Эйдос | Εἶδος

*** Л.Н. В[ильки]ной Ослепительная снежность, Усыпительная нежность, Безнадежность, безмятежность — И бело, бело, бело. Сердце бедное забыло Всё, что будет, всё, что было, Чем страдало, что любило — Всё прошло, прошло, прошло. Всё уснуло, замолчало, Где конец и где начало, Я не знаю, — укачало, Сани легкие скользят, И лечу, лечу без цели, Как в гробу иль в колыбели, Сплю, и ласковые ели Сон мой чуткий сторожат. Я молюсь или играю, Я живу иль умираю, Я не знаю, я не знаю, Только тихо стынет кровь. И бело, бело безбрежно, Усыпительно и нежно, Безмятежно, безнадежно, Как последняя любовь! Дмитрий Мережковский, 10 января 1906 г.

Дым без огня Вот зима. На деревьях цветут снеговые улыбки. Я не верю, что в эту страну забредёт Рождество. По утрам мой комичный маэстро так печально играет на скрипке, И в снегах голубых за окном мне поёт Божество! Мне когда-то хотелось иметь золотого ребёнка, А теперь я мечтаю уйти в монастырь, постареть И молиться у старых притворов печально и тонко Или, может, совсем не молиться, а эти же песенки петь! Всё бывает не так, как мечтаешь под лунные звуки. Всем понятно, что я никуда не уйду, что сейчас у меня Есть обиды, долги, есть собака, любовница, муки И что всё это — так... пустяки... просто дым без огня! Александр Вертинский, 1916 г. Картина: Мстислав Добужинский. "Псков". Частное собрание.

Год миновал Я с рукава срываю креп: Год миновал. Мой взор окреп. Окреп от слез. Так крепнет травка от дождя. Так крепнет рать в крови вождя. И ум – от грез. Игорь Северянин, 1912 г.

*** За рекою огонь полыхает, Где-то в поле горит, не горит, Кто-то слушает ночь и вздыхает, Не сумевши судьбу покорить. Кто там, пасынок грустного света, Размышляет в холодном огне, Не найдет он до утра ответа, Лишь утихнет в беспамятном сне. Разгорится еще на мгновенье, Полыхнет и навеки погас - Так и сам неживым вдохновеньем Загоришься тревожно на час. И опять за широкой рекою Будут звезды гореть на весу, Точно ветка, что тронул рукою Запоздалый прохожий в лесу: И с нее облетало сиянье. Все спокойно, и тьма холодна. Ветка смотрится в ночь мирозданья, В мировое молчанье без дна. Борис Поплавский, 1931 г.

Что прекраснее, любовь моя? Любовь потерянная или найденная? Не смейся, любовь моя. Я знаю, что неуклюж и наивен, когда речь идёт о любви, и задаю вопросы, похожие на слова из поп-музыки. Это сомнение переполняет и подрывает меня, любовь моя. Найти или потерять? Окружающие не перестают думать, потеряли они или нашли? Я не могу сказать. Сирота никогда не сможет это узнать. Сироте не хватает первой любви: любви его родителей. Это причина его неловкости и наивности. На пустынном пляже Калифорнии ты сказала мне: "Ты можешь коснуться моих ног". Но я не сделал этого. Это, любовь моя, потерянная любовь. Поэтому с того дня я не переставал думать: где ты была? И где ты сейчас? А ты, сияющий луч моей потерянной молодости, ты нашла или потеряла? Я не знаю. И никогда не узнаю. Я даже не могу вспомнить твоё имя, любовь моя, и у меня нет ответа. Но вот как я представляю себе ответ: в конце концов, любовь моя, у нас нет выбора. Мы обязаны найти. Любовное письмо Пия XII из сериала "Молодой Папа".

Зима Каждый год наступает зима. Двадцать раз я ее белизною был окутан. А этой зимою я схожу потихоньку с ума, милый друг. Никого, ничего. Стих родившись, уже умирает, стиснув зубы. Но кто-то рыдает, слышишь, жалобно так, за него. ...А когда загорится звезда – отключив электричество в доме, согреваю дыханьем ладони и шепчу: «Не беда, не беда.» И гляжу, умирая, в окно на поля безупречного снега. Хоть бы чьи-то следы – человека или зверя, не все ли одно. Борис Рыжий, 1996 г.

Анна Ахматова, 1911 г.

Она В напрасных поисках за ней Я исследил земные тропы От Гималайских ступеней До древних пристаней Европы. Она – забытый сон веков, В ней несвершенные надежды. Я шорох знал ее шагов И шелест чувствовал одежды. Тревожа древний сон могил, Я поднимал киркою плиты… Ее искал, ее любил В чертах Микенской Афродиты. Пред нею падал я во прах, Целуя пламенные ризы Царевны Солнца – Таиах И покрывало Моны-Лизы. Под гул молитв и дальний звон Склонялся в сладостном бессильи Пред ликом восковых мадонн На знойных улицах Севильи. И я читал ее судьбу В улыбке внутренней зачатья, В улыбке девушек в гробу, В улыбке женщин в миг объятья. Порой в чертах случайных лиц Ее улыбки пламя тлело, И кто-то звал со дна темниц, Из бездны призрачного тела. Но, неизменна и не та, Она сквозит за тканью зыбкой, И тихо светятся уста Неотвратимою улыбкой. Максимилиан Волошин, июль 1909 г.

