы "я хотел бы поднять сексуальную тему". Тему Милорад поднимает с рассказа, что у него уже 27 лет не было секса. И он ищет себе женщину для этих целей, но не проститутку, а половую партнершу. Потому что иначе ему приходится "мастурбировать себе рукой". Вот несколько цитат Милорада: Я, вам даже больше напишу. Существует сам половой акт, а существует эротика. Я даже готов на это пойти. А на данный момент, найти себе девушку, которая сделает мне приятно своей рукой. На эротическом языке, это называется массаж лингама. Если бы я был озабоченным, то перезанимался бы сексом со всеми женщинами Москвы! Вот это да, озабоченность! А с меня озабот, как с плохого козла молоко. Ни разу за 27 лет! Какой ещё озабот? Инна просит скинуть денег ей на Тинькофф, чтобы она могла осуществить свою детскую мечту - посетить ОАЭ. Что вам, жалко опубликовать реквизиты - орет на меня Инна дурниной. Я иду на страничку к Инне - и убеждаюсь, что Инне за 50 - с большим таким хвостиком, понимаете? Сомневаюсь, что 50 лет назад Инна знала о существовании, к примеру, Дубая. А если и знала, то 50 лет назад Дубай не выглядел детской мечтой. Он выглядел как очко сатанинское - это вы уж поверьте мне, знатоку-то. Наталья пишет какую-то невъебенщину языком альтернативно-одаренных лишенок: у нее там вообще ни слова без уменьшительно-ласкательных суффиксов. Я почитала, поискала "писюлю" - вдруг это Тамара П притворилась Натальей-то. Но вместо писюли там ваджайна, врубаетесь? Она сует пальчики себе в ваджайну и задумывается о глубоком космусе. Не представляю, как их всех перебанить. Должна же быть кнопка "запретить писюли" душевно больным и 27 лет озабоченным.

Техническое сообщение: представляете, мне подарили проф-аккаунд, чтобы я могла вам смешные истории снимать из кабаков и стендапов - а я не могу! Офигеть, Цукерберг этот наш накаченный хитрожопый! Вся адекватность в турецкую шевелюру ушла! Короче: надо проголосовать. Нажмите, кому не жалко - https://t.me/MutterCourage?boost