𝑻𝒊𝒏𝒐𝒓𝒊 ||

😈😈😈😈😈😈 😈😈😈😈😈😈😈😈😈 😈😈😈😈 2️⃣😈 #февральскиймарафон / #БлейзЗабини #ДафнаГринграсс #Аромат_поражения Возвращение в Хогвартс после тосканского зноя напоминало погружение в ледяной склеп. Каменные своды замка, пропитанные сыростью и вековой пылью, должны были отрезвлять — но для Блейза мир уже необратимо сместился. В Большом зале он замечал Дафну: застегнутую на все пуговицы, запечатанную в безупречную мантию, с осанкой, за которую любая из её предков-матриархов без колебаний отдала бы фамильный сейф. И всё же он видел не «Ледяную принцессу». Он видел мокрый шёлк, прилипший к округлости бедёр, и слышал тот тяжёлый, сорвавшийся вздох у воды, который она не сумела скрыть. Блейз не стал нападать. Он выбрал тактику выжженной земли. В Большом зале Дафна чувствовала его взгляд еще до того, как находила его глазами. Это злило. И пугало. Потому что он больше ничего не делал. Раньше всё было просто: флирт — это шум, слова, движение. Возможность отстраниться, если нужно. Друг детства был удобным: яркий, предсказуемо поверхностный, безопасный в своей несерьезности. Его легко было держать на расстоянии холодом. Теперь он молчал. Блейз Забини — имя, прежде ассоциировавшееся с ленивым флиртом в тёмных нишах коридоров, — внезапно стал призраком. Перестал быть мотыльком, летящим на каждый огонь. Весь сентябрь он перекраивал себя. Реакции были мгновенными, животными. Но он методично гасил их, превращая желание в топливо, превращаясь из нетерпеливого любовника в терпеливого жнеца. Его интерес проявлялся не в словах, а в их полном отсутствии. Пока Хогвартс гудел, обсуждая его внезапное одиночество, слизеринец обосновался в библиотеке — ровно напротив Дафны. Он никогда не заговаривал первым. Просто читал, перелистывая страницы старинных гримуаров с таким видом, будто всё золото мира сосредоточено в тексте. Дафна убеждала себя, что ей всё равно. Что его присутствие — случайность. Рациональная часть её сознания цеплялась за логику, как за спасательный круг. Но тело не верило. Каждый раз, поднимая взгляд, она натыкалась на него: спокойного, изучающего, бесконечно уверенного. Это был не взгляд сокурсника, а взгляд владельца, который просто ждет, когда его собственность признает очевидное. Дафна ненавидела это чувство. Оно лишало её главного оружия: дистанции. Он не приближался, не давил, не нарушал границ. Просто был. И её внимание против воли раз за разом возвращалось к нему. Медленно юноша создавал вокруг неё вакуум. Блейз больше не задевал её плечом в коридорах. Вместо этого он оставлял на её прикроватном столике редкие цветы с ароматом горького цитруса — запах, от которого сводило легкие, возвращая в душный июль поместья Забини. Он напоминал ей о тепле, пока за окнами начинались первые заморозки. Она злилась. На него — за молчание. На себя — за реакцию. За то, что начала ждать: цветов, взгляда, чего-то... или всего сразу. Бал Самайна стал триумфом его выдержки. Блейз был ослепителен — душа компании, он кружил в танце всех, от Пэнси до младших курсов, — но Дафну демонстративно не замечал. Это была тактильная изоляция. Она ломала сильнее, чем прямое давление. Потому что касание можно отвергнуть. А отсутствие — нет. Казалось юноша постоянно оказывался в нескольких дюймах: блондинка чувствовала жар его тела, улавливала парфюм с нотками сандала и стали, слышала его низкий смех. Но он не касался её. Проходя мимо с бокалом шампанского, слизеринец лишь на мгновение притормозил, обдав её ухо горячим дыханием: — Тебе не идет этот траурный холод, Дафна. Ты ведь знаешь, какая ты на самом деле... податливая, когда солнце светит правильно. И ушел, не дожидаясь ответа. Дафна осталась стоять, чувствуя, как хваленая ледяная стена внутри дает глубокую трещину.

