УРБЕЧ

​Братство поломанных ушей ​Олимпийский чемпион по вольной борьбе, уроженец Тарки Сайпулла Абсаидов рассказывает интересный случай, произошедший с ним в США. Будучи в Нью-Йорке, он решил покататься по городу за рулем машины своего местного приятеля. Правда, у него не было ни водительских прав, ни доверенности. Однако чемпион был спокоен, так как знал, что если ездить по правилам, американские копы тебя не остановят. Несколько дней Абсаидов без проблем колесил по мегаполису, но, оказавшись на Манхэттене, не заметил запрещающий знак и завернул на улицу с односторонним движением. ​Полицейские оказались тут как тут и объяснили борцу, что он «встрял» на штраф в $1,5 тысячи. Абсаидов знал, что договориться не получится, и прикидывал в голове, насколько вырастет эта сумма, когда они узнают, что у него еще и документов нет. Но тут один из копов, пристально разглядывавший поломанные уши дагестанца, неожиданно спросил: «Вы занимаетесь вольной или греко-римской борьбой?» Приятель Абсаидова ответил за него: «Он — вольник, олимпийский чемпион!» Полицейский резко подобрел и отпустил их со словами: «Окей, я тоже занимаюсь борьбой». ​«Признаться, я никак не ожидал проявления подобной бойцовской солидарности от американских полицейских, — вспоминает Абсаидов на страницах книги Мурада Канаева „Борцы шутят“. — Мне говорили, что они не признают никаких авторитетов, когда дело касается соблюдения закона. Но, как мне объяснили мои друзья из нью-йоркского клуба борьбы, многие воспитанники которого, кстати, работают в полиции, неписаные законы борцовского братства или, как у нас говорят, братства поломанных ушей, в Штатах чтятся не менее ревностно, чем любые другие законы». Изображение сгенерировано ИИ ​Подписаться на УРБЕЧ

Десятки краж шапок, нападения на улицах и криминальные истории, которые сегодня звучат как сценарий фильма. Что писало “Новое дело” о республике 35 лет назад?» Ранее мы рассказывали, что подняли архивы главной в республике общественно-политических газеты 90-ых, чтобы посмотреть, каким был Дагестан тогда. Одной из самых заметных рубрик газеты была «Криминальная хроника». Сегодня публикуем выдержку из одного из декабрьских выпусков 1991 года — всего одна неделя из жизни республики, отражённая в «милицейских» сводках.

В 1939 году в Анди проживал 123-летний участник Кавказской войны Шамхал Доргоев. Вот что о нем писала «Дагестанская правда» (№ 109, 14 мая 1939 года):

В селении Анди Ботлихского района, живет 123-летний Шамхал Доргоев. Он еще вполне здоров. Шамхал Доргоев хорошо помнит эпоху Шамиля. Несколько лет под руководством талантливого вождя горцев сражался Доргоев с царскими захватчиками. Его отец также был шамилевским бойцом и за ряд боевых отличий дважды награждался оружием. Эти замечательные по своей исторической ценности подарки Шамиля отцу 123-летний сын бережно сохранил до наших дней.

