Опусы шальной разведенки

Что по денежкам - спросите вы. Учитывая картину от лакшери». Это один из дешевых отелей Бангкока с потрясясающим бассейном и скромными комнатами. У меня там кровать с дубовым матрасом, на котором хреново с непривычки спалось, кресло типа «качалки» и стол. Чисто. Очень похоже на келью. Сам отель в марроканском стиле, воду солят в бассейне по типу моря, территория - баксов на сотню в сутки. Сколько я заплатила? Меньше прямо в разы. Лапша стоила 40 батов. Падтай с креветками - 50. Тут рядом рынок еще, погодите. Я научу вас жить в Бангкоке на рубль. Ловите утро. Я знаю, вы спите. Но все равно: солнца вам в этот день.

Доехала ночью. Таксист мой болезный, дядюшка Самчай или как его, ржал всю дорогу, осознавая, что я сняла жилье не то что - не в центре - а вообще без английского наименования. Вместе вбивали на тайском в карту, но карта отказывалась знать и показывать. Вывез гугол. После пятой попытки. Когда из отеля уже шесть раз звонили. Пока мы катались - я поняла, что пожрать мне, видимо, не случится. Все закрыто, хоть и очень уютное. В час, втором - перезнакомившись и обнявшись - я предприняла попытку пройтись. И вот же она - лапшичка! С русалочьими шарами - прям от «Мишлена». Отельеры мои до конца не поняли, что я - вот такой турист. Сяду за пластмассовый столик с работягами из Исана и Бирмы - и наверну, попросивши чили. Они меня за бутербродами посылали. Ночь была жуткой - ломает все тело, джет-лаг, аллергия какая-то. Но с утра моя хозяюшка Му (поросёночек в переводе) сварила кофе и приступила к омлетику. Сейчас покормит и я оживу.

Абудаби. Дабиду. Человек за барной стойкой долго на глаз отмерял мне вина, потом вгляделся, плюнул - и вылил остатки - еще на порцию. Думала, бутылку начнет выжимать, чтоб ни капли мимо рта не пропало. Даже арабы меня жалеют. То ли из- за драных джинс (между прочим, дольче габбана), то ли из-за кед фирмы Садовод. А иди ты нахуй, вот что я думаю. Эти кеды мне Самсонова подарила - не поленилась, с почты отправила. И Габбану она - моя первая. Настоящая, между прочим. Я обычно наоборот ношу: джинсы паль, а вот обувь - извольте.

Поздравляю себя с последним днем зимы. Видит бог, я это заслужила. Люблю вас, медвежатки мои. Встретимся на большой земле.

Фото с какого-то Дня всех влюбленных, где я худая, красивая, загорелая и охуительная, как червонец, иду разводиться. Хороший день. Таким его навсегда и запомнила. Пенсионный фонд вот поздравил, валентинку прислал. Какие поводы - такие, блядь, и тостующие. Всех целую в уста, коль не брезгуете. Скоро новости - вылетаю в Азию.