🔠 🔠🔠🔠🔠 А этот мне нравится🔠 #арт@funreadbook

Всем доброго утра 😘

— Ты всё ещё голоден, дорогой? Думаю, мы можем помочь утолить аппетит друг друга, — она хищно блеснула глазами и потянулась к кромке тонких, кружевных трусиков, приспуская их вниз, и закидывая изящные ножки на стол. Открывая всю себя своей паре на сегодняшний вечер. — Гермиона, ты с ума сошла?! А если кто-то увидит?! Оденься немедленно! — Рональд вечно упрекал её в ханжестве, а когда она решила поиграть в похотливую кошечку, он вновь был чем-то недоволен. — Рон, здесь только мы с тобой, — продолжала свою игру мисс Грейнджер. — А ещё официанты и повара, Гермиона, прошу тебя не сходи с ума, я не это имел ввиду, когда говорил тебе стать более раскрепощенной, — парень прикрыл глаза в стеснении и от неловкости ситуации, он и представить не мог, что его скромная девушка вычудит нечто подобное. — Если мужчина не хочет доставить удовольствие своей женщине, я с радостью, могу заменить этого недостойного вас джентельмена. Готов пасть к вашим ногам прямо сейчас, моя госпожа. — Его надменный, уверенный голос пробуждал мурашки по всему женскому телу и не шел ни в какое сравнение с неуверенным блеянием её парня. Ситуация была абсурдной до невозможности и в то же время весьма пикантной. Рональд прячет лицо в ладонях от стыда и неверия в происходящее. Гермиона с раздвинутыми и закинутыми на стол ногами ошарашено смотрит на Драко Малфоя в костюме официанта. Взгляд Малфоя выдает только необъяснимое желание поклоняться этой ведьме, дарить несколько оргазмов в день и выбросить из её жизни и головы мусор в виде таких парней как Рон Уизли, что пытаются затоптать её в собственных комплексах. — Так вы согласны, моя королева? 😈😈😈😈😈😈😈 Вместо 😈😈😈😈😈😈😈 😈😈😈😈❤️ Как вам небольшая зарисовочка от меня? Ночью баловалась прежде чем отправиться в царство Морфея👠 А теперь не могу настроиться на работу, но пытаюсь 🎄 Желаю всем легкого и приятного начала недели! Целую💋 #LuЗарисовки

