маша штольц

Знакомая мастерица запускает бренд домашних настоек. Называться он будет «Ленкина фляга». Черноплодка, боярышник, черевишня, можжевельник, рябина. Я вам сообщу о старте.🍒

🔥 ПРЕДЗАКАЗ НА «МЕЖГОРОД» ОТКРЫТ!🔥 Ну всё, дождались. Книги приехали из типографии — осталось только отправить их в хорошие руки. Можно бронировать! «Межгород» — поэтический альманах, который уже совсем скоро можно будет полистать, изучить, изъять и поставить себе на полку, а еще лучше — сделать настольной книгой. Цена — 1800 ₽. 🔓Чтобы забронировать себе экземпляр, пишите @n1hill. А уже 18 сентября встречаемся на презентации, чтобы послушать хорошие стихи и небывало затусить. 🎫БИЛЕТЫ🎫 18 сентября Сбор в 18:30, старт в 19:00 📍Санкт-Петербург, PVZ, Мельничная 4

Я с командой работала над этой книжкой-малышкой полтора месяца. Десятки вычиток, правок, бессонных ночей, «не ебите мне кастрюлю!!!», выжженных глаз, попыток харакири и перестрелок. Все по любви, конечно же. ❤️

?

У Самсоновой есть рассказ о том, как она накуренная вышла замуж в Осетии, и отпустило её внезапно в тот момент, когда она ехала с новоиспечённым осетинским мужем в свадебном кортеже, ибо услышала голос Сталина: "А мэчтала ли ты увидеть из окна своей свадебной машины великие горы Кавказа?" А она не то, что не мечтала это увидеть - ей и в кошмарах такое никогда присниться не могло! Она через неделю сбежала в Москву, отдав проводнице поезда обручальное кольцо как плату за проезд на третьей полке в плацкарте с дембелями, а развод потом выиграла у мужа в карты, но эту историю и так все знают. (

сейчас жизнь решается, пиздец

Ребята, я сейчас учту просто в моменте: меня сейчас разорвет

Поехали в кино и домино, И пусть земля разверзнется под нами. Играет джаз, стекающий в минор, Клубится пыль и жжет под каблуками. И каждый раз мне кажется смешным, Когда ты врешь, а я пытаюсь верить. Слабеет вера, плавится, как дым, Теряется в проспекте, в тихом сквере, В безмолвии и грохоте колес, В пучине зла, вранья, непостоянства, Трусливых глаз и бутафорских слез, С которыми я вынужден справляться.. Безропотный, я выучен ходить, Застегнутый на все крючки и петли, Ссыхает вера, колется в груди, Неправды яд мучителен и въедлив. Играет джаз, стекающий в минор, У веры нет ни силы, ни надежды. Закрой свой рот. Снимай свою одежду. Поехали в кино и домино. #поэзияштольц@milavjobovich

Я больше не хочу ничего знать Никогда-никогда, ничего-ничего Больше не хочу ничего знать Никогда-никогда, ничего-ничего Жаль закончилось место для слов неизвестных Во всех словарях Я больше не хочу ничего знать Никогда, ничего (Я не хочу ничего)

Нас отравляет бензин Испепеляет УЗИ В смузи растирают мозги Медиа-рынка козни И когда, и когда, и когда Атомный гриб мой подрастёт Города, города, города Ядерный пепел занесёт Козырьки подъездов кружат Хороводы крыш и космос тут Пыль галактик лезет в уши Звёзды по делам своим плывут Все толпятся возле входа Наследили грязи на крыльцо Вижу бог открыл ворота Вижу у него моё лицо

Пробуждение Неужели жить? Как это странно — за ночь жить так просто разучиться. Отдалённо слышу и туманно чью-то речь красивую. Укрыться, поджимая ноги, с головою, в уголок забиться. Что хотите, дорогие, делайте со мною. Стойте над душою, говорите. Я и сам могу себе два слова нашептать в горячую ладошку: «Я не вижу ничего плохого в том, что полежу ещё немножко, — ах, укрой от жизни, одеялко, разреши несложную задачу». Боже, как себя порою жалко — надо жить, а я лежу и плачу. 1995, декабрь #БорисРыжий

