Эрнест и гиперболоиды

Центральные органы власти на Украине были сформированы с нарушением Конституции, рассказывает нам операционный директор ООО «Российская Федерация» бывший президент Российской Федерации. Я вам не скажу за «центральные органы власти на Украине» и их конституционный статус, но вот тут такой вопрос — у нас в стране до девяносто третьего года существовал какой-то «съезд народных депутатов РСФСР». Не подскажете, Дмитрий, куда он делся и почему? Вы вообще кто?

Плохо отказываеть человеку в субьектности по умолчанию, но стоит отметить, что новоявленный борец с Путиным Илья Ремесло в каждой второй своей публикации (подавляющее большинство из которых не содержит вообще никаких оригинальных мыслей; на дворе две тысячи двадцать шестой год, вы сидите на лавочке, к вам подваливает странно дергающийся мужик и спрашивает — «а вы знали, что у Путина есть множество шикарных резиденций?») призывает с ним в какой-то форме сотрудничать, оставляет свои контактные данные и вообще всячески навязывает общение с ним. Такое поведение наводит на нехорошие мысли о том, что Илья Ремесло делает это не по своей инициативе.

На тех же уроках нравственности детям в качестве примера внутренней стойкости и целомудрия приводят семью последнего российского императора. С этим тезисом трудно спорить. Проблема в том, кто об этом рассказывает и как. Потомки уральской братвы, которая заколола детей штыками, с трогательной дрожью в голосе завывают, что «великие княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия спали на походных кроватях, чтобы не вырасти избалованными». Да, спали. Но что вы хотите этим сказать? Говорящий особо ничего про Романовых не знает, да и откуда ему что-то знать, ведь ему семьдесят лет закачивали в голову абстрактные частушки про дурака-Николашку, про жену-потаскуху, про изнывающих от безделья барчуков, которые жировали на народные деньги. Когда советский телевизор выключили, а российский включили, одна картинка наложилась на другую и мозг завис. В итоге про традиции воспитания в семье Николая рассказывают как о уникальном педагогическом эксперименте, хотя ничего уникального в нем не было. Это было НОРМОЙ, которая была разрушена. Здесь это самая важная мысль. Советские её не понимают, потому что у них нет понятия «традиции», потому что раз в пятнадцать лет кровати опять переставляют и все начинается заново. В таких условиях все уроки нравственности бесмысленны. Что вы рассказываете детям? «Надо спать на деревянных досках» — а зачем? Что вы этим хотите сказать? Да в целом ничего, бумажку какую-то прислали, вот мы и зачитываем

Пишут, что в рамках уроков нравственного воспитания в какой-то российской школе начали рассказывать детям про телегонию. Телегония, если кто не знает — это такая теория о том, что хуиные молекулы предыдущих половых партнеров застревают внутри женщины на всю жизнь и встраиваются в ДНК её будущего ребёнка вне зависимости от того, каким партнером этот ребёнок был зачат. «Телегонию» придумали, ха-ха, англичане в девятнадцатом веке в качестве специальной дисциплины для развлечения колониальных «ученых». Поскольку никакой колониальной «науки», естественно, быть не должно — мало ли, построят еще ракету какую-нибудь и улетят, — аборигенам вместо математики и физики положено рассматривать картинки со спаривающимися зебрами и писать статьи об опасности межрасового секса в журнал «Вопросы юриспруденции». Придумали и тут же забыли, но перед этим специальную дисциплину иплантировали в мозг академикам лысенко, которые потом на протяжении многих лет уничтожали на корню все то разумное, что появлялось в колониальных науках вопреки действиям диалектических ламаркистских лысенок и сталиных. «Мичуринская гэнетика признаёт храмосомы, нэ атрицает их налычия. Но она, таварищи, нэ признаёт храмасомной тэории наследственности, не признаёт мэндэлизма-марганызма». Спустя век по выжженной радиоактивной пустыне с идиотским хохотом бегают аборигены с банками заряженной воды, выкрикивая что-то про телегонию, красную ртуть и оружие, основанное на новых физических принципах.

