OZ Sharing

И есть вроде бы очевидное решение: сказать «да просто надо отказаться от протокола! Есть же человеко-центрированный подход, недирективные методы. Просто надо следовать за клиентом.» Да, без наличия специальной задачи гораздо проще следовать за клиентом и быть со-настроенным. Но, с другой стороны это воспроизводит другую крайность, с которой сталкиваются нейроотличные люди (особенно с низким уровнем функционирования) — вообще снизить планку обучения. В пределе просто не обучать их. Ну не будет знать английский, ну не будет работать там, где нужно много коммуницировать с другими. Ну не переработаем мы травматическое воспоминание. Но зато не триггернем опыт «невписывания». Хорошее ли это решение? Думаю, в целом — не очень. Да, иногда надо забить на английский, отстать от ребенка и ничего не требовать. В какой-то момент сессии выбрать ничего не перерабатывать (даже если мы договорились, но сейчас у человека наступила когнитивная перегрузка, и перерабатывать просто «нечем»). Но мы также знаем как часто у людей с нейроотличиями бывает травматический опыт буллинга, притеснения, насилия — и как было бы важно его переработать, чтобы «прошлое не влияло на настоящее». Сами участники нашего исследования про это говорят. Да и разные жизненные навыки, в том числе английский, математика, общение — очень сильно помогают, образование вообще один из важнейших социальных лифтов и неправильно лишать людей к нему доступа из-за отличий в стиле обработки информации, восприятия и обучения. Поэтому более подходящий принцип — аккомодация. Найти способ настроить обучающий или терапевтический процесс так, чтобы он подходил конкретному человеку. #нейроотличия #EMDR

Готовясь к выступлению, вспомнила метафору «канарейки в угольной шахте»: люди, которые находятся с краю социальной группы, маргиналы от слова on the margin — самые уязвимые, чувствительные, отличающиеся — делают важную работу для всего сообщества. В нашем исследовании участники много говорили про маскинг, про то, что приходится подстраиваться под терапевта/протокол/метод, чтобы быть принятым. Но эта проблема — социально желаемые ответы, паттерн «быть удобным», быть «хорошим клиентом» возникает у многих людей. И тогда бОльшая чувствительность терапевта к этой теме делает терапию более со-настроенной, индивидуальной для всех клиентов. Если терапевт про это не осведомлен и больше сфокусирован на правильном выполнении методики — то он будет стараться ее придерживаться, выбирая между человеком и методом — метод. И тогда для нейроотличного человека это воспроизводит ситуацию, которая много раз, наверняка, случалась на разных обучениях, от детского сада и школы до групповых и индивидуальных занятий английским. Есть какой-то процесс, в него надо вписываться, я очень стараюсь, но у меня не получается, но нужно стараться еще сильнее, чтобы быть принятым. И если мы к этому слою нечувствительны, мы просто этот опыт будем игнорировать. Воспроизводя тем самым для человека опыт ненормальности и невписывания, и еще больше закрепляя маскинг. И есть вроде бы очевидное решение: сказать «да просто надо отказаться от протокола! Есть же человеко-центрированный подход, недирективные методы. Просто надо следовать за клиентом.» Да, без наличия специальной задачи гораздо проще следовать за клиентом и быть со-настроенным. Но, с другой стороны это воспроизводит другую крайность, с которой сталкиваются нейроотличные люди (особенно с низким уровнем функционирования) — вообще снизить планку обучения. В пределе просто не обучать их. Ну не будет знать английский, ну не будет работать там, где нужно много коммуницировать с другими. Ну не переработаем мы травматическое воспоминание. Но зато не триггернем опыт «невписывания». Хорошее ли это решение? Думаю, в целом — не очень. Да, иногда надо забить на английский, отстать от ребенка и ничего не требовать. В какой-то момент сессии выбрать ничего не перерабатывать (даже если мы договорились, но сейчас у человека наступила когнитивная перегрузка, и перерабатывать просто «нечем»). Но мы также знаем как часто у людей с нейроотличиями бывает травматический опыт буллинга, притеснения, непринятия — и как было бы важно его переработать, чтобы «прошлое не влияло на настоящее». Сами участники нашего исследования про это говорят. Да и разные жизненные навыки, в том числе английский, математика — очень сильно помогают, образование вообще один из важнейших социальных лифтов и неправильно лишать людей к нему доступа из-за отличия в стиле восприятия и обучения. Поэтому более подходящий принцип — аккомодация. Найти способ настроить обучающий или терапевтический процесс так, чтобы он подходил конкретному человеку.

