Опусы шальной разведенки

Вчера разверзлось. Потому что Алена впервые открыла и вчиталась в Авито. Сайт, поставлявший Алене прикольчики с полуумными жещиными (отдайте бесплатно!) вдруг оказался невероятно применим ко жратве. И Алена с каким-то недоверием вдруг узнала, что можно заказать постороннему мужику ведро грибов-лисичек по цене килограмма с Яндекса. Или запросто нарыть вологодской щаницы – невероятного крошева из зеленой капусты, которую в наших палестинах никто не умеет. Или еще: что контейнер с живыми раками с Волги – это вообще не прикол для богатых. Для этого даже краснодарский спонсор не нужен: просто берешь – и заказываешь. Из расчета 1600 за кило, если мелкие, чисто пососать им жопы. И 1800, если крупные – ободрать ими язык и пальцы. Печатаю, кстати, правой сиськой буквально. Потому что все пальцы ободраны. Если вы собираетесь заказать себе раков – обязательно возьмите на вечеринку веганов. Они смешно орут, разговаривают с жипити-чатом, просят вернуть им кровно потраченные, потому что раки выпрыгивают из кастрюль – и уморительно разбегаются по квартире. Мне не жалко раков, я плохой человек. Я из тех, кто смотрит им прямо в глазищи – и, капая слюной на жабо, нежно шепчет: вам пизда, безпозвоночные! Я жру устриц живыми, креветок живыми, я ломаю лобстеру его психику – сперва показывая ему кастрюлю, в которой он сегодня будет вариться. То же самое делают мои друзья-буддисты, которые могут себя хреново вести – и в следующей жизни стать раками. Я спасаю котов, могу въебать за собачку, с которой обращаются плохо, но вот на морепродукты мне похер. Я их сразу воспринимаю продуктами, называю продуктами – и с удовольствием лопаю. У меня только к осьминогам вопросики, потому что некоторые осьминоги умнее людей. Особенно, тех, кто ебет мне голову в отношении моей вот этой гуманности. Я плохой человек. Я, когда иду в океанариум – представляю, а насколько мне будет вкусненько, если сунуть в аквариум два кипятильника, ебануть туда лаврушки, перчику – и под водочку всю эту уху. Потому что рыбов мне тоже не жалко, это рыбопродукты, как минимум. Из мяса я с удовольствием жру коров, хотя предварительно с ними не знакомлюсь, иначе аппетит будет чуть испорчен. Свиней не жру, мне невкусно, я как православный муслим – отвергаю свинячий стейк. И баранов. Баранов мне тоже совершенно не жалко, просто на мой вкус они жутко воняют, поэтому и кипятильник им в жопу я никогда не мечтала внедрить. Пусть живут себе, если такие невкусные. Кстати, плавали бы в море – были бы вкуснее, наверное.

Когда позвал веганов на вечеринку. Со звуком. Там у нас человек орет.

А вы тоже даете сжираемым животным имена своих бывших?

Чем я питаюсь в Питере.

Продолжаю изучать видео с Патриков, многому учусь. Задолбало, знаете ли, быть той женщиной, которая сама себя не особо ценит. То ли дело коучи с Патриков. Я уверена, что если конспектировать их сентенции, рано или поздно придешь к адекватности. Начала, помолясь. С ред-флагов, которые есть в современных мужчинах. Ну, во-первых, нельзя ходить на свидания с мужчиной, который не захватил для тебя какую-нибудь соседнюю страну и не назвал её твоим именем. Шутки про Аленабад тут вряд ли уместны, мы ж славяне, мы народ благозвучный. Аленостан тоже не звучит. Но тут уж главное – сила намерения. А название найдется, можно просто с Алёнска начать, или переименовать в Алёнск русскую Аляску. Во-вторых, он должен зарабатывать сикстилион йенов в час, потому что доллар щас нестабилен. Я себя не на помойке нашла, чтобы падать ниже сикстилиона, не говоря уже о том, что валюта непрочная. Хорошие профессии для мужчин – шейх, магнат, криптоинвестор, директор рынка. Средние профессии для мужчин: депутат, итальянский мафиози, хозяин газпрома. Хотя, тут Лабубу им в рот надавали, поэтому, возможно, создатель Лабубу. Очень плохо, если мужчина не ценит твое драгоценное время. Ты же тратишь на него два часа, за которые зарабатываешь шесть миллионов на онлифанс или блоге про отношения. Он должен компенсировать это Тиффанью, Картьём или сумочкой Биркин. Плохие знаки: не прислал кабриолет, пригласил на свидание В РОССИЮ, позвонил тебе на твой айфон, а не на свежеподаренный, не предложил оплатить квартиру на Патриках. Красный флаг – если мужчина маньяк, абъюзер или либеральных ценностей. Такие предлагают счет пополам, спрашивают "а ты мне чо" и вообще-то конченные. Зеленый флаг – уже одобрен какой-то женщиной, носит на пальце сертифицированный знак качества, приучен вдохновляться женской энергией и не пиздеть. Или говорить в микрофон на Барвихе "Лейсан, я люблю тебя" – тогда пусть пиздит. Стыдновато за такого, конечно, но сикстилион свой имеет и считается у дегенератов новым Ургантом. Теперь бы выяснить, а кто под это подходит-то. Однажды я, конечно, была на Барвихе, но меня там скрутило от чебурека, купленного у цыган в русских народных костюмах – и я наблевала одному хористу за шиворот. С тех пор у меня порвалась связь с Вселенной и она не слышит моего дыхания чакрою.

