Открытая наука 🦢🦌

Виктор Олегович, узнав его, осторожно рассказал ему историю: о том, что тоннель, который тот проектировал, в итоге был успешно достроен, и никакой роковой ошибки в расчётах не было. Трагедия же заключалась в том, что в назначенный срок две команды рабочих, которые рубили тоннель не встретились под землёй, и Марчеллони, решив, что виной всему его просчёт, застрелился. После этих слов итальянец резко побледнел, вскочил и, что-то крича на своём языке, грубо прогнал нас прочь. Мы в смятении медленно поплелись прочь, оставив его одного с внезапно обрушившейся на него правдой. После долгих часов блужданий мы, совсем обессиленные, пошли искать ночлег. Долго искать не пришлось: старушка, развешивающая простыни, подозвала нас и попросила помочь. Кто-то нарубил дров, мы с Сашей помогли догладить бельё, Дарья и Виктор Олегович помогли по хозяйству. В итоге хозяйка согласилась приютить всех. Правда, некоторым пришлось ночевать в сарае на сене. Но и это было лучше, чем ничего, особенно после того, как она накормила нас горячей похлёбкой с домашним хлебом. Может, кому-то не спалось в ту ночь, но я вырубилась как убитая. Проснувшись, узнала, что Дарья и Виктор Олегович ушли на поиски выхода. Меня тревожило лишь одно: наверняка в городе уже поднята суматоха из-за нашего исчезновения. А в остальном жизнь в этой деревне без интернета и суеты казалась мне идеальным отдыхом. Мы снова помогали хозяйке — очень доброй женщине по имени Мила. Вскоре вернулись Виктор Олегович с Дарьей — безуспешно. Наши телефоны не ловили сеть, и они не нашли ни малейшего намёка на связь. Так прошёл ещё один день, затем ещё и ещё. Вскоре мне всё это начало надоедать. Одно и то же изо дня в день... Я начала волноваться о маме — наверняка она уже места себе не находит. Нас должны были искать уже как минимум неделю. Тем более что и Виктор Олегович, наш декан, пропал вместе с нами. В общем, я отправилась на поиски выхода. В конце концов, именно я нашла тот потайной ход — значит, и выход должна обнаружить. Шла, шла и вышла к той самой казарме, о которой рассказывал Виктор Олегович. Зашла внутрь — старинное заброшенное здание с подземными ходами. Спустилась в один из них — и поймала сигнал. Поднявшись обратно, чтобы позвать остальных, я с ужасом поняла: я вернулась туда, откуда мы ушли. Спустилась обратно — ничего не изменилось. Я начала паниковать: что, если ребята навсегда останутся в той деревне? Но тут из прохода выбежала Кассандра (собака Дарьи), а за ней — и все остальные. Оказалось, Кассандра незаметно шла за мной по пятам и в итоге привела всех к выходу. Я была безмерно счастлива снова видеть их. Мы тут же начали звонить близким, чтобы сообщить, что с нами всё в порядке. Но оказалось... нас никто и не искал. Мы пропали всего на 15 минут. Мы были ошеломлены — это мягко сказано. Мы прожили целую неделю в другом мире... а может, в другой вселенной. Но я была благодарна за этот отдых — и за то, что не потеряла ни минуты в реальном времени. Пока все приходили в себя, я тихо радовалась, как вдруг услышала громкий голос Виктора Олеговича: — Диана, просыпайся! Через 10 минут будем в Иркутске. Всю дорогу проспала. В общем, сон оказался на удивление ярким. Наше путешествие вышло не таким, как в моём сновидении, но всё равно было здорово. Я, конечно, не отдохнула целую неделю, но этот день стал глотком свежего воздуха — я набралась сил для дальнейшей работы. К чему я это всё? Всем нам нужен отдых. Для каждого он свой: кому-то, как и мне, стоит съездить в компанию безумных путешественников, а кому-то — просто отлежаться на диване. Давайте себе то, что вам по-настоящему близко, — вот тогда и обретёте гармонию.