Вот один из слайдов!

В пятницу уже выступление на конференции Ассоциации EMDR/ДПДГ: Презентация и обсуждение результатов исследования клиентского опыта нейроотличных людей в EMDR-терапии! Встречались сегодня с Олей Зотовой, репетировали, обсуждали результаты. Невероятно просто, насколько объемную картину дают именно открытые ответы! Даже с учетом того, что какие-то гипотезы были и раньше, из существующих публикаций, очень многих тезисов просто бы не существовало, если бы участники исследования не написали бы их словами. Или не сказали бы в интервью. Если вы всё пропустили, и вы нейроотличный человек с опытом EMDR-терапии, то все еще можно заполнить опрос. Пока что на конференции мы будем делиться центральными выводами (что можно успеть рассказать за час), а более детализированное и глубокое оставим для открытого вебинара весной, к которому есть надежда еще пособирать информацию. На интервью (я пока не очень много провела) уже услышала такие примеры адаптаций внутри сессий, про которые даже не думала. И про такие примеры частых граблей, на которые хочется, чтобы никто не наступал. Наша с Олей целей - дать возможность неравнодушным терапевтам получить доступ к информации из первых уст - что помогает клиентам. Потому что учебники и живой опыт расходятся драматически, и именно в этом пространстве часть клиентов считает, что терапия не работает именно у них. Хочется сделать какой-то банк идей, банк цитат, которые усилят понимание, что со всем этим делать.

Уже в пятницу начинается ежегодная конференция EMDR/ДПДГ! Если вы практикуете и еще не зарегистрировались, очень рекомендую! Если вы зарегистрировались, рекомендую зайти заранее на сайт и выбрать мастер-классы, потому что очень много всего интересного: https://conference.emdr.ru/program

Интересный угол зрения про победу ИИ (инфантильный интеллект) как кризис или проигрыш гуманитарного знания. Как победа физиков с деньгами над лирикамич Думаю, эта возгонка технологий имеет свои пределы и где-то упрется в ограниченность конструкции. Но в процессе будет поломано немало дров и судеб, как это всякий раз бывало у человечества. #social

Внутренний свидетель / продолжение Не сливаться с эмоцией Вместо «Мне грустно» можно попробовать сказать: «Сейчас во мне проявляется грусть». Этот небольшой сдвиг в словах иногда помогает почувствовать: грусть — реальное и важное переживание. Она может быть сильной, занимать много места, влиять на мои действия — и всё же не быть всей мной. Мне здесь близка формулировка «различать себя и своё переживание». Свидетель не отстраняется от чувства и не отменяет его. Он помогает побыть рядом с тем, что происходит: «Во мне есть грусть» — и при этом «я не исчерпываюсь этой грустью». В психосинтезе Роберто Ассаджиоли такой процесс называют разотождествлением: я могу замечать свои мысли, чувства и телесные состояния, не сводя себя к ним. В IFS близкий процесс называется unblending — выход из слияния с частью. Появляется немного пространства, чтобы услышать её и вступить с ней в контакт из Self — Самости, вместо того чтобы целиком смотреть на происходящее её глазами. Это перекликается и с экстернализацией в нарративной практике: принципом отделять человека от проблемы. Можно исследовать, как проблема влияет на жизнь, не превращая её в определение самого человека. Интересно как разные терапевтические подходы разными путями помогают научиться различать себя и то, что со мной происходит. И при этом бывает состояние: «Я — только боль, и ничего кроме боли». Когда ничего не остается кроме. И это тоже может быть правдой о состоянии. И тогда предложение «не сливаться» может звучать почти невыполнимо. Прозвучать как обесценивание, усиливая ощущение невстреченности, непонятости в этом опыте. Как будто от меня снова требуется что-то сделать правильно — даже в том, как я страдаю. Очень не хочется превращать идею внутреннего свидетеля в ещё одно такое требование, в навязывание планки «правильного переживания» или саморегуляции. Поэтому важно, чтобы это было только приглашение. Приглашение к открытости опыту. «Да, сейчас так.» «Я замечаю, как мне больно». И одновременно: «… и это может измениться.» Как мы иногда говорим в EMDR: «заметьте это… и давайте посмотрим как это развернется дальше.» В следующем сете. В следующей серии нашего внутреннего сериала 🙂 #терапия #IFS

Посты про внутреннего свидетеля привели только к сокращению количества подписчиков :) Вздыхаю, что лонгриды люди не любят. Наверное, это правда не очень удобно/интересно, читать длинные тексты в тг, может быть стоит лучше размещать их на сайте, а здесь давать ссылку? Что скажете?