Подписаться на УРБЕЧ

Сегодня в дагестанской телеге как-то стихийно поднялась тема: кто виноват в том, что Дагестан на дне. Повод точно не помню - кажется, со светом связанное что-то было. Прозвучала версия, что трусливая интеллигенция виновата. На мой же взгляд, виновата наша т.н. элита – люди, которые при власти и при деньгах. Проблема в их низкой социальной ответственности, в отсутствии эстетики, в ограниченном мировоззрении. Эмир Тимур при всей своей жестокости оставил после себя блистательный Самарканд, куда свозил лучших мастеров и ученых с покоренных земель. Его прямой потомок потом Тадж-Махал оставил после себя. Большой театр, МГУ, Эрмитаж, Третьяковка и другие символы России – всего этого не было бы без покровительства русских царей и богатейших людей империи. А у нас что? Прочитал у гимринского краеведа Магомеднаби Ибрагимова абсолютно позорную историю, как десятилетиями не удавалось организовать на должном уровне музей в доме имама Шамиля в Гимры. Потом кричат: «Мы потомки имама Шамиля!» А те случаи, когда представители т.н. элиты поддерживают полезные инициативы, это почти всегда делается либо с целью получения личной выгоды, либо после челобитья. Вот у нас все ругают «Магнит». Говорят: «Нам наши нужны, нам наши нужны». Недавно попалось в руки издание «Архив придворного гастронома». Авторы изучили меню царской семьи и адаптировали его под сегодняшний день. Подали это все с иллюстрациями на хорошей бумаге. Этот проект спонсировал «Магнит», а реализовали Эрмитаж и «Гастрономъ». Сколько у нас в Дагестане есть хороших просветительских проектов об истории и культуре? Хоть к одному из них проявил подобный интерес наш крупный бизнес? Хоть кто-нибудь позвонил к Назиру с конкретным предложением, когда тот объявил, что находится на грани закрытия и думает закрыть свой книжный магазин? Кто знает в этом толк, говорят, что это уникальный проект даже в масштабах Северного Кавказа. Уверен, 99% хасавюртовских миллионеров даже не знают, что в их городе есть такое место. Зато чаевые по 100 тысяч оставлять певичкам – пожалуйста. Кто из махачкалинской элиты поддержал Кайрава? Этот человек – фонтан идей по сохранению исторического наследия дагестанской столицы. История такая же как с Назиром. И что остаётся? Делать гиро или открыть пункт выдачи Wildberries.

Урцакинский танец (от села Урцаки Дахадаевского района Дагестана) — один из локальных даргинских народных танцев. Он относится к традициям верхнедаргинских сел и отличается от классической сценической лезгинки. Что касается зажатого носа, то это особенность одного из вариантов урцакинского шуточного танца. Танцор зажимает нос большим и указательным пальцами одной руки, а другой выполняет характерные движения. Считается, что этот жест носит комический характер и является местной особенностью танца. Такой прием встречается именно в урцакинской традиции и стал узнаваемым благодаря видеороликам. 👋👋👉 ⬇️ 🔵 @Nechanda

Пока имам Шамиль со своими мюридами воевал в горах с царской армией, остальной Дагестан был охвачен мареноманией. От слова «марена» — это растение, из корней которого делают натуральный краситель крапп. Основными его производителями были Франция и Голландия. Однако в первой половине 19 века русский купец Иван Баранов заметил, что дагестанская марена превосходит по качеству зарубежную, и начал импортозамещение, оставаясь некоторое время монополистом на этом рынке. Тогда в Дагестане и началась мареномания. Все, у кого был клочок земли, стали выращивать марену. У кого не было земли — брали в аренду, расплачиваясь частью урожая. У кого не хватало денег — брали их у ростовщиков под грабительские 24%. Прибыль от мареноводства оправдывала любые риски. В Страну гор массово потянулись русские купцы, которые вели бизнес в партнерстве с крупнейшими землевладельцами — ханами, беками и прочей знатью. А в 1863 году в Дербенте появилась фабрика по переработке марены — кстати, первое промышленное предприятие в истории Дагестана. Для понимания масштабов мареномании: с 1863 по 1872 год только с юга Дагестана было вывезено марены на 15 млн рублей. В пересчете на сегодняшние деньги это десятки миллиардов. Мареноводство приносило местным жителям столько денег, что в низменной части Дербентского уезда перестали выращивать хлеб. В отдельные годы на плантациях марены трудились до 100 тысяч дагестанцев, в то время как население региона, по самым высоким оценкам, тогда составляло чуть более 700 тысяч. Вот что писал современник:

На наших глазах оборванцы из трущоб Казикумухского, Даргинского округов, Аварии и других местностей Дагестанской области, еще не так давно нищенствовавшие, теперь не только не представляют следов их былого состояния, но многие из них дошли до степени промышленников, так что некоторые из них ездят на пароходах в приволжские города, даже в Нижний Новгород на ярмарку.