😈😈😈😈😈😈 😈😈😈😈😈😈😈😈😈 😈😈😈😈 1️⃣😈 Италия в июле была беспощадна. Воздух, густой и тягучий, дрожал от марева, превращая горизонт в зыбкий мираж. Даже вековые оливы, гордость поместья Забини, замерли в оцепенении, напоминая изваяния из серого камня. Дафна ненавидела этот зной — он бесцеремонно плавил её безупречную «ледяную» маску, превращая мысли в хаотичный поток, а выдержку — в тонкое, готовое треснуть стекло. Она была уверена, что у бассейна никого нет. Выйдя из лазурной воды, девушка замерла на мгновение: прозрачные капли скатывались по алебастровой коже, вспыхивая на солнце подобно россыпи мелких бриллиантов. Лаконичный черный купальник подчеркивал её почти болезненную, аристократичную бледность, которая в этих широтах казалась вызовом самой природе. Едва коснувшись бортиком ступней, блондинка небрежным, ленивым жестом набросила на плечи шелковый сарафан. Мокрая ткань мгновенно капитулировала перед влагой, прилипнув к телу прозрачной дымкой и очерчивая каждую линию, которую Гринграсс обычно ревностно прятала под тяжелой шерстью школьной мантии. Волшебница закинула голову, выжимая тяжелую массу волос. В этом жесте было столько первобытной, животной грации, что Блейз, случайно ставший свидетелем этой сцены, наблюдающий из глубокой тени портика, забыл, как дышать. Его зрение стало неестественно четким, несмотря на палящее солнце, фиксируя каждую мелочь: от розоватого оттенка её пяток на горячем камне до того, как тяжело вздымается её грудь под мокрым шелком. Внутри него что-то рушилось — с грохотом, погребая под собой остатки самообладания. Его «маленькая Дафна», подруга детства, с которой они когда-то с боем делили ворованные в саду сливы, исчезла. На её месте стояла женщина, от одного вида которой кровь превращалась в кипящий адреналин. Все его прежние интрижки, все эти доступные и понятные девчонки, которыми он заполнял пустоту хогвартских вечеров, вдруг показались дешевой имитацией, пресной подделкой под жизнь. «Дьявол», — пронеслось в мыслях. Смотреть на неё сейчас было всё равно что впервые приложиться к фамильному коллекционному виски: сначала горло обжигает чистым пламенем, а после ты понимаешь, что больше не согласишься ни на что меньшее. Дафна глубоко вздохнула. Этот вдох — свободный, лишенный оков корсета и этикета — показался Забини самым интимным зрелищем, которое ему когда-либо доводилось созерцать. Она не должна была так выглядеть. Не здесь. Не под этим проклятым солнцем, которое каленой сталью выжигало её образ на сетчатке его глаз. Юноша следил за тем, как одинокая капля медленно прокладывает путь от мочки её уха к ключице, и почувствовал, как в горле пересохло. В этот момент шум мира стих. Настоящий мужчина внутри него открыл глаза и безошибочно указал на цель. Блондинка медленно обернулась, вытирая лицо ладонями. Увидев друга, она на мгновение оцепенела. Маска «ледяной принцессы» не успела вернуться: в её взгляде еще плескалась сонная нега и какая-то пугающая, скрытая мягкость. — Забини? — её голос прозвучал ниже обычного. — Давно ты там стоишь? Блейз ощутил, как в груди вспыхнуло что-то темное и жадное. Ему до боли захотелось подойти и собственноручно стереть эту воду с её плеч. Но он заставил себя остаться на месте. Потому что знал: один неверный шаг — и она снова закроется в своих арктических льдах. — Достаточно долго, чтобы оценить, что ты наконец-то научилась плавать, не заботясь о сохранности прически, — он выдавил свою фирменную, лениво-циничную ухмылку, хотя взгляд его был прикован к тому, как предательски медленно сохнет ткань на её теле. Дафна сощурилась, и её взгляд тут же приобрел привычную колючую остроту. Она потянулась за полотенцем — уверенно, подчеркнуто женственно, окончательно добивая его выдержку. — Ты невыносим, Блейз, — бросила она, проходя мимо него. Когда девушка поравнялась с ним, воздух колыхнулся, обдав его жаром её кожи и шлейфом аромата: запах хлорки, морской соли и тонкий, дразнящий аккорд переспелых лимонов, греющихся под солнцем. Юноша проводил её взглядом, понимая, что его спокойная жизнь только что сгорела дотла.

🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩 Пока мы ждем работу невероятной Марии к предстоящему "Шифру на двоих" по Хэнси, предлагаю окунуться в историю трепещущих сердец, которая начинается в горячей Италии. 🤩 Читать под невероятных Two Feet - Love Is a Bitch

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀— Draco Malfoy.

🤩🤩🤩 Их отношения рушились, словно кирпичная стена. Больше не было теплых вечеров, когда они уютно устраивались на диване, смотрели фильмы и ели всякую ерунду. Не было ночей, когда Гермиона задыхалась под Драко, умоляя его вытрахать из неё всё. Не было семейных выходных со Скорпиусом и Лирой, когда они часами гуляли по парку. Больше не осталось ничего, кроме обжигающего холодом кольца на пальце и обыденных фраз: «Доброе утро, сегодня задержусь», «Как прошёл день?», «Все нормально, только устал, пойду спать». Вот так и проходили их дни — скучно, холодно и серо. Всё началось после отъезда Лиры в Хогвартс. Скорпиус уже был на третьем курсе, а малышка Малфой только-только поступила. Тогда-то всё и пошло наперекосяк. Они будто перестали быть семьёй, превратившись в сожителей, в соседей по дому, который раньше был наполнен любовью и счастьем. И вот сейчас Гермиона сидит на кухне и читает документ, который окончательно изменит их жизнь. Договор о свободных отношениях. Это было бы смешно, если бы не было правдой. Драко никогда не изменял ей, никогда не врал и, видимо, решил, что открытый брак будет лучшим решением. Пока дети учатся в Хогвартсе, они будут делать вид, что всё ещё любят друг друга, а как только младшая закончит обучение — разведутся и станут официально свободны. — Ты правда считаешь, что это хорошая идея? — Гермиона еле сдерживала слёзы. — Не проще ли просто развестись? Драко был спокоен, словно подписывал очередную деловую сделку. — Да. Скорпиус и Лира ещё не готовы к этому. А я не хочу упускать возможность жить дальше. Да и ты, думаю, тоже. Ну, так что скажешь, Грейнджер? Старая фамилия ударила под дых. Больше не было ласкового «Гермиона» или её любимого «солнце». — Хорошо, — она поставила подпись. — Здравствуй, новая жизнь. #anopenrelationship

