Славянский Языческий Фундаментализм (СЯФ)

Вообще то что из завалящего слова входе жевжык умудрились слепить целого персонажа с устоявшейся иконографией подводит нас к теме которая на этом канале уже поднималась раньше и наверняка еще поднимется не раз.

^ про Сварога автор похоже знал только из Белорусских источников (а может просто игнорировал все другие). Но критика первых трёх кабинетных фантомов хорошая, можно брать на вооружение.

Сюда можно отнести и другие названия выдуманных небывалых божеств, как-от: Бордзи и Кляскуна, Жевжыка, Сварога. Из них 1) Бордзя, — старинное, ныне нигде неслышимое слово — значило борзая, быстрая девица. 2) Кляскун — значит мальчик шалун, линейкой или лучиной производящий треск. 3) Жевжык — живчик значит — маленькая вертлявая рыбка, и мальчик живой, надоедающий шалостями. 4) Сварога — Белор. сварюга значит брюзгун, ворчащий за всякую безделицу. И.Н. Носович Белорусские песни

Из старинного припева к Малороссийской песне: "На тихеньком Дуна — диду калина, лели малина" Славянские мифологии извлекли небывалые Славянские божества: Дидо — божество, неблагоприятствующее любви и Леля — Славянского Амура. Но если рассмотреть с критическим вниманием этот припев, то в нём нисколько не выказываются какие-то выдуманные божества, а выявляется прямой смысл: деду — старику, холостяку горькая калина, а Лёшеньке, Лелю, молодчику, красавцу — малина. И.Н. Носович Белорусские песни

Купала Так называли древние Белорусские простолюдины и нынешние называют Святого Иоанна Крестителя: вместо Иоанн Креститель, они говорят: Иван Купала. Следовательно существование, по мнению, Славянских мифологов, какого-то древнего баснословного божества Купалы, которому будто поклонялись древние Славяне, есть очевидная выдумка. Она не имела бы места, если бы мифологи обратили внимание на то, что слово Купала происходит от купать. Нет никакого основания думать, что вошедшее в обыкновение у Славянских племён гулянье молодых парней и девиц с плясками под звуки песней на кануне 24-го июня есть остаток боготворенная идола Купалы. В одной из Белорусских старинных песен слова "сам Бог купався", ясно доказывают, что, по мнению самих простолюдинов, Иван Купала есть Иоанн Креститель. И.Н. Носович Белорусские песни

Я считаю что Задорнов действительно ударился в (псевдо-)язычество по указке свыше. Уж больно крутой это был поворот. Комик который, как уже было написано, просто переиначивал анекдоты для совков вдруг начинает задвигать про славянского бога Ра и то как надо открыв все чакры РАдостно сРАть думая про РАссею. Он знал свою публику и его работодатели тоже. Вата верит во все что говорит телевизор. Я уже писал что родноверие стало жертвой "лучшего в мире" советского образования. Задорновщина это еще один хороший пример. Оставлять потенциально националистическое движение без присмотра в кремле не позволили бы, но вместо того что бы просто душить всегда лучше контролировать.

Иногда реальность невероятнее выдумки. Одной из самых влиятельных фигур родноверия был ватный комик который просто пересказывал анекдоты из интернета заменяя чукчу на американца. Я до сих пор натыкаюсь на РАкающих родноверов в интернете.

Мелодія степу Лариса Дем'янишина

Еще немного классики

К слову о сое

Чудь

Совки (они же россияне) ненавидят и высмеивают собственную культуру (и религию) не меньше, а то и больше, чем типичный американский левак с Reddit. Разница только в том что для совка идеал уже был в прошлом (собственно совок), а у западной сои идеал в сказочном будущем.

Взагалі це свідчення цінне, адже тут описується зовнішність Води, що важливо для іконографії. Хоча натрапив я на нього випадково, треба буде уважніше перечитати цю книгу Гнатюка — все-таки щоразу натикаєшся на якісь нові цікаві фрагменти. Хто його знає, шо там ще можна знайти. Але я з іронією згадав цитату Юдіна в його статті про власні імена стихій у замовляннях:

Скажем сразу, что у нас нет удовлетворительного объяснения, почему именно антропонимы, да еще и относительно узкий их круг, были использованы для наименования столь далеких от антропоморфизма объектов, и уж во всяком случае мы не рискуем, как это делают иногда исследователи (см. напр., [Болтарович 1994: 250]), видеть здесь следы поклонения воде (или другим стихиям) как божеству. Скорее мы бы предположили здесь просто форму особого уважительного обращения к природной силе, от которой ждут ответного магического действия.

«У нас нет удовлетворительного объяснения, почему именно антропонимы, да еще и относительно узкий их круг были использованы для наименования столь далеких от антропоморфизма объектов» — ну а тепер є. Ці стихії мають власні імена, бо вони живі й святі, і селянам це було очевидно. Для атеїста вода — це лише речовина, H₂O, а для віруючого — молода діва з білим лицем і власним ім’ям.