КАРЛИКИ С МИКРОЗАЙМАМИ Посреди планеты Проксима d, под красным светом звезды Проксима Центавра, течет река. Местные аборигены, тяжёлые кремниевые существа кубической формы, с пятью длинными отростками, покрытыми мелкими суставами и хватательными крючьями, называют её «Оранжевой» — возможно, из-за особой породы, окрашивающей воды реки в оранжевый цвет. Эта река испокон веков была для кубиков источником жизни и вечным проклятием. Её капризный нрав и постоянные паводки, затапливавшие кремниевые долины тоннами жидкой глины, отнимали у жителей все силы. Вместо того, чтобы развивать науки и созерцать природу, кубики бесконечно строили однообразные бамбуковые дамбы и укрепляли берега. Подобный колоссальный труд в одиночку был немыслим. Кубиков, действительно, было очень много, и все они честно трудились практически всю жизнь — но чтобы выжить и обуздать стихию, им пришлось пожертвовать личной свободой и создать жёсткую систему управления. Воля каждого кубика подчинялась приказам из центра. Все мысли инопланетян сузились до забот об алюминиевом урожае и страха перед очередным наводнением. Запертые в бесконечном цикле борьбы за выживание, кубики веками жили под гнетом суровой диктатуры, которую сами же себе и придумали. Они разучились смотреть на звёзды, не строили кораблей для путешествий к другим мирам и панически боялись любых перемен, которые могли прийти с другой стороны шара или из космоса. Своеобразным символом этой многовековой изоляции стало возведение исполинской каменной ограды на той стороне их земель, которая не была защищена горами или океаном. Когда древний правитель кубиков завершил эту грандиозную стройку, жителям показалось, что они в безопасности. При этом каменная стена, как это не парадоксально, не защищала ни от чего. Летописи планеты рассказывают, что дикие степные треугольники легко преодолевали этот хвалёный барьер. Ни бурные течения Оранжевой реки, ни миллионы гранитных блоков не могли защитить цивилизацию кубиков от угрозы извне, поэтому кубики, существа и без того нервные, начали по умолчанию видеть угрозу во всем, вплоть до изредка прилетающих откуда-то из-за стены воробьёв. Массивные, но бесмысленные каменные преграды, ежедневный труд в поте лица и полная изоляция породили странный психологический эффект: следующие поколения говорящих пятируких кубиков превратили эту стену в объект религиозного культа. Когда межпланетные перелёты стали обыденностью, на Проксиму устремились туристы. Кубики поначалу неохотно встречали гостей, но потом поняли, что гости, во-первых, только и делают, что нахваливают кубиков и их уникальную культуру (а кубики были очень падки на лесть), во-вторых, активно вкладывают деньги в аграрную кубическую экономику. Поэтому кубики поставили туристический бизнес на поток и начали хвастаться перед гостями бесмысленным нагромождением камней: «Посмотрите, какой масштаб! Нашу стену видно даже с орбиты соседних планет! Это главный символ нашего величия!». При этом величие кубиков вызывало сомнение — в основном, кубики только рассказывали о своём величии и тратили большие деньги на то, чтобы рекламироваться в инопланетной прессе, в том числе и с помощью цветных фотографий стены, которые они рассылали по редакциям и дарили туристам в виде открыток. Поскольку кубики оказались не только умелыми аграриями, но и талантливыми пиарщиками — окружающие кубикам верили, уважали их и даже немножко боялись, а их систему государственного управления и особую психологию изучали правители других планет, которые тоже хотели, чтобы их население поменьше сочиняло стихи, поменьше смотрело на звёзды и вообще занималось только чисткой коровников. Эти правители, вместе с многочисленной свитой, начали прилетать на Проксиму, кланяться кубикам, дарить им подарки и подписывать с ними декларации — для того, чтобы выведать секрет уникальной кубической жизни. А правда в том, все победы кубиков выдуманы. Выдумки эти, в свою очередь, являются продуктом обыкновенной изоляционистской паранойи — вызванной тем, что инопланетяне просто сошли с ума от речки и от камушков. Никакого секрета, конечно же, не существует.

