PROРазвитие с Юлией Власенко

Свет. Дети. Смыслы.

Друзья, этот пост — важный. Прочтите, пожалуйста, до конца.

Я только что вернулась из Узбекистана (г.Ташкент), где проходилав детском саду гармонии SOCIUM стажировку у ательериста Пьера Джорджио Сторти (Италия) и  Натальи Лазуткиной (США) . И там я осознала, что ведя два канала: Проразвитие с Юлией Власенко — про Реджио-подход, ЗБР (Выготского Л.С.) и ФГОС ДО и ПРОСВЕТЛАБ — про свет, цвет, эстетику Реджио, что нельзя делить океан на воду и соль. Реджио-подход, ТРИЗ и учения Л.С. Выготского — не отдельные темы. Это одна живая ткань моего подхода. И если я продолжаю их разделять, я обкрадываю и вас, и себя, . Поэтому с сегодняшнего дня я объединяю оба канала. Весь контент — и про свет, и про смыслы, и про сильное мышление — теперь будет здесь: @prosvet_siberia ПРОСВЕТЛАБ| Свет. Дети. Смыслы. А этот канал через месяц станет архивом. Я не закрываю его резко, но всё новое — только там. Что вас ждёт в ПРОСВЕТЛАБ| Свет. Дети. Смыслы. 🔸 Идеи для исследований света и цвета 🔸 Образовательные контексты, документация, анализ практик через призму Реджио-подхода и теории Л.С.Выготского 🔸 Анонсы закрытого клуба, наборов и онлайн-ателье Переходите, пожалуйста. Не потеряйте меня. Добро пожаловать в @prosvet_siberia С тёплым светом, Юлия Власенко

Еду за первоисточником. Стажировка к ательеристам из Италии — в Узбекистане

Завтра я улетаю. Не в отпуск. На стажировку. В Узбекистан, где Пьер ательериста из Реджио Эмилии — будет проводить погружение для педагогов. Я могу читать книги, смотреть вебинары, переводить статьи. Да, я это делаю и буду делать. Но ничто не заменит живого диалога с теми, кто дышит этим подходом каждый день. С кем можно учиться друг у друга и друг об друга. Я сознательно ищу возможность учиться у первоисточников. Да, сейчас есть ограничения. Да, это сложнее, чем раньше. Но я не хочу довольствоваться пересказами и интерпретациями. Мне важно слышать голос тех, кто создавал и создаёт эту философию. Видеть их жесты, их паузы, их отношение к материалам. Чувствовать, как они смотрят на среду. Что я хочу привезти оттуда? Не готовые рецепты. Я вообще не верю в рецепты. Я хочу привезти новый взгляд на среду. На то, как материалы вступают в диалог с детьми. На то, как эстетика становится педагогическим инструментом. На то, как ательериста сопровождает исследование, не перекрывая детскую инициативу. И, конечно, я привезу фотографии, заметки, инсайты. Всем этим буду делиться с вами — и в канале, и в клубе «ПРОСВЕТЛАБ». А пока — я собираю чемодан. И очень жду этого погружения. Следующий пост — уже из Узбекистана. Из детского сада, где будет проходить стажировка. С тёплым светом, Юлия Власенко @prosvet_siberia @PROgrowst VKонтакте MAXсимально на связи

Среда и ЗБР: как пространство создаёт зону ближайшего развития без нашего участия

Мы уже говорили о среде-инструкторе и среде-соавторе. О том, как стены могут приказывать или приглашать. Но есть момент, который хочу разобрать отдельно. Он касается ЗБР. Обычно мы думаем о ЗБР как о том, что происходит в диалоге взрослого и ребёнка. Взрослый помогает, подсказывает, задаёт вопрос. А что, если среда может делать это сама? Без нашего участия.

Как среда становится «опорой»

В январе мы уже говорили: среда — это носитель культурных средств. Если на полке только клей и бумага, она говорит «клей». Если рядом нитки, пуговицы, проволока и лупа, она спрашивает: «А что ещё можно создать? А как это устроено?». Это и есть ЗБР в действии. Ребёнок подходит к полке. Видит незнакомый материал. Останавливается. Берёт в руки. Пробует. Ошибается. Ищет другой способ. Рядом — другой ребёнок, который делает что-то похожее. Среда создала ситуацию, в которой ребёнок решает задачу, чуть опережающую его текущие умения. И без моей подсказки.

В чём здесь ЗБР

Выготский Л. С. говорил: развитие происходит там, где ребёнок решает задачу с помощью. Но «с помощью» — не обязательно с помощью взрослого. Помощь может прийти от: 🔹 Материала, который провоцирует вопрос («А что это? А как это работает?»). 🔹 Другого ребёнка, который показывает способ («Смотри, у меня получилось!»). 🔹 Схемы или рисунка, который подсказывает, не давая готового ответа.

Среда-соавтор как раз и создаёт такие «опоры». Она не даёт готовых решений, но даёт возможность их найти.

Что это значит для нас Нам не нужно постоянно стоять над ребенком и «помогать». Иногда лучшая помощь — это уйти в сторону и довериться среде. Но для этого среда должна быть подготовлена. 🔹 Материалы — открыты, доступны, полифункциональны. 🔹 Пространство организовано так, чтобы дети видели друг друга и могли взаимодействовать. 🔹 На стенах — не образцы, а вопросы, гипотезы, незаконченные работы. Тогда среда начинает работать на развитие без нашего постоянного участия. А мы можем наблюдать, фиксировать и вовремя подхватывать то, что действительно требует вмешательства.

🧩 Связь с триадой

ЗБР: Среда-соавтор создаёт «зону проб». Она предлагает задачи, чуть опережающие умения ребёнка, но не даёт готовых решений. Ребёнок пробует, ошибается, ищет — и движется вперёд. Реджио-подход: «Среда — третий педагог» — это как раз про способность среды создавать ЗБР без прямого участия взрослого. Пространство не диктует, а провоцирует. ФГОС ДО: Поддержка инициативы и самостоятельности (п. 1.4, 3.2.5) невозможна, если взрослый постоянно контролирует каждый шаг. Среда-соавтор — инструмент, который позволяет детям действовать самостоятельно.

🎯 Практика

Выберите один центр активности. Положите туда неочевидный материал (не игрушку с единственным способом использования). Добавьте лупу или вопрос в картинках. И отойдите в сторону. Просто понаблюдайте. Что будут делать дети? Сколько времени проведут с этим материалом? К кому обратятся — к вам или друг к другу? Поделитесь в комментариях, что заметили.

