𝐀𝐓𝐎𝐌𝐈𝐂 𝐂𝐇𝐄𝐑𝐑𝐘

Довольно знаменательным и неприятно-симптоматичным (для РФ) событием является решение довольно значительного числа стран Европы о поставках вооружений для украинской армии. Пока что речь идет в основном о противотанковых установках и зенитных ракетах, но это, как говорится, только начало. Почему это важно? Логика здесь чрезвычайно проста – никто не будет поставлять военное оборудование стоимостью в десятки (а то и сотни) миллионов долларов армии, уничтоженной «в первый день» (цитаты (не)великих людей). Европейские бюрократы сочли обстановку достаточно благоприятной для отправки дорогостоящего военного имущества, а это сигнализирует о том, что «маленькая победоносная война» идет не по российскому сценарию. Боевые действия определенно затягиваются по причинам, которые я озвучивал в текстах выше. У РФ нет никакого военного-технического, логистического или организационного преимущества над Вооруженными силами Украины. Более того, фаза активных штурмов крупных украинских городов еще даже не началась – а ведь именно она станет наиболее кровопролитной и определит весь дальнейший ход войны. Стоит отметить, что Европа отправляет вооружения, не требующие высокой квалификации и длительной теоретической подготовки для их использования. Говоря проще, их можно сразу же отправлять в передовые части и использовать в бою – это ПЗРК, реактивные гранатометы, ручные пулеметы и легкие минометы. Все то, что жизненно необходимо в условиях интенсивных городских боев. Словом, весьма практично и прагматично – европейские военные советники определенно не зря получают свои зарплаты. Думаю, стоит привести и сам список стран-поставщиков: – Словакия – Польша – Чехия – Германия – Швеция – Нидерланды – Латвия – Бельгия Остаемся на связи и следим за событиями. Продолжение следует, друзья. @atomiccherry 💯

В связи с тем, что подавляющее большинство русскоязычных TG-каналов окончательно превратились в помойные баки с низкопробной (но, видимо, хорошо оплачиваемой) пропагандой, я решил хотя бы на время вернуться и писать аналитику по происходящим боевым действиям в Украине. В своих текстах я буду и далее придерживаться холодного и беспристрастного подхода с отсутствием личных оценок происходящего. Ниже мы начнем рассматривать события вчерашнего дня – поговорим об эффективности первого удара российских сил по военным объектам ВСУ. @atomiccherry 💯

В прошлом году один из читателей задал любопытный вопрос – а как уровень развития микроэлектроники влияет на уровень развития военной техники? Что ж, попробуем разобраться. В 1960-х годах при создании боевого самолета на компьютеры и программное обеспечение приходилось около 2% от общего бюджета разработок. Эта цифра полностью актуальна для F-4 Phantom – самого распространенного американского истребителя того времени (который на тот момент считался самым технологически продвинутым боевым самолетом мира!). Десять лет спустя этот показатель для F-15 Eagle, преемника F-4 из цифровой эры, составлял 26%; в разработках же новейшего истребителя ВМС США, многофункционального F/A-18 Hornet на компьютеры приходилось 43% затраченных средств.  Компьютеры и программное обеспечение самолёта пятого поколения F-35 занимали уже более 60% от общего бюджета проекта. В самом деле, рассматривать авионику боевых машин в процентном соотношении от общей стоимости разработки самолета не совсем верно. Такой подход серьезно занижает важность микроэлектроники, поскольку определить истинную цену вычислительных мощностей невозможно. Так, советский маршал Н.В. Огарков в газете «Красная звезда» писал подобные любопытные вещи:  «Широкий спектр новшеств западной техники позволяет как минимум в десять раз увеличить ударный потенциал обычных вооружений...» Цифровая революция в начале 80-ых поставила вооруженные силы Варшавского договора в положение стороны, проигравшей войну еще до первого выстрела. В то время как американские ВВС перешли на мощные однокристалльные БЦВМ на основе стандарта MIL-STD-1750A (16-битная система команд, разработанная специально для ВС США в 1980 г.), советские самолеты продолжали использовать в лучшем случае БЦВМ на рассыпухе из гибридных микросхем (в худшем – вообще электромеханику родом из конца 1950-х годов), что усекало их возможности как минимум вдвое. Новейшие американские гидролокаторы сделали возможным обнаружение как минимум 80% советских подводных лодок, выходящих на боевое дежурство. По оценкам аналитиков ВМС США, надводный флот ВМФ СССР в случае войны был бы практически полностью уничтожен в течение лишь одних суток (!) – столь колоссален был разрыв в уровне технологий (стоит отметить, что выводы советского Генштаба в данных вопросах были схожи с американскими – но в РФ эта тема, увы, практически неизвестна и нуждается в отдельном обсуждении). Как было сказано выше, определить истинную цену вычислительных мощностей невозможно – но можно уверенно сказать о том, что их отсутствие приводит лишь к одному итогу: деградации и поражению. Есть ли понимание того в современной России? Скорее нет – по крайней мере, на неком массовом уровне. Мы часто читаем витиеватые рассуждения в духе «нужно делать беспилотники, а чипы подтянутся потом», что, в сущности, является полным логическим противоречием. Развитие прогрессивных военных технологий в отрыве от развития вычислительной техники стало близким к невозможному еще во время Второй Мировой войны и совершенно невозможным по ее окончанию – но это, впрочем, отдельная тема для отдельного разговора. @atomiccherry 💯

