змеи и лестницы

Я хорошо помню, что, когда меня бросил любимый человек, звери стали меньше ласкаться ко мне. Они чуяли мой великий стыд — страдание. Однажды я поймала на себе взгляд красивой породистой собаки, — незабываемый взгляд, уже не столь приязненный, со сдержанной скукой, а все оттого, что ей разонравилось само мое существо <…> Разумеется, она презирала меня. А я краснела перед ней за то, что не скрывала свою боль от глаз сородичей. Мы обе, признаться, любили одного и того же человека. Но это в ее глазах я прочитала мысль, которую потом нашла в одном из последних писем матери: «Любовь — недостойное чувство…» Колетт «Кошки моей жизни» (перев. Н. Мавлевич)

Весь цвет отечественного гинзбурговедения завтра здесь.

Случайно оказался на выставке англо-мексиканской художницы и писательницы Леоноры Кэррингтон в Музее в Люксембургском саду. Любопытное совпадение, потому что с ее хулиганской книгой «The Hearing Trumpet» («Слуховая трубка») (1974) я встретил этот год и ничего лучше с тех пор не читал. Главная героиня романа, пожилая леди Мариан, вынуждена переехать в дом престарелых, оставив любимых кошек и курицу на попечение своей бести Кармеллы. Пока Кармелла планирует вооруженный захват пансионата на вертолете, Марион успевает расследовать убийство одной из постоялиц (оказавшейся постояльцем), вовлечься в древний культ служительниц богини Венеры под управлением Подмигивающей Аббатисы, внести неоценимый вклад в поиски Святого Грааля и пережить Апокалипсис при содействии полуженщины-полуволчицы. Воистину после девяноста жизнь только начинается. «Kitsch is our ocean», — отмечает в послесловии к роману Ольга Токарчук, подразумевая, что плавать в этом океане одно удовольствие. Кураторы выставки (а это первая персональная выставка Кэррингтон во Франции, ради нее в Париж привезли 126 ее работ) этот принцип явно прочувствовали — одинаково серьезно отнеслись к тому, как художница переосмысляла Босха и как на нее повлиял французский сюрреализм, и к тому, какие магические практики она ценила больше прочих и как любила рисовать зверюшек. Хулиганство продолжается в музейном магазине, где помимо роскошного каталога выставки и мерча с репродукциями можно приобрести чудодейственные мексиканские амулеты и прочие доски уиджи. Думаю, Марион и Кармелла остались бы очень довольны. Выставка продлится до июля.

Уже в пятницу — совместное мероприятие «Подписных» и VAC «Репрезентация сообщества глухих в современных издательских практиках». В том числе разговор пойдет о нашей книге «У медуз нет ушей». Приходите непременно.

Ну и главная новость месяца: вторая Гинзбург у нас. Третья на подходе.

Таким озорным мэмом отмечаем разом и первую в истории оскаровскую победу ирландки в номинации «Лучшая женская роль», и скидочный заплыв наших «Птиц» в честь Дня Святого Патрика. Sláinte!

Очень ждал именно американское издание новой биографии Спарк. Лучшая обложка миллениума, я считаю.

Меня вчера спросили, есть ли книга, выхода которой я ну прям очень жду [как нового «Гарри Поттера» в детстве]. Я ни секунды не задумываясь ответил, что такой книги нет и не предвидится. Видимо, это был прогрев: сегодня мне попался анонс нового романа Марлона Джеймса, который я каким-то образом пропустил. Роман The Disappearers выйдет уже в сентябре. На обложке — бэконианская картина Лишо Джонсона. Это не заключительная книга долгостроя «Трилогия Темной звезды», как можно было ожидать. Судя по всему, из прошлых книг автора новинке ближе всего букеровская «Краткая история семи убийств», и это здорово. Джеймс кажется мне без оговорок самым интересным современным романистом. Было ужасно больно наблюдать, как он страдает, откровенно не зная, что делать с фэнтези-вселенной, которую он так триумфально запустил «Черным леопардом» и в которой так беспомощно барахтался в «Лунной ведьме». Было подозрение, что он завязнет в черновиках третьей книги навечно, как Клайв Баркер в «Абарате». Очень радостно, что он отвлекся на что-то совсем другое. О сюжете новой книги читайте сами; понятно, что на русском роман не выйдет. Я же никогда не устану рекомендовать подкаст Marlon & Jake Read Dead People, который Джеймс вел вместе со своим литературным редактором 👯‍♂️. В мире книжного подкастинга до сих пор не случилось ничего лучше (не считая «Лорнета Зинаиды», разумеется). Надеюсь, к выходу новинки пацаны запишут новый сезон.

