Чё за книжка

Каждый отдельный день в году подарен одному только человеку, самому счастливому. Все остальные люди пользуются днем этого счастливчика, никогда не зная, кому день принадлежит по праву. Это не я придумала, это Набоков написал. Я, когда это в «Картофельном эльфе» прочитала, подумала: ой ну прям!  Это всего лишь милая, чудная придумка ещё 25-летнего обалдуя. Но в субботу я увидела ИХ.  Мы с ребенком шли домой, до этого жёстко припотев, перекопав весь пляж и потеряв лопатку. Был вот этот самый красивый час, восемь вечера, когда все в золотой пыльце.  Возле школьного стадиона стояли красные жигули (на фото). Мимо шли ОНИ, пара лет 25.  Она – веселая брюнетка с каре, драные черные шортики, белые носочки, кроссовки. Он – с пшеничными усами, как у Песняров, горчичный вельветовый пиджак на тельняшку, очки – в стиле «технокобра с вб», в руках – огромный пакет из продуктового. Они болтали и тихо смеялись.  Остановились у красных жигули. Усач скомандовал: «Залазь!» – и достал телефон. Она быстро легла на капот машины. Это было так легко, непринужденно и даже, блин, элегантно, что я прям опешила, остановилась и стала смотреть на них в упор. Знаете, как бабки иногда останавливаются на полдороги и молча стоят с полуоткрытым ртом.  Чтобы привести меня в чувство, муж весело крикнул: «А сфоткай меня на их фоне! Ну, я тоже достала телефон. Хотелось хотя бы фотографией присосаться к их молодости. Девчонку наконец смутило внимание зрелой семейной пары, она сказала «ой всё» и спрыгнула с капота. И они медленно пошли дальше, смеясь и купаясь в этой чертовой золотой пыли. Этот день, 11 июля, был предназначен именно им, мы все просто пользовались этой волшебной субботой. Одно успокаивает: как написано у Набокова, люди только потом, спустя время, понимают, что это и был их день.  Когда они просто шли из магазина – такие влюбленные, беззаботные, ещё и с замороженной пиццей в пакете.

Раньше приятные богачи попадались на каждом шагу! Прямо сами в руки шли! Возможно, такая же мысль посетит вас после биографии «Вокруг Чехова» Михаила Чехова, младшего брата Антона Чехова. Я вот тут уже писала про нее: https://t.me/chezaknizhka/108 Вот вам истории из книжки на подумать, коллеги. 🍃Как-то брат Чехова Николай поехал сватать друга за очень дальнюю родственницу, 18-летнюю девушку с огромным приданым. Девушка поиграла на рояле перед гостями, немного покосилась на жениха и отказала. Зато богатый отец девушки и его свояк к этим парням сразу прикипели. Настолько, что дяди стали приезжать в Москву, звать своих новых знакомых и жестко кутить с ними в ресторанах и притонах. Так Антон Чехов часто посещал за их счет бордели – и писал об этом смешные рассказы. 🍃Или вот ещё история. Был поэт Пальмин, очень несчастный и затерханный. Любил в гости к Чеховым прийти с только что подобранной собакой на улице. Чеховы поэта-бедолагу жалели и угощали тарелкой супа. Пальмин писал для юмористического журнала «Осколки». Как-то издатель «Осколков» Лейкин накормил в ресторане Пальмина и ехал с ним на извозчике. Сытый Пальмин увидел топающих по тротуару Антона и Николая Чеховых и показал на них пальцем издателю: вот отличные ребята, один пишет смешные рассказы, другой – рисует. Лейкин сразу остановил извозчика, познакомился и тут же, на месте, предложил Антону Чехову писать для его журнала. Никаких тупых собеседований, никаких дурных тестовых заданий. Чехов и так уже писал в кучу журналов, но все они быстро закрывались. А вот в «Осколки» он писал много. Хотя Чехову платили там гроши, но его известность началась именно с «Осколков». 🍃Ну и лучшая история, потому что про дачу. Иван Чехов, тоже брат Чехова, работал в маленьком городке Воскресенке учителем. Как-то зимой он отправился на бал с друзьями-офицерами. Под утро пьяные друзья повалились спать. А Ивану Чехову надо на работу, в школу. Снег, метель, как доехать – непонятно. К растерянному Ивану Чехову подошел незнакомый молодой человек и пригласил подвезти на санях. Оказалось, это Киселев – племянник графа, который оставил ему огромное наследство. Киселеву так понравилось в санях болтать с Иваном Павловичем, что Киселев нанял его репетитором своим детям, а потом всю семью Чеховых позвал в имение Бабкино на каникулы. Так бедные Чеховы несколько лет ездили в роскошное имение просто так, как к себе на дачу, и балдели. 🍃Картинка к посту – это Левитан изобразил то самое имение Бабкино. Чехов позвал Левитана в чужое имение, чтобы вместе удить рыбу и кайфовать. Ну, что добавить. Желаю нам всем добрых, отзывчивых богачей на жизненном пути, да побольше.

Ну все, поорали немного про иноагентов – и хватит. Теперь в этом канале снова – моя стандартная программа: читаем Чехова, Тэффи и ещё какое-нибудь старье, не отвлекаемся на современность, шумно сёрбаем чай. Пока меня снова кто-нибудь не выбесит (раз в полгода). Напомню, книги я читаю только в таком виде.