Ссылка на прошлые посты о среде

Если вы только присоединились или хотите освежить тему: 🔗 «Среда — это молчаливый педагог. Что она говорит вашим детям?» — о том, как среда становится третьим педагогом. 🔗 Чек-лист «Аудит среды-соавтора» — инструмент для самодиагностики пространства. Апрельские посты про голоса среды и среду без бюджета — в ленте канала. С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia ВКонтакте

Свет и цвет вдохновляют! ✨

«ПРОСВЕТЛАБ» теперь и во ВКонтакте

Друзья, я собрала всё в одном месте. Каналы, клуб, магазин, ателье — чтобы ничего не терялось и было легко найти.

Что там есть:

📚 Открытые посты — вдохновение, идеи, истории (как и здесь) 🔒 Закрытый клуб «ПРОСВЕТЛАБ» — провокации по вторникам и пятницам, вопросы для детей 2+, 3+, 5+, живой эфир, поддержка. 350 руб/мес 🛒 Магазин — авторские наборы для исследования света и цвета 🎥 Онлайн-ателье — камерные встречи, где мы вместе исследуем простые предметы

Зачем это вам?

Telegram остаётся. Здесь всё как раньше. Но если вам удобнее во ВКонтакте — или вы хотите иметь доступ ко всему в одном месте, без риска что-то потерять, — подписывайтесь на сообщество. Там же — всё про клуб, магазин и ателье. 🔗 Ссылка на сообщество: сообщество ВКонтакте "ПРОСВЕТЛАБ" Приходите знакомиться. Буду рада видеть вас и там, и здесь. С тёплым светом, Юлия Власенко

Среда без бюджета: что можно изменить прямо завтра

После поста про два голоса среды мне пришло несколько сообщений. Очень похожих.

«Всё правильно, Юлия. Но у нас ограничен бюджет на закупку материалов. Что делать?»

Я понимаю эту боль. Сама работала в садах, где бюджет на среду был — «выкручивайтесь». И вот что я поняла за эти годы. Хорошая среда — это не про деньги. Это про внимание и про смыслы.

Что можно изменить без бюджета?

Открыть шкафы Самый простой шаг. Если материалы лежат в закрытых шкафах и выдаются только с разрешения взрослого — среда кричит: «Не доверяю, нельзя, спроси сначала». Откройте хотя бы один шкаф. Или одну полку. Пусть дети видят, что там есть, и могут взять сами. Ничего не сломается. Честно. Убрать лишние образцы Посмотрите на стены. Сколько там типографских плакатов, готовых образцов, «правильных» работ? Каждый такой образец говорит ребёнку: «Делай как я. Твой вариант — неправильный». Попробуйте убрать хотя бы половину. Оставить пустое место. Или повесить детские вопросы и работы. Или просто белую бумагу для новых идей. Подумать над зонированием Часто мебель стоит вдоль стен, а центр группы пустует. Это провоцирует бег или ощущение, что заняться нечем. Попробуйте переставить хотя бы один стеллаж или стол. Сделать так, чтобы пространство не «вело» детей по кругу, а приглашало остановиться, сесть, начать дело. Зонирование — не про дорогую мебель. Это про логику. Где шумно? Где тихо? Где можно уединиться? Где — строить вдвоём? Иногда достаточно сдвинуть стол или поставить ширму из ткани. Добавить неочевидные материалы Катушки от ниток, крышки, коробки, лоскуты ткани, камни с прогулки, шишки, пуговицы, втулки от бумаги — это прекрасные материалы для исследования. Но я не призываю убирать специальные дидактические материалы. Они тоже нужны. Важно соблюдать баланс и количество. Пусть лучше будет один качественный, но полифункциональный материал, чем десять — и все с единственным способом использования. И ещё: эстетика материала задаёт вибрацию мышления. Не бойтесь убирать то, что выглядит дешёво или раздражает глаз. Одна красивая деревянная форма, одна стеклянная банка с камнями, один кусок качественной ткани — работают сильнее, чем гора пластикового мусора.

Главное — не количество материалов, а их качество

Точнее — не качество в смысле «дороговизна», а качество в смысле «открытость» и «полифункциональность». Одна коробка с шишками, лупой и вопросом «Что внутри?» может работать неделями. Дети будут рассматривать, сортировать, сравнивать, спорить. А дорогой набор для сортировки с готовыми карточками «разложи по цвету» — надоест за один день. Потому что первый провоцирует исследование. А второй — тренирует навык по инструкции. При этом я не против хороших дидактических материалов. Они нужны. Но пусть их будет немного. И пусть они работают на разное, а не на одно «правильное» действие.

🧩 Связь с триадой

ЗБР: Бюджет не определяет зону ближайшего развития. Её определяют вопросы, которые среда задаёт ребёнку. Открытая полка с неочевидными материалами создаёт «зону проб» лучше, чем закрытый шкаф с самыми дорогими игрушками. Реджио-подход: В Реджио ценят не дорогие материалы, а красивые и осмысленные. Эстетика — не роскошь, а педагогический инструмент. Красота может быть в камне, в лоскуте, в тени от листа. Не в ценнике. ФГОС ДО:Полифункциональность и вариативность среды (п. 3.3) — это не про «купите побольше». Это про то, как одни и те же материалы можно использовать по-разному. И про то, как пространство организовано логически, а не просто «вдоль стен».

Практика

Выберите один пункт из списка выше. Тот, который можно сделать завтра. Открыть шкаф. Убрать образцы. Переставить мебель. Добавить красивую коробку с неочевидными материалами. Сделайте это. И понаблюдайте, как изменится поведение детей и ваше отношение к среде. Что вы можете изменить в своей среде в ближайшее время? Один маленький шаг. Напишите в комментариях. Или, если уже пробовали — поделитесь, что получилось. С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia фото ясли-сад Jecoranda, Италия, г. Милан

Два голоса среды: инструктор и соавтор

В прошлый раз мы говорили: среда говорит. Даже когда мы молчим. Но что именно она говорит? Это зависит от того, кто её создал и с каким смыслом. Я  для себя определила два принципиально разных голоса. Не потому что других не бывает, а потому что они задают направление. Один — про контроль, другой — про диалог.

Голос первый: среда-инструктор

Она всегда знает правильный ответ. В ней всё разложено по полочкам, подписано красивым компьютерным шрифтом, а также имеет своё место и назначение. Материалы закрыты в шкафах и выдаются по команде. На стенах — образцы типографические, готовые работы, схемы «как надо». Что она говорит ребёнку? «Сиди ровно. Не трогай без спроса. Делай как я. Не ошибайся. У тебя не получится — лучше я сама». Я помню сад, где воспитательница очень гордилась порядком. Игрушки лежали в идеальных рядах, на каждого ребёнка — свой набор, всё строго. Дети не спорили, не бегали, не шумели, потому что были удобными. Среда говорила: «Твоя задача — слушаться». И дети слушались.