Друзья, без паники. Борис Николаевич, конечно же, с нами и поддерживает нашу скорую победу над фашистами. Борис Николаевич по понятным причинам не афиширует своего текущего положения и состояния, так что никакой информацией такого рода мы пока не распространяем. Следите за новостями, ублюдки начинают суетиться и сучить лапками. Веселая жижка потекла из штанишек, как говорится.

Рационализаторское предложение в порядке помощи «село — фронту». В целях укрепления воздушной обороны г. Москва целесообразно рассмотреть массовый ввоз на территорию Москвы граждан США в количестве сорок-пятьдесят тысяч человек с последующим компактным размещением по районам. Так, в районах Арбат, Китай-Город и Дорогомилово необходимо расселить около двадцати тысяч граждан США, в спальных районах города можно размещать до тысячи граждан США. Особое внимание уделять стратегически важным объектам (заводы, фабрики, Московский НПЗ) и расселять обладателей американского гражданства в непосредственной близости (не больше пяти метров от границы объекта). Для этого можно использовать палатки или удобные быстровозводимые конструкции из пластика. Избранная ранее тактика защиты Москвы с помощью граждан Индии и Пакистана себя не оправдала.

В любом случае, инициативу депутата Иванова стоит поддержать. Мало кто знает, но сикс-севен — это кодовое выражение западных неонацистов, в котором зашифровано высказывание Адольфа Гитлера (признан террористом и экстремистом): «Иудобольшевизм — болезнь, и мы ее вырежем. Весь мир знает — Германия победит, либо погибнет». Посчитайте количество слов в этих двух предложениях и сделайте вывод самостоятельно. Теперь вы понимаете, КТО манипулирует нашими детьми?

В этом смысле, конечно, самой ярокой законодательной инициативой было недавнее предложение свежеуполномоченной по правам человека в России Лантратовой, которая решила не мучать наших депутатов и ввести закон о запрете всего сразу. То есть, конечно, «запрет пропаганды любой деструктивной идеологии», но мысль хорошая. Зачем запрещать сикс-севен и «синих китов» по отдельности, разводить, так сказать, бумажную волокиту. Квадроберы? Деструктивная идеология, вычеркиваем. Спиннеры? Психологическая операция западных спецслужб, делают из наших детей дебилов. Подростки набирают воду в шарики, а потом сбрасывают их с пятнадцатого этажа? Нашему народу такие челленджи не нужны.

До меня тут дошло (я тугодум), как работает взаимодействие парламентария со спиннерами. Журналисту издания «Чертановский обозреватель» нужен инфоповод. Журналист звонит депутату Иванову — здравствуйте, Иванов, что вы думаете про сикс-севен? Депутат Иванов — чего, блядь? Журналист — ну, это такой модный челлендж из интернета, дети из-за него срывают уроки. Депутат Иванов — ааа. Значит так, блядь, запретить немедленно, все это нам не нужно, противоречит нашему культурному коду, виновных привлечь к ответственности, гибридная война против России. Журналист радостно бежит ставить новость на портал. Журналисту хорошо, потому что у него клики и виральность, депутату хорошо, потому что у него упоминаемость. Про сикс-севен все забывают через неделю.

В связи с инициативой депутата Иванова обратиться к Роскомнадзору с требованием заблокировать на территории Российской Федерации челлендж «сикс-севен» (не вдумывайтесь, я в своей же фразе понял только половину) посетила вот какая мысль. Естественно, что депутат, едва услышав про что-то западное и модное среди молодежи — тут же предлагает это запретить как деструктивное. Начиная со спиннеров и кончая лабубу. А было ли в истории нашего парламентаризма что-то, пришедшее с Запада и вызвавшее одобрение у депутатов? Прям чтобы депутат вышел и сказал журналисту Известий, что «це добре». Или нет? Может, кто-то вспомнит. Если не учитывать кокаин и гомосексуализм.

