Sweet Science

📅9 июня 2012 года. Известный панчер Рэндалл Бейли прекрасным апперкотом застолбил за собой титул чемпиона мира во второй весовой категории, нокаутировав и сломав карьеру только подоспевшего чемпиона мира Майка Джонса (26-0-0, 19).

Эррол Спенс публикует кадры тренировок к намеченному бою против Тима Цзю.

Похоже Райан Гарсия неплохо провел время в Японии😉

✅ СДЕЛКА ЗАКЛЮЧЕНА 🥊 Тайсон Фьюри против Энтони Джошуа 📆 4 квартал 2026 г. 📺 На Netflix

Джесси Родригес о бое с Наоей Иноуэ: "Я думаю, это идеальная сюжетная линия для данного боя- сначала победить его брата (чемпиона WBC в легчайшем весе Такуму)... Думаю, это почти идеальная сюжетная линия для боя с Иноуэ: сначала победить его брата, а потом сразиться со вторым братом".

Гэри Антуанн Рассел и Исаак "Питбуль" Круз ведут переговоры о том, чтобы побороться за титул чемпиона мира в по версии WBA в первом полусреднем весе.

Сообщается, что ведутся переговоры о поединке за титул чемпиона мира по версии WBA в легком весе между Джервонтой Дэвисом и Флойдом Скофилдом-младшим. Промоутер Дэвиса, компания Premier Boxing Champions, начала переговоры о контракте с промоутером Скофилда, компанией Golden Boy Promotions . Стороны планируют провести бой в период с середины сентября до начала октября. Техасец Шофилд-младший, 19-0 (13 нокаутов), по прозвищу «Малыш Остин», стал претендентом № 1 по версии WBA после того, как годом ранее, нокаутировал ветерана, бывшего чемпиона в полулёгком весе Тевина Фармера.

Про-дебют японского таланта Дайя Киры (4-0-0, 3), которому всего-лишь в пятом бою с большой долей вероятности предстоит встретиться с действующим чемпионом мира по двум версия(WBA и WBO) в первом наилегчайшем весе и лидером дивизиона Рене Сантьяго (16-4-0, 9). Пуэрториканец Сантьяго приобрел репутацию грозы японцев- в трех своих чемпионских поединках он одержал вверх над сильными японскими бойцами, причем сделал это на чужой территории.

Как поставить табурет? Как подать воду? Как обтереть бойца? Как поправить капу, чтобы он мог дышать? Нужно сделать массу вещей. И если ты не изучал этот спорт и не наблюдал за работой великих мастеров, ты этому никогда не научишься». The Ring: Какой вечер за всю вашу карьеру в боксе вы считаете лучшим? Расс Анбер: «Можете спрашивать меня об этом хоть следующие сто лет — ответ всегда будет одним и тем же: бой Отиса Гранта против Райана Роудса за титул чемпиона мира в среднем весе, завершившийся победой Гранта по очкам после 12 раундов. А как иначе? Ведь это был первый парень, которого я вел с самых азов до чемпионского титула». The Ring: За все годы вашей работы тренером, катменом и специалистом по тейпированию рук — кого вы назвали бы лучшим бойцом из тех, чьи поединки видели вживую? Расс Анбер: «Для меня очевидный и самый простой выбор — это Рой Джонс. А вот когда переходишь к выбору второго или третьего места, становится сложнее, это уже более зыбкая почва. Сразу на ум приходят Усик и Ломаченко. А если рассуждать с точки зрения "чистоты" стиля — то есть так, как описывали бы в учебнике: правильная стойка, техника нанесения комбинаций, защита, безупречное техническое исполнение... Возможно, кому-то покажется, что судить об этом еще рано, но для меня такой боец ​​— это Шакур Стивенсон».  The Ring: Что для вас значит включение в Международный зал боксерской славы, когда вы оглядываетесь на свою карьеру в этом виде спорта? RA: «Я бы солгал, если бы не сказал, что это для меня невероятно важно. Честно говоря, я даже удивлен. Несмотря на все те сферы бокса, в которых я работал — причем, как мне кажется, на мировом уровне, — я думал, что новое поколение вообще понятия не имеет, кто я такой. Я полагал, что голосующие не знают ни меня, ни моего вклада. И когда мне позвонили, и я осознал, что за всю историю бокса я стал первым канадским тренером, удостоенным этой чести... Боюсь, что на церемонии меня накроет такая волна эмоций, какой я не испытывал с тех пор, как у меня умерла собака — лет пятнадцать назад или около того. Это огромное событие для меня! Знаете, я не купил себе место здесь. Я не представляю какую-нибудь крупную корпорацию. Мне кажется, я попал сюда, потому что я — человек из мира бокса, и я горжусь тем, что вхожу в Зал славы вместе с другими людьми, посвятившими себя этому спорту. Я горжусь тем, что окажусь в одном ряду с легендами, которые уже там представлены».

