Лариса Миллер Стихи гуськом

Суббота. Новые стихи. *** Это жизнь, это жизнь. Узнаю её руку И способность творить из мелодии муку, И способность рождать треволненье, волненье, Не давая при этом душе избавленья. Это жизнь, это жизнь. Узнаю её почерк И таинственный лик, и загадочный прочерк В той графе, что нужна для прямого ответа. А она всё лепечет про краски рассвета И про то, как способен светиться, искриться Краткий миг, за который спешим ухватиться. *** Лучу трепещется, траве - траве шуршится, И жизнь какая-то в ней тихо копошится. И синь колышется. Под зыбким этим кровом Так дивно пишется летучим лёгким словом. И стоит только дотянуться до страницы, Как слово лёгкое вспорхнёт и испарится… О, счастье редкое в краю непоправимом Писать о радостном, родном, неуловимом.

Сегодня, 8 июля 2024 г., 11 лет нашему внуку Дане * * * Внуку Данечке Не мешайте ребёнку сиять, Ну прошу, не мешайте, И счастливых смеющихся глаз Этот мир не лишайте. Что он стоит – подержанный мир – Без такого сиянья? Без него он - скопление дыр И сплошное зиянье. Если долго за взглядом следить – За младенческим взглядом, То далёко не надо ходить, Всё чудесное рядом. 2014

Воскресенье. Новые стихи. *** Вопросы есть? Вопросы есть, Но на вопросы нет ответа. Зато есть смена тьмы и света И жизнь, крылатая, как весть. Как весть, которая летит, Но никогда не долетает. И, коль в пространстве не растает, То пулей мимо просвистит. *** Всё трепещет: и лист, и душа, и крыло, И жасмин, от которого нынче бело, И по глади страницы бегущая строчка, Даже чьё-то «пока», даже мёртвая точка, Что недавно, буквально минуту назад, Стала каплей дождя, оросившего сад. *** Я никогда не понимала Вот этих слов: «Мне горя мало». Да горя всюду через край. Живи, живи, не умирай, Не умножай ни слёз, ни тягот, Пусть криво-косо звёзды лягут, Ты всё же, как начнёт светать, Попробуй счастье попытать.

Суббота. Новые стихи. *** Молоточки и клавиши, клавиши, струны. Скажешь: «О, как стары!» И добавишь: «Как юны!» Даже ради того, чтобы к ним прикоснуться И заставить звучать, стоит утром проснуться. Звук, рождённый тобой, в тишине растворится. Коль проснулся, смотри, что на свете творится: Всё звучит, даже тишь, даже звук нерождённый, Лепесток, сильным ливнем к земле пригвождённый. *** Мир, что безумен и кромешен, Прозрачным чем-то занавешен, Зелёным, белым, голубым И тем, чей цвет неуловим, Ажурным чем-то и сквозистым, Искристым, призрачным, волнистым, Тем, что исчезнет - только дунь, Что помогло мне весь июнь Прожить бок о бок с диким, ярым И нескончаемым кошмаром.

Воскресенье. Новые стихи. *** Привет, жасмин! Ты всё белеешь И светлых красок не жалеешь, И уверяешь – мы в раю. Тебе, пожалуй, подпою. Ведь ты же радостное сеешь. Хотя твои посулы ложь, В базарный день цена им грош, Но, от восторга тихо тая, Я вижу: ложь твоя – святая, И сам ты сказочно хорош. *** И мнится, что в мире, где всё так не ново, Все ждут от меня небывалого слова. Не зная где новое слово найти И что за новинку способно сойти, Со слов, что древнее, чем древние инки, Сдуваю, сдуваю, сдуваю пылинки. *** Никуда не ходи. Оставайся на месте. Отовсюду приходят безумные вести. Оставайся на месте. Здесь тихо, бело, И сегодня в четыре утра рассвело. И живи, как в раю. Пусть тебя убивает Только то, что сияющий день убывает.