Он отказывается от рекламы на телевидении, говоря, что «реклама — это то, что мы делаем для народа», он отказывается пить, пока не побеждён последний террорист, он качается на камеру, плавает голым в бассейне, завтракает вареными яичками, в его взгляде сталь, вместо кожи — свинец. Далее следует ряд несущественных событий, которые более-менее известны всем, интересовавшимся политикой в последние двадцать лет. Джуд Лоу, улыбаясь, сообщает Ларри Кингу, что она утонула, Джуд Лоу обещает мочить террористов в сортире, Джуд Лоу ругается, что западные лидеры не воспринимают его всерьёз. Каждый раз оказывается, что за всеми хитрыми решениями президента Лоу стоит скромный политтехнолог Vadim Baranoff, который однажды в бункере встретил старика Limonov, после чего понял, что эффективнее всего будет дать деньги «Ночным волкам», православным активистам и фанатам Спартака и посмотреть, что получится. По фильму получается, что байкеры во главе с Хирургом захватывают Крым и обещают Vadim захватить Луганск и Донецк, но завтра. На это Vadim отвечает Хирургу «спокойнее, сударь, не зарывайтесь» и улетает на вертолёте к Пригожину, который знакомит его с главой Агентства интернет-исследований Антоном, под командованием которого сотрудники ботофермы спорят с европейцами о политике. Vadim говорит Пригожину: «Пригожин, ты дурак, это же прошлый век. Мы, кремлёвские волшебники, не говорим с европейцами о политике. Мы финансируем ютуберов-антиваксеров и блогеров-проваксеров, а потом смотрим, что получится. А ещё мы сообщаем всему миру о том, что мы их финансируем — чтобы все знали, какие мы крутые». В конце фильма Джуд Лоу интересуется у Вадима, что такое Daft Punk, проводит Олимпиаду и снова вторгается на Donbass. Игорь Сечин приходит к Vadim и сообщает ему, что Vadim теперь под санкциями всех стран. Vadim в последний раз летит в Швецию посмотреть на родные берёзки, грустит о том, что когда-то он хотел быть добрым театральным режиссером, а стал злым кремлевским волшебником. Vadim уходит в затворничество в Подмосковье, у него рождается дочь, через шесть лет ему зачем-то стреляют в затылок и фильм заканчивается. Теперь о том, зачем это снято. По непонятным причинам в наш сверхинформационный век отдельные категории западных граждан до сих пор пребывают в мороке, наведенном реальными политтехнологами начала нулевых. В рамках этого морока полуобразованные чеченцы из банка «Менатеп» становятся «кремлевскими волшебниками», изучающими «древнюю литературу», а Путин является спецагентом КГБ с тысячами успешных секретных миссий. Он спортсмен, русский Джеймс Бонд, мачо, от него исходит сияние, он убивает силой взгляда, он почти как Сталин, только накачанный и сексуальный. Возможно, причина в том, что придуманный для домашнего использования нарратив хорошо лег на психологическую склонность западного человека к героям и суперзлодеям. Редукционизм, компенсация по Юнгу и Адлеру — неважно, откуда у этого растут ноги. Важно то, что на другой стороне Балтийского моря полностью уверены в том, что нами управляет супергерой — или суперзлодей, как кому больше нравится. Джуд Лоу. Хоумлендер. Попробуйте объяснить вашему европейскому товарищу, что у Джуда Лоу есть специальный сотрудник, который везде ходит с контейнером, который используется после посещения Джудом Лоу туалета для сбора биологического материала Джуда Лоу. Попробуйте представить Джуда Лоу, который сидит в окружении хлебобулочных изделий в бункере, который выглядит идентично ещё десяти таким бункерам по всей Британии, и пьёт на камеру кефир. Есть ещё и другой вариант, в котором истории про mad Rasputin и ex-KGB spy Putin рассказываются не по незнанию и не под влиянием морока — а специально для того, чтобы глупые европейцы продолжали в них верить. Снимаются они «итало-швейарскими политическими консультантами, которые объездили всю Россию и все про неё знают». Мы, кремлёвские волшебники, называем это maskirovka.