Рынок марены лопнул в 1870-е годы после того, как в Европе изобрели искусственный краситель ализарин. Крупные производители понесли многомиллионные убытки, дельцы помельче разорились в пух и прах. Фабрика в Дербенте была брошена со всем оборудованием в 1877 году. Сегодня о старых добрых временах напоминают только красные корни марены на официальном гербе Дербента (на фото выше). Подписаться на УРБЕЧ

Все мы слышали про тюльпаноманию в Голландии. Там в середине 17 века цены на эти цветы поднялись до небес. В какой-то момент луковица тюльпана стала стоить как дом в Амстердаме. Голландцы-темщики тогда сколотили огромные состояния. Однако вскоре рынок тюльпанов лопнул, и многие остались ни с чем. Немногие знают, что нечто подобное происходило в Дагестане в 19 веке. Подробности в следующем посте.

Здесь не было ни улиц, ни зеленых зон, ни дорог. Лишь 350 зданий высотой до 14 этажей, связанных узкими коридорами и лестничными пролетами. Целые поколения их обитателей буквально выросли на крыше – единственное место, где можно было свободно бегать и резвиться. Сперва Коулун был небольшой китайской крепостью в Гонконге. Когда в 19 веке Китай проиграл опиумные войны, он уступил Гонконг Великобритании. Коулун стал китайским анклавом и оставался таким до 1997 года, когда истек 99-летний срок аренды Гонконга британцам. Де-факто все это время Коулун был предоставлен самому себе и не контролировался ни Китаем, ни Британией. В середине прошлого века им и вовсе управляла китайская мафия – триады. Коулун на десятилетия превратился в город грехов: наркоторговля, проституция, азартные игры, торговля оружием. В последние его годы здесь на территории 213 на 126 метров проживали 50 тысяч человек. Большинство из них — беглецы с материка. Руки гонконгских властей дошли до Коулуна лишь в конце 90-х. Все его жители были переселены в добровольно-принудительном порядке. Бетонные джунгли снесли подчистую, а на их месте построили грандиозный парк за $75 млн. Подписаться на УРБЕЧ

Это не будущие кварталы Махачкалинско-Каспийской агломерации. Это Коулун – город-крепость с невероятно плотной и хаотичной застройкой, устрашавший Гонконг на протяжении десятилетий. Подробнее в следующем посте. Подписаться на УРБЕЧ

В воскресенье, 19 апреля, состоится благотворительный футбольный матч между ФК «Анжи» и «Мамедкала». 📍 Махачкала, стадион «Труд» 🕕 Начало в 18:30 Все средства, собранные в ходе матча, будут направлены на оказание помощи пострадавшим в результате потопа. В рамках мероприятия также пройдет благотворительная ярмарка. Организаторы приглашают всех неравнодушных поддержать команды и внести свой вклад.

ПЕТРОВСКЪ, 1877 г. Газета «Кавказъ» от 17 февраля 1877 г. писала: «Зимою наш город спит, и спит сном летаргическим. … У нас никто не думает о городском освещении, а также о принятии мер против собак, бродящих по улицам и нападающих на всех». От 15 апреля 1877 г.: «В самом центре города, у паперти армяно-грегорианской церкви имеется главный склад всевозможных сортов навоза и мусора, а затем такие же склады украшают все улицы». От 14 октября 1877 г.: «У нас нет ни библиотеки, ни читальни, а если у кого и найдется книжонка, то ей суждено побывать чуть ли не во всех руках в городе. …Не каждый ведь в состоянии выписывать периодические издания; они выписываются у нас, но такими людьми, двери которых туго заперты и недоступны многим…». От 18 июля, 1878 г.: «В Петровске, за исключением клуба, имеющего свою длинную историю скандалов, и двух грязных гостиниц, летом переполненных, благодаря приезжающим на купание, а зимою пустых, существует еще несколько так называемых трактиров, которые служат притоном во все времена года и местом всевозможных безобразий».