Тг канал 𝐀𝐓𝐎𝐌𝐈𝐂 𝐂𝐇𝐄𝐑𝐑𝐘 специально для «Старше Эдды». Большинство противников БПЛА в России часто используют в качестве ключевого аргумента ложный тезис о непригодности дронов к действиям в условиях глобальной войны. Назвать подобную точку зрения обоснованной было невозможно даже во времена Холодной войны – например, силы Североатлантического Альянса в случае начала боевых действий в Европе собирались использовать несколько тысяч одноразовых БПЛА BQM-74C для «вскрытия» противовоздушной обороны Советов. За прошедшие десятилетия блок НАТО лишь совершенствовал свои концепции и тактики применения военных дронов – пока престарелые «эксперты» в России небезуспешно вменяют массам мысль о том, что «беспилотник непригоден для войны с серьёзным противником», военные Альянса адаптируют свой парк БПЛА для действий в условиях крупномасштабного конфликта. Несколько лет назад американская компания «Northrop Grumman» начала разработку специального программного обеспечения для дронов по заказу ВВС США. Задача проекта рассчитана на, пожалуй, самый неблагоприятный сценарий из всех возможных – полное уничтожение спутниковой группировки США и действия в условиях атомной войны. Система уже находится на стадии активных практических испытаний в ВВС США – американский парк беспилотников в скором времени ожидает тотальная модернизация, причем без каких-либо работ непосредственно над «железом» летательных аппаратов. Дроны американских военно-воздушных сил получат способность действовать в полной автономности от систем внешнего управления – по сути, без прямого контроля оператора. Но главная изюминка проекта – создание специализированного программного обеспечения, которое позволит дронам самостоятельно обрабатывать и анализировать полученные данные. Из эпохи высокоточного оружия Америка и ее союзники переходят в качественно новую эпоху автономных интеллектуальных вооружений – и происходит это без фанфар, глупого хвастовства и неуместных речей про «аналогов нет».

Сегодня на глаза попалась еще одна интересная новость, связанная с переносом производства микроэлектроники обратно в США. Китай является одним из основных мировых поставщиков редкоземельных элементов, которые используются в производстве чипов. Благодаря этому Пекин начал шантажировать страны Первого мира, угрожая остановкой поставок США, Японии, Южной Кореи и Тайваню (подобная ситуация наблюдалась в том числе и с высокотехнологичной продукцией производства КНР – Пекин опрометчиво использовал ее в качестве рычага давления). Естественно, этот шаг оказался очередной ошибкой китайского руководства – западные страны немедленно ответили программой замещения поставок редкоземельных элементов, добываемых в КНР. Вот, например, Министерство энергетики США совместно с корпорацией General Atomics, ее европейским филиалом Umwelt-und-Ingenieurtechnik GmbH (UIT), компанией Rare Element Resources, LNV и Ardurra Group начали строительство перерабатывающего завода на территории штата Вайоминг. Не в столь отдаленной перспективе (~5 лет) полный цикл производства всей мировой микроэлектроники будет вновь сосредоточен исключительно в руках США и их ближайших союзников. Это позволит странам западного блока полностью контролировать распространение новейших технологий, ограничивая военный потенциал их противников. Подобное уже наблюдалось в годы Холодной войны, когда Советский Союз буквально по нескольку лет вымаливал у Америки компьютеры (например, CYBER 172 для Гидрометцентра СССР), получая разрешение закупать лишь устаревшие машины, непригодные для вычислений, связанных с работой стратегически важных областей науки (атомная энергетика, космос и т.д.). @atomiccherry 💯