ТАТАРСКИЙ — ЭТО ФАМИЛИЯ ИЛИ ПОГОНЯЛО? Рецензия на фильм «Кремлёвский волшебник» (2025, реж. Оливье Ассаяс). Стоит оговориться, что автор первоисточника, господин Джулиано да Эмполи — патентованный никто, «итало-швейцарский политический консультант, председатель миланского аналитического центра, позиционирующего себя как «ускоритель идей, советник заместителя культуры Италии с 2006 по 2008 год». Не имеет ни малейшего смысла всерьез рассматривать произведение человека, которого, по большому счету, не существует — но давайте в целях упрощения нашей работы представим, что шведо-китайско-сомалийский Джулиано да Эмполи действительно является политическим консультантом, автором множества книг и эссе и не последним человеком в европейской политике. Тем более, что рассматриваем мы сегодня не книгу, а фильм, снятый в 2025 году, номинированный на «Золотого льва», получивший в целом положительные отзывы — что странно, потому что художественных достоинств у фильма мало, но, в свою очередь, мы здесь собрались не для того, чтобы оценивать художественные достоинства. Поговорим про, так сказать, core message. Неназванный западный журналист приезжает в Москву зимой 2019 года для того, чтобы работать над эссе про Zamyatin. Поскольку журналист очень любит Zamyatin, его приглашает на свою dacha известный некогда российский политтехнолог Vadim Baranoff, ныне проживающий в изгнании. Vadim Baranoff тоже очень любит Zamyatin и удивлён, что на Западе его тоже читают. Слово за слово, и Vadim Baranoff рассказывает иностранному корреспонденту свою историю. Vadim Baranoff был сыном представителя советской nomenclatura, но по стопам отца не пошёл. Сначала Vadim стал заниматься fartsofka, а затем, когда задул ветер перемен (из фильма не совсем понятно, когда именно задул ветер перемен, зрителю демонстрируется нечто среднее между концом восьмидесятых и серединой девяностых — так, например, главный герой встречается с «лидером комсомольской ячейки» Ходорковским в ночном клубе), Vadim поступил в «институт искусств», где организовал постановку романа «We». В процессе от Vadim уходит к Ходорковскому молодая жена, которая устала от творческого и бедного Vadima и польстилась на богатства Ходорковского. Vadim бросает театр, становится циником и устраивается работать продюсером на телевидение, где запускает реалити-шоу про девушек, которые хотят выйти замуж за олигархов. Отметим, что всю дорогу Vadim изрекает различные циничные мудрости на уровне Dostoevsky, но с добавлением слов из учебника по рекламе — эти мудрости должны убеждать зрителя, что перед нами крутой и загадочный политтехнолог, для которого «весь мир игра». В целом, Vadim ведёт себя как герой фильма «99 франков», но с манерами заторможенного гомосексуалиста — это замечание не относится к неплохой игре неплохого актёра Пола Дано, актёр работает над задачей, которая ему была поставлена и работает так, как ему было сказано. Поскольку президент Eltsin настолько плох, что для записи телеролика его приходится привязывать ремнем к стулу, начальник Vadimа, oligarch Berezovsky, берет Vadima под мышку и идёт на Lubanka, где заходит в первый попавшийся кабинет и обнаруживает там директора Федеральной службы безопасности, звёздного актера, спортсмена и плейбоя Джуда Лоу. Это очень важный момент, потому что здесь и далее никакого Putin в фильме нет. В альтернативной реальности кинофильма директором ФСБ в 1999 году является именно Джуд Лоу, амбассадор бренда Dior Homme Sport, обладатель двух Оскаров и четырёх Золотых глобусов. Berezovsky говорит, что этот человек, ex-KGB spy, является лучшим кандидатом на пост президента России, потому что народу нужен новый, молодой и сильный лидер. Джуд Лоу строго, по-военному, ломается и через минуту соглашается, после чего, применив armeyskaya hitrost, в ходе употребления простой русской kasha (это не шутка), переманивает политтехнолога Vadim на свою сторону. «Vadim», говорит Джуд Лоу, «они все продали и разворовали, я не буду слушаться воров, скупивших себе виллы на Лазурном берегу, потому что нам нужна сильная Россия».