Про день Валентина. Ебись он. Не могу не согласиться с теми рупорами истинной любви, которые весь день завтра будут орать, что, дескать, негоже в России отмечать басурманские праздники. И напоминать про наш, посконный, крепленый скрепами христианский день Петра и Хавроньи. В целом, мне эта история тоже ближе. Как женщине. Валентин – он кто? Да пёс его знает. Склонный к излишнему риску священник, который, вопреки запрету тогдашнего верховного говноеда Клавдия, женил военных на бабах. Так себе подвиг, если ты не Ирина Аллегрова. Совершенно другое дело наша Хавронья – женщина с большой буквы Х. Она ничего особо рискованного в порядке живой очереди не осуществляла, кроме, разве что, мелкого бытового колдовства, популярного знахарства и прочих оккультных чудес, к которым наше православие в разные времена относилось по-разному. Полагаю даже, что занятия Хавроньи в разрезе христианства пришлось несколько раз подробно пересматривать. Хавронья сильно хотела замуж. Настолько сильно и чуть ли не с рождения, что каждая нормальная женщина должна тут же почувствовать в ней родную душу. Вот только с "замужем" ей не везло. Оказия приплыла в руки с завидным по социальному статусу и обеспеченным на пару поколений вперед родным братом местного князька – Петром, пострадавшим от дракона в семейных разборках. Дракон тот, как водится, нанес Петру противоправные действия в виде значительных телесных повреждений. Официальная медицина тогда развела руками – и Петра потащили к Хавронье. А так всегда: в основном, конечно, на костер ведьму, но случись чо – не брезгуют. Хавронья прищурилась на княжеский потенциал и, не подбирая особенных слов, постановила: "Пациент может выжить только в случае скоропостижной женитьбы на врачевателе, то есть – мне, иначе лечить отказываюсь". И кокетливо зарделась. В этом месте легенды, бабоньки, давайте ликовать, потому что, получается, что даже по божьему персту и прямому указанию выходит, что в любви, действительно, все средства хороши. Шантажом заставив княжеского братца жениться, Хавронья в браке прожила жизнь настолько благочестивую и скучную, что даже официальная церковь развела руками и причислила ее к лику, закрыв глаза на былое шаманство и женскую корысть. Вывода тут никакого быть не может, кроме того, что, если вам по вкусу дарить друг другу "хавроньки" в июле вместо валентинок в феврале – да и на здоровье. Чо орать-то?

Когда увидела план работы на две недели, который должна реализовать за три дня. - Ты ж гляжи ж ты, говна какая! Всех с понедельничком, многострадальные!

Вы там под столом или хрен что поняли? Ну, смешно же, вы чо. Мне нужна другая аудитория!

Ладно, ладно, вы ж тут все полиглоты. Держите вот диалог вам с ресепшена. И я не издеваюсь, вдруг вы щас так подумаете. Я наслаждаюсь, это все мне НАДО Room Service: "Morny. Ruin sorbees" Guest: "Sorry, I thought I dialled room-service" RS: "Rye..Ruin sorbees..morny! Djewish to odor sunteen?" G: "Uh..yes..I'd like some bacon and eggs" RS: "Ow July den?" G: "What??!..." RS: "Ow July den? Pry, boy, pooch?" G: "Oh, the eggs! How do I like them? Sorry, scrambled please." RS: "Ow July dee bayhcem...crease?" G: "Crisp will be fine" RS: "Hokay. An San tos?" G: "What?!.." RS: "San tos. July San tos?" G: "I don't think so" RS: "No? Judo one toes??" G: "I feel really bad about this, but I don't know what 'judo one toes' means." RS: "Toes! toes!...why djew Don Juan toes? Ow bow singlish mopping we bother?" G: "English muffin!! I've got it! You were saying 'Toast.' Fine. Yes, an English muffin will be fine." RS: "We bother?" G: "No.. just put the bother on the side." RS: "Wad?" G: "I mean butter...just put it on the side." RS: "Copy?" G: "Sorry?" RS: "Copy...tea...mill?" G: "Yes. Coffee please, and that's all." RS: "One Minnie. Ass ruin torino fee, strangle ache, crease baychem, tossy singlish mopping we bother honey sigh, and copy....rye??" G: "Whatever you say" RS: "Tendjewberrymud" G: "You're welcome"

Начинаем урок тайского изыка. Записывайте. ди мак ма - заебис арой - заебис когда жрешь чек бин ду кап ту диферент - дайте счет пополам с этим хмырём случайным пэт - чтоб жопа горела май пэт - чтоб не горела ниит ной пэт - немножк чтоб горела, но это неточно чай - ладно май - нихуя чок ди - и вам не хворать Начинаем урок английского тайского языка, доставайте двойные листочки. лай - рис, флай лай - жареный рис, в любом слове с «р» лучше вставлять «л» - такое плавило лум-номер в гостинице вай вай - белое вино солли, каннот, тис лум финит, хэв сейм-сейм бат дифферент - щас тебя поселят в клоповник, готовьсь фис масас фо фус - массаж ног рыбаме, в любом слове с «ш» и «ж» лучше менять на «с» - такое правило но внезапно: сестра - ШЫША Блядь, как музыка же, ну, скажите? Шоб они мне были Бетховеном.

