Секс Смех Стих

Вадим Николаевич вошел в коллектив через дамское угодничество и связи с зав.отделом кадров. Имея семь одинаковых костюмов неделька и три рубашки, систематически расстегивающиеся на шестой пуговице аккурат в пупочной впадине, Вадим Николаевич первое время вызывал раздражение. То ли залихватски развязанным галстуком в неприлично широкую полоску, то ли потеющей спиной, то ли Вольво с-60. – Тук-тук–тук, разрешите? – стучался Вадим Николаевич радостным голосом в открытую дверь, дублируя фразу ритмическим пассажем вторыми фалангами указательного и среднего пальцев правой руки. – Занято! Вадим Николаевич, к чему эти церемонии и дублирующие знаки на входе в кабинет? Ни в примерочной же мы, в в приемной. Входите, что у Вас там? Анна Александровна была женщиной язвенной. И двенадцати перстной и языковой. Если она невзлюбила, то только смерть разлучит их это надолго, и как правило, навсегда. Вадим Николаевич то ли был недалекого ума, то ли слишком опытным. На Анну Александровну не обижался или не подавал виду. Речи плел замысловатые, витиеватые и сладостные. Чем ещё больше раздражал Анну Александровну. Но она держалась. Фыркала и заказывала глаза только после выхода специалиста по зданиям и сооружениям из здания и сооружения. 4 месяца недружеских отношений закончились новогодним корпоративом. Анна Александровна привлекла Вадима Николаевича к ответственности ведению вечеринки. Выдала красный колпачок и сценарий в день корпоратива.. Зная сумму его годовой премии, делиться гонораром не стала. Молодой ещё. Молоко на губах не впиталось. Вадим Николаевич со всей серьезностью отнесся к роли. Выучил первые два абзаца и имена отчества сотрудников наизусть. Анну Александровну было не унять. Она 4 месяца держала в себе скорпионий элексир с хвоста в форме шуток, словесных саркастических кружев и отбивок перед каждой репликой Вадима Николаевича. Вадим Николаевич не дрогнул ни одним мускулом, прячущимся под праздничный (восьмой) костюм. Сверкал голубыми глазами и весь вечер восхищался красотой снегурочки в костюме Анны Александровны. Сердце старшей внучки Снежной королевы начало подтекать. Наступило лето. Вадим Николаевич продолжал обильно потеть, снимая пиджак от костюма только в машине и после 26 градусов по цельсию. Анна Александровна худеть и тренировать вежливость. Перелом в отношениях случился в четверг на крыльце. – Доброе утро, Анна Александровна! – Доброе утро, Вадим Никола… Анна Александровна не успела договорить православное отчество. Вадим Николаевич взял в свои могучие ладони её гладкую неотманикюренную руку и на глазах зав. кадрами и бухгалтера по ТМЦ, дышавшей всей грудью чистым воздухом на балконе над крыльцом, прильнул к ней пухлыми розовыми губами. – Как я рад Вас видеть, Анна Александровна! – Вадим Николаевич, а можно Вы каждое утро на крыльце будете целовать мне руки? Анна Александровна нервно засмеялась, зарделась словно зуммерша и побежала внутрь. Через минуту Анне Александровне позвонили. – Ну что, помыла руки с мылом? Не стошнило тебя? Что за манера всем руки целовать? Лучше б на письмо из Кгиопа ответил быстрее! Он ведь женат ещё! Начальник паркового хозяйства уже все знала. И решила испортить Анне Александровне настроение прямо с утра, не дожидаясь размораживания сердца Анны Александровны после травмирующего опыта счастливого замужества.