Расс Анбер: «Первое, на что я смотрю — это как быстро боец ​​схватывает то, чему я его учу. Понимает ли он всё сразу? Ведь есть люди, которые тратят на это месяцы, но так и не могут понять суть. Помню, один старый тренер из Монреаля говорил: дело не в наличии природных бойцовских данных, а в природной способности учиться. И я считаю, что в этом есть смысл. Затем я смотрю: продолжает ли парень приходить снова и снова, несмотря ни на что — даже если у него совсем ничего не получается? Если он продолжает ходить, я буду его учить, но также найду ему и другие занятия в зале. Он может помогать другим ребятам, помогать новичкам. Возможно, он недостаточно хорош для соревнований, но вполне способен проводить разминку и показывать упражнения для тех, кто только пришел. Если он выступал и проиграл — вернется ли он? Дэвид Лемье проиграл свои первые четыре любительских боя, но вернулся и выдал серию из 16 побед подряд. Он продолжал возвращаться, что бы ни случилось». The Ring: Вы бинтовали руки и Ломаченко, и Усику. Это состоятельные бойцы. У них достаточно денег, чтобы выбрать любого специалиста. Почему они выбирают именно вас? RA: «Я очень тщательно подхожу к бинтованию рук. В молодости я работал в магазине спортивных товаров мастером по обслуживанию лыж. Я устанавливал крепления, точил канты, наносил мазь на беговые лыжи, чинил велосипеды. Поэтому я горжусь тем, что умею работать руками, и всегда стремился наблюдать, учиться и совершенствовать то, что видел. Сегодня все делают специальную подушечку из бинта: кладут её на костяшки, а сверху наматывают марлю. А я формирую эту подушечку прямо из рулона. Я делаю её непосредственно в процессе бинтования. За все годы моей работы никто, кроме моего наставника Роджера Лариве, так не делал. Я очень внимателен, когда накладываю бинт». Я слежу за тем, чтобы всё лежало ровно и гладко. Я укладываю тейп так, чтобы он действительно выполнял свою задачу и надежно фиксировал суставы. Честно говоря, я делал это на таком же высоком уровне еще за 20 лет до работы с Ломаченко и Усиком, но тогда это никого не волновало. По мере развития карьеры я начал сотрудничать с более именитыми бойцами. Когда Жан Паскаль стал претендовать на титулы чемпиона мира, я познакомился с Роем [Джонсом]. Рой попросил меня затейпировать ему руки и сказал: «Если бы я знал об этом раньше, то мог бы избежать всех тех травм, которые получал во время боев». Так обо мне пошла молва. История с Ломаченко началась благодаря тому, что Эгис Климас — менеджер Ломаченко и Сергея Ковалева — оказался в городе во время первого боя Ковалева с Паскалем. По какой-то причине он разговорился с моим приятелем, работавшим в компании Rival Boxing, и спросил: «Знаешь кого-нибудь, кто умеет тейпировать руки? А то Лома провел уже три боя, и в каждом из них травмировал руки». Тот ответил: «Да, Расс в этом деле лучший. Стоит попробовать поработать с ним». Эгис позвонил мне и попросил приехать в отель в день боя, чтобы затейпировать Ломаченко — своего рода проба, если можно так выразиться. Я сказал ему: «Приезжай в "Белл-центр" к трем часам дня». Он пришел, и я затейпировал руки Ломаченко. Ломе понравилось. А через пару дней мне позвонил Эгис и спросил: «Хочешь поехать с нами на его следующий бой?» Ну а дальше — уже история. The Ring: В Северной Америке на высшем уровне бокса мы видим одних и тех же восьмерых или десятерых катменов. Почему этот круг специалистов столь узок? Дело в удаче и стечении обстоятельств, или же лучшие из них делают что-то особенное, что выделяет их на фоне остальных? РА: «Мне хочется верить, что лучшие действительно делают нечто такое, что позволяет им выделиться. И одна из таких вещей — умение выполнить свою работу за одну минуту. А это включает в себя всё: обработку рассечения или гематомы, подачу воды, нанесение вазелина, охлаждение бойца, обтирание, дачу указаний. Спектр задач очень широк. Для всего есть свой правильный подход.