Голос второй: среда-соавтор

Она не даёт готовых ответов. Она провоцирует вопросы. Материалы — открыты, на видных местах. Не только «правильные» игрушки, но и неочевидные вещи: катушки, лоскуты, камни, лупы, проволока. На стенах — детские гипотезы, незаконченные работы, споры, зафиксированные в виде схем и цитат. Что она говорит ребёнку? «Что ты заметил? А что будет, если…? А как по-другому? Твоя мысль важна. Ошибка — это не конец, а поворот». В таком пространстве дети гудят. Не потому что балуются, а потому что заняты делом — своим делом. Они могут пролить воду, рассыпать крупу, разрушить постройку. Но они же её и восстановят. И договорятся, и найдут решение, и удивятся.

Как отличить одно от другого?

Я для себя сделала простой тест. Захожу в группу и смотрю на три вещи. 1⃣Кто здесь главный? Чьи идеи видны в пространстве — только взрослые (образцы, планы, готовые работы) или детские (гипотезы, вопросы, черновики, следы споров)? 2⃣Что можно трогать? Материалы закрыты или открыты? Нужно спрашивать разрешения или можно взять самому? 3⃣Что говорит стена? Она приказывает («Правила поведения», «Алгоритм дежурства») или приглашает («Что мы хотим узнать?», «Наши гипотезы», «А что, если…?»)? Ответы на эти вопросы честно показывают, с кем мы имеем дело — с инструктором или с соавтором.

Но есть нюанс

Среда-инструктор не всегда плоха. В вопросах безопасности, режима, организации она необходима. Детям нужны границы и понятные правила. Проблема начинается тогда, когда вся среда становится инструктором. Когда нет места для выбора, для ошибки, для собственного вопроса. Идеал — не убрать инструктора совсем, а добавить соавтора. Чтобы у ребёнка был выбор: сейчас я действую по правилам, а сейчас я исследую, экспериментирую, ошибаюсь.

Связь с триадой

ЗБР: Среда-соавтор создаёт «зону проб». Она предлагает задачи, которые чуть опережают текущие умения ребёнка, но не даёт готовых решений. Ребёнок пробует, ошибается, ищет — и так движется вперёд. Среда-инструктор этой зоны не оставляет. Реджио-подход: «Среда — третий педагог» — это всегда про соавтора. Пространство в Реджио не диктует, а провоцирует. Оно не даёт образцов, а задаёт вопросы. ФГОС ДО: Требования к среде (п. 3.3) — трансформируемость, полифункциональность, вариативность — это техническое описание того, что я называю «среда-соавтор». Стандарт требует, чтобы среда была не просто «красивой», а работающей на развитие.

Практика

Выберите один центр активности в группе. Любой. Центр творчества, грамотности, место для конструирования. И честно ответьте себе на три вопроса: 1. Кто здесь главный? Мои образцы или детские идеи? 2. Что можно трогать? Материалы открыты или закрыты? 3. Что говорит эта стена? Приказывает или приглашает? Не нужно менять всё сразу. Просто выберите один маленький уголок и задайте ему другой голос. Если захотите — поделитесь в комментариях, что вы увидели. Какой голос оказался громче? С безусловной верой детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia фото пространство "ПЛИМ!", г. Москва

Апрель: время поговорить о среде. Но не как о фоне

Март закончился. Мы столько говорили о наблюдении, что, кажется, научились смотреть иначе. На детей, на себя, на паузы между словами. А теперь давайте переведём взгляд. Апрель я хочу посвятить тому, что окружает детей и взрослых каждый день. Тому, что всегда рядом, но что мы редко воспринимаем как учителя. Среде. Не как о декорации. Не как о «красивом фоне для фотографий». А как о том, кто говорит с ребёнком даже тогда, когда мы молчим.

Когда я впервые это заметила

За свой педагогический опыт я приобрела большую насмотренность детских пространств. И заходя в тот или иной детский сад, моя оптика настроена на то, чтобы видеть между строк. Так я зашла в один детский сад, где всё было правильно. Игрушки по полочкам, столы по линеечке, занятия по расписанию. Красиво, чисто, удобно для взрослых. Но дети там… затихали. Не баловались, не шумели, не спорили. Они просто «хорошо себя вели». А в другом саду, где материалы лежали в открытых коробках, где столы можно было сдвигать, где на стенах висели детские каракули и странные вопросы — там дети гудели. Спорили, экспериментировали, проливали воду, рушились постройки. Но при этом дети договаривались, искали решения, удивлялись. Я тогда подумала: каждая среда говорит. Просто мы не всегда понимаем её язык. Одна среда шепчет: «Сиди ровно, не трогай, жди инструкций». Другая спрашивает: «Что ты хочешь сделать? А что будет, если…? А как это можно изменить?»

Среда — это третий педагог

В Реджио-подходе среда — это один из основных принципов. Это когда не только взрослый и не только другие дети, но и пространство вокруг учит.

Как это работает?

Когда материалы закрыты в шкафу, среда говорит: «Ты не можешь выбирать. Только когда взрослый разрешит». Когда на стенах только готовые образцы, среда говорит: «Делай как я. Не придумывай своё». А когда полки открыты, а на стенах — детские гипотезы и незаконченные работы, среда говорит: «Ты можешь. Пробуй. Ошибайся. Возвращайся».

Что мы будем разбирать в апреле

Я не буду давать готовые рецепты «как правильно оформить среду». Это было бы странно — я не знаю вашу группу, ваших детей, ваши задачи. Вместо этого мы будем задавать себе вопросы. 🔹Моя среда — она про контроль или про выбор? 🔹 Она даёт готовые ответы или провоцирует вопросы? 🔹 Чьи следы в ней видны — мои (образцы, инструкции, красивые поделки) или детские (гипотезы, черновики, споры)? И главное: что говорит моя среда детям, когда я молчу?

Связь с триадой

ЗБР: Среда — это носитель культурных средств. Если на полке только клей и бумага, среда говорит: «Клей». Если рядом нитки, пуговицы, проволока и лупа, она спрашивает: «А что ещё можно создать? А как это устроено?». Богатая среда расширяет зону ближайшего развития, бедная — сужает. Реджио-подход: «Среда — третий педагог» — это не метафора, это принцип. Пространство в Реджио не фон, а участник диалога. Оно провоцирует, удивляет, хранит память об открытиях. ФГОС ДО: Требования к развивающей предметно-пространственной среде (п. 3.3) — это не бюрократия. Это законодательное признание того, что среда имеет значение. Трансформируемость, полифункциональность, вариативность — это всё про то, чтобы среда говорила с детьми, а не приказывала им. Практика Зайдите в группу и просто посмотрите. Не как педагог, который «всё знает». А как человек, который видит впервые. Что говорит вам эта среда? Какое у вас возникает ощущение? Уют? Порядок? Свобода? Строгость? Приглашение к действию? Или приказ замереть? Запишите это ощущение одним словом. И если захотите — поделитесь в комментариях. С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia

Итоги марта: что мы увидели такого, чего не замечали раньше?