Наступила осень. Я пила чай, как вдруг мой взгляд зацепился за всплывающее уведомление. Это было сообщение от «baikalexcursion» о предстоящей поездке на Байкал: нас ждала прогулка по КБЖД и вкусный осенний пикник. Я решила, не раздумывая. Городская суета меня удручала, особенно осенью, когда все вокруг становилось тусклым. Мне не хватало времени, чтобы разглядеть эти жёлтые листья, которые казались мне мерзкими, а на самом деле были очень даже симпатичными. Но чтобы это заметить, нужно быть спокойным и уметь наслаждаться каждым моментом — тогда в любое время года найдёшь что-то хорошее. В общем, я вытянула из дома подругу Сашу, и мы двинулись в дорогу. Собралась огромная компания — человек пятьдесят. Большинство — студенты, но были и люди постарше. Мы сели в электричку и пару часов сладко спали... Приехав на маленькую станцию, сразу направились по тропе национального парка. Ребята быстро разделились на группы: кто-то останавливался на привал, а мы шли дальше. Путь был несложным. Наш преподаватель по орнитологии (именно он с женой Дарьей ввёл традицию этих осенних поездок) рассказывал истории обо всём, что мы видели вокруг. Вскоре и мы устроили привал. Стол ломился от угощений — было всё, от дикого мяса до вишнёвого варенья. Перекусив, мы двинулись дальше: нам предстояло пройти через три тоннеля и дойти до заброшенной казармы. Первый тоннель оказался недлинным, но внутри было почти темно. Виктор Олегович рассказал историю об итальянском архитекторе, который его проектировал, — историю о неудаче и трагической гибели. Вскоре мы снова вышли на солнце. Байкал в октябре был ещё тёплым, а окружающие его места — совершенно бесснежными. Стояла прекрасная погода, и лишь ветер слегка трепал волосы. Мы вошли во второй тоннель, но вдруг услышали звук приближающегося поезда. Мы живо юркнули в «нишу» — специальный отсек, где можно укрыться, чтобы порывом ветра от состава не выбросило на пути. Но нас было человек шесть, и в тесное пространство все не помещались. Я вжалась в кирпичную стену, и под моим весом один из кирпичей подался внутрь. Перед нами открылся скрытый проход. Мы все зашли туда. Снаружи стоял оглушительный грохот. Когда он стих, мы увидели жилую деревню: люди суетились, стирали бельё, дети играли на площадках. Этого места не было на карте. Виктор Олегович заметно встревожился и сказал, что здесь что-то не так. Мы прошлись по странному поселению и начали замечать знакомые лица. Это были ребята, отставшие от нашей группы. Они выглядели на несколько лет старше, а у некоторых уже были дети. Нас это напугало. Мы бросились к выходу, но его не было — лишь замкнутое пространство, окружённое незнакомым пейзажем. Мы пытались расспросить местных, что здесь происходит, но они лишь крутили у виска. А те, кто, казалось, должен был нас знать, делали вид, что не замечают. Вдруг по воздуху поплыли знакомые звуки «Bella, ciao» — единственной итальянской песни, которую я знала. Она звучала так проникновенно, будто её напевал настоящий итальянец. Мы пошли на голос и под большим раскидистым деревом увидели старичка. Он представился: «Марчеллони». По-русски он говорил вполне сносно

Виктор Олегович, узнав его, осторожно рассказал ему историю: о том, что тоннель, который тот проектировал, в итоге был успешно достроен, и никакой роковой ошибки в расчётах не было. Трагедия же заключалась в том, что в назначенный срок две команды рабочих, которые рубили тоннель не встретились под землёй, и Марчеллони, решив, что виной всему его просчёт, застрелился. После этих слов итальянец резко побледнел, вскочил и, что-то крича на своём языке, грубо прогнал нас прочь. Мы в смятении медленно поплелись прочь, оставив его одного с внезапно обрушившейся на него правдой. После долгих часов блужданий мы, совсем обессиленные, пошли искать ночлег. Долго искать не пришлось: старушка, развешивающая простыни, подозвала нас и попросила помочь. Кто-то нарубил дров, мы с Сашей помогли догладить бельё, Дарья и Виктор Олегович помогли по хозяйству. В итоге хозяйка согласилась приютить всех. Правда, некоторым пришлось ночевать в сарае на сене. Но и это было лучше, чем ничего, особенно после того, как она накормила нас горячей похлёбкой с домашним хлебом. Может, кому-то не спалось в ту ночь, но я вырубилась как убитая. Проснувшись, узнала, что Дарья и Виктор Олегович ушли на поиски выхода. Меня тревожило лишь одно: наверняка в городе уже поднята суматоха из-за нашего исчезновения. А в остальном жизнь в этой деревне без интернета и суеты казалась мне идеальным отдыхом. Мы снова помогали хозяйке — очень доброй женщине по имени Мила. Вскоре вернулись Виктор Олегович с Дарьей — безуспешно. Наши телефоны не ловили сеть, и они не нашли ни малейшего намёка на связь. Так прошёл ещё один день, затем ещё и ещё. Вскоре мне всё это начало надоедать. Одно и то же изо дня в день... Я начала волноваться о маме — наверняка она уже места себе не находит. Нас должны были искать уже как минимум неделю. Тем более что и Виктор Олегович, наш декан, пропал вместе с нами. В общем, я отправилась на поиски выхода. В конце концов, именно я нашла тот потайной ход — значит, и выход должна обнаружить. Шла, шла и вышла к той самой казарме, о которой рассказывал Виктор Олегович. Зашла внутрь — старинное заброшенное здание с подземными ходами. Спустилась в один из них — и поймала сигнал. Поднявшись обратно, чтобы позвать остальных, я с ужасом поняла: я вернулась туда, откуда мы ушли. Спустилась обратно — ничего не изменилось. Я начала паниковать: что, если ребята навсегда останутся в той деревне? Но тут из прохода выбежала Кассандра (собака Дарьи), а за ней — и все остальные. Оказалось, Кассандра незаметно шла за мной по пятам и в итоге привела всех к выходу. Я была безмерно счастлива снова видеть их. Мы тут же начали звонить близким, чтобы сообщить, что с нами всё в порядке. Но оказалось... нас никто и не искал. Мы пропали всего на 15 минут. Мы были ошеломлены — это мягко сказано. Мы прожили целую неделю в другом мире... а может, в другой вселенной. Но я была благодарна за этот отдых — и за то, что не потеряла ни минуты в реальном времени. Пока все приходили в себя, я тихо радовалась, как вдруг услышала громкий голос Виктора Олеговича: — Диана, просыпайся! Через 10 минут будем в Иркутске. Всю дорогу проспала. В общем, сон оказался на удивление ярким. Наше путешествие вышло не таким, как в моём сновидении, но всё равно было здорово. Я, конечно, не отдохнула целую неделю, но этот день стал глотком свежего воздуха — я набралась сил для дальнейшей работы. К чему я это всё? Всем нам нужен отдых. Для каждого он свой: кому-то, как и мне, стоит съездить в компанию безумных путешественников, а кому-то — просто отлежаться на диване. Давайте себе то, что вам по-настоящему близко, — вот тогда и обретёте гармонию.