Что у него получалось хорошо, а что — не очень. Именно тогда он вселил в меня уверенность, сказав: «Знаешь, ты мыслишь гораздо глубже своих лет. Не знаю, был ли ты тренером в прошлой жизни, но ты замечаешь такие вещи, о которых мне в зале другие тренеры не говорят». Это было в 1979 году. Представьте, как это тешит самолюбие, когда такие слова говорит человек вроде Винни Курто. Мне 18 лет, а он мне такое говорит. Именно он заставил меня поверить, что я на это способен». «Мне всегда казалось, что спортсмены наделены особым даром от Бога. В любом виде спорта они обладают природным преимуществом — будь то скорость или мощь; неважно, о чем именно идет речь. Я же всегда считал, что мой дар — это умение учить и тренировать. Я замечал то, что ускользает от взгляда обычного человека. И, положа руку на сердце — вовсе не из желания показаться самовлюбленным, — я думаю, что если бы мне представилась такая же возможность в хоккее или бейсболе, я добился бы там такого же успеха, как и в боксе». The Ring: Что именно в боксе так вас увлекло и заставило сказать себе: «Вот чем я хочу заниматься в жизни»? Расс Анбер: «Своим стартом в этом деле я обязан Винни Курто [бывшему претенденту на титул во втором среднем весе]. Когда я встретил Винни, я еще тренировался в монреальском Olympic Club… ну, знаете, просто бил по мешкам. Иногда я спарринговал — тренировался наравне со всеми ребятами. И вот я вижу невысокого парня с густыми усами и пышной шевелюрой. Он играючи расправляется с соперниками, а я не могу понять: как так получается, что они по нему ни разу не попадают? Лицо мне кажется знакомым. Я пришел домой и начал перебирать свои журналы о боксе. Ищу, ищу… и вдруг нахожу фотографию Винни Курто в статье о самых перспективных боксерах! Прихожу в зал и говорю: «Вы — Винни Курто». Он отвечает: «Да». Я сказал, что читал о нем в журнале, и мы разговорились. Я спросил, можно ли мне побегать с ним на следующий день, и он согласился. Сначала были только пробежки и завтраки после них. Потом это переросло в совместное времяпрепровождение: мы проводили вместе весь день, шли в зал, где я помогал ему шнуровать перчатки и наносить вазелин, а после тренировки отвозил его домой и обсуждал, что он сделал правильно, а что нет. Что у него получалось хорошо, а что — не очень. Именно тогда он вселил в меня уверенность, сказав: «Знаешь, ты мыслишь гораздо глубже своих лет. Не знаю, был ли ты тренером в прошлой жизни, но ты замечаешь такие вещи, о которых мне в зале другие тренеры не говорят». Это было в 1979 году. Представьте, как это тешит самолюбие, когда такие слова говорит человек вроде Винни Курто. Мне 18 лет, а он мне такое говорит. Именно он заставил меня поверить, что я на это способен». «Мне всегда казалось, что спортсмены наделены особым даром от Бога. В любом виде спорта они обладают природным преимуществом — будь то скорость или мощь; неважно, о чем именно идет речь. Я же всегда считал, что мой дар — это умение учить и тренировать. Я замечал то, что ускользает от взгляда обычного человека. И, положа руку на сердце — вовсе не из желания показаться самовлюбленным, — я думаю, что если бы мне представилась такая же возможность в хоккее или бейсболе, я добился бы там такого же успеха, как и в боксе». The Ring: Когда боец ​​приходит в ваш зал, на что вы, как тренер, обращаете внимание в первую очередь? Что вы надеетесь увидеть?

