пирокинезис на каждый день

и как же часто, так же невообразимо ощущал, как давит небо. да и хватит ли мне сил? но выдержать такой, с которой давит потолок на мускулы, не мог, и расплетаются волокна

ты по утрам встаёшь, я ночью, выходя из дома, в полной темноте бреду в закат за дланью аббадона

удача — это навык, и влюблённый и пленённый капитан за розою ветров, от огромных берегов до окинавы. и что прячут эти тайны океана?

пришла в себя, улеглось, и опять: «давай, оставь меня, брось!»

только тексты и песни укажут путь из треснувших лестниц

и я надёжно спрятал эмоции за звёздные плеяды

нету нигде тепла, то чернеет над головой, то над ней уже светит тапочек, но конечность близка

хлебнувши стаканчик горя не в первый, моей любви вперемешку с кровью и спермой

у всех вокруг паралич. тлея в её ладони, ждет вдоха aroma rich

и я покидаю дом свой, убегая из города. города, где более не верят в чудеса и где фантомы памяти скитаются без повода

я один — и это самое грустное техно, тусовка без пауз уже пару лет

если можешь, кричи. из ста тысяч таких голосов разыграется опус

запотевшие стёкла, а время — песок, и бессонница давит артерии

эмоции делят на генотип. у любви три вида: сифилис, спид или гепатит

я не принял судьбу и исход, и я пью за тех, кто точно также не смог

и множатся, как опарыши, слишком капризных барышень образы и мечты

всё, что ты показывал всем видом, не имеет цели и сойдется клином в алгоритм эвклида

паника на судне, звёзды не показывают путь

нахуй весь мир, и нахуй двойную рифмовку, и нахуй стандарты в моей изотропной ебаной стабильно-уёбищной жизни

хоть памятник ставь, оно всё равно крошит бетон, и сложно ответить, что случится потом