И чо вы в чате устроили? Охуели? Не сметь восхищаться кем-то, кроме меня!

Дорогой дедушка Мороз. А пришли мне, пожалуйста, воть эта вот в бутылке. Невероятное, буду делать коктейль.

К слову о лучших барах Петербурга. Есть места, которые держат марку годами. По-прежнему, лучшая коктейльная карта, лучшие стейки, лучшие официанты. Спасибо, парни, любовь и верность.

прячешь ты лицо пунцовое выбирая в этот раз православное столовое, выдающее заказ где яйцо с горош. вареное и капусточка тушон. щи горяч. с кост. гов. копченые колокольчик и крюшон корницерии, сидрерии, прошутерии и проч не дадут такой мистерии как столовое в рабоч. замечательное времечко с девяти до девяти. лишь открытое столовое нас восстанет и сплотит

Мам, купи

Или вот подруга попросила помочь с выбором ресторана к особому случаю. А у меня и память уже не та, да и рестораны у нас закрываются с немыслимой скоростью. Ну, я загуглила вспомнить, а что тут. Глаз упал на ресторан, который немотивированно – и совершенно истово любила одна знакомая. Я была там четыре раза – и каждый раз – как башкою в бруствер окопа: то ли обхамят – и это меня-то, воздушнейшее создание, влюбляющее в себя всех официантов, то ли в рожу плюнут за заказ бокала вина и сырной тарелки, потому что хули вы без горячего-то целый стол пришли занимать. Открыла отзывы, вчиталась. Да боже правый! Эта вековая переписка – отдельный вид искусства и литературы. Учитывая, что отвечает владелец. Вообразите: вы – хозяин огромного ресторана со своим производством сыра, колбас, уникальных десертов почти тематических. У вас огромная веранда в центре, недешевые интерьеры, курилочки. И восемь лет к ряду (а то и больше) вам пишут буквально в каждом отзыве ЛЮТОЕ. И это не обычное питерское снобство, где кому-то вдруг не понравилось, что к борщу не закоптили сметану. Или подали салфетки не мокрыми. Это, например, такая история: женщина праздновала день рождения отца, все было хуево (там всегда все хуево), а когда они с отцом собрались домой, то им отдали не всю одежду. Без шапки. Потому что, по словам администратора ресторана, на шапку пролили что-то из кухни. И забрали шапку эту постирать. И сейчас она мокрая вся - висит, сушится. А еще в ней - осколки какие-то. Или вот другая женщина день рождения праздновала. И за весь вечер не дозвалась никого, кто мог бы убрать грязные тарелки использованные. А еще она заказала стейк с кровью за шесть с половиной тысяч рублей – а ей принесли калошу убитую. И есть фотография этой калоши. В итоге из кухни вылетал шеф-повар, резал стейк, показательно его ей демонстрировал (чем доказывал, что крови-то нету, калоша), но еще и хамил, и говорил, где учился, и что она сама разбирается в стейках, как буратина в опилках. Как ни крути – а прямо повод задуматься, поувольнять к херам всю бригаду – начиная от администраторов – и заканчивая уборщицей – да и поправить за восемь лет свой бизнесишко. Но нет. Я читаю, как отвечает владелец. И поражаюсь его этой лексике. Он отвечает на каждый отзыв. И каждый ответ его начинается с удивления: мол, поражен столь низкой оценке! Наш ресторан - один из лучших в городе, никогда никто не отзывался так критикующе, никогда ни с кем ничего подобного не было. При этом, все отзывы - абсолютно такие же. И человек восемь лет удивляется каждому, потому что в его этой альтернативной реальности все как один довольны и в шапке. И трескают стейки, и упиваются тарелками чистыми. Честное слово, просто модель государства российского. Хочется сказать - глаза разуй, дитятко? Прочитай, что ты писал в предыдущем своем комментарии? Но только эхо, блядь, разлетается по красивой верандочке.