Коллеги, выскажусь на злобу дня – о Галине Юзефович, свежем иноагенте. Ну нигде вы такого больше не прочитаете: серьезная аналитика жж-подписок + научный подход к подписям в инсте + самоварный психоанализ. Чтения – минуты на две. Как раз чай с сухариком попить. https://teletype.in/@hmelnickaya/YgzgLEkOMto

Всем привет, коллеги. Вот прочитала биографию «Вокруг Чехова» Михаила Чехова, самого младшего брата Антона Чехова. Михаил Чехов пишет только о том Чехове, какого он видел. Мало цитирует письма, не пишет никаких домыслов и трактовок действий брата. Книжка начинается с рассказов, какие у Антона Чехова были дяди с обеих сторон, какой свободолюбивый характер был у деда, и как мамины о поездках в тарантасах повлияли на Чехова. В юности для меня это были всегда самые скучные места биографий. Ну какое мне дело до дядей и тётей? Какие-то неинтересные, пустые, давно умершие люди. Сейчас же эти места – почти детектив: давайте расследуем, как гены разных талантиков бродили по всей семье и бешеным образом соединились в одном человеке. Даже гений Чехов появился не просто так: все мужчины с обеих сторон у него – ужасно мечтательные, хоть и крестьяне. Ну так вот. ✌️Лучшая, самая радостная часть книги – про детство Антона Чехова. Про детство Чеховых часто пишут, что оно было ужасным: постоянные побои от отца-тирана и изнуряющая работа в лавке. Михаил Чехов же пишет, что отец хоть и бил, но не больше, чем все остальные отцы в то время. Про работу в лавке успокаивающе рассказывает, что никто там особо не работал – ни отец, ни дети. Отец отправлялся куда-нибудь тусоваться и приказывал детям сидеть в лавке. Дети понимали, что никто их проверять не будет, поэтому лавку закрывали и тоже шли гулять – целый день где-нибудь бродили, купались или удили рыбу. Так лавка и прогорела. Михаил Чехов клянется, что у мальчиков в семье была степень свободы, недоступная многим детям. Ну, я его трактовку полностью принимаю, потому что не хочу представлять, как мучили маленького Антошу. Отец в книжке – не такой и тиран-нарцисс, каким его часто изображают. Скорее, замечтавшийся, постоянно витающий в облаках сын крестьянина, который любыми способами хотел попасть в высший класс. У отца Чехова было два брата, но только батя Антона Чехова решил, что детей нужно отдать в гимназию, у его племянников образования не было. По тем временам отдать ребенка в платную гимназию – это сразу попасть в 3-4% образованного населения. Не было бы у Чеховых образования – может, и не было бы у нас новой драмы, ребят. Так что нарциссизм иногда очень полезен, что бы там ни рассказывали в «психологических» видео на ютубе. ✌️ В книжке много сцен смешного гнидонства Антона Чехова в подростковом возрасте. Вот он придумывает всем обидные клички, которые закрепляются до конца жизни (обзывал брата-художника Мордокривенко, потому что тот немного косил). Вот Чехов-подросток смеется над местными аристократами-греками. В таганрогском театре в конце спектакля все зовут на сцену артистов, а Антон Чехов встаёт и на весь зал зовёт на сцену местных греков – мол, вы у нас в городе самые знатные, выходите! Бедные греки перестают досматривать спектакли до конца, лишь бы в конце Чехов над ними не издевался. Вот Антоша Чехов купил на рынке утку и, когда нес ее домой, специально больно жмякал, чтобы она крякала на всю улицу, и объяснял: «Пускай все знают, что и мы утку кушаем». 🚬Ну, и самая грустная, тоскливая часть – о последних семи-восьми годах жизни Чехова. Вот Чехов ещё лет в 37 ясно понял, что серьезно болен и уже не поправится. Вот он купил дурацкий дом в Ялте без коммуникаций – там три года не было нормальной воды, только дождевая, цветы в саду поливали помоями. Вот в Москве шумно идут его пьесы, а он прозябает в зимней, скучной Ялте и не может насладиться даже пылью своей славы – погудеть в ресторанах, потанцевать с актрисами. В общем, очень хорошая, хотя и не самая подробная (всего тысяч 400 знаков), зато просто и ясно написанная книга. Ужасно печальная – как и любая история о поразительно талантливом и рано умершем человеке.

Напоминаю, эту книжку и все остальные я читаю исключительно в такой обстановке!