Он отказывается от рекламы на телевидении, говоря, что «реклама — это то, что мы делаем для народа», он отказывается пить, пока не побеждён последний террорист, он качается на камеру, плавает голым в бассейне, завтракает вареными яичками, в его взгляде сталь, вместо кожи — свинец. Далее следует ряд несущественных событий, которые более-менее известны всем, интересовавшимся политикой в последние двадцать лет. Джуд Лоу, улыбаясь, сообщает Ларри Кингу, что она утонула, Джуд Лоу обещает мочить террористов в сортире, Джуд Лоу ругается, что западные лидеры не воспринимают его всерьёз. Каждый раз оказывается, что за всеми хитрыми решениями президента Лоу стоит скромный политтехнолог Vadim Baranoff, который однажды в бункере встретил старика Limonov, после чего понял, что эффективнее всего будет дать деньги «Ночным волкам», православным активистам и фанатам Спартака и посмотреть, что получится. По фильму получается, что байкеры во главе с Хирургом захватывают Крым и обещают Vadim захватить Луганск и Донецк, но завтра. На это Vadim отвечает Хирургу «спокойнее, сударь, не зарывайтесь» и улетает на вертолёте к Пригожину, который знакомит его с главой Агентства интернет-исследований Антоном, под командованием которого сотрудники ботофермы спорят с европейцами о политике. Vadim говорит Пригожину: «Пригожин, ты дурак, это же прошлый век. Мы, кремлёвские волшебники, не говорим с европейцами о политике. Мы финансируем ютуберов-антиваксеров и блогеров-проваксеров, а потом смотрим, что получится. А ещё мы сообщаем всему миру о том, что мы их финансируем — чтобы все знали, какие мы крутые». В конце фильма Джуд Лоу интересуется у Вадима, что такое Daft Punk, проводит Олимпиаду и снова вторгается на Donbass. Игорь Сечин приходит к Vadim и сообщает ему, что Vadim теперь под санкциями всех стран. Vadim в последний раз летит в Швецию посмотреть на родные берёзки, грустит о том, что когда-то он хотел быть добрым театральным режиссером, а стал злым кремлевским волшебником. Vadim уходит в затворничество в Подмосковье, у него рождается дочь, через шесть лет ему зачем-то стреляют в затылок и фильм заканчивается. Теперь о том, зачем это снято. По непонятным причинам в наш сверхинформационный век отдельные категории западных граждан до сих пор пребывают в мороке, наведенном реальными политтехнологами начала нулевых. В рамках этого морока полуобразованные чеченцы из банка «Менатеп» становятся «кремлевскими волшебниками», изучающими «древнюю литературу», а Путин является спецагентом КГБ с тысячами успешных секретных миссий. Он спортсмен, русский Джеймс Бонд, мачо, от него исходит сияние, он убивает силой взгляда, он почти как Сталин, только накачанный и сексуальный. Возможно, причина в том, что придуманный для домашнего использования нарратив хорошо лег на психологическую склонность западного человека к героям и суперзлодеям. Редукционизм, компенсация по Юнгу и Адлеру — неважно, откуда у этого растут ноги. Важно то, что на другой стороне Балтийского моря полностью уверены в том, что нами управляет супергерой — или суперзлодей, как кому больше нравится. Джуд Лоу. Хоумлендер. Попробуйте объяснить вашему европейскому товарищу, что у Джуда Лоу есть специальный сотрудник, который везде ходит с контейнером, который используется после посещения Джудом Лоу туалета для сбора биологического материала Джуда Лоу. Попробуйте представить Джуда Лоу, который сидит в окружении хлебобулочных изделий в бункере, который выглядит идентично ещё десяти таким бункерам по всей Британии, и пьёт на камеру кефир. Есть ещё и другой вариант, в котором истории про mad Rasputin и ex-KGB spy Putin рассказываются не по незнанию и не под влиянием морока — а специально для того, чтобы глупые европейцы продолжали в них верить. Снимаются они «итало-швейарскими политическими консультантами, которые объездили всю Россию и все про неё знают». Мы, кремлёвские волшебники, называем это maskirovka.