Образ Внутреннего Свидетеля Если бы у вашего Внутреннего Свидетеля был образ — каким бы он был? Человеком или животным? Светом? Небом над вами? Взглядом? Высокой башней? Старой женщиной в кресле? Точкой тепла где-то за грудиной? У этого образа нет правильного вида. И он не обязан быть добрым, возвышенным или «духовным». Иногда Свидетель приходит как спокойная собака рядом. Иногда — как камень, на который можно присесть у моря. Иногда — просто как возможность на мгновение остановиться и заметить: со мной сейчас происходит вот это. Можно нарисовать этот образ, найти фотографию или вырезку из журнала, собрать коллаж. А потом немного побыть рядом с ним. Посмотреть на него и тихо повторить: «Я — Свидетель». Не как аффирмацию, в которую нужно поверить. Скорее как приглашение проверить: что меняется, когда я говорю это себе? Смотреть вместе с собой Представьте, что образ Свидетеля видит всё, что сейчас есть: мысли, телесные ощущения, эмоции, импульсы. Не только то, чем хочется поделиться. Ему видны и раздражение, и желание исчезнуть, и ревность, и усталость, и неловкое стремление быть хорошей. Он не обязан одобрять каждую реакцию — но может не отворачиваться от неё. Иногда именно этого нам не хватает: не нового объяснения, не срочного решения, а присутствия рядом с тем, что уже происходит. Попробуйте на несколько секунд заметить: • Что сейчас происходит в теле? • Какая мысль повторяется громче других? • Есть ли импульс что-то сделать: написать, закрыться, поесть, уйти, замереть? • Можете ли вы не идти за этим импульсом сразу — только заметить его? Если становится слишком интенсивно, не нужно продолжать. Можно открыть глаза, посмотреть вокруг, почувствовать стопы на полу, вернуться к чему-то внешнему и конкретному. Свидетельствование — не про то, чтобы выдерживать всё в одиночку. Иногда наиболее точное свидетельство своему состоянию — признать: «Сейчас мне нужна опора, пауза или другой человек рядом».

Про внутреннего свидетеля Продолжу про «внутреннего свидетеля». В одной йога-студии в Тель-Авиве мне попалась книга We Are Mashiach / Messiah: The Workbook — рабочая тетрадь о личной мифологии, внутреннем мире и диалоге с разными частями себя. Она опирается на подход Internal Family Systems (IFS), практики активного воображения, mindfulness и творческое самовыражение — через рисунок, коллаж, письмо. Мне особенно понравилось, как в ней говорится о Внутреннем Свидетеле и о небольших практиках, которые помогают развивать это состояние. В аутентичном движении Свидетель — не тот, кто оценивает, интерпретирует или пытается немедленно исправить происходящее. Это присутствующий взгляд, который может быть рядом с опытом: с движением, импульсом, смущением, удовольствием, злостью, пустотой. Свидетель замечает — и этим уже создаёт пространство. Ниже — мой перевод с небольшими дополнениями. *** Какое слово вам ближе? «Свидетель» — это состояние, из которого можно замечать разные свои части без осуждения, с интересом и любопытством. В разных психологических и духовных традициях для этого опыта есть свои слова: Самость, осознанное присутствие, наблюдающее сознание, внутренний свидетель. В IFS это близко к Self — той части нас, из которой возможны ясность, спокойствие, любопытство и сострадание. Но иногда само слово «Свидетель» может не откликаться. Может быть, вам ближе «Присутствие». Или «Та, кто рядом». Или «Тот, кто видит». Или вовсе образ — птица над городом, тёплое окно в темноте, глаз, облако, дерево. Попробуйте не выбирать «правильное» слово, а прислушаться: какое из них немного расширяет дыхание? При каком внутри становится больше места? Можно написать это слово крупно на отдельной странице блокнота. Обвести цветом. Добавить линии, пятна, рисунки. Не чтобы создать красивую страницу, а чтобы дать этому состоянию форму, с которой можно встретиться.

