Lacan et autour de lui

«Мы, взглянув на стол, увидим три стакана с вином; Фунес же видел все усики, листики, виноградины, из которых сделано вино. Он помнил форму облаков в южной части неба на рассвете 30 апреля 1882, и он мог сравнить их по памяти и с искусным узором кожаного переплета книги, который он видел только раз, и с воспоминаниями об очертаниях брызг, которые поднял гребец в Рио-Негро во время битвы Квебрахо. Эти воспоминания не были простыми: каждый зрительный образ был связан с мускульными ощущениями, тепловыми ощущениями и т.д. Он мог восстановить все свои мечты и фантазии. Два или три раза он воссоздал целый день. «Он сказал мне: во мне одном больше воспоминаний, чем во всех людях с начала сотворения мира. И снова: мои мечты подобны твоему бодрствованию. И опять, ближе к рассвету: моя память, сэр, похожа на вместилище мусора. […] Не стоит забывать, что Фунес был почти неспособен к общим, теоретическим идеям. Ему было трудно понять не столько то, что общее понятие собака включает такое множество непохожих экземпляров разного размера и разной формы, сколько он был сбит с толку тем фактом, что собака, видимая в три четверти (если смотреть в профиль), должна иметь то же имя, что и собака, видимая в три пятнадцатых (если смотреть спереди). Его собственное лицо в зеркале, его руки удивляли его каждый раз. Без усилий он выучил английский, французский, португальский, латинский. Тем не менее, я полагаю, что у него не было особенных способностей к мышлению. Думать - значит забыть различия, уметь обобщать, резюмировать. В чрезмерно насыщенном мире Фунеса не было ничего кроме подробностей, почти соприкасающихся подробностей.» Отрывок из текста Борхеса «Фунес, помнящий».

К вопросу номинации «Пауло Сикейра - Есть еще персонаж Фунеса у Борхеса [28] , который не может назвать собаку, потому что в зависимости от момента, движения, собака уже не та, она двигается, и так далее. Эрик Лоран - Фунес - абсолютный номиналист; для него не существует универсального. Он исследует мир, состоящем из индивидуумов, которые поддаются описанию исключительно в своей сингулярности. Фунес живет в своего рода бесконечной метонимии, в которой ничто никогда не подпадает под понятие (concept): с его претензией на возможность точного наименования понятие кажется ему самой презренной вещью в мире». Отрывок из текста Э. Лорана «Невозможность номинации, ее кажимости, ее синтом»

Друзья, в субботу состоится заключительная в этом году встреча по работе с 16-м семинаром. Мы обратимся к последним двум главам текста Миллера. В главе «XV — POUVOIR VÉRITÉ» речь идет об отношениях власти и знания, которые Лакан озвучил в этом семинаре противоположным по отношению к Фуко образом. Для Лакана знание это то, перед чем власть бессильна. В главе «XVI – Паскаль с Фибоначчи» Миллер дает свой ответ на вопрос зачем Лакану понадобилось сближать паскалевское пари с известной математической последовательностью. Встреча будет короче обычного, поэтому предлагаю после нее посидеть, попить чай и поделиться впечатлениями от текста Миллера. До встречи! Когда: 18 мая 18:00 Литература: UNE LECTURE DU SÉMINAIRE D’UN AUTRE À L’AUTRE Адрес: Солянка 15. Участие онлайн по запросу. Стоимость: 300 рублей

Продолжаем публиковать записи докладов с дня рождения Лакана https://youtu.be/ulV6qvv-m9E

Друзья, завтра у нас состоится предпоследняя встреча по тексту Миллера. Постараемся успеть обсудить две главы: XIII - Парадокс, энигма и апория XIV — Слоеный Другой (Un Autre feuilleté) В первой из них Миллер продолжит рассуждения про двойную «природу» субъекта в этом семинаре. Одной ногой он стоит в наслаждении (правда это еще не субъект), а другой в означающих. Во второй среди прочего мы затронем вопрос модели истерии и кастрации на уровне Имени-Отца. Кажется, что последний пункт перестал быть загадочным. До встречи! Когда: 11 мая 18:00 Литература: UNE LECTURE DU SÉMINAIRE D’UN AUTRE À L’AUTRE Адрес: Солянка 15. Участие онлайн по запросу. Стоимость: 300 рублей

Продолжаем публиковать записи докладов с дня рождения Лакана https://www.youtube.com/watch?v=83HEVIWPlCM

Продолжаем публиковать записи докладов с дня рождения Лакана https://youtu.be/83HEVIWPlCM

Английская версия от Глеба

Друзья, завтра мы продолжим работу с комментарием Миллера. Разберем главы XI – Lacan logicien et argumentateur, XII – Clinique structure. Когда: 04 мая 18:00 Литература: UNE LECTURE DU SÉMINAIRE D’UN AUTRE À L’AUTRE Адрес: Солянка 15. Участие онлайн по запросу. Стоимость: 300 рублей

Продолжаем публиковать записи докладов с дня рождения Лакана https://youtu.be/-zdobXoM_7c

Продолжаем публиковать записи докладов с дня рождения Лакана https://youtu.be/X8S-ltgzA0I

Версия на англ (автоперевод) от Глеба

Друзья, завтра мы продолжаем работать с текстом Миллера Будем обсуждать главы «IX - Теория следов» и «X - Логическая артикуляция». Когда: 27 апреля 18:00 Литература: UNE LECTURE DU SÉMINAIRE D’UN AUTRE À L’AUTRE Адрес: Солянка 15. Участие онлайн по запросу. Стоимость: 300 рублей