«Мирный развод», говорит Владимир Владимирович, уделяя армянскому вопросу чуть ли не половину времени пресс-конференции по итогам Дня Победы. Ну ладно, будем воевать с Арменией. За последние четыре года мы убедились в способности России блестяще защищать свои интересы в любой точке мира в том числе и военным путем, поэтому «Ереван за семьдесят два часа». Скорее всего, все начнётся после парламентских выборов в Армении и в России. За несколько месяцев армянскую сторону накрутят до необходимого казус белли — в нашем случае это будет тройной триггер: во-первых, окончательное решение о выходе из ОДКБ или ЕАЭС, во-вторых, какие-нибудь событие, аналогичное «русофобскому приезду Зеленского», и в финале — требование к России вывести из Гюмри 102-ю военную базу. Владимир Владимирович в три часа ночи скажет что-то ободряющее по телевизору, затем силами контингента 102-й базы мы попытаемся броситься на Ереван, захватывать там телеграф и правительственные здания. Параллельно из России будут бить ракетами по армянским военным объектам. Спустя семидесят два часа российское руководство догадается, что неплохо было бы потребовать у Грузии и Азербайджана сухопутного или воздушного коридора для переброски войск. Грузия, уже взбодрившаяся летающими над головой ракетами, с удовольствием в этом Российской Федерации откажет. Азербайджан посоветуется с турецкими товарищами, которые совершенно не заинтересованы в очередной эсвэо, на этот раз организованной в зоне их интересов — так что здесь тоже остаётся либо смириться, либо пробивать коридор принудительно (в конце концов, с грузинами мы уже воевали, что там воевать-то) вдоль шоссе S5 — конечно, с использованием оружия на новых физических принципах, системы «Косуха-4» и так далее. На этот шаг, скорее всего, никто не пойдёт. Что произойдёт дальше в Гюмри, можно прочитать, загуглив «операция «Голубая звезда». С точки зрения масштабов и местоположения Армения кажется неплохим полигоном для отработки различных видов специальных операций на случай, если теперь решили поворачивать такое с каждой бывшей советской республикой, заявившей о своём желании вступить в какой-нибудь другой союз. Так что, конечно, можно. А зачем?

То есть Трамп «принял решение» — так и пишет — объявить перемирие, Киев вслед за этим «принял решение» «не бомбить парад». Кремль сообщил, что «поддержал инициативу Трампа». То есть все настолько хорошо шло, что пришлось вечером восьмого мая звонить в США. На этом фоне нелишним будет напомнить, что на нашей стороне играет настоящий мастер геополитических шахмат, который все планирует на много лет вперед. Из-за этого и мечтают грантоеды и американские ястребы, чтобы он просто исчез, заболел или был смещен майданом. Не дождутся.

Ибо неча.

⚡️Власти РФ не рассматривают меры поддержки и компенсаций для бизнеса в связи с отключением мобильной связи — Песков