Посещение Когда твой горький яд меня убьет, Когда от притязаний и услуг Моей любви отделаешься вдруг, К твоей постели тень моя придет. И ты, уже во власти худших рук, Ты вздрогнешь. И, приветствуя визит, Свеча твоя погрузится во тьму. И ты прильнешь к соседу своему. А он, уже устав, вообразит, Что новой ласки просишь, и к стене Подвинется в своем притворном сне. Тогда, о бедный Аспид мой, бледна, В серебряном поту, совсем одна, Ты в призрачности не уступишь мне. Проклятия? В них много суеты. Зачем? Предпочитаю, чтобы ты Раскаялась, чем черпала в слезах Ту чистоту, которой нет в глазах. Джон Донн. Перевод Иосифа Бродского, 1966 г.

Помни, что чем труднее и тяжелее обстоятельства, тем необходимее твердость, деятельность и решимость и тем вреднее апатия. Слабые души делают наоборот. Дневник Льва Толстого. 27 октября 1853 г.

"Когда мы не вместе, я чувствую себя неполноценным: когда я сижу, мне хочется ходить, когда я гуляю, мне хочется домой, когда я развлекаюсь, мне хочется работать, когда я работаю, я не могу сидеть спокойно и концентрироваться, а когда ложусь спать, я недоволен тем, как провел день". Из переписки Альберта Эйнштейна со своей женой Милевой Марич.

Что не осознаётся, возвращается к нам в виде судьбы. Карл Густав Юнг.

Я люблю тебя Я люблю тебя больше, чем Море, и Небо, и Пение, Я люблю тебя дольше, чем дней мне дано на земле. Ты одна мне горишь, как звезда в тишине отдаления, Ты корабль, что не тонет ни в снах, ни в волнах, ни во мгле. Я тебя полюбил неожиданно, сразу, нечаянно, Я тебя увидал – как слепой вдруг расширит глаза И, прозрев, поразится, что в мире изваянность спаяна, Что избыточно вниз, в изумруд, излилась бирюза. Помню. Книгу раскрыв, ты чуть-чуть шелестела страницами. Я спросил: «Хорошо, что в душе преломляется лед?» Ты блеснула ко мне, вмиг узревшими дали, зеницами. И люблю – и любовь – о любви – для любимой – поет. Константин Бальмонт, 1932 г.

3 Под ветром холодные плечи Твои обнимать так отрадно: Ты думаешь – нежная ласка, Я знаю – восторг мятежа! И теплятся очи, как свечи Ночные, и слушаю жадно – Шевелится страшная сказка, И звездная дышит межа… О, в этот сияющий вечер Ты будешь всё так же прекрасна, И, верная темному раю, Ты будешь мне светлой звездой! Я знаю, что холоден ветер, Я верю, что осень бесстрастна! Но в темном плаще не узнают, Что ты пировала со мной!.. И мчимся в осенние дали, И слушаем дальние трубы, И мерим ночные дороги, Холодные выси мои… Часы торжества миновали – Мои опьяненные губы Целуют в предсмертной тревоге Холодные губы твои. Александр Блок. Из стихотворения "Осенняя любовь", 3 октября 1907 г.

Corona Astralis Елизавете Ивановне Дмитриевой В мирах любви – неверные кометы – Закрыт нам путь проверенных орбит! Явь наших снов земля не истребит, – Полночных солнц к себе нас манят светы. Ах, не крещен в глубоких водах Леты Наш горький дух, и память нас томит. В нас тлеет боль внежизненных обид – Изгнанники, скитальцы и поэты! Тому, кто зряч, но светом дня ослеп, – Тому, кто жив и брошен в темный склеп, Кому земля – священный край изгнанья, Кто видит сны и помнит имена, – Тому в любви не радость встреч дана, А темные восторги расставанья! Максимилиан Волошин, август 1909 г.

*** Всё становится на свои места. сердце вновь живое. так приходит в жару сентябрь, а в будни – пятница. ты не то чтоб был воздух, но, кажется, где-то возле. а теперь я понимаю, что смогу с этим справиться. так скатались в клубок наши дико больные чувства. боль изящно отступит – ей время идёт на пользу. понимаешь, хороший мой, вот ведь какое чудо, что есть что-то после. что есть что-то хорошее, светлое, что-то, кроме. что не скатится в эти качели, увёртки, ругань. боже мой, сколько сил, сколько нервов и сколько крови мы с тобой с кайфом выпили друг у друга. просто каждый устал тупо слушать дурные вести. жажда рваться вперёд. попрощаемся – и по коням. я люблю тебя. и, может, буду ещё лет двести. но сегодня – впервые за годы – усну спокойно. Наташа Хедвиг, 2022 г.

🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤 🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤 Дорогие читатели! Поздравляем вас с первым днём осени и открытием нового поэтического сезона! А мы подготовили для вас первое осеннее мероприятие уже на это воскресенье, 7 сентября — состоится открытый микрофон в Южной Рюмочной! Регистрация на микрофон https://forms.gle/Cy3Hw5W1tStehUP59 ➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿ 😇 7 сентября(вс) в 18:00 📖 Южная рюмочная 🌞 ул. Большая Татарская, 5 Вход 18+ по паспорту ➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿

Количество мест для читающих ограничено!

P. S. Мат не приветствуется! До встречи, Ваш Чатл.❤️🙌 дизайнер афиши