orfèvre — archive.

пост в 19.00 по московскому времени. поставьте клубничку, если ждёте.

несчастный, ты, безумец, кто, заглядывая в каждую чёрную дыру, находит лишь собственный увечный остов бессмертного ума, за который продал душу дьяволу — едва испытываешь лучшее чувство и только во тьме.

ещё, может, человек пять зайдёт?

хочу новых знакомств на вечер.

самоуверенность — путь к успеху.

каждый новый день повторяет предыдущий, вся твоя жизнь превратилась в день сурка который ты не можешь остановить

обмен записями на час — @agrichemi.

- я не могу уснуть вторые сутки, что будет дальше даже думать жутко.

И дело не в том, что мне чужды любовь и добрые чувства. Я могу отдавать и то, и другое, могу и получать. И боль я ощущаю, как все. Мне, как и любому другому, нужна ласка. Но я не могу ответить «нет», если кто-то спрашивает меня: «Ты в порядке?» Я не могу попросить о помощи.

я обманывал самого себя, когда думал, что всё таки смог отпустить тебя.

понатыкайте реакции, кто ставил на ту запись. опечатка выглядела не гармонично, приношу свои извинения за сумбурность сиего действия.

Мои слезы льются по щекам, но их смывает дождь... Ты не должен узнать о чувствах моих, О том что твориться в голове моей. Я должна держать в себе все, чтоб я слабой не была. Но для тебя я вечно жалкая, вечно плохая! Так в чем моя вина? Чем я провинилась? Не скажешь ты ведь, неет. Ты будешь вечно молча укоризненно смотреть. И все слова свои, во время ссор, ты будешь бережно хранить. Ты думаешь, что я глупа и не знаю ни о чем, Из-за чего твои скандалы... А ведь я все давно знаю, поэтому и плачу Плачу от того, как много лжи, Как много боли ты принес. Так может быть, пора тебе уйти? Забрать все вещи, все свое с собой и вон отсюда. Нет? Но почему? Ах, знаю. Настолько нравится та боль, Что видишь ты во мне. Так знай, что больше никогда я не испытаю чувства, Не испытаю боли от лжи и потерь. Нас учат старые ошибки, чтоб мы снова не сделали тоже. А вот видишь, как так получилось, что я решила больше вообщем не жить? Я больше не буду страдать и реветь, днями на пролет. Я закрою все чувства и больше ни слова не скажу.

алкогольное опьянение, вперемешку с горьким привкусом твоих губ

я отчётливо помню тот день, когда мы разговаривали с тобой до утра и твой шёпот о самом сокровенном тоже отпечатался слишком сильно. помнишь, ты тогда удивлённо сказала мне: "оказывается, чтобы избавиться от привычки нужно всего лишь 21 дней." идет 286 день без тебя, но ты все ещё первое о чем я думаю, когда просыпаюсь и последнее, когда засыпаю. скажи, что за привычка?

птица с шипом терновника в груди повинуется непреложному закону природы: она сама не ведает, что за сила заставляет её кинуться на остриё и умереть с песней. в миг, когда шип пронзает её сердце, она не думает о близкой смерти. она просто поёт, поёт до тех пор, пока не иссякнет голос и не оборвётся дыхание. но мы, когда бросаемся грудью на тернии, — мы знаем. мы понимаем. и всё равно грудью на тернии. так будет всегда. так было всегда. так и есть в настоящем времени.