Осуждение и внутренний свидетель Заметила такую вещь: когда я представляю осуждение — не просто что скажет «Марья Алексевна», а такое, затрагивающее, личное, реальное — оно начинает занимать так много места во внутренней комнате опыта, что вся я, со всем моим опытом, внутренней правдой и таковостью, мгновенно сжимаюсь и исчезаю. Осуждение — это тоже опыт. Не всегда от него можно и стоит отмахиваться. Если это слова человека, который мне дорог, и опыту которого я хочу дать место (просто дослушать до конца, в конце концов), то приходится, придется выдержать, что эти слова и чувства за ними прозвучат в пространстве. Но могу ли я, давай место этим словам, одновременно быть свидетелем собственного опыта? Давать ему место тоже? Как мы это делаем в практике аутентичного движения. Когда эти слова Другого звучат в пространстве, я могу дать им быть как есть, того размера, который есть, не увеличивая их до размеров всего пространства. Оставляя часть внимания и присутствия на своем опыте, его смысле и ценности, во всем его многослойном объеме. Продолжая дышать рядом со всем этим. #терапия #аутентичное_движение

Отношения как стартап Отношения — это стартап. Ты можешь вложить деньги, время, усилия; партнеры могут вложить деньги, время, усилия, всех себя без остатка или сколько смогут — но заранее неизвестно что получится и получится ли вообще.  Можно и нужно пересматривать стратегию, пересобирать продукт и команду. Нормально иметь сомнения и спрашивать: а не фигню ли я делаю? Но пока ты не закрыл стартап, не надо по каждому большому и малому факапу, невыигранному питчу и неподнятому раунду говорить, что «это меня травмирует» и собирать вещи.  Конечно, у тебя есть опция выйти. Выход есть всегда. Да — иногда через неудачу. Через списание убытков. И это тоже свобода, которую важно не терять никогда. Потому что иначе предпринимательство превращается в феодализм. А отношения в зависимость.  Но пока ты не принял финальное решение о выходе — не демотивируй команду своими страхами. Продолжай двигаться, пробовать, разговаривать, делать. Продолжайте. #relationship

Одно из главных и освобождающих отличий взрослого от ребенка — это право на выход. Право сказать: «Мне это не подходит». «Я не хочу с собой так». «Я не буду с собой так». Право на выход из травмирующей ситуации. Право встать и выйти. Да, списав убытки. Да, горюя об утраченном. Но вернув себе свободу действия. Свободу что-то поменять. Свободу вернуться в мир. А дальше, найдя опору в своем «нет» — найти силы сказать «да». Потому что «да» тоже иногда требует силы, смелости и мужества продолжать. Не нажимать на стоп-кран каждый раз, когда становится сложно. Об этом текст ниже ⬇️

Есть такой проект «Конференция ПРЛ». В их тг-канале в открытом доступе какое-то бесчисленное количество материалов вокруг ПРЛ, во всех подходах. И поскольку «ПРЛ» (пограничное личностное расстройство) — это, по большому счету, отношенческая травма (так как триггером дисрегуляции становится происходящее в отношениях), травма терапевтом многое из этого полезно. Мне понравилась презентации врача-психиатра Анастасии Афанасьевой про дифференциальную диагностику РАС, СДВГ и ПРЛ. Несколько слайдов и тезисов: Не спрашивать: «На какой диагноз это похоже?» Спрашивать: «как эта дисрегуляция организована во времени, теле, отношениях и истории развития?» Дисрегуляцию полезнее описывать по шести осям: Порог запуска Скорость нарастания Интенсивность Поведенческий контроль Репертуар стратегий Время восстановления Пять вопросов перед любым вмешательством: Что нарушено: распознавание, торможение, переключение или восстановление? Это эмоциональная реакция, сенсорная перегрузка или их сочетание? Какую роль играет среда? Какие функции доступны человеку на пике? Мы уменьшаем страдание или только делаем человека удобнее? *** Завтра провожу групповую супервизию EMDR, 10-13:00 Мск. Регистрация здесь: https://emdrrus.timepad.ru/event/4112589/