Рассказывая о перераспределении мирового рынка микроэлектроники, необходимо отдельно рассмотреть реакцию на данные процессы наиболее пострадавшей стороны – КНР. В 2018 году Китай был не просто лишен доступа в передовым технологиям производства чипов – Пекин в буквальном смысле спихнули в обочину в преддверии нового витка микроэлектронной эволюции. В течение последних лет ее пиком был техпроцесс 7-нм (КНР технологию его производства так и не получила), но буквально несколько дней назад Тайвань в лице компании TSMC запустил опытное производство 3-нм чипов. IBM еще в мае презентовали прототип чипа 2-нм, а теперь совместно с Samsung работают над уникальной технологией вертикального расположения транзисторов VTFET, которая в перспективе позволит преодолеть барьер в 1-нм (!). Отдельную пикантность появлению этих технологий придает то, что в массовое производство они будут запущены примерно в те же сроки, в какие США достроит и запустят новые заводы микроэлектронной промышленности – то есть ориентировочно в 2024-2025 году. Вероятно, не все читатели понимают, в чем заключается смысл эволюции чипов. Дабы не утруждать Вас занудной теорией, я поясню разницу в простых и понятных категориях. ▪️ Технология 100-нм дает возможность производить, например, крылатые ракеты, аналогичные американскому «Томагавку» старых модификаций; ▪️ Технология 40-нм позволяет делать ПТРК, аналогичные «Джавелину» старых модификаций, или же, например, БПЛА «Предейтор»; ▪️ Технология 7-нм – это ваш проводник в мир мультиплатформенных дронов-камикадзе и компактных дронов-разведчиков. Нельзя сказать, что у КНР вообще были шансы как-либо изменить сложившуюся стратегическую обстановку – но теперь таковых нет вовсе. «80% рынка процессов производства и проектирования микросхем: травление, ионная имплантация, электрохимическое осаждение, проверка пластин и программное обеспечение для проектирования, находится в руках американских компаний» Самые современные чипы, которые Китай имеет возможность выпускать самостоятельно – это 55/40 нанометров. Это даже не вчерашний день – это отставание длиною в годы и десятилетия. Конечно же, Пекин отчаянно пытается показать, что контролирует ситуацию – последние месяцы ознаменовались большим количеством презентаций якобы «новейших китайских разработок» микроэлектронных компонентов от никому ранее не известных фирм. Естественно, данные устройства не имеют ни сколько-нибудь конкретного описания, ни характеристик – это не более чем фейки. Реальная ситуация в КНР обстоит примерно таким образом: «Бывший вице-президент отдела исследований и разработок SMIC Ханмин Ву (Hanming Wu) и вовсе поставил под сомнение соблюдение закона Мура. Ву также утверждал, что Китаю следует сосредоточиться на производстве чипов по нормам «зрелых» техпроцессов, таких как 55-нм, которые страна может производить без использования импортного оборудования» Пекин не оригинален в своей риторике – как и многие технологически отстающие, но политически амбициозные страны, он пытается отрицать как таковой практический смысл эволюции микроэлектроники (подобное ранее, к слову, наблюдалось и в СССР – к сожалению, до сих пор можно встретить людей, уверенных в неких фантастических характеристиках советских ламповых ЭВМ). Впрочем, буквально рухнувшие в два раза объемы продаж китайской высокотехнологичной продукции (с 660 до 350 млрд долларов) лучшим образом демонстрируют всю порочность такого подхода. Естественно, это находит отражение и в нарочито агрессивной внешней политике КНР. Автор канала Захватить мир и печеньки справедливо подмечает, что единственная возможность Китая хоть как-то изменить ситуацию – это захватить Тайвань. При этом Пекин не столько нуждается в контроле промышленных мощностей острова, сколько... в их уничтожении. Китайская Республика производит 50% мировой микроэлектроники, и физическая ликвидация ее производственного потенциала может вызвать настоящий коллапс планетарного масштаба – ведь для замещения Тайваня ориентировочно потребуется не менее 7-10 лет. Впрочем, сама КНР в подобном случае будет просто уничтожена. @atomiccherry 💯