Поехали в кино и домино, И пусть земля разверзнется под нами. Играет джаз, стекающий в минор, Клубится пыль и жжет под каблуками. И каждый раз мне кажется смешным, Когда ты врешь, а я пытаюсь верить. Слабеет вера, плавится, как дым, Теряется в проспекте, в тихом сквере, В безмолвии и грохоте колес, В пучине зла, вранья, непостоянства, Трусливых глаз, невыдержанных слез, С которыми ты вынужден справляться. С которыми я выучен ходить, Застегнутый на все крючки и петли, Ссыхает вера, колется в груди, Неправды яд мучителен и въедлив. Играет джаз, стекающий в минор, У веры нет ни силы, ни надежды. Закрой свой рот. Снимай свою одежду. Поехали в кино и домино.

Поехали в кино и домино, И пусть земля разверзнется под нами. Играет джаз, стекающий в минор, Клубится пыль и жжет под каблуками. И каждый раз мне кажется смешным, Когда хочу, когда пытаюсь верить. Слабеет вера, плавится, как дым, Теряется в проспекте, в тихом сквере, В безмолвии и грохоте колес, В пучине зла, вранья, непостоянства, Трусливых глаз, невыдержанных слез, С которыми ты вынужден справляться. С которыми ты выучен ходить, Застегнутый на все крючки и петли, Ссыхает вера, колется в груди, Кровоподтек мучителен и въедлив. Играет джаз, стекающий в минор, У веры нет ни силы, ни надежды. Закрой свой рот. Снимай свою одежду. Поехали в кино и домино.

Поехали в кино и домино, И пусть земля разверзнется под нами. Играет джаз, стекающий в минор, Клубится пыль и жжет под каблуками. И каждый раз мне кажется смешным, Когда хочу, когда пытаюсь верить. И эта вера плавится, как дым, Теряется в проспекте, в тихом сквере, В безмолвии и грохоте колес, В пучине зла, вранья, непостоянства, Трусливых глаз, невыдержанных слез, С которыми ты вынужден справляться. Которыми ты выучен не ждать, Но все же ждать

<...>. я знаю что копатели могил придут в четверг я в среду похоронен под листиком не совершенной формы он укрывает один глаз от вас его вполсилы я открыть пытаюсь но нету зла в моем глазу стеклянный червячок которого поймать не мог я раньше теперь захлопнулся капкан и давят моры мары на яблоко глазное и брызжит сок, и семечки летят всё прочее уже не будет мною но прорастёт однажды виноград я знаю что кресты это нацизм что на коленях ямочки для скорби что город если видеть сверху вниз стоит как цапля на одних часовнях и холмиков могильное акне выдавливает юношей в окне я знаю что погост это про рост я знаю что кладби'ще это пища усопших рощ кармический навоз и ч/б пикча я знаю что когда нибудь умру и никаких вам больше мурмурмур я знаю что не будешь целовать а только плюнешь в рот красивый мёртвый и кинешь грязь ещё раз кинешь грязь и наконец-то стану я свободным душа над миром выгнется дугой и радость сохранится в этой форме когда нибудь мы встретимся друг мой la morte è più forte я знаю что кладбищенский уют когда сто грамм под памятник прольют и на стакан положат корку хлеба когда лежишь как будто смотришь в небо и пальцами царапаешь сундук ты ждёшь когда наступит звездопад но мокрый грунт не хочет рассыпаться а в небе произносятся слова иосиф “стансы”

думайте

🪷

Купить эту книжку, где есть не только лишь я, но и все Обормоты и наши братья Шатуны, можно будет на презентации сборника уже в ближайшую пятницу. Приходи обняться, для своих есть промокод на билеты для одной персоны и для двоих: osellone oselldouble Давай, увидимся

Прощай, квартирка на Отрадной Отдав луне её гирлянды Решивший всё наверняка С улыбкой вспоминаю как На романтичном рандеву Я недоступную Москву Склонял в предложном падеже — И потому теперь на «Е» Но как же страшно, ну и ну Через бескрайнюю страну Осенним листиком лететь Чтобы на корни посмотреть Навстречу белой полосе Над чёрной гарью НПЗ Под носом злого военкома Прорваться до родного дома