Великолепное интервью известного катмена Расса Анбера. За свою карьеру, охватившую более 45 лет и прошедшую по всему миру, Расс Анбер попробовал себя в самых разных боксерских амплуа: он был востребованным тренером, катмэном, специалистом по тейпированию рук и телекомментатором. Уроженец Квебека вывел двух бойцов (Отиса Гранта и Давида Лемье) из любителей в чемпионы мира и работал в углах таких звезд, как Рой Джонс-младший, Жан Паскаль, Василий Ломаченко, Александр Усик и многих других. Кроме того, Анбер — основатель компании Rival Boxing, одного из самых известных производителей боксерской экипировки. 14 июня Анбер будет введен в Международный зал боксерской славы, став первым канадским тренером, удостоенным этой чести. В июле также выходят его мемуары о боксе под названием *Unrivaled* («Непревзойденный»). И хотя 2026 год, безусловно, станет временем признания его заслуг, Анбер вовсе не собирается на покой. Он по-прежнему невероятно занят и остается значимой фигурой в спорте, работая в команде с такими известными тренерами, как Бадди Макгирт, Марк Рэмси, Джо Галлахер и Джо Макналли. Анбер рассказал журналу *The Ring* о предстоящем включении в Зал славы и о том, что привело его в мир бокса. The Ring: Вы выросли в Квебеке в 1960-х и 1970-х годах. Занимали ли бокс и спорт важное место в вашей семье? Расс Анбер: «На самом деле нет. Мой отец был большим поклонником бейсбола. Он рано приобщил нас к этому виду спорта. Мы знали, что в 1969 году в Монреаль приедет команда "Экспос" (Expos). Еще в 1968-м мы уже были фанатами и ждали их появления. Я не помню сами матчи, но помню, как обсуждал их с друзьями и следил за Мировой серией 1968 года, когда Денни Маклейн из "Тайгерс" (Tigers) противостоял Бобу Гибсону из "Кардиналс" (Cardinals). Пожалуй, единственный раз, когда я помню разговор с отцом о боксе — а мне тогда еще не было и десяти лет, — был связан с первым боем Али и Фрейзера в 1971 году. Все мальчишки в округе играли на улице и обсуждали этот поединок». «Я спросил отца: "Кто победит — Али или Фрейзер?" А он ответил: "Неважно, кто победит, ведь Джо Луис одолел бы их обоих". Позже я понял, что в его словах отражалось то самое отношение, свойственное разным поколениям, которое мы наблюдаем в боксе и по сей день. Спроси сегодня людей: "Вы следите за боксом?" — и они ответят: "Я следил, когда выступал Тайсон" или что-то в этом роде. К а ж д ы й следил за своим кумиром детства. А кумиром моего отца был Джо Луис». The Ring: Что именно в боксе так вас увлекло и заставило сказать себе: «Вот чем я хочу заниматься в жизни»? Расс Анбер: «Своим стартом в этом деле я обязан Винни Курто [бывшему претенденту на титул во втором среднем весе]. Когда я встретил Винни, я еще тренировался в монреальском Olympic Club… ну, знаете, просто бил по мешкам. Иногда я спарринговал — тренировался наравне со всеми ребятами. И вот я вижу невысокого парня с густыми усами и пышной шевелюрой. Он играючи расправляется с соперниками, а я не могу понять: как так получается, что они по нему ни разу не попадают? Лицо мне кажется знакомым. Я пришел домой и начал перебирать свои журналы о боксе. Ищу, ищу… и вдруг нахожу фотографию Винни Курто в статье о самых перспективных боксерах! Прихожу в зал и говорю: «Вы — Винни Курто». Он отвечает: «Да». Я сказал, что читал о нем в журнале, и мы разговорились. Я спросил, можно ли мне побегать с ним на следующий день, и он согласился. Сначала были только пробежки и завтраки после них. Потом это переросло в совместное времяпрепровождение: мы проводили вместе весь день, шли в зал, где я помогал ему шнуровать перчатки и наносить вазелин, а после тренировки отвозил его домой и обсуждал, что он сделал правильно, а что нет.

Джо Джой-Артем Сусленков 11 июля в Москве в андеркарде Гассиев-Йока

Джо Джой-Артем Сусленкоа 11 июля в Москве на андеркарде Гассиев-Йока

Войны! 🔥

Дэвид Бенавидес посетил Пуэрто-Рико🇵🇷

Официальный промо-ролик боя Бэма Родригеса против Антонио Варгаса. Бэм попытается стать чемпионом мира в трех весовых категориях в предстоящие выходные в Аризоне.

Теоретически Бронер прав 😉

Теоретически Бронер прав 😉