Это мне скинула мама Бляха🥲

🤩🤩🤩🤩🤩 #февральскиймарафон / #ГарриПоттер #ПэнсиПаркинсон #Хэнси #ау_безмагии Маленькое начало.. Что скажете, что вас ждет между этими двумя?..😀

❧ Очевидно, лучший подарок для автора в его день рождения — репост его работ. Целу́ю. au : You? Never Evening Snow Unconsciously BRUME Fascinating Lie ff : Love is awful Разрешите возразить Оголённые 🍸

😈😈😈😈😈😈😈 #февральскиймарафон / #ЛюциусМалфой #НарциссаМалфой #Люцисса ч.4 Люциус слегка приподнялся, сокращая расстояние между ними. Его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от её. — Потому что они смотрят на моё сокровище, Цисси. Они видят холодную леди Малфой… а я — единственный, кто знает тебя настоящую. Знаю, какой огонь скрывается под этой безупречной выдержкой. Как исчезает твоя гордость, когда ты позволяешь себе забыть о правилах. Он притянул её к себе, и Нарцисса послушно соскользнула с кресла на ковёр, оказываясь в его объятиях. Теперь они сидели среди густой зелени зимнего сада, словно укрытые от всего мира. Люциус обнял её за талию, мягко, но собственнически притягивая ближе, и его ладонь уверенно легла на её бедро. На мгновение он замолчал. Его взгляд стал серьёзнее — почти благоговейным. — Но ничто, Цисси… ни один поцелуй, ни одна ночь, наполненная страстью, не сравнятся с тем моментом, когда ты впервые позволила мне взять на руки Драко. Ты лежала такая бледная, изнурённая… но, Салазар, в твоих глазах было столько триумфа. Ты подарила мне наследника, а я в ту секунду видел в нём лишь продолжение тебя. Тогда я впервые по-настоящему испугался — испугался, что могу не суметь защитить вас двоих от жестокости этого мира. — Ты справился, Люциус. Мы справились. Она провела ладонью по его щеке, словно стирая невидимую тень тревоги. В этом жесте переплелось всё: воспоминания о безрассудной молодости, боль прожитых лет и тихая, глубокая нежность. Люциус наклонился и поцеловал её — медленно, вдумчиво, словно пробуя на вкус всю жизнь, которую они прожили вместе. В этом поцелуе переплелось всё: первая робкая влюблённость слизеринского мальчишки, яростная страсть молодого лорда и безусловная преданность мужа, для которого его жена давно стала единственной истиной. Когда он отстранился, его дыхание сбилось. — Знаешь… — Люциус почти по-мальчишески уткнулся в изгиб её шеи. — Если бы мне предложили прожить эту жизнь заново, я бы не изменил ни одного мгновения. Лишь бы снова оказаться здесь… у твоих ног… в этот вечер. — Даже те моменты, когда я в приступе гнева разбивала твои любимые вазы? — лукаво поддразнила она. — Особенно их, — выдохнул он. — С днём святого Валентина, Люциус, — прошептала она, прижимаясь к нему сильнее. — С каждым днём, который мне даровано прожить рядом с тобой, Цисси, — ответил он, закрывая глаза.

