Факелизм🔥🇪🇺🇮🇱🇹🇼

🌫️🌫️     🤍🤍🤍 🪞 🤍🤍🤍 Пᴩиʙᴇᴛᴄᴛʙую ᴛᴇбя, иᴄᴋᴀᴛᴇᴧь иᴄᴛоᴩии. Еᴄᴧи ᴛᴇбя ʍᴀняᴛ зᴀбыᴛыᴇ ϶ᴨохи, ᴄудьбы ʙᴇᴧиᴋих ᴧюдᴇй и ᴛᴀйны, ᴨᴇᴩᴇжиʙɯиᴇ ʙᴇᴋᴀ – добᴩо ᴨожᴀᴧоʙᴀᴛь. Здесь века говорят своими голосами:

⚔️ Жиʙыᴇ иᴄᴛоᴩии и яᴩᴋиᴇ биоᴦᴩᴀɸии

🤩 Дᴩᴇʙниᴇ ʍиɸы о боᴦᴀх, ᴦᴇᴩоях и ᴄʍᴇᴩᴛных

🙎‍♀️ Дʙоᴩцоʙыᴇ инᴛᴩиᴦи и ᴨиᴋᴀнᴛныᴇ ᴨодᴩобноᴄᴛи

👋 Зᴀбᴀʙныᴇ ɸᴀᴋᴛы и иᴄᴛоᴩичᴇᴄᴋиᴇ ᴨᴀᴩᴀдоᴋᴄы

  🤩🤩 🤩🤩 Здᴇᴄь ʍожно ᴩᴀᴄᴄуждᴀᴛь о ɸиᴧоᴄоɸии, ᴋуᴧьᴛуᴩᴇ и идᴇях, ᴨᴇᴩᴇжиʙɯих ʙᴇᴋᴀ. Иᴄᴛоᴩия оᴄᴛᴀʙиᴧᴀ нᴀʍ ʍножᴇᴄᴛʙо зᴀᴦᴀдоᴋ. И ᴋᴛо знᴀᴇᴛ – быᴛь ʍожᴇᴛ, нᴇᴋоᴛоᴩыᴇ из них ʙᴄё ᴇщё ждуᴛ ᴄʙоᴇᴦо ᴛоᴧᴋоʙᴀᴛᴇᴧя. ⚔️⚔️⚔️

«Чтобы понять настоящее, нужно знать прошлое»

🌫️🌫️     🤍🤍🤍 🪞 🤍🤍🤍 ⊰⁠⊹ฺ Нᴀʙиᴦᴀция

🇮🇱🇪🇺

Следующая неделя объявлена неделей постов про Израиль. 🇮🇱

А если бы Восточная Европа выбрала третий путь? (В тему прошлого поста) Представим другую Европу 1989 года Восточная Европа начинает выходить из советской орбиты так же, как в нашей истории, но вместо постепенного перехода к западному капитализму страны региона пытаются создать собственный проект, демократический, социалистический и основанный на самоуправлении В Польше победившая «Солидарность» делает ставку не на приватизацию, а на старую идею Самоуправляемой республики, где рабочие советы и демократические институты становятся основой политической и экономической системы В ГДР реформаторы из «Нового форума» и «Демократии сейчас» добиваются демократизации социализма, в Венгрии реформаторы и демократические социалисты предлагают собственную модель, в Чехословакии часть оппозиции соединяет наследие Пражской весны с демократическими реформами, Румыния после революции выбирает демократический социализм, а Болгария присоединяется после падения старого руководства Так возникает Европейский Социалистический Союз, не советский блок и не периферия Запада, а самостоятельный общеевропейский проект, который начинает первые переговоры с Югославией, СССР и США Но что произошло бы дальше? Сегодня решаете вы. (Следующий пост опрос)

Когда железный занавес дал трещину 19 августа 1989 года на австро-венгерской границе прошёл Панъевропейский пикник, ставший одним из символических моментов начала конца железного занавеса, пограничные ворота открыли всего на несколько часов, но этого оказалось достаточно, чтобы более 600 граждан ГДР смогли перейти в Австрию, не встретив сопротивления пограничников. Сегодня мы воспринимаем единую Европу и возможность свободно пересекать её границы как нечто само собой разумеющееся, но ещё в 1989 году Европа была разделена политическими системами, границами и вооружёнными постами, поэтому тот небольшой пролом на венгерско-австрийской границе оказался частью цепной реакции, которая всего через несколько месяцев приведёт к падению Берлинской стены, объединению Германии и окончательному демонтажу разделённой Европы. И сегодня мы запускаем новую рубрику, где история будет зависеть от вашего голоса, вы выбираете решение, которое могло изменить ход событий, а мы показываем, куда могла привести эта историческая развилка Добро пожаловать в альтернативную историю, где один голос способен изменить целую эпоху, первый опрос уже сегодня.

Нет опаснее врага, чем текст который вылезает... Но я победил его. Моё первое вручную переведенное видео. Освальд Мосли.

Факелизм представляет новую рубрику. С целью включения тематического контента периодически будут проводиться голосования, посвящённые выбору конкретного исторического сценария, на основе которого будет развиваться версия альтернативной истории. Целью инициативы является создание содержательного и увлекательного процесса, а не проведение формальных опросов, результаты которых не несут смысловой нагрузки. Ждите первый опрос уже в ближайшее время, как и после опроса развитие альтернативного сценария!