Несколько лет назад часто можно было услышать заявления о том, что страны Первого мира якобы невероятно сильно зависят от производства высоких технологий в Китае. Порой эта точка зрения опиралась на откровенные спекуляции: например, КНР приписывали аж 80% объема от мирового производства чипов – (конечно, так и есть, если считать часть Китая... Тайвань), а кто-то заявлял о том, что «в Америке и Европе некому работать на производствах». Но как дела обстоят на самом деле? В статье «Американская стратегия крушения Китая: как за одно десятилетие сломить вторую экономику мира» подробно описан процесс того, как КНР была в кратчайшие сроки вытеснена со своих позиций на мировом рынке микроэлектроники. Но описанные в материале события получили дальнейшее развитие: Япония, США и Южная Корея расширяют национальное производство чипов на своей территории. Можно сказать, это контрольный удар, который не оставит Пекину никаких шансов на реванш в долгосрочной перспективе. Токио выделило $5,2 млрд из дополнительного бюджета страны на постройку нового завода TSMC и производств Micron и Kioxia. Сенат Конгресса США выделил 52 млрд долларов на развитие производства полупроводников в стране, а «Intel» прямо сейчас строит фабрики 52 и 62 в Аризоне, которые будут введены в строй в 2024 году. Помимо этого проводится модернизация производства на заводе в Нью-Мехико, а в Тейлоре (штат Техас) возводится производственный комплекс Samsung. В свою очередь, в Финиксе (штат Аризона) будет построен комплекс тайваньской TSMC. Ориентировочно в течение ближайших двух лет перечисленные производственные мощности заработают на полную, и уже к 2030 году США займут как минимум 30% бурно развивающегося мирового рынка микроэлектроники (в 1997 году она составляла 37%, в настоящее время – 12%, что связано с переносом производств в Китай, чья доля на пике, к слову, составляла... 30% рынка). Подобный прогноз, пожалуй, в каком-то отношении можно даже назвать полным скептицизма: Китай буквально с каждым днем теряет рынок из-за того, что может производить исключительно устаревшую продукцию, а США как оставались, так и остаются одной ведущих держав в сфере производства полупроводников. P.S.: канал Proeconomics опубликовал очень занятные данные по госдолгу КНР. Меры по возвращению производств в «колыбель высоких технологий» связаны в том числе и с этим – ближайшее десятилетие американская коалиция будет «засушивать» экономику Китая, чтобы избежать негативных последствий ее полного краха. В любом случае, эпоха «главной фабрики мира» прошла. @atomiccherry 💯

Хотелось бы высказаться касательно ситуации с несанкционированным проходом плавбазы ВМСУ «Донбасс» через Керченский пролив. Коллега с канала Moscow Calling верно подмечает, что «Донбасс» – корабль с солидным водоизмещением более 5000 тонн, в размерах немногим уступающий эскадренному миноносцу. Таранить его просто-напросто нечем: корабли как Погранслужбы ФСБ, так и ЧФ не обладают достаточной массой для навала на плавбазу, за исключением ракетного крейсера «Москва» (ведут его пограничники на судах 22460 массой в 600-700 тонн). Наиболее адекватный выход в данной ситуации (если не говорить о причинее тяжелого ущерба или же потоплении «Донбасса») – высадка абордажной группы с вертолета или штурмовой лодки, но он несет в себе серьезные риски. На борту плавбазы вполне могут находиться военнослужащие частей морского спецназа ВМС Украины, а это чрезвычайно компетентные и квалифицированные солдаты с хорошим снаряжением, подготовкой и боевым опытом. Недооценивать их – смертельная глупость. Российские силовые структуры уже не раз сталкивались с украинскими частями специального назначения, и далеко не всегда выходили победителями из этих схваток. Я пишу это, чтобы читатель понимал – речь идет о высококвалифицированных военных профессионалах, умеющих и готовых убивать. Остановить же плавбазу огнем можно лишь в случае применения тяжелого оружия – например, противокорабельных ракет или тяжелых авиабомб. Штатные 76-мм орудия патрульных судов 22160 ЧФ РФ в данном отношении будут неэффективны (не говоря о 30-мм орудиях на судах 22460 Пограничной службы) – все-таки речь идет о корабле немалого водоизмещения (серьезно повредить «Донбасс» ими можно, но только в случае длительного обстрела – одним словом, это будет неэффективно). Ситуация, в целом, вырисовывается весьма интересная – и нам остается наблюдать за ее развитием. P.S.: согласно ряду источников, в данный момент в Черном море активно работает воздушная разведка США и Франции. Все пристально ждут реакции и изучают возможности реагирования – как ни крути, происходит чертовски любопытная игра. P.P.S.: сообщают, что «Донбасс» лег на обратный курс. Провокация в любом случае была неплохая – именно так и вскрываются засекреченные протоколы реагирования. @atomiccherry 💯