  Март стал месяцем, который мы прожили под знаком наблюдения. Я знаю, что многие из вас в марте в процессе наблюдения пробовали что-то новое. Кто-то выбрал фокус и смотрел только на взаимодействие. Кто-то учился выдерживать паузу. Кто-то впервые записал детскую цитату дословно и удивился тому, что за ней стоит.   Спасибо вам за ваши личные открытия, которыми вы делились в комментариях и личных сообщениях. Это было ценно. Это было по-настоящему.  

Что дальше

  Апрель — время поговорить о среде. О том, как пространство может говорить, учить, направлять, провоцировать, поддерживать — без нашего участия. О том, чем среда-инструктор отличается от среды-соавтора. И о том, как сделать так, чтобы стены заговорили.   Но об этом — в следующих постах. А пока — давайте завершим март.  

Связь с нашей триадой

  ЗБР: Наблюдение помогло нам увидеть не только актуальный уровень детей, но и их зону ближайшего развития. Мы увидели, куда они готовы двигаться. И это знание остаётся с нами.   Реджио-подход: Март — это про «сто языков» наблюдения. Мы учились читать детские жесты, паузы, молчание, не только слова. И поняли, что наблюдение — это тоже язык.   ФГОС ДО: Индивидуализация образования (п. 3.2.1) начинается с умения видеть. В марте мы тренировали это умение. И теперь оно с нами — чтобы строить образование, исходя из реальных детей, а не из общих представлений.   Напишите в комментариях одно слово — главное открытие марта.   Что вы увидели такого, чего не замечали раньше?   Моё слово — «пауза». Я увидела, как много может случиться, если просто перестать торопиться.   С безусловной верой в детство, Юлия Власенко   @PROgrowst @prosvet_siberia фото проект "Kidstoria", РФ, г. Иркутск

Что делать с наблюдениями, когда они уже есть?  

В марте мы говорили о наблюдении. Как выбирать фокус, как отделять факты от интерпретаций, как возвращать цитаты детям. Да, это важно. Но, закончив наблюдение, появляются мысли: «А дальше что?» Записи есть, фото есть, блокнот заполнен — а что с этим делать?   Наблюдение становится по-настоящему ценным тогда, когда оно перестаёт быть просто «сбором данных» и начинает влиять на: планирование, коммуникацию с родителями и понимание себя.   Наблюдение и планирование Планирование может строиться двумя путями: 🔹с опорой на тему, задачи, занятие, где наблюдение -  где-то на полях для галочки. 🔹с опорой на наблюдения за детьми и понимание, что сейчас важно именно этим детям и в данный момент, а не то что я должен провести.   Наблюдение и диалог с родителями Наблюдение позволяет на классический вопрос родителя «А как мой ребёнок?» отвечать не общими фразами: «Хорошо, занимается, активный», а дать развернутый ответ с опорой на факты.  

«Я заметила, что Алиса последние три дня подолгу рисует карандашами, особенно любит смешивать цвета. Сегодня она показала соседу, как из красного и синего получить фиолетовый. Мне кажется, ей сейчас очень интересно экспериментировать с цветом».

  Так родители слышат не оценку («она хорошо рисует»), а живого ребёнка. И доверие становится совсем другим.   Как наблюдение влияет на взрослого   Это, наверное, самое неожиданное. Когда педагог начинает наблюдать, он замедляется и перестает делать пять дел одновременно. В таких паузах педагог замечает не только детей, но и  себя. Наблюдение за детьми становится зеркалом для взрослого. И это, пожалуй, самый ценный результат.  

Связь с нашей триадой

  ЗБР: Наблюдение позволяет увидеть зону ближайшего развития. Но увидеть — это только полдела. Дальше нужно действовать: создавать опоры, задавать вопросы, предлагать материалы. Без действия наблюдение остаётся просто любопытным фактом.   Реджио-подход: Документация в Реджио — это не архив, это инструмент для проектирования и способ сделать обучение видимым ФГОС ДО: Индивидуализация образования (п. 3.2.1) невозможна без наблюдения. Но наблюдение — это не самоцель. Это основа для того, чтобы строить образовательный маршрут, учитывая интересы и возможности каждого ребёнка.   Как наблюдение меняет вашу практику? И если готовы — поделитесь в комментариях.  С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia

Архив или диалог. Как возвращать наблюдения детям.

Знаете, что я заметила? Мы очень старательно учимся наблюдать. Записываем, фотографируем, собираем цитаты. А потом всё это богатство… остаётся в наших папках. Для отчётов. Для портфолио. Для родителей. Для себя. Но есть один адресат, про которого мы постоянно забываем - дети.

Одна история

Несколько лет назад я работала в одном детском пространстве. Взрослые с детьми выстраивали гипотезы, исследовали, делали фото и фиксировали цитаты и мысли детей. Все это оформляли, распечатывали и складывали в папку. Папка, могу сказать, была приличная. И хранилась эта папка в шкафу в методическом кабинете И вот в один из дней, произошел случай, который навел меня на размышления. Один молодой человек 5 лет пришел в сад очень рано. В этот момент я находилась в методическом кабинете. Марк зашел и поинтересовался, что это за папка. Узнав что эта за папка ребенок попросил ее полистать. Листая эту папку и видя фото, Марк вспоминал очень многое: «О, это я сделал! А мы тогда спорили? А это что за фото, мы тут воду замораживали?». Я сидела рядом  и смотрела на ребенка. И думала: почему эта папка лежит в шкафу? Для кого мы её туда прячем?

Что происходит с детьми, когда они видят свои мысли

Я стала замечать это снова и снова. Когда ребёнок видит на стене стикер со своим вопросом или рисунок с описанием его рассказа - происходит что-то важное. Он не просто вспоминает. Он видит себя думающим. Он понимает: «Меня услышали. Я важен». Когда дети видят фотографии своих экспериментов, своих споров, своих неудачных попыток — они возвращаются в тот опыт. Они могут посмотреть на себя со стороны и сказать: «А теперь я знаю больше». Когда они слышат на круге свои собственные слова, прочитанные вслух, — они начинают относиться к своей речи серьёзнее. Они понимают, что слова имеют вес.