Самая токсичная мать в литературе обнаружена в книге «Рыжик» Жюля Ренара Пять лет назад я топала летним вечером по бульвару Шевченко и упавшим голосом жаловалась мужу, что больше не взволнована книжками так, как раньше, чтобы аж дух захватывало. Как будто я почитала уже все книги, после которых от воодушевления начинаешь ходить туда-сюда и таращить глаза. Или, как писали в романах, «мерять комнату шагами». И муж такой: «Я ж тебе «Рыжика» сто раз говорил почитать, и если бы ты меня слу...» Ну, не знаю, что он там говорил дальше, я пошла скачивать. Так вот «Рыжик» Ренара – потрясающая книга, абсолютный шедевр формы и содержания. Я снова почувствовала всё, ради чего книги и читала: и смех, и слезы, и желание подраться. На этой неделе в честь юбилея той прогулки я книжку перечитала. Она где-то 200 тысяч знаков, то есть чтения – на пару вечеров. Сюжета, по сути, нет. Во французской провинции живет небогатая семья: мать-садистка, отстраненый отец, хитрый ленивый брат, сестра-задира и чувствительный, нелюбимый младший сын – Рыжик. Вся книга – это где-то 35 сценок-вспышек материнской ненависти, плюс где-то 15 сценок с Рыжиком на рыбалке, в школе или с отцом, чтобы мы немного отдышались от садизма матери. Крохотные сюжеты такие: вот мать специально убирает из комнаты сына ночной горшок, чтобы сын облегчился в камин; вот подмешивает сыну в суп его же мочу; вот заставляет Рыжика забивать куропаток и говорит, что он прирожденный убийца. И при этом сцены не трагичны! Ренар пишет с насмешливой, немного придурковатой, сострадательной интонацией. Я такого больше нигде не видела. Ну, максимально близкий тон «Рыжику» – у великого сериала «Малыш Кенкен» Брюно Дюмона, тоже француза, заметьте. Текст автобиографический, и Ренар мог сделать Рыжика абсолютной жертвой. Это было бы легко, и мы бы все обливалась слезами и говорили спасибо за дешёвые манипуляции. Но Ренар умный реалистический писатель, да и попросту очень крутой. Поэтому есть много сцен Рыжиковой жестокости, ребенок в книге – и жертва, и спаситель, и тиран. Рыжик долго убивает крота, стреляет кошке в голову и помогает матери выгнать из дома ни в чем не повинную старушку-служанку. Просто потому что если живёшь в злой, жестокой семье, то тоже заразишься этой жестокостью. И при этом Ренар, безжалостно перечисляя все проступки слабенького, завистливого, глуповатого Рыжика, все равно вызывает в нас любовь и сострадание к этому милому мальчику. Читала в отзывах, что некоторым концовка кажется не такой эффектной и блестящей, как вся книга. Ближе к концу, когда Рыжик уже вступает в переходный возраст, он впервые говорит матери «нет» на ее какую-то очередную кровожадную просьбу. Ну, писатель попроще этот эпизод и сделал бы последним. Вот он, бунт и освобождение от матери! Но последний эпизод такой. Рыжик видит, как его сестра обжимается с женихом, и с завистью и тоской громко говорит: «Меня-то небось никто никогда любить не будет!» И вдруг видит свою грозную мать, и испуганно, чтобы не получить от нее очередную пощечину, говорит: «Никто, кроме мамы!» Ренар в дневниках писал, что он и в 35 боялся одного взгляда своей матери. Думаю, поэтому и концовку он сделал реалистическую, психологически единственно верную и неброскую. Никакой окончательной сепарации не существует, ты до конца жизни будешь чувствовать на себе злобный взгляд матери-садистки, сколько бы промокодов ни раздавал сервис «Ясно». У самого писателя семья была сумасшедшая: отец застрелился из охотничьего ружья, мать утопилась в колодце. Сам Ренар умер совсем молодым, в 46. И так и не узнал, что у его маленькой книжки – пять экранизаций. Оценка «Рыжику»: немеркнущие 10 из 10.

Собираемся выпустить с мужем альбом в стиле французского шансона, обложка уже готова. Ваши любимые минские шансонье – Антуан де Серенье и Свети́к Кмельникофф.

Кстати, книги я всегда читаю именно в такой обстановке.

Сегодня день рождения у самого значительного русского писателя 21 века. У Дмитрия Евгеньевича Галковского, как вы сразу и подумали. Ну смотрите. Главное художественное произведение 21 века на русском языке – это его «Святочный рассказ номер 2». На примере одного гимназического класса Галковский рассказывает всю историю России 20 века. «Святочный рассказ номер 2» – вещь, сделанная из урана. Абсолютно сокрушительный, грандиозный текст – при этом написанный сдержанно и хладнокровно. (Вот тут я писала про сборник «Святочные рассказы» подробнее: m.vk.com/wall21708195_2915.) Главный (и просто самый захватывающий) учебник по русской литературе написал тоже Галковский. Называется «Необходимо и достаточно». И он правда вам необходим и правда достаточен! Ну и главный русский неологизм 21 века – новиоп – тоже придумал Галковский. Ещё Дмитрий Евгеньевич – мой любимый стример. Ютуб прислал статистику в прошлом году, что я вхожу в 3% самых преданных зрителей канала Галковского. Его стримы – мои любимые видео для уборки: нет ничего более успокаивающего, чем мыть плиту или пол под мерный бубнеж о Римской империи или о том, что мы живём в матрице. Однажды я тоже задала вопрос на стриме, в декабре 2020-го: «Я ужасно всему завидую: чужой красоте, успеху, путешествиям или если кому квартирка от бабушки досталась. Иногда аж клокотание в груди от зависти. Как с этим жить?» Дмитрий Евгенич ответил вот что: нет смысла завидовать богатым людям старше вас, потому что каждые 10 лет качество жизни человека сильно ухудшается. И если вам, допустим, 30, и у вас, как вам кажется, ничего нет, качество вашей жизни все равно выше, чем у человека лет на 10-20 старше, у которого, как вам кажется, все есть. Мне тогда его ответ показался недостаточным. Ну, я молодая, а куча людей – старые, и как мне от этого легче? И только сейчас, через пять лет после его ответа, дошло, что Галковский как всегда, прав. Даже если сравнить себя теперешнюю с собой 10-летней давности, ну нет уже прежней пылкости, самонадеянности и дурости, как раньше. 10 лет назад я была уверена, что все мои проблемы в жизни решатся, если у меня будут лишних 200 баксов в месяц. Как же я заблуждалась... Теперь-то я понимаю, что мне нужно в месяц лишних ну хотя бы 300 баксов! Под этим видео есть комментарии – так а что делать, если завидуешь людям более молодым? Галковский эту тему не затронул, думаю, потому, что невозможно не завидовать молодости. Нет ничего лучше, чем быть молодым и влюбленным, как бы женщины в возрасте 35+ не орали в соцсетях, что ни за что не вернулись бы в свои 20 лет. Говорю это как женщина 35+. В общем, сегодня в честь Галковского жёстко наемся мороженого.