😈😈😈😈😈😈😈 #февральскиймарафон / #ЛюциусМалфой #НарциссаМалфой #Люцисса ч.3 — Те ночи в молодости… — она мечтательно улыбнулась. — Мы были такими ненасытными. Нам было мало принадлежать друг другу по закону — хотелось раствориться друг в друге без остатка. Ты был одержим мной, Люциус. — Я и сейчас одержим, — он открыл глаза и посмотрел на неё снизу вверх. Робкая, почти девичья улыбка тронула её тонкие губы. — А наша первая годовщина? — её голос стал почти шёпотом, дрожащим от воспоминаний. — Когда мы сбежали из Англии в тот маленький особняк на Лазурном берегу? — Да… Ты тогда решил, что нам не нужны слуги. Ты хотел, чтобы мир перестал существовать для всех, кроме нас. Я помню, как ты пытался открыть бутылку старого вина без магии, чтобы «всё было по-настоящему», и едва не испортил мой новый наряд. — Я просто слишком спешил, — Люциус приподнял голову, и в его глазах вспыхнул тот самый озорной огонёк, который он позволял себе лишь рядом с ней. — Я спешил избавить тебя от этого наряда. В те годы я был непозволительно нетерпелив. Мне хотелось владеть каждым мгновением рядом с тобой, хотел чувствовать твою кожу, твой запах... Помню, как мы танцевали на балконе под шум прибоя, и на тебе не было ничего, кроме моих объятий и лунного света. Нарцисса медленно провела пальцем по его нижней губе. В этом лёгком прикосновении скрывалась целая история — память о ночах, когда её платиновые волосы рассыпались по подушке, когда она забывала о титулах и произносила лишь его имя. О мгновениях, когда он, гордый и неприступный для всего мира, без колебаний склонялся перед ней, будто перед единственной истиной, и бережно изучал каждую черту её красоты, словно боялся упустить хоть одно её отражение в своей памяти. — Ты и сейчас нетерпелив, Люциус. Просто теперь ты умеешь прятать это за безупречными манерами. Но я всё равно чувствую… чувствую, как ты напрягаешься, когда в зале кто-то задерживает на мне взгляд. Спустя столько лет ты ревнуешь меня так же, как юный первокурсник.

😈😈😈😈😈😈😈 #февральскиймарафон / #ЛюциусМалфой #НарциссаМалфой #Люцисса ч.2 Они замолчали, позволяя теплу разделённой близости говорить за них. Им хватало этого молчания, тонкого шлейфа её духов и тихого, почти трогательного осознания того, что тот влюблённый мальчишка из Хогвартса по-прежнему живёт внутри него, ежедневно благодаря судьбу за женщину рядом. Люциус прикрыл глаза, наслаждаясь мягким теплом её ладоней. В тишине зимнего сада, под мерный шёпот снега за стеклом, прошлое начинало оживать — осторожно, слой за слоем, словно страницы давно забытого дневника. — Ты помнишь наш первый поцелуй? — тихо спросила Нарцисса, перебирая его волосы. — Тот бал в честь окончания школы. Мы сбежали на террасу, и ты так дрожал, что я решила — ты вот-вот потеряешь сознание от волнения, а не от любви. Люциус едва заметно улыбнулся, не открывая глаз. — Я не дрожал, Цисси. Я просто осознавал последствия. Поцеловать Блэк — всё равно что наколдовать Адский пламень. Я ждал, что меня либо поразит молния, либо твой отец выйдет из тени с палочкой наперевес. Но когда ты сама притянула меня за галстук… Он сделал медленный вдох, будто заново проживая тот миг. — …в тот момент я понял, что готов ради тебя на любое преступление. Их молчание в зимнем саду не было пустым — оно звучало отголосками тех лет, когда каждый вдох казался признанием, а каждое прикосновение — клятвой. Люциус, ощущая мягкость её ладоней, медленно перехватил руку Нарциссы и поднёс её к губам, закрыв глаза, безмолвно признавая её власть над собой — не ту, что строится на влиянии и статусе, а ту, что сильнее любых заклятий. — А свадьба? — прошептал он. — Все эти сотни гостей, холодное мерцание фамильного серебра, безупречно выверенные тосты… Я не видел никого из них. Я видел только твоё белое кружево и то, как ты смотрела на меня у алтаря. Ты казалась ледяным божеством. Но когда вечером мы наконец остались одни в этой самой спальне… — он на мгновение замолчал, и его голос стал ниже, глуше. — Лёд обратился в пламя. Я до сих пор помню, как шёлк твоего платья скользнул к твоим ногам и как ты произнесла моё имя, словно это было самое запретное заклинание. Нарцисса едва заметно покраснела — редкое, почти сокровенное зрелище, доступное лишь ему.