ТАК ГОВОРИЛ [МУСА МАНАРОВ] Космонавт. Родное село – Кумух. 75 лет. Я НЛО не видел. Надо очень великим быть, чтобы при жизни поставили памятник. Ну все-таки я не настолько велик. Если бы вы никогда не кушали персик, то он имел бы для вас сакральное значение. А раз попробовав, он превращается в нечто иное. Аналогично с полетом на самолете или на космическом корабле. Профессия космонавта навевает образ какого-то романтического героя, который стремится в путь к звездам. Весьма наивно… Я вообще не собирался быть космонавтом. Дело в том, что мне думать не дали. Подошел комсорг и сказал, что все наши подали заявление в космонавты, а я нет. Я говорю, какой из меня космонавт? Он ответил: «Ты наш процент портишь, подавай, заодно и здоровье проверишь» Так я подал заявление. Я ждал полета одиннадцать лет. Поэтому даже трудно сказать, в какой момент мне сказали: «Ты летишь в космос» Какое новое чувство испытал я за бортом станции? Я бы, пожалуй, назвал ощущение бездны, бесконечности пространства. Когда смотришь на все это великолепие, то, конечно, душа поет. Кто в Бога верит, для того это великолепие и есть подтверждение божественности. Но не обязательно быть верующим, чтобы ощущать это великолепие, эту эстетику. Станция регулярно пролетала над Дагестаном, но Дагестан всегда был закрыт облаками. На Кавказе часто бывает облачно, поэтому трудно что-то разглядеть. Первые ощущения по возвращении на Землю: сильно давила гравитация, нас буквально вдавливало в землю, при ходьбе учащалось сердцебиение. Эти неприятные ощущения сохранялись долгое время. Меня удивило то, как я быстро стал «земным». Я думал, что долго буду привыкать. Как-то смотрели мы кино на станции. Там какая-то вечеринка богатых людей и слуга подавал шампанское. Они берут бокалы с подноса и плавно идут вместе рядом. У меня сразу возникла мысль, почему они в руках их держат, можно же перед собой толкать бокал. Можно никогда не видеть слона, читать про него в книжках, видеть в кино, а потом придти в зоопарк и увидеть. Это не будет для вас потрясением потому, что вы знаете, что такое слон. То же самое и полет в космос. Поэтому каких-то особых открытий я не сделал. Мне говорили, что Земля круглая. Вот если бы я увидел, что она квадратная, может быть, меня это потрясло бы. Наверное, нет смысла лететь на Марс, когда в мире еще столько нерешенных проблем. Раньше была другая концепция жизни: человек – это творец, он создан для того, чтобы строить новое общество, города, машины. Человек жил мечтой – оттуда и космос и достижения. Сейчас концепция во многом капиталистическая — деньги и прибыль. В общем-то, я человек из Советского Союза. Я практически не говорю на родном языке. Когда еще были живы бабушки, то, конечно, бытовые слова я понимал. Москва – жесткий город. Не прощает ошибок, не предлагает помощи. Наверное, на меня это тоже наложило отпечаток, я стал рациональным и холодным. Если я не могу помочь человеку, я веду себя холодно. При этом знаю, что восточные люди, даже не имея возможности помочь, реагируют эмоционально, участие подается с большим вниманием. Если это искренне, то я завидую. Большое заблуждение сегодняшнего времени, что все надо доставать и показывать. Даже очень дикие племена и то прикрываются. В космосе у меня был трезвый рассудок, поэтому там никаких галлюцинаций не было. И вообще, на Земле это вероятнее. Особенно сейчас, когда неограниченно много продают спиртное… Всегда только «дауны» могут быть радостными. Человек есть человек. Вот что обидно-то. Полно людей, которые вверх не смотрят. Когда я ещё не был космонавтом, то меня всегда тянуло посмотреть вверх. В безоблачную лунную ночь. Чтобы не смотреть на небо, на эти звёздные дали, нужно быть просто камнем. Раньше люди с большим интересом встречались с космонавтами. А сейчас мы никому не интересны. Реально нас всего 100 человек в России, а еще многие умерли уже. Мне не то что обидно. Меня это удивляет. Ни разу в своей жизни ничего сверхъестественного не видел. Даже жаль как-то. Подписаться на УРБЕЧ