Во дворе моем колодезном - образцовом, где сумасшествие ощущается уже как данность - сегодня часами орет ворона. Этот ор у нас песней зовется – но если бы не хрипела она изначально, как природой ей положено от создателя - то охрипла бы в процессе, выплюнув всё орало своё вместе с клювом. Это не кашель отчаянной птахи, которая как бы оповещает: я не сдохла на вашем помоечном корме, я живая, я говорю вам ХЫРХЫР. Это непрекращающийся такой карр - как кукушечный, словно бы эта кукуха императору его правящий век отсчитывает. Отнимая надежду на изменения. И бывают, вы знаете, в глазах кровавые мальчики. Это вот когда вы на бывшего смотрите, который на Мальдивах обнимает своего трансвестита с одухотворенной рожей только что поебавшегося альтернативным образом человека… И вы представляете, как у него голова съезжает прям на грудь - ну, как в фильме старинном. Мы тогда еще обосрались изрядно, будучи мелкими, в кинотеатре. Как его, дьявола? «Роман с камнем»? Там чувачок открыл не ту амфору - и его какой-то зеленкой распидарасило. Ну, вот это кино, кто помнит. А когда у тебя птички в глазах. Тоже весьма кровавые. Я все думаю: залепить бы мурло ей хлебом - но не нашим, российским, а этим… Американским, пластелиновым, тостовым. Которым мы давилися в заграницах, не постигая, что он - полуфабрикат. И что его надо сунуть в тостер - только тогда он станет съедобным. А если нет - то конец всему: суй руки в рот себе теперь по локоть и отковыривай эту мерзость с гландов. Вообще, ворона обычно - к весне. Ну, вы же помните это чувство? Когда идешь себе на помойку с пакетом, где мило звенят бутылки. Прям в рассупоненом зипуне! Без шапки, в летних, домашних тапках. А там - грязища, уродство и хлябь. Но что-то есть вот такое в воздухе. Как будто синь, или уж синева. Лазорь как будто - и запах прели. И хоть наруже - вонючий март, но пахнет, пахнет… уже как в апреле. И вот тогда-то они и орут. Проснувшись с холода всей своей стаей. И вот тогда залепить мурло им уж не хочется - сердце тает.

Сейчас еще веселый эксперимент в эфире происходит. Понимаете, да? В описанной мною картине мира не хватает одной важной составляющей. Мошенников. Пока я вам писала свои сумбурные мысли наперекосяк - мне в личку социальной сети «Вконтакте» ломанулся дубль аккаунта моего хорошего друга - очень известного тревел-блогера с огромной армией фанатов и зрителей. Он сейчас в Венесуэле. Снимает контент. Чекнула в телеге - был семь часов назад, что и понятно, там семь утра. Спит, радость моя, отсыпается. И тут откуда ни возьмись: Привет, надеюсь вспомнила Надеюсь приятными мыслями Означенный друг написать такое мог только в одном случае: красивые венесуэлки заразили его страшной болезнью: чем-то средним между Альцгеймером и потерей пунктуации. Еще слабоумием немного - можно же в телегу написать, мы там на связи. Продолжаю наблюдение. Сейчас предположительно тот человек, который чуть глаза не выронил на стол, когда я попыталась сама заплатить за три коктейля в баре - будет просить у меня копеечку на телефончик. Делаем ставки, господа. Делаем ставки. В целом, мне осталось только с «представителями Сбербанка» поговорить на фене. Или впустить в дом продавцов пылесосов. И останется всего ничего: цыгане, свитедели Иеговы и установщики счетчиков на воду.