Еще смотрела серию роликов, как какой-то мудила ходит по Москве и предлагает деньги любой женщине, которая на момент опроса окажется одетой в леопардовые трусы. Долго думала, если честно. Вот я дважды была на Патриках. Оба раза – еще в те времена, когда тамошние шалавы еще жили в Твери и Пензе. Это потом они понаедут вообще без трусов с целью рассказать в микрофон, сколько должен зарабатывать их мужчина. В первый раз на Патриках я видела, как тогда кому-то даже известный блогер "дневникхача" запарковал колесом за бордюр свой Харли – и натурально обосрался его вытаскивать. Из него даже выпало что-то, я помню. То ли – ключи от байка, то ли – прямая кишка. Ну, я встала со ступеньки, поставив апероль за 600 рублей на асфальт, подошла и одной рукой ему отпарковала. Честно говоря, даже если бы я ему той рукой при всех подрочила – эффекта было бы меньше, чем от этого действия. Но никто не подбежал ко мне с камерой, спрашивая, а не леопардовые ли на мне трусы. Второй раз на Патриках я наблюдала, как женщина в сияющем плюшевом розовом спортивном костюме в стразах (как на Пэрис Хилтон времен нулевых), в уггах, бейсболке и с бровями-ниточками разводит в трехлитровой банке водку с апельсиновым соком. Она сидела на той же ступеньке, широко расставив ноги, пыхтя и держа зубами сигарету во рту. С ней было два шпица, но не было сумочки. И мне до сих пор не дает покоя история происхождения банки. Вот где она её взяла-то вообще? Из леопардовых трусов достала? Если я окажусь в третий раз на Патриках, я буду вся в леопарде. С банкой. С двумя питбулями, на Харли. С камерой. И сама сниму про себя изумительный ролик, в котором мужчина должен будет зарабатывать так много деняк, что ему не придется раскручивать свои сраные социальные сети путем дарения 500 рублей за трусы. Ну, стыдно же, ей богу, такое. Уж лучше бы перед иной женщиной прямую кишку из себя выронил в попытке поднять собственный мотоцикл.

Пробовала на ночь посмотреть порнографические ролики в интернете. Не спрашивайте, лечусь – как умею. Выпало что-то русское, но без хтони. Узнаваемый за окном пейзаж в центре Будапешта, ноутбук, как у меня на столе. Женщина сидит задом, работает, стучит из последних сил по клавиатуре. Пока к ней резко подкрадывался мужчина, я с удовлетворением обнаружила, что прическа у женщины – чистый референс: невероятно прекрасный цирюльник окрасил ей затылок, как бог – августовский лес. "Вот бы мне так" – подумала я. Я свой жбан уж лет 5 не крашу, ибо каждый раз выхожу от цирюльника как от незадачливого палача, который хотел хотел отрубить башку, но отрубил половину растительности. И теперь с ней вообще непонятно, чо делать. Возможно, рубить у другого с башкой. Часа четыре не понимала, что гуглить. Вдруг вспомнила, в каком мире живу – и за пять минут нашла актрису в фейсбуке. Написала без особой надежды – мол, мать, ну сжалься, ответь, как этот способ-то называется и кому нести свою гриву? Через 15 минут получила полный отчет: где, к кому, наименование техники. Прекрасная оказалась женщина, эта актриса. И собеседник невероятный – филолог, специалист по Шекспиру, переводчик с английского. Водки б с ней выпить. И теперь хоть понятно, где искать новых подруг в моем возрасте.