Суббота. Новые стихи. *** Прошуршала в окне невесомая птица… О, как рано сей мир начинает светиться! О, как сладостно быть трепетанью причастной, О, как горестно быть обделённой, несчастной. О, как радостно слышать радушные речи, О, как надо, прощаясь, услышать: «До встречи! До желанной, до скорой, до тихой, сердечной В этой праздничной жизни такой скоротечной». *** День умеет втереться в доверие, И внушить, что он счастья преддверие И носитель несметных щедрот. А пока я смотрю ему в рот, День, - о, господи, - вот лицемерие! - Потихонечку время крадёт И на цыпочках к двери идёт.

Воскресенье. Новые стихи. *** Друзья, должна вас огорчить: От нас ушла минутка света, Сумев и радужное лето, И день текущий омрачить, Напомнив нам, что радость есть, Но что она не беспредельна, И жизнь летит, чтоб нам смертельно, Смертельно нам не надоесть. *** Ах, заря, ты прости, что с трудом загораюсь. Не сердись на меня. Я ведь очень стараюсь Не хандрить и не хныкать, и не унывать, И с тобой поздороваться не забывать, И напомнить, как я тебя счастлива видеть. Ты поверь, я тебя не хотела обидеть. Просто я, то вздыхая, то слёзы лия, Иногда забываю, что счастлива я.

Суббота. Новые стихи. Новая публикация *** «Радуйся: Сладим-Река течёт» К. Бальмонт Я не грущу по кругосветке. Для счастья мне хватает ветки Жасмина пышного в окне. Для радости хватает мне Небес изменчивой расцветки. Вполне хватает ветерка, Что, прилетев издалека, Со мною делится туманом И чем-то дальним, горьким, пряным, И сладким, как Сладим-Река. *** - И сколько же за это просят - За всё, что временем уносит, За всё, что трудно удержать, За то, что некуда бежать, За то, что нас, как травку, косят? - Да столько просят, сколько дашь. - Так много? За такую блажь? ------------------------------------------------ «Интерпоэзия», № 2, 2024 «Под ключ», стихи: https://interpoezia.org/content/pod-klyuch/

Сегодня День Рождения нашего старшего сына Илюши. На фото ему 12. *** Моим близким посвящается. Ко мне с утра спешит Забота И вопрошает: «Как ты? Что ты? А ты лекарство приняла? А ты водичку попила? А ты оделась потеплее, Чтоб жить, не куксясь, не болея? А ты сейчас с собой в ладу? Тогда, пожалуй, я пойду. Но, если жизнь вдруг станет адом, То позови меня. Я рядом».

Воскресенье. Новые стихи. Умерла Марина Тарковская. *** С чем я жизнь свою связала? С небесами и с землёй, И с зарёй, что светит ало, И с воздушную струёй, С птичьей стаей, что щебечет, Заливается, поёт, Хоть от хворостей не лечит, Но закиснуть не даёт; И с султанами сирени, Что вот-вот сойдут на нет И отбрасывают тени, Столь похожие на свет. *** Я ни на что не посягаю. Всё испарится - клич, не клич. Я жизнь земную постигаю И не могу её постичь. Что прошуршало, пролетело, Прогромыхало, пронеслось? И что меня в ней так задело, Что мне слова искать пришлось? И вот стою в начале лета, Мир дольний взглядом обвожу И от рассвета до рассвета Его стихами извожу. --------------------------------------------- 11 июня на 90-м году жизни умерла Марина Арсеньевна Тарковская, так много сделавшая для увековечения памяти отца и брата. Она автор талантливой мемуарной книги «Осколки зеркала». Мы дружили много лет. Ниже отрывок из моих воспоминаний об Арсении Тарковском. Л.М. «Арсений Александрович часто повторял: "Зачем они мучают Андрюшку? За что они его так мучают?" Когда Андрей уехал, Тарковский долго не имел от него прямых вестей. Получив, наконец, длинное письмо, он читал его, перечитывал, давал читать друзьям. В том письме Андрей писал о причинах своего отъезда, о своих многолетних мытарствах и горестях. Теперь это письмо опубликовано и многократно процитировано. Когда Андрей умер, Арсений Александрович уже мало осознавал происходящее. И тем не менее Татьяна Алексеевна, боясь за него, старалась подготовить Тарковского к страшному известию. Узнав о смерти сына, Арсений Александрович плакал. И все же удар, наверное, был смягчен тем состоянием, в котором он находился. Я была у Тарковских в Переделкине, когда туда приехала Марина, только что вернувшаяся из Парижа, с похорон. Она была утомлена и подавлена. Ей трудно было говорить. Арсений Александрович спал, одетый, на диване. Марина, несмотря на усталость, хотела дождаться его пробуждения, чтобы поздороваться и поговорить. Наконец, Тарковский открыл глаза. Марина наклонилась к нему: "Папа. Папа." Тарковский, увидев ее, спросил: "Что? Похоронили?" "Похоронили", — ответила Марина. Больше Арсений Александрович ни о чем не спрашивал.»