Два года назад мы уже публиковали этот пост, посвящённый Мусе Манарову – единственному дагестанцу, побывавшему в космосе. Поскольку сегодня День космонавтики, решили выложить его еще раз: для тех, кто не видел, и для тех, кто захочет перечитать. Подписаться на УРБЕЧ

Три события из истории Дагестана, по которым можно было бы снять фильмы-катастрофы 🔸 Зимой 1953 года на Каспии случился ледяной апокалипсис. Огромные ледовые поля оторвались от северного припая из-за резкого потепления и поплыли на юг. Ни до ни после ничего подобного не случалось. Первым препятствием на пути стихии стал нефтепромысел Изберг-море — гордость дагестанской нефтянки, заработавший в 1947 году. Власти бомбили льды с воздуха и посыпали их угольным порошком для ускорения таяния — бесполезно. Сначала льды снесли промысловые катера, один из которых перевернулся вверх килем, погубив всю команду. Ледяной панцирь плотным кольцом сжал эстакады и буровые площадки. Металлические конструкции разваливались, как карточные домики. Спасать промысел пытались лучшие умы «Гипроморнефти». Двое суток они безуспешно боролись со стихией. На исходе второго дня всё было кончено. Из воды торчали лишь искореженные фрагменты вышек и свай. Спустя два дня льды двинулись к берегу Азербайджана, где повредили ещё два промысла, но до третьего — Нефтяных Камней — не дошли: ветер внезапно поменял направление, и льды растаяли. 🔸 14 мая 1970 года в Дагестане произошло самое разрушительное землетрясение в истории региона. Ночью республику сотрясли два мощных толчка силой до 9 баллов. Эпицентр находился всего в 30 километрах от Махачкалы. Земля буквально уходила из-под ног: в горах начались гигантские обвалы, образовались трещины шириной и глубиной в сотни метров, а знаменитый бархан Сарыкум после удара «просел» на несколько метров. Столицу спас форшок: первый, более слабый толчок днём выгнал людей на улицы, поэтому, когда вечером начали рушиться здания, многие уже были вне стен. Масштаб катастрофы был колоссальным: 22 населённых пункта стёрты с лица земли, 45 тысяч человек остались без крова. Восстанавливать республику приехал весь Союз. В Махачкале в кратчайшие сроки выросли целые микрорайоны, в частности Узбек-городок. Одним из символов возрождения стал посёлок Учкент. Его название переводится как «три села» — его образовали жители полностью разрушенных аулов Капчугай, Экибулак и Ахатлы. Именно после 1970 года в Дагестане ввели жёсткие нормы сейсмостойкости, по которым должны были строить многоквартирные дома и в наши дни, но это уже другая история… 🔸Летом 1994 года в Дагестане случилась крупнейшая вспышка холеры в истории современной России. Почти 2,5 тысячи заражённых, закрытые города и блокпосты на дорогах. Инфекцию завезли паломники после возвращения из хаджа. Первым «вспыхнуло» село Герга (Каякентский район), а дальше вибрион Эль-Тор за считанные недели разлетелся по 180 населённым пунктам. Болели целыми семьями. Инфекция попала в реки и старые водопроводы. В больницы с подозрением на холеру за лето загремело более 9 тысяч человек. Избербаш и ещё три муниципалитета закрыли на жёсткий карантин. Выезд и выезд – только по спецпропускам. Запретили продажу напитков в розлив и закрыли все пляжи Каспия. Под холерные бараки перепрофилировали обычные больницы. Тех, кто контактировал с больными, превентивно «кормили» антибиотиками. К осени эпидемию удалось задушить, но ценой колоссальных усилий и 16 официальных смертей. Дагестанский кейс в дальнейшем вошёл в учебники для эпидемиологов: как за месяц не дать локальной вспышке превратиться в общероссийскую катастрофу. Подписаться на УРБЕЧ