😈😈😈😈😈😈😈 #февральскиймарафон / #ЛюциусМалфой #НарциссаМалфой #Люцисса ч.1 Февраль в этом году выдался особенно суровым — колючим, безжалостным, будто сама зима решила напомнить миру о своей власти. Но за древними, неприступными стенами Малфой-мэнора уже царствовала весна. Нарцисса расположилась в глубоком кресле из выбеленного ротанга среди вечнозелёных растений, не ведающих холода, и редких благоухающих цветов, которые она выращивала с трепетной, почти материнской заботой. В её руках покоилась раскрытая книга, однако взгляд женщины давно утратил связь со строками, устремившись к снегу, медленно падающему за высоким стеклом. Снежинки кружились лениво и мягко, напоминая пушистую шерсть жмыра. В приглушённом сиянии магических фонарей Нарцисса сама казалась частью зимнего пейзажа — изящной, почти невесомой, безупречно выточенной временем. Платиновые волосы мягко обрамляли её утончённое лицо, на котором едва заметные лучики у глаз и тень пережитых лет лишь подчёркивали холодную, аристократическую красоту. Тихий шелест шагов по мраморному полу заставил её обернуться. Люциус вошёл без привычной торжественности. Он уже снял пиджак и расстегнул верхние пуговицы белоснежной рубашки, стоившей не одну тысячу галлеонов. Сейчас перед ней стоял не Лорд Малфой, а человек, наконец достигший единственной гавани, где позволительно сложить доспехи. Не произнеся ни слова, он подошёл ближе и — к изумлению любого случайного свидетеля — медленно опустился на ковёр у её ног. Осторожно положив голову ей на колени, он закрыл глаза, и Нарцисса ощутила, как напряжение покидает его тело, растворяясь под её прикосновениями. Её тонкие пальцы машинально отложили забытый фолиант и привычно погрузились в его светлые волосы. — Ты сегодня необычайно молчалив, Люциус, — тихо произнесла она, продолжая медленные, убаюкивающие движения. — Просто думаю о том, как мне повезло, — ответил он глухо, без тени привычного высокомерия. — Помнишь тот вечер в поместье твоего отца? Когда объявили о нашей помолвке? Нарцисса мягко улыбнулась, глядя на мерцающее пламя камина неподалёку. — Разумеется. Мои сёстры тогда гадали, какой именно контракт подпишут Блэки. Андромеда хмурилась, Беллатриса смеялась… а я была напугана до дрожи. — Напугана? — Когда я увидела тебя рядом с отцом в гостиной нашего поместья… я сразу поняла, что разговор пойдёт о браке. И я отчаянно боялась, что это буду не я. Или я, но ты скажешь «нет». Люциус резко открыл глаза и слегка повернул голову, взглянув на неё снизу вверх. В этом взгляде было столько безусловного обожания, сколько не снилось ни одному герою древних легенд. — «Нет»? Цисси… я был влюблён в тебя ещё с пятого курса. Я следовал за твоей тенью по коридорам Хогвартса, надеясь, что ты хотя бы однажды посмотришь в мою сторону. Когда отец сказал, что договорился с Сигнусом... я полночи просидел в библиотеке, не веря, что судьба может быть настолько милосердной.