Так скучаю по реалистичным фильмам и сериалам о молодости типа Girls, что прочитала книжку Лины Данэм «Я не такая» 2014 года. Книжка состоит из четырех разделов: про любовь, тело, дружбу и работу. Только один из четырех, про любовь, – безоговорочно интересной. Начинается он с главы «Возьмите мою девственность (серьезно, забирайте)»: как Данэм была самой старой девой колледжа и искала близость, а находила только разочарование. Написано легко, экспрессивно, с кучей шуток о том, что ей нравятся только нарциссичные, грубоватые парни с лёгкой социопатией. Хотя, по рассказам Данэм, у нее добрый и заботливый отец (карьеру он сделал на рисовании огромных членов). Но Лину все равно тянет к редфлагам: «Ребята! Вы нагрубили мне в магазине здоровой еды? Это интересно. Вы игнорируете меня во время общей беседы? И это я отмечу. Особенно мне нравится, когда поначалу мужчина грубит, объясняет это защитным механизмом, а узнав меня получше, становится еще грубее». Очень освежающе это читать в 2026-м, когда все обсуждение отношений в соцсетях сводится только к тому, кто на свидании заплатит за салат. У Данэм свиданий вообще не было. В первой серии Girls была сцена: героиню Данэм уволили с работы, у нее был ужасный день, и она пошла к бойфренду в гости. Он сразу ставит ее на колени на диване и достает презерватив. И все, никаких разговоров, утешений, ему нет дела ни до ее души, ни до ее удовольствия. Я тогда очень смеялась – думала, ну круто она эту сцену придумала. Как ещё показать, что человеку плевать на твои чувства – ну вот настолько утрированно, резко, абсурдно надо всё сделать. Но, судя по книжке, где она перечисляет всех мужиков из своей «базы интимных партнёров», это не утрированные сцены, а строго реалистичные. Она не сыграла, она прожила. Молодой Адам Драйвер в сериале всю эту социопатию заливал своим обаянием, его лопоухость делала грубость смешной и даже милой. Но в жизни Данэм в какой-то момент решила, что с парнями она будет просто дрыхнуть вместе, без всяких, эм, погружений. Остальная книжка написана в жанре «автофикшн-погрызульки». Вы не знакомы с этим жанром, потому что я его только что придумала. Как будто очень болтливая знакомая, объевшись медовиком, не затыкаясь и не глядя на вас, вываливает всю жизнь без какой-то последовательности. Вот она худела перед премьерой своего фильма, а вот у нее ещё сестра-лесбиянка, а ещё ее мама не любит шорты, а вот ещё ей нахамили старые мужики-режиссеры, но она об этом расскажет в 80 лет, а ещё она как-то была в лагере и прыгала там со скалы, а ещё у нее окр, а ещё у нее в колене что-то хрустнуло. И это на 300 тысяч знаков обрывков воспоминаний – забавных, но часто утомительных. При этом вообще нет хоть какого-то рассказа о сериале, который Данэм и прославил. Зато много предвестников боди-хоррора, в котором Данэм живёт сейчас: как она считала калории и срывалась и как она мечтала стать матерью (через три года после выхода книги Данэм перенесла гистерэктомию, удаление матки). Возможно, если бы все эти обрывки-погрызульки были расставлены хронологически, читалось бы чуть менее утомительно. Получилось бы похоже на «Детство, отрочество, юность» Толстого, ну или на «Хлеб с ветчиной» Буковски. Как будто линейное повествование выглядит более благородным, нет? А так как будто мельтешением текста и прыжками во времени Данэм пытается замаскировать перед нами свою страсть к саморазрушению. Но первая часть книги, где-то 100 тысяч знаков, читается как приквел к великому первому сезону Girls. И в этих 100 тысяч знаках Данэм – тот самый ироничный, самовлюблённый, гадкий, нежный, самый выдающийся голос своего поколения. Ну, или, по крайней мере, один из голосов, лол.