Исследование клиентского опыта людей с нейроотличиями в EMDR-терапии Последнее время тема помощи людям с нейроотличиями звучит все активнее — как в соцсетях, так и на международных конференциях. Стало больше внимания и осведомленности об этой теме, в том числе в EMDR-сообществе. Для примера обложка журнала международной ассоциации EMDR. Но очень важно, чтобы эта тема звучала не только от лица экспертов. В работе с маргинализованными группами есть принцип: «ничего о нас без нас». Это про то, что важно давать звучать голосам «от первого лица», особенно в случаях, когда опыт людей отличается от условно среднего, в силу каких-то особенностей — генетических, нейробиологических, культурных или социальных. Именно поэтому мы с коллегой Натальей Лебедевой составили опрос для людей с нейроотличиями (РАС, СДВГ, и другие) про клиентский опыт в EMDR. Нам важно услышать голоса всех людей, как тех, кто имеет официальный диагноз, так и тем, кто сам идентифицирует себя так. Нам важно понять, как терапевты адаптируют процесс работы и как эту терапию переживают сами клиенты. Этим опросом мы надеемся донести “голоса от первого лица” до сообщества психологов и психотерапевтов, с тем, чтобы лучше адаптировать психотерапию к особенностям и потребностям людей с нейроотличиями. Опрос довольно развернутый (заполнение занимает 10-30 минут), но только первый блок вопросов обязательный, дальше вопросы опциональны, если будет сложно или непонятно, можно пропустить. В конце есть открытые вопросы, можно написать текстом то, что важно и хочется в том формате, как это вам подходит. Будем благодарны, если вы поделитесь этой анкетой со знакомыми вам людьми с РАС/СДВГ. Пройти опрос: https://tally.so/r/pbly8J Спасибо за помощь! Наталья Лебедева Ольга Зотова

Есть такая английская пословица: «all work and no play makes Jack a dull boy» — в моем вольном переводе: из одного труда получается скукота :) Важно найти баланс предпочитаемого. Свой, а не тот, что ждут от вас как дочери маминой подруги. Это надо еще про себя узнать, а также дать себе возможность меняться, и хотеть разного. Но есть и неизменные ценности. Если меня жизнь чему-то и научила, так это тому, что для хорошей жизни мне важно, чтобы рядом было много хороших людей и много танца :) И некоторое количество новых вызовов, чтобы не скучно:) На день рождения делала вечеринку для друзей на крыше и впервые была диджеем! Поделюсь плейлистом: https://open.spotify.com/playlist/3KA70IaT7lrrtXUHmNMia0?si=rb3i0fUmQXWTcXW5DI3kdQ&utm_source=copy-link&pi=FefB4kn6Tn2Za Enjoy! ✨ #2listen

Колесо баланса — или беличье колесо? Хорошая развернутая статья Татьяны Павловой, в духе нарративной практики и критической теории: «В колесе баланса: как погоня за благополучием разрушает нашу жизнь». «Построй правильного себя» — сегодня мир транслирует этот месседж отовсюду, начиная с бесконечных образовательных курсов, заканчивая установками на обретение психического благополучия и «правильный» отдых. В итоге человек оказывается в вечной гонке за улучшенной версией себя и превращает жизнь в коллекционирование галочек в чек-листе. #2read

Как всегда, анонсы в последний момент: уже завтра будет онлайн-день ежегодной конференции ОРКТ! Еще можно присоединиться! Ниже только одна линия доклада, а всего их четыре, полное расписание здесь. Расписание завтрашнего дня: Секция «Как работает ОРКТ?» Так приятно видеть лица любимых коллег! Еще это очень дружелюбное коммьюнити, так что если вы психолог, коуч, помогающий практик и чувствуете себя в профессии одиноко — присоединяйтесь, в Ассоциации ОРКТ много поддерживающей движухи. #ОРКТ