Вчера один из читателей задал очень резонный и интересный вопрос – если Россия имеет столь серьезные проблемы в сфере конструирования и производства БПЛА, то почему бы не закупать готовую продукцию в КНР? Пожалуй, я начну данный текст со встречного вопроса – в 2020 году в Ливии китайские ударные дроны применялись не в меньших количествах, чем турецкие TB-2 «Байрактар», но слышали ли Вы хоть что-нибудь об их успехах? С большей вероятностью Ваш ответ будет строго отрицательным, и это отнюдь не случайность – машины производства КНР показали себя в исключительно негативном свете во всех конфликтах, в которых принимали участие, и, более того, оказались чрезвычайно неэффективными даже в условиях мирного времени. ▪️ Два из трех БПЛА имели неработающее оборудование GPS с начала введения аппаратов в войсковую эксплуатацию; ▪️На постоянной основе имела место быть утечка азота из камер EO/IR, установленных на БПЛА, в результате чего электрооптические/инфракрасные системы были практически бесполезны; ▪️ Серьезные неисправности были обнаружены в высокопроизводительном радаре с синтезированной апертурой (SAR) в течение нескольких часов после ввода дронов в эксплуатацию; ▪️ Еще одна критическая проблема связана с SATCOM (спутниковая связь). Выход из строя антенн спутниковой связи на китайских дронах был зафиксирован еще до начала тестовых полётов; ▪️Один из самых распространённых дефектов топливной системы – отказ топливного насоса (у 60% авиапарка). Это – типовые проблемы китайских ударных дронов, взятые из официальных отчетов ВВС Пакистана. Уличить пакистанцев во лжи крайне затруднительно, ведь Исламбад – союзник КНР, да и прочие покупатели БПЛА из Китая (Ирак, Эфиопия, Саудовская Аравия) столкнулись абсолютно с теми сложностями в их эксплуатации. Во всех перечисленных странах около 80% поставленных Пекином беспилотников оказались неспособными не то что выполнять боевые задачи, но и даже совершать регулярные вылеты. Ситуация усугубляется также тем, что КНР отказывается проводить какие-либо постпродажные работы и инженерную поддержку покупателей – что вдвойне абсурдно, Пакистан и Ирак сообщали даже о прямых отказах в закупке запчастей к китайским дронам со стороны Пекина (!). Помимо прочего, большие вопросы вызывает и высокоточное китайское оружие, которое имело большое количество случаев отказа в боевых условиях. Стоит отметить и другой важный факт – китайские дроны, вопреки распространенному мнению, не состоят из комплектующих производства КНР. Так, например, на канале Повернутые на войне недавно были опубликованы фотографии сбитого дрона CH-4B, в обломках которого видны элементы... двигателя австрийской компании Rotax. Отдельно стоит сказать и об еще одном важном (и очень странном!) нюансе конструкции китайских БПЛА: вопреки всей мировой практике, они делаются из дюралюминия, а не композитов. Это негативно сказывается на их способности оставаться необнаруженными для РЛС – в отличии от композитных дронов, они являются хорошо заметной целью, и понесли существенные потери в конфликтах даже против противника со слаборазвитой ПВО (как это было в Йемене). На данный момент Китай активно теряет рынок БПЛА – старые клиенты отказываются от его продукции по негативным результатам эксплуатации, а новые не появляются – они ищут проверенное и эффективное оружие, подчас находя его в лице турецкого БПЛА «Байрактар». @atomiccherry 💯

Разглядывая эту странную монетку, мы понимаем, почему нумизматика важна для истории. О индо-греческих царях известно очень мало - письменных памятников почти не осталось, весь регион за 2000 лет был нещадно перепахан огромным количеством нашествий и конфликтов, индо-греки вообще были открыты и хоть как-то изучены только при англичанах. Фактически единственные материальные памятники тех времен - это монеты, даже сам факт существования этой культуры был открыт благодаря им, портреты царей, их имена и деяния, родственные отношения и примерную хронологию - все это раскопали нумизматы. Вот пример монеты, которая говорит нам очень многое о культуре тех времен. #Индия, #Греция, #обол, #бронза, #Античность, #квадратная

Это комментарий человека, который имеет реальный боевой опыт практического применения как разведывательных БПЛА для корректировки артиллерийского огня, так и использования дрона-бомбардировщика.