Как это делать

1️⃣Стена цитат Повесьте в группе лист ватмана и записывайте на него детские фразы, которые вас удивили, заставили задуматься. Не комментируйте, не оценивайте — просто фиксируйте. Дети будут подходить, читать, узнавать себя. А те, кто ещё не читает, будут спрашивать: «А что написано?». 2️⃣Фото недели Раз в неделю выбирайте одну фотографию, на которой видно детское мышление. Распечатайте или покажите на планшете.Обсудите с детьми : "Что здесь происходит? Что вы тогда думали? А сейчас?" 3️⃣Возврат цитат на круге «Однажды один мальчик сказал, что червяки — это шнурки, которыми земля завязывается». Помните, кто это сказал? А что мы теперь знаем про червяков? Дети начинают вспоминать, спорить, дополнять. Цитата становится точкой входа в новый разговор. 4️⃣Книга проекта В конце каждого проекта можно делать книгу. Не идеальный отчёт, а просто папку с файлами, куда можно собирать всё: первые гипотезы, фото экспериментов, детские рисунки, цитаты, вопросы, размышления. И пусть книга живёт в группе, чтобы дети могли брать её, листать, вспоминать, показывать друг другу и взрослым. Она становится документом их собственного роста.

Что важно помнить

Документация, которая остаётся только у взрослого, — это архив. Документация, которая возвращается к детям, — это диалог. Когда ребёнок видит свой след, он понимает: «Я не просто проживаю день за днём. Я оставляю след. Я расту». И это, пожалуй, важнее любого отчёта для родителей.

Связь с нашей триадой

ЗБР: Возврат к прошлому опыту помогает ребёнку увидеть собственную динамику. Он видит, где был вчера и где сегодня. Это и есть осознанное движение в ЗБР. Реджио-подход: Документация в Реджио — это всегда диалог. Мы делаем обучение видимым не для отчёта, а для того, чтобы дети могли видеть себя и возвращаться к своему опыту. ФГОС ДО: Поддержка инициативы и самостоятельности (п. 3.2.5) невозможна без обратной связи. Когда ребёнок видит, что его мысли ценят и к ним возвращаются, он начинает инициировать больше.

Практика

Выберите одну детскую цитату или одну фотографию. И верните её детям. Понаблюдайте за их реакцией. Что изменилось в их лицах, в их голосах, в их отношении к себе? С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia

Коллеги, хочу поделиться одной находкой

Я знаю, что сейчас многие из вас (и я сама это чувствую) наблюдают, как сокращается количество открытий новых частных садов. Демография, финансовая стагнация, общая неопределённость — всё это заставляет нас быть особенно внимательными к каждому шагу. У меня за плечами есть опыт открытия и сопровождения детских проектов. Но в сегодняшней ситуации я не могу сказать, что у меня есть готовые ответы на все вопросы про управление, про выживаемость, про то, как не прогореть на старте. Это сейчас отдельная, очень сложная тема. И именно поэтому я хочу познакомить вас с теми, кто в этой теме разбирается по-настоящему глубоко. Проект «Про.Образ»|Поддержка руководителей в образовании и его основательницы Зарина, Ксения и Наталья в образовательном бизнесе с 2012 года. За их плечами — запуск корпоративных образовательных проектов для J&J, KPMG, 3M, Mary Kay, Роснано. Они основали и много лет успешно ведут Sunrise Montessori School (10+ лет работы, 100+ детей ежегодно, программы 0–12 лет), управляли центром SAMI. Сейчас они сопровождают запуск частных садов и школ не только в России, но и в Португалии, Узбекистане, Грузии и на Бали. То есть видят картину в разных экономических и культурных контекстах.

Что меня зацепило

Когда я посмотрела их материалы, поняла: это не про «как красиво оформить помещение» и не про очередные «10 шагов к успеху». Это про реальные управленческие инструменты в сегодняшних реалиях: — как считать бюджет так, чтобы не прогореть на старте (и на дистанции); — какие ошибки совершают чаще всего (и о них правда редко говорят вслух); — как выстраивать отношения с родителями системно, а не через «пожалуйста, не уходите»; — плюсы и минусы разных моделей (включая Монтессори) как бизнеса, а не только как педагогики. Отдельно отмечу их пост про ошибки на старте — это тот случай, когда читаешь и думаешь: «Вот бы мне это знать лет десять назад». Я посмотрела их видео «Как открыть детский сад» — и правда, после него разрозненные идеи складываются в чёткий план. Оно бесплатное, и это тот случай, когда слово «бесплатно» не означает «пустышка».

Почему я делюсь этим здесь

Мой канал — про педагогику, про среду, про наблюдение, про детский вопрос. Это моя тема и моя любовь. Здесь я чувствую себя уверенно и могу вести вас за собой. Но в вопросах управления, запуска и выживаемости частных проектов в нынешних условиях я сама учусь. И мне важно делиться не только своими знаниями, но и находками — теми людьми, у кого можно учиться дальше. Поэтому я просто оставлю здесь ссылку на их канал и на YouTube. Без навязывания, без партнёрских программ. Просто как рекомендация тем, кому это сейчас нужно. 🔗 Telegram-канал «Про.Образ»| Поддержка руководителей в образовании 🔗 YouTube с видео «Как открыть детский сад»: https://www.youtube.com/@Sunrise_Edcare Загляните, если тема откликается. Мне кажется, у них есть что сказать тем, кто хочет не просто мечтать, а делать — даже в непростые времена. С безусловной верой  в детство, Юлия Власенко @PROgrowst

Смена фокуса — смена картины В начале моего педагогического пути, мне повстречался ребенок Саша, 4 лет. Саша постоянно мешал. На занятиях — выкрикивал. В игре — разрушал постройки других мальчиков (я застала еще тот период, когда отдельно был уголок мальчиков и уголок девочек). В тихий час — не давал уснуть соседям. Это был детский сад конца 90-х годов, средняя группа обычных детей и у меня были обычные мысли: «неуправляемый», «проблемный», «почему он не может вести себя как все». Я смотрела на Сашу и видела только это. Один и тот же фокус каждый день: «что он опять сделает не так». А потом случилась пара по дошкольной педагогике, на которой нам дали простое задание: выбрать самого сложного ребёнка и наблюдать за ним с другим фокусом. Не «что он делает не так», а «что он пытается сказать этим поведением». Я подумала: бред! Какая разница, что он пытается сказать, если он всё равно мешает? Но задание выполнила, ведь я же была отличницей.