«Наказание наградой» и система лайков За тридцать лет после книги Кона мы стали лучше понимать, почему внешние сигналы признания так цепляют нервную систему. Исследования социальных сетей показывают, что лайки могут работать как форма социального вознаграждения, а поведение пользователей частично описывается моделями обучения на подкреплении: прошлый опыт отклика влияет на желание снова публиковать, проверять и ждать реакции. Это не означает, что каждый человек с телефоном «зависим» или что лайк равен игровому автомату. Но в цифровой среде действительно создаётся удобная для фиксации петля: награда приходит быстро, её можно посчитать, сравнить с другими — и она приходит не всегда. Ты публикуешь что-то важное или просто красивое. Иногда получаешь отклик и чувствуешь прилив радости, облегчения, социальной видимости. В другой раз отклика мало или он не приходит от тех, от кого особенно хотелось бы его получить. И тогда возникает желание проверить ещё раз, подумать, что было не так, сделать следующий пост более понятным, красивым, достойным внимания. Роберт Миллер, автор Feeling-State Addiction Protocol, предлагает рассматривать некоторые компульсивные петли через связь между действием и желаемым состоянием. Человека может удерживать не само действие — публикация, проверка, покупка, ставка, — а состояние, с которым оно оказалось связано: облегчение, принадлежность, возбуждение, ощущение собственной значимости или того, что «со мной всё в порядке». Эта модель не объясняет автоматически любую тягу к одобрению и не должна превращать нормальную потребность в признании в диагноз. Но она помогает поставить интересный вопрос: что именно я пытаюсь получить через очередную проверку? Возможно, не лайк как таковой. А подтверждение, что меня видят. Что мой вклад существует. Что я не выпал_а из поля других людей. Что мне не нужно всё время доказывать право быть ценным_ой. Мне кажется, здесь важно не запрещать себе радость от хорошей оценки, премии, похвалы или лайка. Радость от отклика — часть человеческой жизни. Но полезно замечать момент, когда внешний знак получает слишком много власти: начинает определять, можно ли сегодня уважать себя, чувствовать себя достаточно хорошим человеком, продолжать делать важное дело. Тогда задача, возможно, не в том, чтобы стать нечувствительным к внешнему признанию. А в том, чтобы иметь больше одного источника опоры: собственный интерес, знание о сделанном, отношения, в которых можно быть неидеальным, коллег и друзей, способных заметить вклад без необходимости превращать его в рейтинг. И чтобы не-премия, не-пятёрка или не-лайк не становились автоматически доказательством того, что с нами что-то не так. Ссылки: Альфи Кон, «Наказание наградой», читать Robert Miller, Feeling-State Protocol О лайках как социальном вознаграждении О моделях обучения на подкреплении в социальных сетях #2learn #соцсети #EMDR

Наказание наградой — так называется книга американского исследователя образования Альфи Кона, вышедшая в 1993 году. Кон писал о школьных оценках, золотых звёздочках, премиях, рейтингах и похвале — обо всех тех способах, которыми мы пытаемся мотивировать людей по формуле «сделай это — получишь то». Его аргумент в том, что такая система может срабатывать на короткой дистанции, но имеет цену: постепенно внешняя награда становится важнее самого дела. Ребёнок учится уже не потому, что ему интересно разобраться в предмете, а потому что нужна пятёрка. Не потому, что хочется написать текст, решить задачу или рискнуть с собственным ответом, а потому что страшно ошибиться, получить низкую оценку и вместе с ней — ощущение, что ты недостаточно хорош_а. Конечно, дело не в том, что ребёнку не должно быть приятно получить пятёрку. Или что сотруднику нельзя радоваться премии. Вопрос в том, какое место награда начинает занимать в общей системе отношений с собой, своим трудом и другими людьми. Если пятёрка становится главным подтверждением «я умный», премия — главным подтверждением «мой вклад важен», а похвала — главным подтверждением «со мной всё в порядке», то отсутствие награды неизбежно начинает переживаться не как отсутствие конкретного знака, а как его противоположность. В коллективе это хорошо видно. Когда премию получает один сотрудник, все остальные получают не-премию. Это не значит, что любую премию нужно отменить: она может быть справедливой, прозрачной и действительно отражать дополнительный вклад. Но в ситуации дефицита, непрозрачных критериев или неравного распределения власти премия одновременно сообщает одному человеку «твой труд замечен», а остальным предлагает справляться с вопросом: «а почему не мой?» Тогда люди начинают не столько делать работу, которая кажется им нужной и осмысленной, сколько искать правильное поведение для системы оценки. Сравнивать себя с коллегами. Пытаться угадать ожидания руководителя. Скрывать ошибки. Бояться оказаться теми, кому снова досталась не-премия. P.S. Книгу очень рекомендую всем родителям детей школьного возраста, особенно если для вас самих оценки были триггером, вас за них ругали/хвалили, и это связалось с самоценностью. #2learn #psy #2read #parenting