Суббота. Новые стихи. *** Всё лето радуюсь картинке, - Той, что висит в моём окне На волоске, на паутинке, Сверкая в утреннем огне. Творец внесёт свои поправки: Один штришок, один мазок, Добавит блеска росной травке - Всё без напряга, на глазок. Творец не лезет вон из кожи. Его конёк - не новизна. Скворец поёт одно и то же, Стара небес голубизна. А волшебство, и новь, и чудо В том, что в краю, где мрак и бред, Я вижу не обломков груду, А мир, прозрачный на просвет. *** А пишу я всегда об одном, Даже если пишу об ином, Даже если меняю слова, Даже если картинка нова, Даже если о радостях стих, Всё равно проступает сквозь них Горстка слов, что молитве сродни: Боже мой, защити, сохрани.

Воскресенье. Новые стихи. *** Меня бабуличка учила яичко не переварить. Меня бабуличка учила спасибо людям говорить. Меня бабуличка учила гордиться городом, страной, Ненарушаемой границей, кремлёвской зубчатой стеной. Она привила мне привычку стишок утрами повторять - Мол, у москвички две косички, а у таджички двадцать пять. И я послушно ей внимала в час наставительных бесед. Лишь одного не понимала - куда девался наш сосед, Такой весёлый, деликатный, который раненых спасал, Который буковкой печатной мне письма добрые писал. *** В моём окне - кусок вселенной. Он состоит из тленной, пенной Сирени, из того куста, Где капля, падая с листа, Готова к гибели мгновенной. Он состоит из тех речей, Что серебристы, как ручей, - Речей зарянки, камышовки. Мне рай достался по дешёвке, Поскольку был землёй ничьей. Никто не знал, что это рай: Вот эти сотки, хлам, сарай, Давно некошеные травы, Дорожки, что тесны, корявы… Живи себе, стишки марай. Не про сиротство и беду, И не про жизнь в земном аду, А про кусочек райской тверди, Где можно, веря в милосердье, Пытаться жить с собой в ладу.

**Суббота. Новые стихи. *** Так ночи прозрачны, как будто бы снятся. Восторженных строчек не надо стесняться. Нарядов своих не стесняется куст, И трелей своих - соловей златоуст, Что мечет свой бисер с неведомой ветки. Для строчек счастливых так поводы редки. И можно ль родных лишний раз не обнять, Когда так легко у нас радость отнять? *** По части счастья, боли, мук Я знаю всё из первых рук. Уж вы поверьте. Зато не ведаю наук По части смерти. Скорей всего её и нет, А есть какой-то слабый след Того, что было, И что томило много лет И в очи било, Рвало мне душу на куски. Я профи в области тоски И благодати. Живу, слова на лепестки Усердно тратя, - На жизни завязь и исход, На здешних правил тайный свод, На лик рассветный, И дней загадочный испод, И код секретный. ---------------------------------------------- Лариса Миллер на финисаже выставки Арона Зинштейна «Птица пёстрого пера» в галерее «Сад» у Анны и Александра Мессерер в Мичуринце 2 июня 2024 г.: https://youtube.com/watch?v=l-SwWGRX4EU&si=7cfH6XDI0uIYXUkE