Полностью согласен с уважаемым Atomic Cherry касательно непонимания руководства РФ (спустя больше года после Второй Карабахской войны, и спустя больше 20 лет после первого применения "Хеллфайера" с "Предатора") стратегии и тактики применения ударных БПЛА на поле боя. Дополнить могу лишь тем, что преимущество ударного БПЛА по сравнению с традиционными средстами поражения - малое время реакции от выявления цели до ее уничтожения, что особенно важно в современных маневренных войнах. Касательно же идеи применения свободнопадающих 100-кг авиабомб с небронированного неманеврирующего БПЛА, вынужденного для достижения сколь-нибудь приемлимой точности бомбометания спускаться на малые высоты - недостатки были очевидны еще в ходе наших попыток применения самодельных "ударных БПЛА" в 2015 г. на Донбассе. Дилема "малая высота - вероятность потери единственного 12-моторного БПЛА, большая высота - никакая точность сброса" так и не была разрешена…

Начало выше... Отдельно стоит поговорить о «невероятном» ноу-хау российского ОПК в виде авибомб на дронах класса MALE. Рассказывая о некой «экономичности» такого решения, российские оружейники демонстрируют полное непонимание самой сути концепции ударного #БПЛА. В чем она заключается, если объяснять концепт максимально доступным языком? БПЛА – это аппарат со стоимостью летного часа поршневого штурмовика Второй Мировой и боевой эффективностью ударного вертолета «Apache», при этом неуязвимый для самых распространенных средств ПВО (например, ПЗРК или МЗА). Достигается это во многом именно за счет управляемого оружия. Вооружение для дрона является столь же неотъемлимой частью его комплектации, как комплекс «снайперская винтовка-патрон-оптика». В чем состоит главная проблема использования авиабомб на ударном БПЛА? Тяжелые боеприпасы он брать не может из-за малой грузоподъемности, а в случае работы легкими (100-150 кг) для приемлимой точности бомбеметания дрон вынужден будет работать с малых высот, входя в зону поражения любых, даже самых примитивных средств ПВО – а с учетом его невысоких скоростных характеристик и плохой маневренности (ну не рассчитаны они выполнять роль Ил-2!) потери в случае их столкновений даже с низкотехнологичным противником могут оказаться крайне высокими. Противник же более организованный и хорошо оснащенный и вовсе будет способен вычеркнуть российские БПЛА как фактор угрозы, просто-напросто их истребив в достаточно сжатые сроки. О какой экономии идет речь, если в каждом вылете планируется сознательно подставлять под практически неминуемое уничтожение или повреждение машину стоимостью в миллионы долларов? Стоит задать и другой резонный вопрос – против какого гипотетического противника (и, соответственно, для какого потенциального покупателя) делаются подобные летательные аппараты, заведомо уступающие абсолютно всем конкурентам на мировом рынке вооружений? В боях с регулярной армией они будут практически бесполезны (повторюсь, представьте конфликт в Нагорном Карабахе, но с «Орионами», которые или несут россыпь легких бомб, или же по два «Вихря»), а в столкновениях с повстанческими формированиями они не несут никакой экономической выгоды: при примении авиабомб «Орион» может быть уничтожен даже при помощи даже ЗПУ-4, а в случае использования «Корнета» и «Вихря» БПЛА будет необходимо постоянно возвращать на базу для пополнения запаса ракет (которых, напомним, у него будет целых две штуки), что в целом негативно скажется на их поддержке наземных сил – и, соответственно, на всем ходе боевых действий. Резюмируя, можно сказать, что ни сути концепции, ни тактики, ни как таковой ценности ударных БПЛА в России пока так и не осознали и не поняли – и все текущие практические наработки более чем ярко об этом свидетельствуют. Без разработки соответствующих систем высокоточного оружия никакие ударные БПЛА в России невозможны как в составе ВС РФ, так и для поставок на экспорт – за исключением разве что пропагандистких видео и заголовков громких статей про «убийц Байрактаров». @atomiccherry 💯