Пришел в личку полугрузин-полуэльф. Или хер его знает, что за кровь в нём, не пробовала. Полагаю, что саперави с чачею. Обманом и шантажом вызнал цифры от карты – я сопротивлялась, давала шанс ему. Я писала: "Дурак ты, ты же вот предложил, я поблагодарила и отказалась, иди уже! Хули ты настаиваешь-то, я всё равно не в состоянии ни жрать, ни пить, ни смотреть в доставки". А с другой стороны, кто я такая, чтобы спорить с наполовину кавказским мужчиной? На вторую половину он, видимо, конь, потому что на первую похож на кентавра. Там такая грива. По-моему, зря он, не должно у мужиков на голове быть больше косиц, чем у женщин, которым идут коромысла. Накидала в корзину себе кислых клюкв, заказала великолепных растворимых лекарствов. Разумеется, с яблуком. Потому что те, кто делают лекарства без яблук с корицею, а с вонючим лимоном – тот, конечно, гандон. И наполовину жадная жабища. Апельсинов еще. И внезапно – крыжовник, перетертый с сахаром, свеженький. Говорила мне мама: Аленушка. А Аленушка – это я, как водится. Последняя надежда таких женщин как ты – это не наши вот эти Алёшеньки, а наполовину кавказцы с горных хребтов. Которым, в целом, насрать, чо ты там выебываешься, потому что их маменька научила: накормить, отлюбить, потом познакомиться. А не эти вот сопли с советиками.

Полотенца рвались в руках, одеяла – кисло пахли болотом, а в сливной бачок была всунута лейка из душа. Хорошо еще – электричества не было три раза в сутки. Успевали отдохнуть глаза. Умирали во тьме притязания. Через пару недель такой жизни я вспомнила всё. Каждый свой напыщенный отзыв на Букинге. Завтрак в Хилтоне её не впечатлил – посмотри-ка! Ванна! Побелка! Свет из трех лампочек! БАТАРЕЯ! Лучший в мире отель этот хилтон, хилтуняшечка, хилтушок! – Есть электричество – значит, одна звезда – рассуждала я вслух, совсем ёбнувшись. Есть вода – уже две получается. Горячая вода – это трёшечка. А если, ну, мало ли, вдруг так бывает, одеяла УЖЕ засунуты в пододеяльники – это четыре звезды или пять. В зависимости от того, сколько в том пододеяльнике дырок. Помню, как вернулась в цивилизацию, кажется, это был московский отель. Приторно, сладко, вальяжно. Вот она я, какая, оказывается. В простынях, как в зефире. С вайфаем. С туалетным ёршиком. Принцесса, как есть принцесса. Сколько света-то, господи. И тепло-то как, здравствуйте. В смысле – вайфай прямо в номере? Как это – сауна включена? Тапочки ваши я с собой заберу, извините. И не надо на меня так смотреть. Шлюха в номере — не моя, а халат я на гвоздик повесила. Почему у вас такие большие халаты? Даже в сумку не влез. Это минус. И насчет завтрака вот ещё: понимаете, заворачивать черных хлеб в целлофан – привычка дурная, ущербная. Как и резать его треугольником. У вас же пятизвездочная гостиница, вы же не отель "Пять чурчхелл". Насчет каши вот тоже вопрос: понимаете, каша "Дружба", которую вы сварили из риса и пшёнки – не равноценная замена овсянке. Гости могут желать себе худую жопу, им нужны правильные углеводы. А не ваше детсадовское варево со стаканом сливочного масла и сахаром. Опять же, где вы в двадцать первом веке взяли манные котлеты? Кто сказал вам, что это – как сырники? Далее: две кровати, составленные в одну, не могут считаться кингсайзом. Они имеют тенденцию разъезжаться. И гость сперва спит посредине, а потом обнаруживает себя на полу. И последний вопрос. Чем у вас так узнаваемо пахнет кондиционер? Я как–то снимала номер в хостеле на пляже НайсБич под Районгом – так там в вентиляции кобра сдохла. Вы инспектировали свою вентиляцию? Цивилизация наваливается резко, без реверансов. Вяжет хурмой из мешка, шипит коброй из вентиляции. Мастурбируй бастурмой, чурчхелла! Молись электричеству, вспоминай лейку в бачке! Как же быстро ты привыкаешь к хорошему, господи. Как же жадно ты начинаешь хотеть еще лучшего. И на Ладоге тебе уже так себе. Потому что стульчак на унитазе дешевый и ты почти расколола его своей задницей. Помнишь, не было вообще стульчака? Помнишь, как Самсонова ночью чинила канализацию двумя резинками, пока ты плакала?