Пока варила суп, послушала «Душечку» Чехова в добродушном, ироничном, потрясающем исполнении Ильинского. Душечка Оля Племянникова – глупышка, несамостоятельная личность. Ну, это я так раньше думала, лет в 18. Ведь у Душечки нет собственных мыслей, она всё повторяет за своими тремя мужьями. А когда не замужем, то смотрит на мир и ничего не понимает. Но, получается, это я была глупышка. Ее мужчины – это ее университеты и ее курсы повышения квалификации. Сначала она вышла замуж за владельца театра и стала разбираться в постановках. Орфей, Фауст, ну вот это все. Не глупые кадрили какие-нибудь. После его смерти вышла за управляющего лесным складом и стала разбираться в деревьях, экспорт и импорт, ну сложные штуки. Что-то милое и родное слышалось ей в словах: балка, кругляк, тес, шелёвка, безымянка, решетник, лафет, горбыль… В общем, профессиональный уровень. После его смерти влюбилась в полкового ветеринара, который переживал за животных и эпидемиологию в целом. То есть она ещё и медицину собиралась осилить. Внешне эти мужчины были разные (один маленький, болезненный, второй – круглый, степенный), но по внутреннему устройству – это сильные, деятельные натуры, у которых интересные, гм, интересы. Она ж еще у первого мужа продавала билеты и подсказывала актерам, как играть. По сути, была вторым режиссером. У второго мужа была и бухгалтером, и завхозом. Что театр, что лес, что ветеринарию можно обсуждать всю жизнь, ну это большие штуки. Ее последняя любовь, уже материнская – чужой мальчик, сын ветеринара, гимназист. Это не просто нынешний школьник. В гимназию надо было поступать, а нынешнюю школу любой дурак закончит. Мальчик Душечки – гимназист, значит, входит в очень маленький процент людей, которые могут освоить несколько иностранных языков. То есть наша Душечка ещё и латынь к 50 годам вызубрит. Только сейчас дошло, что выбор мужчин у нее был жесточайший, но, что забавно, Чехов делает ее выбор как будто бы случайным. Как будто она влюбляется в первых подвернувшихся женихов. Как взять ту булку, что на полке ближе всего лежит в магазине и не мацать другие. Первый, антрепренер, снимает комнату в ее доме. Второй, купец, живёт в соседнем доме. Третий, ветеринар, тоже снимает у нее комнату. Вот у меня какие соседи были из тех, что годились в женихи. Симпатичный парень из квартиры напротив в 18 лет подрался с милиционером и присел на пару лет. Сосед по лестничной клетке устраивал в подъезде чемпионат по самой громкой отрыжке. Ещё один соседний чел казался мне интересным и загадочным, пока я не услышала, что больше всего в жизни он мечтает о субару импрэза с неоновой подсветкой. О чем бы мы с ним говорили? О карбюраторе? Чехов несколько раз пишет, что Душечка очень любвеобильная и жалостливая. Но почему-то она не влюбляется в какого-нибудь трубочиста или пьяницу. Никаких омежек! Получается, что Душечка только кажется такой милой и нежной, а так-то она сверхрациональная, расчетливая в самом позитивном смысле натура с индивидуальным планом обучения по всем наукам. Просто момент ее молниеносного расчета Чехов от нас спрятал. Ну, что ещё. На этих строчках всегда хочется поплакать: «За этого чужого ей мальчика, за его ямочки на щеках, за картуз она отдала бы всю свою жизнь, отдала бы с радостью». Добивает меня этот картуз! Так что суп получился немножко со вкусом слезы. https://youtu.be/EsgtMJpoxg0?si=M1Ih4QG9k6N_p8oS

Ребят, в Минске – День трезвости. Отметила это квасом.

Прошел год после публикации моего лонгрида о том, как я училась в той самой школе креативного письма CWS. Ну, какие итоги. Текст неплохо расшаривали во всяких тг-каналах, часто хвалили. Расшарил даже знаменитый критик Осанов, которому за последний год не понравилась ни одна книжка. Про мой текст на один авторский лист написал, что он «очень смешной и затягивает сразу». А Осанов мешки пивных банок в лесу собирает, его литературной оценке можно верить. Больше всего удивило, что я так и не видела других таких отзывов на курсы. Ни влюбленных, ни хейтерских. Я поискала и так и сяк в телеграме, нашла парочку маленьких постов на тысячу знаков. Одна девушка пожаловалась, что пришла в школу письма на курс про автофикшн. Думала, что с такими же интересными молодыми писательницами, как и она, будет обсуждать тексты Нобелевской лауреатки Анни Эрно. Оказалось, у девчонок из ее группы нет даже самых нишевых телеграм-каналов, они вообще нигде ничего не пишут публично. А преподша вместо Эрно задала читать блогершу из фейсбука, у которой есть книга «Мой дикий ухажёр из ФСБ». В ещё одном посте уже другая девчонка писала про другую школу: там в качестве домашки наказали читать тексты альбома Монеточки и наслаждаться точностью формулировок. Не уточнила, какой именно альбом – надеюсь, тот, в котором есть пронзительные строчки «папе-сде-папе-сде-лали укол прямо в ху-прямо-в худенький живот». В общем, негусто. А ведь в этих школах учится уйма народа. Самый простой способ привлечь к себе внимание, получить охваты и лайки – написать, что ты чем-то сильно недоволен. Почему-то я глупо верила, что стану законодательницей моды на такие большие отзывы, задам тренд, ребят. Я понимаю, что в эти школы мало кто идёт учиться писать. Туда идут для хоть какой-то социализации. Для интеллигентных женщин 30+ объективно сейчас нет машин социализаций, каких-то непозорных клубов по интересам, ну или я их в упор не вижу. Говорю это как интеллигентная женщина с очень проблемной социализацией! На пилон нам уже стыдно, на грядки ещё рано. Ещё я почему-то думала, что будет пару расшаров моего текста с комментариями на две тысячи знаков типа «она дурочка-зазнайка и ничего не поняла, я там тоже училась, там все супер, я вот узнала то-то и то-то, сижу пишу этот пост из писательской резиденции Переделкино, завидуйте». Ну, допустим. Не было ни одного такого отзыва за год. Или я просто не смогла его найти. Хотя такой отзыв тоже был бы социализацией для другой стороны – человек показал бы свою принадлежность к структуре, к иерархии, да и просто сплотил бы подружек вокруг себя. Ну неужели никому не захотелось заступиться за любимую школу, в конце концов! Как будто я всё-таки где-то просчиталась в своих выводах насчёт этих школ, но где? Продолжу наблюдение, через год доложусь, встретимся на этом же месте. Мне на почту все ещё приходят уведомления из того курса, хотя я пять раз нажимала кнопку «отписаться от рассылки». Недавно пришло уведомление, что в этот курс добавили ещё одно поясняющее видео про опосредованный диалог. Именно из-за опосредованного диалога я больше всего и бесилась в своем тексте, это какая-то абсолютная ахинея. В новом видео заведующая школой со вздохом говорит: ну, мы видим, что больше всего сложностей у студентов именно с опосредованным диалогом, поэтому записываем ещё одно видео об этом... А могли просто выбросить этот кусок и вместо него научить обычному прикольному диалогу. Ну, и забавный факт. По условиям курса, все-все итоговые рассказы выпускников включают в электронный журнал «Пашня» и выкладывают на сайте школы. Мой же рассказ про жену айтишника, которая от отчаяния пошла на курсы автофикшена, в журнал почему-то не включили. Тешу себя надеждой, что это потому, что обиделись! https://vk.com/@21708195-kak-uchilas-v-cws