«Всемирный потоп», Иван Айвазовский, 1864 год Подписаться на УРБЕЧ

Жители «Дома-корабля» в Махачкале собирают деньги на ремонт жилья 🔻Знаменитое здание в историческом центре города было построено в начале ХХ века. Оно не является объектом культурного наследия, но уникальная архитектура, изнутри напоминающая трюм корабля, привлекает множество туристов. Уже долгое время дом признан аварийным. Несмотря на различные предложения, жители отказываются от переезда и ищут возможность самостоятельно восстановить здание, в первую очередь починить крышу. Недавно один из активистов, местный житель Абзагир, решил установить ящик для сбора средств на ремонт. Друг Абзагира, гид Кайрав Кагерманов, водит к зданию экскурсии, и туристы охотно вносят посильный вклад в восстановление уникального строения. По мнению Кайрава, собранные деньги могли бы пойти также на экспертизу, которая позволит зарегистрировать здание в качестве объекта культурного наследия. 💬 «Некоторое время назад дом посещали эксперты из Санкт-Петербурга и объяснили, что в доме есть историческая ценность и его можно было бы внести в список ОКН, но экспертизы будут стоить денег. Возможно, мы смогли бы собрать необходимую сумму», — сказал гид. ⬛ Подписывайся на «Сапа Кавказ»

Сицилийский городок Ганджи, где живут почти 6 тысяч человек. К слову, не так давно он привлек к себе внимание тем, что местные власти в целях благоустройства выставили на продажу десятки старых домов по символической цене – 1 евро. Как и многие дагестанские аулы, Ганджи находится на вершине крутых склонов горы. Местные жители точно также строили дома в несколько этажей, где на первом размещали скотину, на втором – сено, а на остальных жили сами. Однако поражает безупречный архитектурный ансамбль городка: каждое здание, от величественного собора до крошечного дома, выдержано в едином стиле. Как и у нас, крыша одного дома в Ганджи часто служит террасой для другого, но это уютные балкончики, которые утопают в зелени и цветах. Вечером Ганджи еще красивее благодаря золотистой подсветке, которая подчеркивает сочетание чистых мощенных улиц и уютных фасадов домов. И что самое главное, таким Ганджи был и 100, и 200, и 300 лет назад. Подписаться на УРБЕЧ

Оптимизируйте снабжение вашего офиса с сетью магазинов «Классный» 📈 Искать канцтовары у одних, а бытовую химию у других — это лишние счета, лишние курьеры и потерянное время. Мы предлагаем формат «единого окна» для обеспечения вашего бизнеса всем необходимым. Что мы предлагаем корпоративным клиентам: Ассортимент свыше 22 тыс. позиций: От бумаги А4 и расходников до профессиональных чистящих средств и хозтоваров Цены ниже розницы: Прямой доступ к оптовому прайсу, который выгоднее цен на полках магазинов Юридическая чистота: Выдача полного пакета документов (УПД, договора, счета) точно под требования вашей бухгалтерии. Любой удобный для вас способ оплаты 🚚 Бесплатная доставка от 4000₽ Привезем заказ прямо в офис или на склад. 📞 Наш контакт: 91-33-43 🌐 Наш сайт: klassopt.ru ✉️ Адрес эл.почты: Klassopt@mail.ru ⏰ График работы: С Пн-Пт, с 9:00ч до 17:00ч

Мы еще напишем отдельный пост о нашем земляке Манашире Якубове – музыковеде с мировым именем, которого называли «душеприказчиком Шостаковича», а пока в качестве затравки приводим занимательную историю из посвященного ему фильма «Мне интересно жить»:

Как-то Манашир Якубов присутствовал на концерте Мстислава Ростроповича в Италии. Выступление такого музыканта – большое событие, поэтому среди присутствующих было немало представителей итальянской элиты, которых Якубов, скорее всего, не знал в лицо. После концерта был фуршет, во время которого Ростропович решил познакомить Якубова с одним из самых известных людей Италии, не успев предупредить, с кем именно. Знакомство состоялось. Манашир Абрамович, протянув визитку, со свойственной ему вежливостью, сказал: «Обращайтесь, если будет необходимость». Как только они отошли в сторону, Ростропович набросился на Якубова: – Ты знаешь, кто это был? – Кто? – недоуменно спросил Манашир Абрамович. – Сильвио Берлускони!

 Подписаться на УРБЕЧ