Прониклась тут в очередной раз русским сервисом, который, как известно, живет не внутри. И зарождается не от искреннего желания человека сделать гостю хорошо и радостно. А снаружи. Там, где есть конкуренция. Где по соседству накопали бассейн - значит, нам его тоже придется сделать. Иначе гости поедут к соседям. Или повара они наняли –  ну, пиздец. Значит, надо тоже искать себе повара, потому что уборщица плохо готовит. Но если внешней конкуренции нет – то люди вообще нихера не делают. Более того, они равнодушно смотрят, как то, что было – уже разваливается. Все равно один отель-то на Ладоге – и, значит, люди поедут, до сентября забронировано. Поэтому мы особо стараться не будем, а то вдруг перестараемся и получим звезду. Придется снова задирать ценник на пребывание, а мы и так охуели, сами чувствуем. Вспомнила многое, честно сказать. Деревянные кровати в жилом секторе в Сочи. Квартиры, которые снимала студенткой, где "есть все для жизни", ведь жизнь-то разная. И четыре стены, в целом, жизнь. А если плед на батарее висит – то жизнь теплая. Но более всех вспоминала Абхазию, в которой мы как-то отдыхали с Самсоновой, погружаясь в особенности дикого ахуя, где вертикальная поверхность – уже матрац. А любая лужа – считай, джакузи. Особо помнится отель "Пять Чурчхелл". Из привычных условий там была дверь. И четыре розетки, рассованные по территории особенно пьяным зигзагом.

Пошла в холодную воду температуру сбивать. Ну, как пошла. Встала раком под краном как Белый Рыцарь из "Алисы" – чем ниже башка, тем глубже мысли мои, получается. Но мыслей нет. Горячо. Только кровь меж ушами – я прямо слышу, как она там пульсирует. Заболеть температурой в плюс тридцать в Питере – это как с обугленной жопой пойти на Купалу, чтоб через костер там с бабами прыгать. Открыла интернеты – не соображаю совсем. Полезла в сообщения – вдруг кто хочет рекламы, дать мне денег, прислать мне свои караваны, своих девственниц или подарить мне квартиру. Читаю от какого-то человека Алёши. Привет – пишет. Я тут смотрел фотографии и увидел, что ты, наконец, постарела, перестала быть соской (цитата) и, как мне показалось, поменьше выебываешься. Может, это? На свидание сходим? Вот прямо так – и "соска" и "свидание" в одном предложении. А у меня же пульсирует, понимаете? И хладные капли текут за шиворот. И вообще – настроение гнусное, ибупрофен не снимает, со всех сторон хрень какая-то. Так себя жалко что даже Алёша-то уже не видится уебаном конченым, а представляется божьим перстом: мол, вот, узрел я, как тебе там хуево – да и послал мужичка заботливого. Пишу ему: мол, челом бью, Алёша. А закажи мне пакет мандаринов и красного винища бутылочку. Я мандарины в вино покрошу, погрею на конфорке – и будет снадобье. Им лечат горло, голову, бронхи, жопу. Даже обугленную на костре на Купалу-то. И мне Алёша отвечает: "Нет, иди тогда нахуй. Ты на меня раньше хрен свой клала, а как приспичило – так вдруг бабок с меня, сука, хочешь. Я на тарелочниц не подписывался". И возникает у меня вопрос. Алёш, ты тут? Покажись хоть народу. А то мы все на тебя клали хер, но даже и не разглядели тебя должным образом. Вдруг там вообще надо было подкладывать чо. Салфетку, я не знаю, доместос. И уж потом на тебя класть хер. Не на помойке ж мы его нашли, действительно.