Самый лютый сборник рассказов у Тэффи – «Неживой зверь». Настолько лютый, что Тэффи даже написала предисловие, хотя обычно так никогда не делала. Так и написала: здесь рассказы не смешные! Не смешные, а горькие! До этого ее распекали в какой-то газете: критик прочитал рассказ «Явдоха», ничего не понял, в рецензии навыделял цитат из Тэффи и написал: «И это, по-вашему, смешно?!» А рассказ «Явдоха» – глубоко трагический. Он о необразованной старухе, которая получила похоронку на сына-солдата, но из-за своей старости и темности старушка подумала, что сын вот-вот пришлет ей денег. За Тэффи настолько закрепилась слава юмористки с 1910 года, что критик как-то не подумал, что во время войны она всерьез будет писать о войне. На то он и критик, чтобы ни в чем не разбираться. Из 33 рассказов в сборнике – восемь о войне (некоторые – из предыдущего крохотного сборника «Зарево битвы»). Остальные – о детской тоске, о мучениях зверушек, о заброшенности взрослых. Конечно, у Тэффи все равно ворох остроумных замечаний и шуток, но этот сборник рвет душу. Предыдущие сборники у Надежды Александровны такие, что можно открыть перед сном любой рассказ, прочитать, посмеяться и сладко уснуть с мыслью, что ты получше других, не хуже некоторых. После многих рассказов из «Неживого зверя» лежишь и таращишься в темноту, какой там сон. Есть, конечно, и милые, изящные штучки о том, как гимназистки дерут друг перед другом носы («Летом») и влюбляются в оболдуев («Весна»). Но смешных рассказов в сборнике – жменя. Лучшие рассказы из «Неживого зверя»: 1) «Неживой зверь» Тихий хоррор о разводе. Заброшенный родителями ребенок находит утешение только в милой, неживой игрушке медвежонка. А потом и игрушку уничтожают крысы. 2) «Дедушка Леонтий» Шедевр компактности о бесприютной старости одного милого деда, у которого зять отобрал дом. Жуткая тема, но каким-то волшебным образом Тэффи сделала рассказ не просто без соплей и истерики, но и воздушным, и гармоничным. 3) «Лодка» Посреди реки, прямо перед госпиталем – лодка с двумя детьми и родителями. Они не могут никуда причалить, с обеих сторон – обстрелы. Детям невозможно помочь, и они три дня тихо, на глазах у всех умирают посреди реки. Один из самых невыносимых, душераздирающих рассказов из всех, что существуют в мире. 4) «Явдоха» Старушка ждёт денег от сына-солдата. Вместо этого приходит похоронка, но старушка не умеет читать и думает, что все в порядке. Ощущение тоски и ужаса после чтения – где-то как после «Спать» Чехова. 5) «Пар» Собачка, влюбленная в свою тупую, нарциссичную хозяйку-актрису, помогает ей получить роль в спектакле. Собачку за это только отшвыривают в угол и пинают. Звучит, как простецкий текст для какого-нибудь детского сборника, на деле же – горький, тоскливый рассказ о кроткой, нечеловеческой любви. 🌟В «Паре» есть одно из самых ядовитых описаний внешности в литературе: «Сонная, ленивая героиня медленно поворачивала лицо, похожее на телячью котлету, которой фантазия повара придала форму красивого женского лица». 6) «Счастье» Внутри человека сидит ненасытный зверь, который счастлив, только если у соседа корова сдохла. По-другому человек не чувствует вкуса своей жизни. Сделано круто, жёстко, остроумно. 🌟Весь сборник – 9 из 10. 🌟Ну, и чтобы как-то повеселее было, вот вам цитата из рассказа «Тихая заводь» с лихой деконструкцией традиционных гендеров и сексуальности: «У прачки от старости стала борода расти, а кучер, подчиняясь более сильной прачкиной индивидуальности, так обабился, что сам себя называет Федорушкой». Вот вам и вся квир-теория.