Первое, что я заметила

Саша разрушал постройки не у всех. Только у тех мальчиков, которые играли рядом, но не звали его. Он не ломал — он пытался войти в игру. Единственным способом, который знал. Я никогда не видела этого раньше. Потому что мой фокус был на «разрушает», а не на «пытается войти».

Второе

Он выкрикивал на занятиях не когда ему хочется. А когда я говорила что-то, что касалось темы, в которой он разбирался. Оказывается, он ходил с папой на рыбалку и знал про это дело больше меня. И ему не терпелось поделиться. Он не перебивал — он горел. Я никогда не видела этого раньше. Потому что мой фокус был на «нарушает дисциплину», а не на «хочет быть услышанным».

Третье

Он не засыпал в тихий час. Но когда я перестала требовать, а просто села рядом и попросила просто тихо полежать, что спать не обязательно и если нужно, то я могу побыть рядом. Он сначала лежал, а потом через полчаса засыпал. Я никогда не давала ему этой возможности раньше. Потому что мой фокус был на «должен спать», а не на «ему нужно успокоиться».

Что изменилось?

Не Саша. Изменилась я. Я просто сменила фокус наблюдения. Вместо «почему он плохо себя ведёт» — на «что он пытается сказать». Вместо «как его исправить» — на «что с ним сейчас происходит». И картина мира перевернулась. «Проблемный ребёнок» превратился в ребёнка, который не умеет по-другому просить о внимании. «Неуправляемый» — в увлечённого, которому тесно в наших рамках. «Мешающий» — в того, кто просто хочет быть рядом. Я не перестала устанавливать границы. Я не разрешила ему всё. Но я перестала видеть в нём врага. И это изменило всё — и его поведение, и моё состояние.

🧩 Связь с нашей триадой

ЗБР: Поведение Саши — это не «плохо», это сигнал о том, какая помощь ему нужна. Он не умеет входить в игру, не умеет ждать своей очереди при ответе на вопрос, не умеет засыпать без поддержки. Это и есть его зона ближайшего развития — то, чему он может научиться, если рядом будет взрослый, который понимает, а не осуждает. Реджио-подход: В Реджио говорят про «сто языков». Саша говорил со мной на языке, который я сначала не понимала. Его поведение было таким же языком, как рисунок или лепка. Просто я не умела его читать. Пока не сменила фокус. ФГОС ДО: Индивидуализация образования (п. 3.2.1) начинается не с карт развития и не с диагностик. Она начинается с умения увидеть ребёнка за его поведением. С готовности сменить оптику.

Практика

Вспомните ребёнка, который вызывает у вас напряжение. Того, про которого вы думаете: «ну почему он опять...». И попробуйте сменить фокус. Вместо «почему он плохо себя ведёт» — спросите себя: «что он пытается мне сказать?» Вместо «как его исправить» — спросите: «что с ним сейчас происходит?» Вместо «почему он не такой, как все» — спросите: «какой он на самом деле?» Просто попробуйте. И понаблюдайте, что изменится. Не в нём. В вас. С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst

Друзья, я вернулась. С чем и зачем

Если вы заметили паузу в постах — да, она была. И не случайно. Последние две недели я прожила в двух очень важных для себя ролях: ученика и спикера. И это, пожалуй, лучшее сочетание для профессионального роста.

Сначала я была ученицей

С 7 по 9 марта я участвовала в днях профессионального обмена — в Педагогическом ателье «В диалоге с Реджио», которое проходило в Москве. Три дня мы педагоги из разных городов — Москвы, Подмосковья, Красноярска, Томска, Иркутска и даже Казахстана — вместе погружались в философию и практику реджио-подхода. Работали с глиной, бумагой, графикой, исследовали тему света, связи живого и неживого, участвовали в совместной рефлексии. Это было место, где можно смотреть в глаза людям, которые дышат этой философией. Где можно задавать разные вопросы и получать не ответы, а новые вопросы. Я снова почувствовала себя тем самым ребёнком, за которым мы привыкли наблюдать. С удивлением, с растерянностью, с моментами «как же это сложно» и с вспышками «вот оно!». И знаете, что я поняла? Учиться — это состояние уязвимости. И оно безумно важно для педагога. Потому что, когда ты сам проходишь через «я не понимаю», «у меня не получается», «мне нужно время», ты начинаешь совсем иначе относиться к детям в их собственных тупиках.

Потом я была спикером

14 марта на форум-выставке «ПРОЧАСТНОЕ» для родителей организованное Марией Васильевой я выступала с темой: «Свет, цвет и логика: как проектировать мышление будущего в детской лаборатории». Это был особенный опыт. Потому что говорить с родителями — совсем не то же, что говорить с коллегами. Родители не хотят знать про зону ближайшего развития и нормативные документы. Они хотят понимать: «А моему ребёнку это зачем? А как это поможет ему в жизни? А что я сам могу сделать дома?» И это челлендж — перевести сложный профессиональный язык на язык человеческий, не потеряв глубины. Мне кажется, у меня получилось. По крайней мере, глаза в зале горели, и после выступления подходили с вопросами.

Что я привезла с собой

🔹 Подтверждение. То, о чём мы говорим в канале — про детский вопрос, про среду, про доверие, — это не мои выдумки. Это мировой опыт, который работает в любых культурах и в любых бюджетах. 🔹 Новые вопросы. Чем больше я учусь, тем больше понимаю, как мало я знаю. И это не скромность, это правда. Хорошее обучение оставляет после себя не готовые ответы, а жажду искать дальше.

А теперь — возвращение

Я скучала по этому каналу. По разговорам с вами, по вашим вопросам в комментариях, по возможности замедлиться и подумать вслух. В марте мы продолжим говорить о наблюдении. И у меня после этой поездки появилось несколько свежих мыслей, которыми хочется поделиться. Например, о том, как наблюдение за самим собой (да, за собой!) меняет качество наблюдения за детьми. И о том, что иногда лучшая документация — это не записи и не фото, а просто пауза, в которой ты успеваешь заметить. Но об этом — в следующих постах. А пока — я очень рада быть здесь. Снова. С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia

Документация: кому и зачем?

Мы часто думаем о документации как об отчёте. О чём-то, что нужно для проверки, для родителей, для портфолио. И от этого она приобретает негативный оттенок.

А если посмотреть иначе?