Никогда не пытайтесь жить не свою жизнь - это чревато. Потом, спустя много лет, вам придется буквально сызнова ощупывать былые дороги, доказывать Вселенной (или кто там вверху?), что вы вообще-то в своих сапоги и достойны ступить на свою дорогу. Сложно, я понимаю. Рассказываю. Лет с семнадцати я была человеком, который за пятнадцать минут мог собраться на другой конец географии, радикально изменить свою жизнь, бросить все, что непосильным трудом было нажито. Ничего не вставляло мне палки - ни война, ни кризис, ни нищета, ни потрясения в личной жизни. Подумаешь, отвалился мужик. Давай отвалим его вместе с городом. Или, подумаешь, что стипендия - это два пачки сигарет. Не крутых, зарубежных, а «Новости». Автостопом тогда в Поповку. Но в последние годы я сильно сдала. Доебали меня эти новости - сперва коронавирус, потом все прочее. Я засела в квартирке крохотной и стала ждать хоть какой-то стабильности. Это я-то. Человек, у которого нет корней, сбережений, недвижимости. Нет семьи, нет детей, ничего вообще. Нет, не будет и никогда даже не было. Ну нету в моей жизни отрезка, когда я чувствовала себя защищенной, уверенной и масштабной оглоблиной. Которую не сдвинет вообще ничего, потому что - ну, есть же константы. И вот что со мной такое случилось? Что вообще стало с человеком, если он держится за «копилку», боится шевельнуться и выжидает? Чего, блядь? Гриба за окном? Тора с молотом, который в красивых трусишках прилетит и спасет мироздание? Какого-то толчка изнутри? Какого-то внешнего обстоятельства? Почему всё последнее время даже недельный отпуск в ближайшей Турции - это напилась, психанула, купила? Что такого-то? Ты на удаленной работе, ты прекрасно с ней все время справляешься. Как говаривал старина Азазелло - «Разве для того, чтобы считать себя живым, нужно непременно сидеть в подвале, имея на себе рубашку и больничные кальсоны?». Посидела. Поболела. Охуела. Собралась на другой конец географии. Не в Африку, где гориллы. Не в Австралию, где всё вниз головой. А туда, где вообще-то жила. И ощущала себя прекрасно. И пиздец. За неделю до вылета - начинает сыпаться всё: зуб в санированном рту болит. Комп летит по пизде прямо всеми кишками. Телефон умирает в мучениях. ИП закрывается наполовину - и ты должна государству денег, которые не собиралась платить. Бумажки, беготня, инстанции. Врачи, визиты пидарасов из банков. «Вы, Алена, не ту карту открыли, вам юаневый юнианпей не поможет, потому что на него нельзя лить рублишки. У вас же карты в Тинькове не юнион». Сука. Сука. Голова - как жопа, уже раскалывается на две половины. Но тут какие-то ушлые гниды еще вешают на подъезд объявление, что ты должна что-то там коммунальщикам. А у меня на моей съемной квартире контракт подразумевает включенность всех платежей - их хозяин платит. И вот ему вообще все равно, а выпустят ли тебя с границы-то. И снова ад - ЖЭК, бумажки, пиздец. Да что ж меня Питер-то никак не отпустит? Три дня до вылета - сапоги уже натерли и череп и жопу. Но в них мне надо вернуться туда, где я опять остро жизнь свою чувствую. И уже больше не тормозить. Не зависать в этом чертовом лимбе. А то прям вижу себя Эвридикой, что прям одна, без крутого Орфея, пытается переплыть через Стикс. Ну, ничего. Я же - баба с веслом. Гребу покамест. Авось догребу же. Простите, что потерялась в потоке. Вы как тут? Шлите свои новости в чат.

А кеторол точно нельзя запивать коньяком? Вот прям точно-точно, вы уверены? А если через марлечку его процедить? А нагреть если? Ну, должен же быть способ, ну, придумайте.

Удолил. Всем спасибо, я поседела. Зубы мудрости - это чо вообще такое? Почему, блядь, не губы мудрости, сиськи доблести и жопа отваги? Крылья дерзости вот еще неплохой девайс. Нипочем бы удалять не стала. Понимаю, что через недельку пройдет, что ну не голову же мне оттяпали, но все равно очень жалко себя. Водки прелести бы щас полстакана.

Я сбегу сейчас. Почему не е сразу выходят привязывать? Сиди жди.