Воскресенье. Новые стихи. *** И помнит мой город, как я родилась, Как утром весенним я в нём завелась. И помнит, в какие я игры играла, И помнит, как первый стишок намарала, И помнит всех близких моих голоса, И помнит все улицы, все адреса, Где я обреталась, где я обитала, Надежду питала, от счастья летала, Где маялась люто с собой не в ладах. И что же мне делать в других городах? О, как я боюсь во вселенной огромной Вдруг сделаться лишней, чужой и бездомной. О, как опасаюсь, свой город любя, Что он мне объявит: «Не помню тебя». *** А я опять в живых осталась. Мне снова кое-что досталось Из майских радужных чудес. Достался краешек небес, В которых стая птиц плескалась. И метит лёгкая пыльца Сей мир с изнанки и с лица. И день, которому внимаю, Сияет, что присуще маю, Забыв, что он второй с конца.

Суббота. Новые стихи. *** Моё время ушло. Я его проводила. Было грустно смотреть, как оно уходило. Как оно уходило средь белого дня, На планете чужой оставляя меня. И живу средь чужого цветущего мая, Только птичек одних без труда понимая. *** Как другу звонить? Ну подумайте сами. А может быть, он говорит с небесами. А может быть, он совершает полёт, Который звонок беспардонно прервёт. А может, ему что-то дивное снится, А может, ему третьи сутки не спится, И он, обессиливши, падает с ног, И только приляжет, раздастся звонок… А может быть, этот звонок неуместный Ему драгоценнее манны небесной.

30 мая 2024 г. Сегодня День Рождения моей мамы *** Приходит Верочка-Верушка ЧуднАя мамина подружка. Она несет большой букет. (Сегодня маме тридцать лет.) Несет большой букет сирени, А он подобен белой пене, Такая пышная сирень. Я с белым бантом набекрень Бегу... Гори, гори не гасни, Тот миг... И розочку на масле Пытаюсь сделать для гостей... Из тех пределов нет вестей, Из тех времен, где дед мой мудрый Поет и сахарную пудру Неспешно сыплет на пирог. И сор цветочный на порог Летит. И грудой белой пены Сирень загородила стены. На фотографии: няня Лида, мама, я, Москва, весна, 1941 г. Это та няня, которая на свою первую зарплату купила мне шубку, и я в ней ходила все годы эвакуации. В начале июня Лида уехала в отпуск, после 22 июня пыталась вернуться. Ее письмо об этом – последнее, что мы о ней знаем.

Воскресенье. Новые стихи. *** Ах, спасибо, рассвет, ты меня обнадёжил. Ты количество светлых дорожек умножил. Ах, спасибо тебе, ослепительный май. Столько светлых дорожек, и каждая - в рай. Ах, спасибо за лютики и медуницу, И за пёстрый овраг, и за певчую птицу, И за то, что опять небеса расцвели И легко вокруг пальца меня обвели. *** А день пришёл меня спасать И приказать не падать духом, И показать, как можно пухом В среде воздушной зависать. Пришёл меня уговорить Продлить судьбы живую нитку И безнадёжную попытку Жить с миром в мире повторить.

Суббота. Новые стихи. *** Но если мир лежит во зле, Откуда щебет на заре Такой заливистый и дружный? Откуда ветер тёплый, южный И синь, когда глаза горе? Но жизнь вместительна. Она Нам дарит всё, и всё без дна. И в этой пёстрой круговерти Всему есть место. Даже смерти, Что в жизнь ревниво влюблена. *** Я не спешу искать слова. Они меня находят сами. Мы под одними небесами: И я, и птицы, и трава. И, коль уйти с больших дорог Туда, где тихо, малолюдно, То отыскать меня не трудно Для шустрых и летучих строк.