Документация — это способ сделать детское мышление ис вою работу видимыми. И у документации есть три разные оптики. 🔹 Для детей Когда ребёнок видит на стене свою гипотезу и фотографию, он чувствует: «Я важен. Мои идеи имеют значение». Документация для детей — это зеркало, в котором они видят себя исследующими и растущими. 🔹 Для родителей Родители не видят того, что видим мы. Это нормально. Ведь они не присутствуют при рождении детской гипотезы, не слышат спор детей, не замечают момент, когда детская идея трансформируется в результат. Документация — это мост. Через фотографии, цитаты, детские работы мы показываем не «чему научился», а как думал. И родители начинают понимать ценность того, что происходит в саду. 🔹 Для коллег и для себя Документация — это стратегия своей работы и инструмент профессиональной рефлексии. Когда педагог пересматривает фотографии и свои записи, то он начинает видеть  динамику своей работы. Документация для себя — это разговор с собой во времени.

🧩 Связь с триадой:

ЗБР: Документация позволяет увидеть движение ребёнка — от того, что было, к тому, что стало. Реджио-подход: Документация — это способ сделать обучение видимым. Без неё нет педагогики, есть только хаотичные действия. ФГОС ДО: Индивидуализация и поддержка инициативы (п. 3.2.1, 3.2.5) требуют, чтобы мы видели каждого. Документация — инструмент этого видения.

🎯 Практика:

Посмотрите на свои фотографии за последнюю неделю. Выберите одну, которая, на ваш взгляд, лучше всего показывает мышление ребёнка. Не красивое, не трогательное, а именно мысль в действии.

Ответьте себе на вопросы: 📍Что на этой фотографии? 📍Что в ней говорит о мышлении ребёнка? 📍Кому бы вы её показали и зачем?

С безусловной верой в детство, Юлия Власенко

С праздником, дорогие коллеги и единомышленницы! 🍀

Сегодня я хочу поблагодарить вас за ту колоссальную, часто невидимую работу, которую вы делаете каждый день. Образование — это территория без границ. И именно женщины на протяжении веков наполняли это пространство смыслами, превращая его в надежный фундамент. Ваша чуткость и профессионализм — это то, что дает опору детям, когда мир вокруг меняется, и создает устойчивость для всего общества. Вы не просто учите — вы проектируете будущее, веря в возможности каждого ребенка. Я желаю вам чувствовать масштаб своей значимости. Пусть ваша энергия созидания возвращается к вам вдохновением и внутренним покоем. Берегите в себе этот дар — давать опору другим, оставаясь при этом верными себе. С теплым светом, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia

Факты и интерпретации: как не придумать ребёнка

Самая частая ошибка начинающего наблюдателя — смешивать то, что он видит, с тем, что он думает об увиденном.

Запись в дневнике наблюдения: «Петя сегодня был агрессивным». Но агрессивность — это не факт, это интерпретация. Факт: «Петя трижды толкнул соседа во время игры, громко кричал "уходи", сжимал кулаки».

Чувствуете разницу? В первом случае ребенку поставили диагноз. Во втором — зафиксировала то, что можно было сфотографировать или записать на видео. Почему это важно? Потому что интерпретации — это наши субъективная оценка и догадки. Они могут быть ошибочными. То, что взрослый  назвал «агрессией», может оказаться попыткой привлечь внимание, неумением договариваться, усталостью или копированием поведения старшего брата или опорного взрослого. Если сразу записывать интерпретацию, то тогда мы перестаем видеть ребёнка. Мы видим только свой диагноз. Имы невольно навешиваем на ребенка ярлык. Если записывать факты, то тогда  остаётся пространство для размышления: «А что это могло быть? А как это можно понять? А что ещё я замечала похожего?» Как тренироваться? Попробуйте в своих записях разделить страницу на две колонки: *Слева — только факты (что я вижу, слышу, можно сфотографировать). *Справа — интерпретации (что я об этом думаю: ваши гипотезы и предположения). Со временем это станет привычкой. И вы удивитесь, как часто то, что казалось очевидным, при ближайшем рассмотрении оказывалось лишь одной из версий.

Связь с триадой:

ЗБР: Интерпретация фактов — это и есть попытка увидеть зону ближайшего развития. Но без опоры на факты интерпретация повисает в воздухе. Реджио-подход: Документация всегда включает интерпретацию. Но начинается она с фактов. Сначала мы делаем видимым, потом — осмысляем. ФГОС ДО: Педагогическая диагностика (п. 3.2.3) требует объективности. А объективность начинается с умения отделять факты от их толкования.

🎯 Практика

Выберите один эпизод с ребёнком, который вас задел или удивил. Запишите его дважды: 1⃣Только факты (что конкретно произошло, что было сказано, какие были жесты). 2⃣Ваши интерпретации (что вы подумали, что это может значить). Сравните. Есть ли разрыв между тем, что было, и тем, что вы подумали? @PROgrowst @prosvet_siberia фото пространства "ПЛИМ!", РФ, г. Москва

Важное сообщение для участников клуба «ПРОСВЕТЛАБ»! ✨

Дорогие друзья, Мы уже начали наш месяц исследования зеркал и света в клубе «ПРОСВЕТЛАБ», и я вижу, как активно мы знакомимся и проводим первые провокации! Это очень вдохновляет! Однако, я знаю, что иногда техника может дать сбой. Если вы уже оплатили участие в клубе, но по какой-то причине не получили ссылку для входа в закрытый чат, пожалуйста, не переживайте! Мы обязательно это исправим. Просто напишите мне: •  в личные сообщения (указать ссылку на ваш личный аккаунт) •  или оставьте комментарий под этим постом Укажите, пожалуйста, дату и время оплаты, чтобы я могла быстрее найти вас и предоставить доступ. Очень не хочется, чтобы вы пропустили первые провокации! С теплым светом и готовностью помочь, Юлия Власенко

Наблюдение — это не про то, чтобы смотреть. Это про то, чтобы видеть. Мы смотрим на детей каждый день. С утра до вечера. Но значит ли это, что мы их действительно видим? Чаще всего наше «наблюдение» — это фоновый режим. Мы отслеживаем безопасность, контролируем порядок, отмечаем, кто ел, кто спал, кто с кем подрался. Это важно, но это не наблюдение.

Наблюдение — это когда вы останавливаетесь.

Вы перестаёте делать пять дел одновременно. Просто смотрите. На одного ребёнка. На его руки, на его паузы, на его глаза. Вы не оцениваете, не исправляете, не записываете в уме план на завтра. Вы просто присутствует и наблюдаете. В Реджио-подходе есть принцип «Педагогическое документирование». Но он начинается не с фотоаппарата и не с блокнота. Оно начинается с умения замереть. В этот момент вы — не педагог, который «должен». Вы — исследователь, которому по-настоящему интересно.

Что даёт такое наблюдение?

🔹 Вы начинаете замечать то, что раньше скользило мимо: как именно этот ребёнок подходит к решению задачи, в какой момент у него загораются глаза, что его останавливает. 🔹 Вы перестаёте работать «на среднюю температуру по группе» и начинаете видеть каждого. 🔹 У вас появляется опора для планирования — не абстрактная тема из программы, а реальные данные о том, что сейчас важно этим детям.