Я неоднократно писал о российских ударных #БПЛА, однако никогда не касался темы, которая является главным препятствием как для их продаж на экспорт, так и для внедрения в состав ВС РФ – отсутствия вооружения. Уважаемый читатель наверняка удивится – о каком отсутствии вооружения идёт речь, если, скажем, «Орион» (сегодня мы будем говорить именно о нем, т.к. данный БПЛА презентуется в качестве наиболее готового к массовому производству аппарата) производил показательные пуски, демонстрируемые госСМИ? Но, как и в случае с комплектующими российских дронов, ситуация далеко не так однозначна, как кажется. Начать стоит с того, что российская военная промышленность так и не приблизилась к созданию аналогов управляемой американской ракеты Hellfire или же, скажем, турецких планирующих бомб семейства MAM. Когда после событий в Сирии, Ливии и Карабахе потребовалось срочно продемонстрировать какие-либо успехи в создании ударных дронов российского производства, ОПК смог выдать лишь конструкцию, которая вызывает весьма большие вопросы – на «Орион» был навешен... противотанковый комплекс «Корнет» (с пусковым контейнером!). Данное решение никак нельзя назвать адекватным (хотя бы из-за того, что тубус ПТРК влияет на аэродинамику дрона, а также он просто-напросто много весит, что совершенно непозволительно в случае «Ориона» с его невысокой грузоподъемностью), и оно, вероятно, изначально рассматривалось лишь как временное. Сложность состоит в том, что заменить «Корнет» на что-то другое российскому ОПК просто-напросто не на что, однако игнорировать растущий мировой рынок ударных БПЛА РФ тоже не может. Решение было найдено, и оно оказалось не лучше предыдущего. На Dubai Airshow-2021 в ОАЭ «Кронштадт» продемонстрировал макет «Ориона» с... вертолетным ПТУР «Вихрь-М». О концептуальных недостатках подобного решения ранее неплохо написал автор канала Moscow Calling: «Вихрь» создавался под специфическую тактику ударных вертолетов и имеет ряд особенностей, которые совершенно бесполезны в контексте тактики ударных БПЛА. Это качественное, но очень дорогое оружие, которое, к тому же, имеет очень большую массу – например, «Орион» сможет поднять не более двух таких ракет. Что такое две противотанковые ракеты на ударном БПЛА в 2021 году? Это нелепый и смешной результат даже на фоне самых первых модификаций американского MQ-1 Predator обр. 1994 года. Все дело в том, что отсутствие адекватного вооружения на «Орионе» напрочь убивает всю суть устоявшейся концепции применения ударных дронов. Чем больше на вашем БПЛА ракет – тем дольше ваши наземные части имеют над головами «летающую батарею», которая может часами барражировать в небе, ожидая новых целей. В случае активных боевых действий это критический фактор: представьте, например, конфликт в Нагорном Карабахе, но с поправкой на сниженную в 2-3 раза эффективность действий азербайджанских БПЛА. Думаю, читатель прекрасно понимает, что в подобном варианте развития событий темпы продвижения азербайджанских частей могли бы значительно снизиться, а их потери вследствие отсутствия поддержки с воздуха – возрасти. А именно такие результаты обеспечил бы российский «Орион», будь он на месте турецких и израильских ударных дронов – потому что его смехотворная боевая нагрузка не позволила бы организовать полноценной воздушной поддержки наземным войскам. Выглядит не слишком оптимистично, не так ли? Продолжение ниже... @atomiccherry 💯

Уважаемый Старше Эдды верно подмечает перспективы строящейся китайской инфраструктуры в Африке – в частности то, что непосредственно КНР она никакой экономической пользы не принесет. В данной теме не могу не сослаться на один из своих текстов, посвященных британской постимперской политике в бывших колониях: «Москва охотно кормит, защищает, обучает (на среднем и низовом уровне) и обслуживает местные диктаторские режимы – но взамен не получает ровным счетом вообще ничего. Причина тому проста – арабские, индийские и африканские элиты получают образование в Лондоне (или Париже), празднуют там свадьбы и коронации, хранят свои деньги в британских банках, а основа их заработка – те самые природные ресурсы, лицензии на разработку которых они охотно отдают на поживу английским компаниям. Схема практически безупречна: Британия имеет прямой контроль над колониями, получая из этого максимально возможную выгоду, а их обеспечением и безопасностью занимается главный враг Лондона в лице Советов (а теперь – Китая)». Содержание Африки руками стратегических противников – это отнюдь не новая и чрезвычайно эффективная технология, которую западные страны используют, без преувеличения, десятилетиями. КНР как по нотам отработала все ошибки африканской политики СССР: все те же колоссальных размеров инвестиции и абсолютная неспособность влиять на политические процессы внутри стран, с которыми ведётся экономическое сотрудничество. Проекты китайских военно-морских баз открыто саботируются (а присутствие сил AFRICOM и британских спецподразделений, напротив, усиливается), и никакой «политики в русле Пекина» в Африке нет даже отдаленно. Резюмируя, я лишь повторю то, что говорил ранее: африканский континент стал для Китая первоклассной ловушкой, но никак не приобретением, и распоряжаться инвестициями КНР в регион будут далеко не в Пекине, а в Лондоне, Вашингтоне или же Брюсселе. @atomiccherry 💯