Еще один отрывок про следы, на который ссылается Миллер. На этот раз это 10й семинар «Имеется, таким образом, а, объект охоты, и А, Другой. В промежутке между ними появляется, с рождением означающего, субъект, но субъект похеренный, загражденный, неопознанный. Чтобы в дальнейшем субъект обнаружить, приходится у этого неопознанного его отвоевывать. На схеме наглядно представлена связь, которая для отвоевания этого бытия, бытия субъекта, имеет решающее значение - связь между а и первоначальным появлением субъекта в качестве неопознанного, то есть, иначе говоря, бессознательного, unbewusste. Употребление этого слова оправдано философской традицией, смешивавшей bewusst сознания с абсолютным знанием. Нас оно уже не может устроить, так как для нас знание и сознание не совпадают. Имеется, таким образом, а, объект охоты, и А, Другой. В промежутке между ними появляется, с рождением означающего, субъект, но субъект похеренный, загражденный, неопознанный. Чтобы в дальнейшем субъект обнаружить, приходится у этого неопознанного его отвоевывать. На схеме наглядно представлена связь, которая для отвоевания этого бытия, бытия субъекта, имеет решающее значение - связь между а и первоначальным появлением субъекта в качестве неопознанного, то есть, иначе говоря, бессознательного, unbewusste. Употребление этого слова оправдано философской традицией, смешивавшей bewusst сознания с абсолютным знанием. Нас оно уже не может устроить, так как для нас знание и сознание не совпадают».

В субботу мы продолжим говорить о следах и их стирании. Вот отрывок из моего любимого 5-го семинара, который вспоминает Миллер «Вернемся к вопросу о том, что представляет собой означающее на элементарном уровне. Я предлагаю вам сосредоточиться на нескольких основных моментах. Не кажется ли вам, например, что имея дело с означающим мы соприкасаемся с чем-то таким, по поводу чего можно говорить о возникновении? Будем исходить из того, что представляет собой след. След - это не означающее, это отпечаток. Мы прекрасно знаем, тем не менее, что между ними может существовать связь и что на самом деле, то, что называют материалом означающего, всегда каким-то образом причастно недолговечности, эфемерности следа. Более того, похоже, что это одно из условий существования следа. И тем не менее след - это не означающее. Отпечаток ноги Пятницы, который обнаружил, гуляя по острову, Робинзон, означающим не был. Зато если мы предположим, что он, Робинзон, по каким-то причинам этот след стирает, измерение означающего оказывается тут как тут. С момента, когда след стирают, то есть с момента, когда поступок этот имеет какой-то смысл, то, что этот след оставило, открыто выступает в качестве означаемого. Если означающее, таким образом, представляет собой некую пустоту, полость, то происходит это постольку, поскольку оно свидетельствует о минувшем, миновавшем присутствии. И наоборот, в том, что является означающим, в том развитом означающем, которое представляет собою речь, всегда налицо миновение, переход, то есть нечто такое, что имеется по ту сторону, помимо каждого из тех элементов, которые в этой речи вычленены и которые по природе своей исчезающе недолговечны. К этому мгновению, переходу, и сводится путь того, что мы называем означающей цепочкой. Это "по-миновение", этот мелькнувший на мгновение переход - именно он предстает нам как голос».

Те, кто начал готовиться уже увидели, что Миллер упоминает отношения между маской и желанием, на примере гондарских эфиопов. Вот этот отрывок: Я привел вам на память этот небольшой пример лишь с целью сфокусировать ваше внимание на том, что я имею в виду, говоря о проблематике желания, связанной с детерминацией его актом означивания - детерминацией, которая не совпадает с каким-либо конкретным, уловимым смыслом. Соображения этого рода, показывающие глубокую согласованность, слияние желания - с симптомом, маски - с тем, что в явлении желания обнаруживается, расставляют на свои места множество праздных вопросов, которыми задаются часто как по поводу истерии, так и по поводу многообразия социологических, этнографических и других фактов, вокруг которых возникает у исследователей множество недоразумений. Возьмем один пример. В небольшой серии, публикуемой под рубрикой "Человек" издательством Pion вышла недавно замечательная брошюрка Мишеля Лейриса, написанная на материале изучения автором гондарских эфиопов и посвященная фактам одержимости и ее театральным аспектам. Читая эту книжку, прекрасно видишь, насколько безупречно факты транса, подлинность которого выше всяких сомнений, согласуются и сочетаются с типоло-гизированным, заранее предопределенным, известным, заранее рассчитанным поведением духов, овладевающих, как считается, субъективностью лиц, выступающих как носители этих исключительных по своему характеру феноменов. Наблюдать это можно во время церемоний, именуемым в Гондаре Wadaga - именно о них в книжке и идет речь. Более того, замечательны не только условности, в рамках которых происходит воплощение того или иного духа, но и дисциплинарный характер, который эти воплощения носят. Дело доходит до того, что субъекты, в которых, по их мнению, вселяются духи, рассматривают происходящее едва ли не как дрессировку, укрощение этих духов. То есть логика события выворачивается наизнанку - это духи должны хорошо вести себя, это духи должны пройти ученичество. Одержимость и все ее проявления, глубоко напечатленные в эмоциях и переживаниях, в полной власти которых субъект во время происходящего находится, прекрасно согласуются с богатством означающего, связанного с могущественным влиянием, которое способны оказывать знаки отличия бога или гения. Пытаться отнести это все к разряду симуляции, имитации или других терминов в этом роде, означает просто-напросто создавать искусственную проблему, призванную удовлетворить требованиям нашего собственного способа мыслить. Идентичность заявляющего о себе желания с формами его проявления выступает здесь в поистине осязаемой форме. Семинар 5, глава 19