🧩 Связь с триадой:

ЗБР: Увидеть зону ближайшего развития можно только через ваше внимательное, неспешное присутствие и наблюдение. Реджио-подход: Педагог здесь — исследователь. Его главный инструмент — не методичка, а умение смотреть и видеть. ФГОС ДО: Индивидуализация образования (п. 3.2.1) начинается с наблюдения. Без него все разговоры об индивидуальном подходе остаются словами. 🎯 Практика: Выберите одного ребёнка. И каждый день уделите ему 10 минут чистого наблюдения. Без записей. Без оценок. Без желания «исправить» или «помочь». Просто смотрите. Наблюдайте за ребёнком не менее трех дней, а лучше всю неделю. А в конце недели спросите себя: что нового я увидела (увидел)? Разрешите себе замедляться, чтобы не упустить важное. С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia

Февраль закончился. Что мы забираем с собой в март?

Февраль был месяцем проектов. Мы говорили о детских вопросах, гипотезах, стенах идей, планах, ошибках и документации. Предлагаю оглянуться назад и собрать список того, что может стать опорой в работе. Не теория — а то, что можно потрогать руками и применять в работе. Вот пять пунктов, которые я рекомендую взять вам с собой из февраля. 1⃣Проект начинается с детского вопроса, а не с темы. Не «зимующие птицы», а «почему воробьи чирикают у кормушки?». Не тема, а вопрос. Это меняет всё: мотивацию, глубину, ответственность детей. 2⃣Гипотезы требуют места. Если детские догадки не фиксировать, они исчезают. «Стена идей», стикеры в кармане, коробка гипотез — любая форма, которая говорит ребёнку: «Твоя мысль важна, мы её запомним». 3⃣План должен принадлежать детям. Когда дети сами рисуют карту дел, обозначают символами, кто за что отвечает, — проект перестаёт быть замыслом взрослого и становится взросло-детским. 4⃣Ошибка — это ресурс, а не сбой. Орнитолог не пришёл. Эксперимент не удался. Материалы потерялись. В каждой неудаче — поворот сюжета. Если мы не боимся, дети тоже перестают бояться. 5⃣Документация начинается с уважения. Детская цитата, записанная дословно, — документ, равный рисунку или постройке. Когда мы записываем «ирастворились», а не пересказываем «растворились», мы сохраняем не слово, а способ думать. А теперь — что нас ожидает? Март будет про наблюдение и документацию. Мы будем учиться: 📍смотреть и видеть 📍выбирать фокус, 📍отличать факт от интерпретации 📍делать детское мышление видимым Потому что наблюдение — это не про отчётность. Это про умение замечать то, что обычно ускользает. Что вы забирате в март, напишите в комментариях! С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia

Проект завершен или честный разговор с собой.

Когда я работала с детьми, то при завершении проекта, я часто чувствовала опустошение. Не потому что устала — потому что внутри уже начинал будоражить новый вопрос: «А что дальше?». И только спустя годы я поняла: между завершением и новым стартом должно быть место для паузы. Для того чтобы оглянуться и спросить себя не «что сделали дети», а «что делала я». Дать возможность себе и детям выдохнуть. Я называла всегда такое время - время тишины (1-3 дня). Мы так привыкли анализировать детей. Их успехи, их трудности, их динамику. Пишем заметки, заполняем карты развития и детские портфолио, отмечаем достижения детей, но и над чем поработать тоже (не без этого). А кто анализирует нас? После каждого проекта я задавал себе и коллегам три вопроса. Честно. Без самобичевания, но и без скидок. 1⃣Что у меня получилось? Этот вопрос даётся труднее всего. Мы так привыкли искать ошибки, что хвалить себя кажется почти неприличным. Но профессиональный рост начинается с опоры на сильное. Я учила себя и помогала другим замечать: вот здесь я вовремя промолчала и дала детям договориться самим. А здесь — задала тот самый вопрос, который развернул их мысль в новую сторону. А здесь — просто была рядом и не мешала. Без этого пункта анализ превращается в самобичевание. Такой путь не ведёт к развитию — только к выгоранию. А важно давать себе «психологическое поглаживание» 2⃣Где я чувствовала напряжение? Напряжение — это маркер. Оно не про детей, оно про взрослых. Если в какой-то момент вам захотелось сказать: «Давай я сделаю быстрее. Давай я сама вырежу.», — значит,вы не выдержали их темпа. Если захотелось исправить их «неправильный» результат — значит, ваша установка на «правильность» сильнее, чем доверие к детскому процессу. Не стоит себя ругать и корить за такие действия. Все мы люди. Важно вовремя заметить, что вот здесь моя зона роста. Здесь я ещё учусь быть со-исследователем, а не инструктором. 3⃣Что я сделаю иначе в следующий раз? Один пункт. Не десять. Один! Потому что если пытаться изменить всё сразу — не изменится ничего. Один конкретный шаг, который вы готовы сделать в следующем проекте. Один фокус - одно изменение - одна профессиональная привычка.

Например: «Я буду фиксировать детские гипотезы не в уме, а на стикерах». Или: «Я выдержу паузу после первого же вопроса детей, даже если очень хочется сразу ответить». Или: «Я не буду вешать на стену готовые образцы».

Один шаг, пусть маленький, но реальный.

🧩 Связь с нашей триадой:

ЗБР: Рефлексия педагога — это его собственная зона ближайшего развития. Мы не можем вести детей туда, где не были сами. Вопрос «что я сделаю иначе» — это и есть проектирование своего завтрашнего шага. Реджио-подход: Педагог здесь — исследователь. И объект его исследования не только дети, но и он сам. Свои реакции, свои страхи, свои автоматизмы. Документировать можно не только детские открытия, но и свои. И это есть реализация принципа «Профессиональное развитие». ФГОС ДО: Профессиональное развитие педагога — не просто пожелание, а условие реализации стандарта. Пункт 3.2.5 требует создавать условия для поддержки детской инициативы. Но поддерживать инициативу может только тот взрослый, который сам умеет рефлексировать, замечать свои автоматизмы и менять поведение.

Практика:

Возьмите один завершённый проект (не обязательно большой — можно просто эпизод, ситуацию, день) и себе на три вопроса:

1. Что у меня получилось? 2. Где я чувствовала напряжение? 3. Что я сделаю иначе в следующий раз?

Не для отчёта. Не для того, чтобы показать. Для себя. С безусловной верой в детство, Юлия Власенко @PROgrowst @prosvet_siberia