ДРАМАКВИН

Редкое объявление, женщины.

Обожаю честность нашего времени: показывают новости Москвы, новости просто эндорфиновые! Внедрен стандарт 5g, и теперь связь и интернет станут быстрыми! космическими! потрясающими! Роботы-доставщики бороздят просторы вселенной! Бензин можно покупать канистрами! Живи и радуйся! Главное, телевизор не выключать. И помнить, что с 5g быстро работать будет только макс, да и то, если. Если если если… Прекрасное время, чтобы рассказывать честные истории честно.

Ангел добра, он же адский СОТОНА, выглядит так: милая женщина в белом, как бы с нимбом, ну или это бантик.

Плохо у Алисы с карнавалом и комедией: возьми, говорю, печальную новость и сочини из нее комедию по карнавальным лекалам. И вот. 🙈🙈🙈

Двухлетний мальчик и пьяная бабушка Новость. 3 сентября 2026 года в посёлке Новочернореченский двухлетний мальчик погиб в пожаре. Родители ушли на подработку, оставив его с бабушкой, которая весь день пила. Ребёнок нашёл зажигалку и поджёг шторы. Бабушка выбежала, внука вынести не смогла. Семья состояла на профилактическом учёте.   Сюжет. Зажигалка, с которой играл ребёнок, лежит в мешке вещдоказательств в кабинете следователя. Следователь, допрашивающий бабушку, записывает её показания: «чиркнул — шторы вспыхнули — я выбежала». Зажигалка — дешёвая, пластиковая, с нарисованным сердечком. Следователь берёт её в руки и нажимает — искра. Он щёлкает ещё раз. Ещё. Колесико крутится, искра прыгает — маленькая, голубая, безобидная. Он щёлкает и щёлкает, и в этом щёлканье — весь абсурд: крошечная искра, пластиковое сердечко, и ребёнок, которого нет. Бабушка сидит напротив и смотрит, как следователь играет с зажигалкой. Она говорит: «Дайте я подержу». Он даёт. Она щёлкает один раз, кладёт на стол и говорит: «Вот так и он щёлкал». Карнавал: предмет, убивший человека, не страшнее спички — и в этой малости — единственная правда, которую можно вынести

.

Вы знаете, а я удивилась. Как будто не самая лучшая маркетинговая оболочка: онкология, дети. Как будто из тебя сейчас будут выжимать слезу, а ее и выжимать не надо, но произошло другое. Спектакль начал со мной работать прямо в фойе: моим бунтом против темы. Я боюсь смерти. Боюсь онкологии. Считаю чудовищным несправедливость жизни, когда даже дети, эхххх… в общем, я злилась, что пришла. А на сцене были они, самые настоящие клоуны, больничные, и они были разные: душнила, мамасита, веселая девчонка, секси-музыкант, пастушка с бабочкой. Марина Карлышева ею была и есть, человек уже 15 лет занимается больничной клоунадой (помимо драматических ролей в театре и кино). Душнила душнил, и гомерически шутил, местами очень остро, карнавально, и это давало облегчение, выдох, напряжение и страх выходили смехом. Шутили они все. И говорили о выгорании в том числе, и о смыслах, и о безопасности в этой профессии. И опять было смешно. Они импровизировали, а нам становилось легче жить. В общем, дорогие мои, если думаете, как создать терапевтичный спектакль (а сначала пьесу), как из страшного делать смешное — приходите в Док, Москва, между Белорусским вокзалом и Менделеевской. Любовь победит неизвестным науке способом.

Легендарный театр Док, и премьера — спектакль по докпьесе Анастасии Патлай про больничных клоунов. Хочу удивиться.

Мало что меня делает счастливее, чем преподавание на максимально многочисленную живую аудиторию. Мало что, но живой фестиваль Любимовка мог, плак-плак. Потому что ну вот не только отшельники рождаются, но и миссионеры, или ебанутые, считающие себя ими, и мой единокроаный брат-митрополит Смоленский (он же Рома, он же Исидор) это подтвердит неочевидные факты обо мне такие, да. Преподавать на много пар глаз гораздо интереснее, чем заниматься сексом, хотя и второе неплохо, гораздо веселее, чем КВН с Федором Двинятиным и далее пародиями Гудкова, гораздо бодрее, чем нынешние новости, ну и это концентрированный смысл и попадание в ценности. Искусство, свобода, самосовершенствование, единение, взлет, мощь, катарсис — вот такое вот облако тэгов. Вот такое вот моё хобби.