Прогрессивный национализм и роль рабочего самоуправления. Национализм принято воспринимать как нечто однозначно правое, консервативное и направленное против объединения народов, однако исторически это далеко не так, национальная идея в Европе во многом возникла именно как орудие разрушения старого порядка, как попытка преодолеть феодальную раздробленность, сословные границы и политическую мозаичность прошлого, поэтому вопрос должен заключаться не в том, является ли национализм левым или правым сам по себе, а в том, какую историческую функцию он выполняет Французский пример особенно показателен, революционная Франция создавала единую политическую нацию из общества, которое до этого было разделено провинциальными особенностями, сословиями, местными привилегиями и остатками феодального порядка, национальное единство здесь было не возвращением в прошлое, а движением вперёд, француз становился прежде всего гражданином единой республики, а не подданным отдельной провинции или сословия, национальная консолидация создавала более крупное политическое пространство и тем самым открывала возможности для дальнейшего социального развития Похожую функцию национальное объединение выполняло в Германии и Италии, несмотря на совершенно разные исторические условия, объединение множества государств и политических территорий в более крупные национальные государства разрушало старую раздробленность и создавало единые экономические и политические пространства, Германия переходила от множества германских государств к единому рынку и государству, Италия преодолевала существование многочисленных политических центров, сама идея национального объединения становилась частью модернизации, хотя последующее развитие этих стран показало, что прогрессивный потенциал национализма не является вечным И здесь возникает главный критерий, национализм прогрессивен тогда, когда он объединяет, и становится консервативным тогда, когда начинает сохранять старое разделение, национальная идея может быть исторически необходимым этапом, но из этого совершенно не следует, что национальное государство является высшей и последней формой человеческого объединения Европа уже давно переросла масштаб отдельных государств, современная промышленность, энергетика, транспорт, наука, торговля, финансовая система и технологическое производство связаны между собой континентальными цепочками, европейские общества существуют внутри единого экономического пространства, но политическая организация по-прежнему во многом сохраняет логику XIX века, когда национальное государство считалось естественным пределом политического объединения Именно здесь появляется идея европейской супернации, она не должна означать уничтожение французов, немцев, итальянцев или других европейских народов, напротив, речь идёт о создании более крупной политической общности, способной объединить уже сформировавшиеся нации так же, как национальное объединение когда-то преодолевало раздробленность провинций и мелких государств, француз не перестаёт быть французом от существования единой Европы, так же как житель Баварии не перестал быть баварцем после создания Германии Поэтому особенно реакционной выглядит идея Европы суверенных наций, которую сегодня защищают различные правые движения, формально они говорят о защите европейских народов, но практически предлагают сохранить Европу в состоянии постоянной политической раздробленности, конкуренции государств и взаимного соперничества, получается исторический парадокс, национализм, который когда-то помогал преодолевать раздробленность, превращается в идеологию сохранения раздробленности Такой национализм уже не объединяет, а разделяет, он превращает национальную границу из исторического этапа в священную стену, любое дальнейшее объединение объявляется угрозой суверенитету, а сама Европа оказывается заложницей представления о том, что политическая форма XIX века должна существовать вечно, хотя материальные условия давно изменились Но европейское объединение нельзя оставлять исключительно государственным проектом, если Европа должна стать действительно единой, её единство не может строиться только сверху через правительства и бюрократические структуры, необходима другая Европа, Европа трудящихся, производственных коллективов, кооперативов, профсоюзов и органов непосредственного самоуправления Здесь появляется особая роль будущих институтов рабочего самоуправления, система четырёх уровней должна позволять соединить непосредственное участие трудящихся с координацией производства на более высоком масштабе, трудовой коллектив должен иметь собственные органы управления, объединения предприятий должны координировать отрасли, территориальные органы должны связывать экономическое и общественное самоуправление, а общеевропейский уровень должен обеспечивать координацию тех процессов, которые объективно невозможно организовать в рамках отдельного предприятия или государства Такое устройство позволяет отказаться одновременно и от бюрократического централизма, и от национальной раздробленности, самоуправление не означает, что каждый завод или каждый регион существует сам по себе, напротив, автономия снизу требует развитой системы горизонтальной координации, а европейский масштаб позволяет этой координации соответствовать реальному масштабу современной экономики В этом заключается принципиальное отличие рабочего европейского объединения от проекта Европы суверенных государств, первая модель стремится расширить пространство самоуправления, вторая стремится сохранить политические границы как предел возможного, первая исходит из того, что трудящиеся способны управлять всё более сложными общественными системами совместно, вторая продолжает рассматривать государство как главного носителя исторической субъектности Факелизм поэтому не должен выбирать между национальным консерватизмом и абстрактным отрицанием народов, необходим третий путь, признание исторической роли национального объединения и одновременное признание того, что историческая роль не является вечной, нация была формой преодоления раздробленности, но сама национальная раздробленность Европы сегодня становится препятствием для следующего этапа развития Будущая Европа должна быть не Европой взаимно конкурирующих государств, а политическим и социальным пространством, в котором французский, немецкий, итальянский и другие народы сохраняют своё культурное своеобразие, одновременно участвуя в единой политической системе, единой экономической координации и едином проекте общественного развития Прогрессивный национализм должен был объединить раздробленное, прогрессивный европейский интернационализм должен объединить объединённых, а рабочее самоуправление должно сделать это объединение не только государственным, но и общественным, потому что настоящая единая Европа невозможна без участия тех, кто создаёт её материальное богатство Поддержать единую рабочую Европу значит продолжить историческую логику объединения, доведя её от провинции к нации, от нации к супернации, а от государства к обществу самоуправления.