Начать свои сегодняшние рассуждения я хотел бы с Турецкой Республике – но не настоящего, а прошлого. Становление турецкого военно-промышленного комплекса (и национальной промышленности в целом) является в России загадкой. Кто-то приписывает ее появление в качестве личной заслуги Реджепа Тайипа Эрдогана, кто-то говорит о «твердом национальном курсе» – и это, право, в равной степени смешно и нелепо, но вполне простительно, ведь данная тема является своеобразным табу для обсуждения как в самой Турции (в конце концов, это национальное мифотворчество, так и в странах, которых создали ее промышленный потенциал (что некоторым из них невыгодно афишировать, а некоторым просто стыдно – например, Франции, которая некогда была одним из важнейших акторов научно-технической помощи для Анкары). История этих процессов берет свое начало на самой заре закате 80-ых: эпохе бескомпромиссной борьбы с советским режимом и становлением новой угрозы – исламизма, поднявшего голову в Иране. Стратегическая обстановка требовала резкого усиления военных возможностей на южном фланге НАТО, представленном, в частности, Турецкой Республикой, но сделать это было невозможно – на тот момент Турция представляла из себя наименее развитую страну Альянса. Это требовало реакции со стороны Альянса – и именно она стала фундаментом успеха современного турецкого ОПК. В 1985 году Турция стала объектом межправительственной инициативы «Европа технологий» (или же программа «Эврика») – если описывать процессы тех времен максимально кратко, то Анкара получила от союзников из НАТО буквально все: от системы управления до подготовки кадров. Речь идет о многомиллиардных программах по становлению гражданской промышленности, обучению сотен студентов в ВУЗ-ах США, подготовке офицерских кадров, сотрудничеству и обмену технологиями в военно-промышленном секторе, продаже и даже безвозмездной передаче производственного оборудования, выдаче производственных лицензий и т.д. «Эврику» реализовал целый ряд стран: США, Германия, Великобритания, Франция, Италия и Нидерланды. Нельзя сказать, что «Эврика» была безвозмездна: Америка буквально вывозила из Турции самых перспективных студентов (одним из которых был знаменитый ныне Сельчук Байрактар, который в отличии от многих других вернулся обратно в Турцию), а Европа пыталась использовать проект как инструмент борьбы с американским влиянием. Особую роль в данном вопросе играла Франция, на пример которой опирались турецкие элиты, желающие большей независимости от США. Так или иначе, программа продолжалась даже после окончания Холодной войны – более того, после этого ее финансирование пятикратно возрасло. Турция была определена на роль «человека, который решает проблемы» – ручного громилы для ведения агрессивной военной политики на самых взрывоопасных направлениях (скажу больше, сделано это было еще в начале 90-ых, о чем есть весьма занятные аналитические доклады в американских think tank – например, в Rand Corporation), и она успешно выполняет возложенные на нее задачи. Впрочем, весьма неосмотрительная и националистически-глупая политика Эрдогана сильно осложнила жизнь всей Турции. Сегодняшний кризис можно рассматривать как показательное наказание для турецких элит – они получили в свои руки промышленность и технологии, но на определенных условиях, и забывать об этом нельзя. История Турции показывает множество замечательных фактов, которые, увы, не могут быть адекватно восприняты в российском обществе, поэтому я скажу лишь об одном – турецкая «промышленная революция» заняла без малого 40 лет при активном участии и финансовой поддержке самых передовых стран мира. Думаю, дальнейшие выводы уважаемый читатель может сделать самостоятельно. @atomiccherry 💯

Весьма любопытные заголовки статей последних лет в тему текста из поста выше. Присутствие тех же SAS в Украине хоть и не афишировалось, но и не особо скрывалось – как минимум «наблюдение на российскими войсками» они вели давно и со знанием дела. И, конечно же, попутно не забывали пачками вывозить российские военные БПЛА. @atomiccherry 💯