А вот что-то, что точно у нас откликнется:

Когда-то Мариам покинула Иран. Теперь, живя в США, она наблюдает за жизнью своих пожилых родителей через камеры, установленные в их доме, – это её единственная связь с родной страной.

У нас тоже многие покинули страну и теперь выеуждены быть далеко от своих родителей. Этому явлению посвящена, например, пьеса беларуского драматурга Ренаты Талан (псевдоним из соображений безопасности) «Лимб», шорт-лист Любимовки-25, читайте. Москве до 13 сентября продолжается Международный кинофестиваль Докер, где можно увидеть лучший и самый актуальный док со всего мира!  Итак, завтра, 7 сентября в 20.30 в киноцентре “Октябрь” состоится премьера фильма “На расстоянии памяти” (Иран, Италия, Норвегия, 2025). Фильм на Докере лично представит режиссер Мортеза Ахмадванд, а после показа пройдет обсуждение со зрителями Полное расписание фестиваля и билеты на этот и другие показы: https://dokerfest.ru/

Мы с коллегами на Муссоне.

Прекрасное

На открытии фестиваля Докер прозвучало смелое заявление, что на отбор фильмов влияли только факторы качества фильма, и никакие другие. Хм. Фильм открытия «Даже если мы острова» рассказывал историю режиссера-женщины, которая создает фильм о смотрительницах маяка, женщинах, и они защищают свое право работать на этой до 70-х годов прошлого века чисто мужской работе, а не быть домохозяйками. Мы, конечно, им сочувствуем, но не от всего сердца: у нас в стране быть дохозяйкой было привилегией все 70 лет, мало кто это мог себе позволить, а вот вкалывать на тяжелых работать женщинам не запрещали. И 2026 год: у нас происходит катастрофа, полный ад, треш и небо упало на землю, будем это так называть, мы хотим весь этот страх, ужас и тревогу, весь этот гнев передить с помощью искусства, мы приходим на фестиваль док кино, чтобы срезонировать, и… видим беззубый кастрированный выбор, и ноль претензий к оргам, все понимают, что выбора у них не было, только разве что не говорить, что их выбор был свободным. Не был. Иначе бы появилось кино об одной школе в Карабаше. Итак, поэтическое скучное кино про фаллические символы, немножко про свет и тьму, ну на словах, на пафосе, и пожилых женщинах. Неплохо, чтобы заснуть, и ни одной причины смотреть в кино. Наверняка, в программе есть что-то повеселее, следующим постом повешу расписание.

Приятно быть преподавателем, после которого люди дебютируют с прозой ) Ссылка: https://www.chitai-gorod.ru/product/ob-stenku-goroh-3179181?ysclid=mtkarvu1un689433471

МОЛЧАНИЕ Фильм, созданный как будто про сегодня: некий город во время войны, которая где-то рядом и мелькает иногда танками. Две сестры откуда-то едут домой, у одной из них 7-летний сын, вторая смертельно больна чем-то вроде туберкулеза или рака. Они сходят с поезда на сутки, чтобы переждать резкое ухудшение здоровье второй сестры. Они в малообитаемом отеле, из гостей видно только карликов, цирковую труппу. Первое нарушение табу: намеки на инцест, старшая больная сестра как-то очень уж любит младшую, ревнует, тянется к ней. Связка секс-стыд-отвращение снова на арене: младшая приходит грязная: совокуплялась со случайным официантом на полу в церкви. Потом в номере отеля. Перед сестрой в том числе. Старшая чувствует, что недолго осталось, но хочет жить, мастурбирует (в каком фильме 60-х гг прошлого века вы встретите такое?), преследует свою распутную сестру. Мальчик слоняется по пустым коридорам, забредает к карликам и они на него надевают в женское платье и втягивают в какой-то спектакль. А до этого младшая сестра уже видела их официальный спектакль, в театре, и при ней в зале занималась сексом какая-то парочка: секс-стыд-отвращение снова, да. Либидо-мортидо выпукло и горько, и ранит нас. Время поделено надвое: половина на презентацию либидо, половина на презентацию мортидо, и вырваться из плена невозможно. Там ещё и смерть папы в прошлом, как соединчющая тайна. Папа — обжора, папа — полный жизни Гаргантюа, папа смеется во всё горло и умирает. Так вот, отвечая на вопрос, почему Бергман великий: он вскрывает табу, работает со сложными чувствами, соединяя их в жгучие комбинации, он заставляет нас много чувствовать, много запретного и редкого. Он дает нам уникальный опыт переживания сложных и глубоких чувств.