Немного о природе женского влечения Читала автобиографию «Круговорот» Милоша Формана, который снял «Пролетая над гнездом кукушки». Увлекательная книжка, написана энергично, легко, с кучей деталей о режиссуре и съемках. Википедийный факт: фильм «Пролетая над гнездом кукушки» снимали в настоящей психбольнице. Актеры несколько недель жили среди больных, и так вошли в роли, что приехавший позже всех на съемки Джек Николсон поначалу не разобрался, где настоящие больные, а где коллеги. Ну и эпизод со съемок, который заставляет задуматься. Женщины из съемочной группы были без ума от огромного молчаливого индейца, который сыграл Вождя (на фото). У него был только один соперник в борьбе за женское внимание. Главврач как-то позвал продюсеров и режиссера в кабинет и сказал, что один из больных, который помогает на съемках, – секс-маньяк. Он уже много лет в больнице, он получает лекарства и вроде как давно не опасен. Но всё-таки лучше предупредить актрис и остальных женщин, просто на всякий случай. Все опешили. Главврач показал на симпатичного парня, который сильно отличался от остальных больных. Он всегда был тщательно одет. У него были чистые ногти и идеальные воротнички рубашек. Да что с ним не так? «Он делал ужасные вещи, — рассказал директор. — Он воткнул восьмилетней девочке отвертку в вагину. Просто трагедия!.. Когда он провел здесь несколько лет, мы думали, что с ним все в порядке, и выписали его. Но потом он натворил кое-что пострашнее, так что теперь, я думаю, он здесь и останется». Парень выглядел приятным и всем улыбался. Форман с продюсерами потихоньку оповестил всех женщин. И что вы думаете. После этого Форман всегда видел этого маньяка в окружении женщин. Всегда! Форману даже казалось, что женщинами овладел какой-то странный психоз и их так и манило к этому типу. 🌟 Вот она, суровая, опасная жизнь женщин до индустрии трукрайм-подкастов...

Муж два дня назад тиснул новую колонку для Сноба и скинул мне прочитать в гуглдоке. Там про самую большую не случившуюся русскую рэп-звезду. Хорошая колонка, особенно последний абзац меня впечатлил: мол, рэпер не стал звездой, в отличие от всех своих друзей, потому что его таланту и жизнелюбию позавидовали олимпийские боги. Я даже слезу пустила. Через час я спохватилась. Так, минуточку. Месяц назад я плакала по похожему поводу. Тогда муж писал текст про Анну Герман, пересказывал мне всю ее жизнь. Я умывалась слезами три дня и спрашивала, зачем этому ангелу досталась настолько тяжёлая доля, ну вот за что? Полуголодное детство, ужасная авария, рак, смерть в самом зените славы и красоты. Муж, как обычно, бубнел что-то в духе «могло быть и хуже» и «ну было и было». А я ему такая: – Знаешь что, это ей олимпийские боги позавидовали. У нее божественная красота и небесный голос, а боги мстительные и завидущие. Я просто в четвертом классе два раза прочитала книжку Легенды и мифы Древней Греции, с тех пор мое мировоззрение мало развилось. Ну, муж молча посмотрел на меня и пошел мыть посуду. А через месяц влепил этот тейк в колонку про рэпера. И так меня это выбесило! Ну это же тупо. Ну что ж там за Бэйсик Бой этот, что ему можно пристегнуть то же объяснение трагической судьбы, что и Анне Герман? К сожалению, в первом же попавшемся рилсе Бэйсик Бой на вопрос «что ты читаешь?» ответил «ну, хоть и банально, но Набокова, решил прочитать с самого начала, Набоков – это наслаждение». После этого два дня я читала интервью и смотрела рилсы Бэйсик Боя, в миру Максима Окунева. Очень смешные, на грани отчаянной истерики рилсы – как все друзья, с которыми он начинал, собирают стадионы, а он подрезает помидоры у мамы и лысеет. Ну, лет восемь он жил неплохо, записывал альбомы и верил, что вот-вот выстрелит. У него ещё и жена хорошая была – какое-то время он жил за ее счёт и даже спел об этом. Уровень самоиронии и уязвимости у человека зашкаливающий, в русском рэпе так не принято. Даже рэперы с чувством юмора (ну, допустим Слава КПСС и Олег ЛСП) шутят в основном не о себе, а о других, они пересмешники. Или вот вроде смешной Метокс, выпускник филфака – но ему нравятся Горький, Куприн и Пелевин. Грубоватый набор. Окунев ещё постоянно перечисляет свои ошибки: то пьяный объяснял Локимину, что у того ужасная музыка, то не ответил кому-то на смс, то альбом сделал немножко лениво. Ну как будто другие звёзды – очень рациональные, трезвомыслящие люди? Почему из всего его рэп-окружения не повезло именно ему? Мне даже стало казаться, что Максим Окунев и Жан Люк Годар похожи – форма очков, прическа и рваный монтаж видео. Если вы сходства не видите, значит, с вами все в порядке и вы не женщина средних лет в двухдневной мании. Новый альбом Окунева, про который муж колонку тиснул, я тоже послушала. Строчка «хочу дофамином залить себе полость рта и съесть хотя бы кусочек того, что дороже чем то, что я привык иметь» создана для тысяч тиктоков, как девчонки покупают оверпрайс кофе. Весь альбом – энергичные, насмешливые, игривые песни про поиски делулу; я под них даже сделала зарядку «20 минут от больной спины». Сейчас Окунев развелся и устроился в офис. Записывает оттуда смешные рилсы – «они не знают, что я пишу песни про женские ступни». Всё-таки смеяться над своими неудачами и читать Набокова – непозволительно тонкий выбор для русского рэпера, да и не только рэпера. Окунев сейчас похож на набоковского героя – «старый пёс, но еще в соку, с огнем, с жаждой счастья». Ну так что же получается. Ну насупленные боги русского рэпа и правда позавидовали Окуневу! Да и лысеющий, отчаявшийся 30-летний офисный работник после развода в поисках милой альтушки – это ведь и правда вечный, трагический сюжет.