Не помню, который год, возможно, 2011. Прошлая жизнь, совершенно другая реальность. Финансовая палата города Тампере в рамках поддержания русско-финских отношений и развития туризма в регионе приглашает меня на неделю в себя, как представителя крупнейшего в России интернет-радио. Это даже звучит-то как что-то скуфское, периода телеграфа и факсов. Я приезжаю прямёхонько из Таиланда – грузноватая, усталая, в какой-то яркой кофте из народных заплаток, диковатая, с зачаточным совершенно английским – впрочем, не усложняющим алкоголизацию общения со стороной принимающей. Задача – раскрутить в России Sauna Open Air Metal Festival. Ну, я еду, конечно, на халяву-то и металл – гармошка. По этому радио (не помню название) крутятся какие-то репортажи, что немыслимо глупо, некачественно, какие, блядь, еще включения с площадки с артистами? Мы пьем, постоянно пьем, посещаем туристические места, нетуристические. В эту поездку я впервые в жизни узнаю, что существует стендап. Да, пиздец поздновато, но оно и понятно: нас заводят в какой-то театральный зал, где вообще всё вокруг в красных скатертях, хрустале, золоте, белом крахмале. В таких залах петь "Сильву", но нет же, там дают нынче стендап. На финском. Который из делегации не понимает никто. Но есть шампанское, мы веселимся. На фестивале много сцен, но хедлайнер - Оззи. Он ходит прямо тут, будто не звезда, к нему вполне можно подойти и обняться. Он чем-то сильно похож на питерского алкаша часов в шесть утра на остановке – добренький, безобидный, без грамма пафоса. Когда он выйдет, он польет всех со сцены из шланга – но оно и хорошо, что не летучие мыши. А я буду смотреть и верить всерьёз, что он бессмертный. И я бессмертная. И смерти нет вообще, как нет старости, болезней, войн и всего нехорошего.

И грустно, и светло. Еще одна легенда покинула здание. И я чертовски рада, что видела этого парня на сцене живьем, стояла рядом и даже трогала его басиста за задницу. Да и музло его со мной с пубертата. Я понимаю, люди младше не вполне врубаются, почему он легенда, считают пошловатым, их такое не трогает. Да и понятно, у них в их юности уже Радиохед и прочая альтернативка случилась. Но в моей деревне старик был альтернативой – я не знаю – Шатунову Юрию. Так что - окей, зумеры, но не пиздите, пожалуйста. Вам еще своих легенд хоронить.

На фоне повышенной температуры решила полистать балийские паблики. Так следят за бывшими в соцсетях – аккуратненько, без погружения, но с некой ревностью. Чо там у него? То есть, как всё в порядке? То есть, погоди, а Наташка же говорила, что он нищий, весь замызганный, в луже лежал, а на лице у него сидела неаккуратная женщина? И к Бали ревность, конечно. Скучаю очень. И даже радуюсь немного, когда мне пишут, что пробки, дуры, туристы, криптоинвесторы, коучи по вибрациям, риэлторы русские. Что застроили, понастроили, загадили, испохабили. Что непосильно, дискомфортно и остров не принял бы. – Дома в Убуде миллионов по сорок! А помнишь, как ты ровно вот этот за сорок - снимала за четыре лет десять назад? Нихрена себе, вот это инфляция. И ты киваешь, киваешь... Потому и не еду, ты мне еще подбрось мотивации, а то заканчивается. Но я зашла почитать балийские паблики - и тут же поняла, что свершилось, оказывается. Там мужики научились дышать простатой. Понимаете, нет? Хорошо меня слышите? Бабы десятилетиями эту схему выстраивали: женская энергия, дыхание маточкой, мужчина должен, я создала, попросила, потребовала у Вселенной. И мужики такие: а чем мы хуже? И сидят там, дышат, вы представляете? Я считаю, что эскортницам всех сортов надо воздрожать от начавшейся конкуренции. А вдруг доллар опять скаканёт? И на Бали снова станет всем дорого. И поедут мужички с раздышленной простатой на родину. И начнут продвигать тут свои умения и философию. Это что ж будет-то? Баба будет должна. А мужики будут создавать и просить у Вселенной. Нас ждет неминуемая духовность простаты! Запомните мои слова, всех касается. Я вам, девчонки, вообще предлагаю скинуться – да и отправить меня на Бали духовным коучем, который остановит этот пиздец. И мужиков остановит – вот этих, разносчиков. Я много не попрошу – мне б тот домик за сорок. Не так уж много, чтобы остановить эпидемию.