#февральскиймарафон / #ЛюциусМалфой #НарциссаМалфой #Люцисса Вы готовы, дети?) Мне очень нравиться фанонный троп о бесконечной любви Люциуса к Нарциссе. И я нам всем желаю именно такого нежного и бесконечного обожания. 🤩

Ваш автор немного умирает на работе, но я обещаю справиться и к выходным выкатить несколько работ, и отправить в отложку еще. 🤩 А пока маленькая затравочка. 🤩 #февральскиймарафон / #ЛюциусМалфой #НарциссаМалфой #Люцисса

Люциус чуть прикрыл глаза, наслаждаясь теплом её ладоней. В тишине сада, под мерный шепот падающего снега за стеклом, прошлое начало оживать, слой за слоем. — Ты помнишь наш первый поцелуй? — тихо спросила Нарцисса, перебирая его волосы. — Тот бал в честь окончания школы. Мы сбежали на террасу, и ты так дрожал, что я подумала — ты сейчас упадешь в обморок от волнения, а не от любви. Люциус усмехнулся, не открывая глаз. — Я не дрожал, Цисси. Я просто осознавал ответственность. Поцеловать Блэк — это как коснуться оголенного провода. Я ждал, что либо меня ударит молнией, либо твой отец выйдет из тени с палочкой наперевес. Но когда ты сама притянула меня за галстук... — он сделал глубокий вдох. — В тот момент я понял, что готов ради тебя на любое преступление.

Мне надо больше, чем 24 в сутках, чтобы всё успеть прочитать

✨✨✨✨ #февральскиймарафон / #ДракоМалфой #АсторияГринграсс Он ненавидел этот день. Не потому, что его сердце было сухим или безжизненным — как раз наоборот. Драко слишком хорошо знал цену любви и те проценты, которые судьба вычитает за каждое мгновение счастья. Для Лондона это был день картонных сердец и дешевого шоколада. Для него — годовщина начала конца. Два года назад в этот день целители Мунго, пряча глаза, произнесли приговор. Астория не восстановится. Родовое проклятие Гринграссов, спавшее годами, пробудилось, чтобы забрать долг за рождение Скорпиуса. Она отдавала жизнь сыну по капле, медленно превращаясь в прозрачную тень. Малфой бесшумно вошел в детскую. Скорпиус, этот маленький платиновый вихрь, сейчас затих, уткнувшись носом в облезлое ухо плюшевого дракона. Драко поправил одеяло, коснувшись лба сына — кожа была теплой, живой. Мальчик был его точной копией, но когда он открывал глаза... этот лучистый, всепрощающий взгляд Астории прошивал Драко насквозь, как тонкая игла. — Милый... — донесся прерывистый шепот из угла. Астория сидела в глубоком кресле у окна, похороненная под слоями кашемировых пледов. В полумраке она казалась призраком, застрявшим между мирами. Болезнь выпила ее тело, но в глазах все еще горело упрямое, нездешнее пламя. — Я обещал тебе ужин, — хрипло сказал Драко. Он подошел и опустился на корточки, чтобы не возвышаться над ней. — Помнишь Париж? Твое первое 14 февраля. Ты умудрилась потерять туфлю прямо на площади Согласия, и мне пришлось тащить тебя на руках до самого отеля, выслушивая твои лекции о «недостойном поведении чистокровного мага». — Мои ноги и сейчас не особо мне служат, Малфой, — она попыталась усмехнуться, но шутка захлебнулась в сухом кашле. Она прижала платок к губам, и Драко заметил, как она быстро спрятала его в складках пледа. Он не стал спрашивать о крови на ткани. Он просто поднял ее. Она весила не больше ребенка — пугающая, невесомая легкость. На балконе он создал для нее оазис. Сквозь прозрачные магические экраны не проникал ледяной ветер, а мощные обогреватели наполняли воздух ароматом лета. Сотни свечей дрожали, отражаясь в бокалах. Но Астория смотрела не на вино. На столе лежал старый, потертый маггловский диктофон и стопка кассет. — Что это, Драко?

🤩🤩🤩🤩🤩 🤩🤩 🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 В честь последнего месяца зимы и розового праздника любви 14 февраля нас ждут несколько историй: милых, болезненных, искренних и невероятно горячих. Каждая пара из моих историй откроет нам что-то новое о себе и о чувствах в этом мире. Такой ли правильный Гарри? Что скрывает за дорогим платьем Пэнси? Что нужно Блейзу для счастья? Способен ли Малфой на человечность в мире, где она может стоить жизни? К каждой истории будет свое музыкальное сопровождение 🔥 Ответы будут здесь на протяжении всего месяца.