Ребят, вижу, что фотка с книжным блогером Николаем Редькиным в Минске по лайкам сильно обгоняет все остальные мои посты. Ладно. У меня ещё есть фотки + я за пару лайков удавлюсь. Фотки по порядку: 1) это Николай с женой Лесей сидят довольные, потому что купили книгу про советскую битломанию + облизали чужой бамбл-кофе и сказали, что типа случайно. 2) это мы с нишевым писателем Серенковым компостируем Николаю мозги, что надо переезжать в Минск. В городе сейчас как раз нулевая степень культурных развлечений, лекция Николая была первой лекцией более-менее публичной фигуры за последние лет пять. Его там чуть не разорвали. В общем, есть где развернуться. 3) Знаменитый двор в центре Минска, где в юности с рэперами тусовалась жена Леся + здесь же подрался с бомжами видный белорусский интеллектуал-экономист. Эти события друг с другом не связаны. 4) Двор, где к Николаю подошёл поклонник и позвал в ресторан «Белый гусь». Здесь же Николай заявил музыкальному журналисту Пожарицкому, что от него вкусно пахнет «гермесом, как в нашей молодости» и Николай готов съехаться только на этом основании. Жена Леся, как видите, слушает с интересом. 🥔Вы пока не отписывайтесь, Николай ещё вроде осенью в Минск приедет, я снова вам насплетничаю.

❤️Прочитала на днях очень толковую книгу Джуди Картер «Новая Библия комедии». Джуди Картер – это такая бабушка стендапа. Комик, сценарист, мотивационный оратор. Где-то читала, что в конце нулевых русские комики вроде Незлобина распечатывали любительский перевод книжки Картер и бережно передавали эти распечатки из рук в руки, чтобы хоть что-нибудь узнать о законах смешных выступлений. Какая структура у шутки, какие вообще есть типы шуток, какие советы дают комики – обо всем этом Картер рассказывает дельно и энергично. 🌸В книге много и житейских наблюдений. Например, если женщина-комик жалуется на мать, то зрители ей сочувствуют и поддакивают. Если же мужчина-комик пожалуется на мать, женская часть зала жёстко напряжется, и какая-нибудь пьяная зрительница обязательно бросит в комика банку пива и крикнет: «Как не стыдно, мать тебя рожала!» Поэтому мужчине-комику перед жалобами обязательно нужно раз пять сказать, что он обожает свою мать и благодарен ей за все, но всё-таки она у него немного странная. Я только после этого объяснения поняла, почему не смогла смотреть комика Айрапетова – у него было слишком много нытья про мать, а я, получается, та пьяная баба в клубе, которая бросить стакан в него не может, поэтому агрессивно щелкает на другое видео. 🌸Так, про устройство шуток. Ну вот Картер пишет, что в шутке обязательно должен быть отыгрыш, или, по-нашему, кривляние. Стендапер обязан постоянно отыгрывать персонажей. Даже если шутка – про банковскую систему в целом, комик должен отыграть, изобразить, спародировать прямую речь одной отдельной кассирши в банке. Недавно попался рилс, где Сергей Орлов отыграл даже сильно перекрученные провода в щитке! Он полез смотреть счётчики – и провода сказали ему: «Серёга, иди нахер». Грубовато, ну у Орлова такой юмор, народный. С другой стороны, он ведь мог скучно сказать «провода сильно перепутаны», но он, отыграв проводочки, наделил их душой. 🌸У писателей то же самое с этими отыгрышами. Только на уроках в школе это называлось скучно – «речевые характеристики персонажа» и «одушевление предметов». Что Гоголь, что Долгополов действуют одинаково: представляют себя деревенскими дураками, толстыми нормисами, склочными старухами и орут. Только один – в тексте, другой – на сцене. Ещё Картер рассказывает, какие типы шуток больше всего нравятся людям. ❤️Например, все обожают манипуляции с терминами или неправильный перевод. Ну, вспомним классику Ивана Ильина: «Вы знали, что эксперт – это бывший перт?» ❤️Ещё зрители умирают от восторга после неправильных расшифровок аббревиатур. Как раз недавно в шортсах видела шутку Кати Котофеевой: «Я и калории никогда не считала-то... Думала, КБЖУ – это универ в Казани». ❤️ Все обожают шутки-тройки. Это перечисление, где две вещи – общие, логичные, ожидаемые, а третья – мелкая и неожиданная. И вот этой мелкостью и неожиданностью она и смешит. Может, помните, в стендапе Усовича было, что три лучшие вещи в жизни – это: 1) спать; 2) есть; и... Тут он делал паузу, и зал орал: «сэээкс!» А Усович морщился: нет, секс – это максимум 14-е место, а третье место – это обсуждать кого-то за спиной. У Усовича было грубее, не «обсуждать», а «хуесосить», но я так писать, конечно, не буду. 🌸Понятно, что Картер не пишет примеры из русских комиков. Это я вам по блату, чтобы атмосфера поста была роднее и уютнее. В общем, книга пригодится в хозяйстве не только тем, кто выступает на сцене, но и простым работягам телеграма вроде нас с вами.

Ребят, сегодня в центре Минска встретила известного книжного блогера – Васю из Вписки!