Я писала это в 21 году. Сейчас - те же ощущения. По закону подлости перед поездкой заныл зуб. И пиздец. Еду удалять, рыдаю. Пошлите лучей, пожалуйста. Я не знаю, как я не сбежала. Победила жадность, наверное, в этом дело. На депозите у стоматолога лежали деньги - мои, родимые. Когда-то я оплатила себе зубовную имплантацию. Не знаю, как вам вот объяснить- то. Я - тот дурацкий советский ребенок, которому зубы на заводе чинили. У заводского врача - стоматолога с названьем звучным Ибрагим Рамазанович. Не вру. Серьезно. За пузырь коньяка. И Рамазанович не любил две вещи делать: лечить каналы (он просто их заливал резорцином) и как-то пользовать в своей работе наркоз. Мы нервы драли с ним наживую. Чтоб не орала - меня привязывали. Меня вообще-то все детство привязывали: то стоматологи, то горлоносы. Последние рвали мне аденоиды и резали эти, во рту которые. Анестезией служило мороженое, его давали потом в стаканчике. Отплюйся кровью - и ешь, подмёрзнет. Ну, и не ной, ведь тебе рожать. И вот вхожу в кабинет в полуприсяде. Спина вся мокрая, руки липкие. Губа трясется, в глазах - смерть ночует. А там - тадам! Там какой-то мужик. Врача моего, который привычный, который мне куклу всегда совал в руки - убрали. Больше у нас не работает. А на его месте - чужой мужик. Которому я, огромная дурища, должна сейчас рассказывать сызнова, что нет, вообще вот не потерплю. Наркоза мне надо раз в пять побольше. И мазать десна крутым детским гелем - и уж потом туда тыкать иголку. Все говорить, объяснять и показывать. Немножко врать, лихо прятать скальпель. Работать быстро - молниеносно! Пока я руку вам не прокусила. И понимаю, что не в состоянии. Что стыдно, страшно, что онемела. И первый раз этот врач армянский увидел слезы размером с яйца. Они катились не переставая, а он не мог понять, что случилось. Он нифига же еще не сделал. Не хочешь зубы - кто заставляет? Вали отсюда, вон справа выход. Но как-то сделал. И я понимаю, что это, в общем-то, Рамазаныч. Да, современный. Возможно, не страшный. Возможно, работал он круто и правильно. Но эти яйца... Я наревелась на всю оставшуюся биографию. Вы мне скажите, я одна такая? Вот эта травма у нас - навечно?

Я на минуточку. А корги правда вот так спят, или это все фотошоп, нейросети и заговор рептилоидов?

Маленькая девочка купит себе мороженое и станет его есть. Откуда ни возьмись налетит ураган, отберет у нее мороженое и сорвёт красивый бантик с косички. Она заплачет и решит, что ничего страшнее в её жизни уже не произойдет. Так и будет. Она влюбится в Витьку, а Витька уйдет к Аньке, потому что у нее Sega Mega Drive и квартира с балконом. Её родители разведутся, сама она уедет из своего маленького городишки в Москву, а потом и вовсе в Америку – в какую–нибудь Санта–Монику. Там выйдет замуж и тоже разведется, оставшись без средств и с ребенком, после чего поселится на Кубе, купит себе раздолбанный Royal Enfield, пострижется налысо и будет кататься с ветерком. Следующий ураган уже ничего не сделает ни с ее бантиком — откуда бантик у лысой девочки – ни с мороженым. Она будет крепкая и удержит его в руках, чтобы отнести сыну. Сын вырастет бестолочью и будет счастлив на Кубе, а она второй раз выйдет замуж за грузного производителя сигар. Тот умрет от рака, едва она впервые в жизни испытает оргазм. До конца своих дней она будет таскаться к нему на могилу. А однажды даже переспит с похожим мужиком – толстым байкером Сэмом. Но чуда не случится. Умирая, она вспомнит почему-то тот самый ураган и заплачет, как умеют плакать только старушки – тихо всхлипывая и вытирая крохотными ручками сморщенное лицо, похожее на картошку. И затихнет навсегда. Конец. И вот не выйдет же нормального фильма по такому сценарию? А ведь так и живем. Как в книжке Маркеса. Пожрали известки, посмотрели бабочек – и конец фильма. Может, поэтому, у нас любая херня, где в сюжете приплели свиту Воланда, непременно станет хитом. А я бы вот про извёстку глянула. Про печаль, одиночество и известку.