Вчера состоялась наша большая февральская книжная встреча! Мы снова собрались в любимом «Месте притяжения», чтобы обсудить неоднозначный и полемичный роман Кэролайн Блэквуд «Участь Мэри-Роуз». 👏 Спасибо всем, кто нашел силы и время доехать до нас, чтобы обсудить книгу. Спасибо за ваши мнения и трактовки, было невероятно интересно сравнить, как по-разному мы увидели эту историю. 💕 И отдельное огромное спасибо Арсению Гаврицкову, главному редактору издательства «Подписные издания», который специально приехал к нам из Санкт-Петербурга, чтобы обсудить книгу. Мы невероятно признательны и благодарны! ❤️ 🙌 Подписывайтесь на канал Арсения «Змеи и лестницы» @snakesplusladders 🙌 И на канал издательства «Подписные издания» @izdaniya, где выходят такие отличные книги! ✨️ Запись встречи появится в ближайшее время в личном разделе для членов клуба на нашем сайте. А мы уже вовсю планируем следующую встречу! 👌 Увидимся «Под обложкой»! #подобложкой #книжныйклуб

Первый день в завязке ⬇️

Дорогая Москва, на следующей неделе обсуждаем «Мэри-Роуз» в книжном клубе Наташи Ломыкиной, предвкушаю жаркое соперничество team rowan и team cressida, до встречи.

Аргентинская готика, университетский роман и сатира на книжный рынок: 9 самых ожидаемых новинок переводной художественной прозы, по версии «Подписных изданий» Мы попросили главного редактора нашего издательства Арсения Гаврицкова изучить планы коллег-издателей на 2026 год и рассказать о самых любопытных, на его взгляд, предстоящих новинках. Женщины-птицы и анархисты-подрывники, семейные саги и стилизация под английский роман XVIII века, путешествия по Руанде и югу Италии — ждут вас в наших карточках, а совсем скоро появятся и на книжных полках.

Администратор канала переживает тяжелые времена, дышит через раз.

Ежегодная епитимья, или Коротко о десяти любимых книгах из прочитанных в 2025 «Наши вечера» — новый и самый горький роман великого Алана Холлингхерста, изящно напоминающий, что жизнь — это кастрюля творожной массы из одиночества и разочарования, которую нужно заглатывать всухомятку, изредка довольствуясь моментами близости, вспышками счастья, за которыми следуют постепенное отдаление и холод, остающийся после самых теплых отношений вместе с воспоминаниями о «наших вечерах», которые вроде и греют, но как бы и непонятно, что с ними делать, то ли чаю выпить, то ли повеситься. Лучшая рукопись, которую мне повезло читать в этом году, — «Dendrarium» Алисы Кусти. Немыслимая история жизни ботаника Владимира Дегтярева, который объездил полсвета, в 1910-х подвизался ковбоем в Калифорнии, в 20-х был репрессирован, создавал дендрарий на Соловках, разъезжал по лагерю в сомбреро верхом на козле, в 30-х был расстрелян. Всю жизнь он посвятил сбору семян и исследованию акклиматизации растений, а Алиса Кусти много лет отдала восстановлению его биографии. Немного об этой книге я рассказывал тут. Она выйдет весной в издательстве shell(f), не пропустите ее. Сборник «Последний сон» Альмодовар предлагает читать как свою автобиографию: мол, зачем вам синопсис моей жизни, если рассказы, которые я написал в разные годы (с 1967 по 2023), скажут больше. Так под одной обложкой оказались тексты, стилистически и эмоционально, на первый взгляд, несовместимые: от попытки по свежим следам зафиксировать на бумаге свои чувства после смерти матери до переложения евангельского сюжета в духе Heated Rivalry. Если вы разделяете мое убеждение, что «Я очень возбужден» — один из лучших фильмов режиссера, эта книга вам нужна прямо сейчас. Моя большая издательская радость 2024-го года — открытие Кэролайн Блэквуд. 2025-й я провел вместе с ней и всем, что она написала. Лучшим ее романом мне кажется «Корриган», хотя и «Прабабушка Уэбстер» и сборники ее малой прозы могли бы быть в этой десятке. О Блэквуд я написал большой текст для Blueprint, под формат его пришлось сократить ровно в два раза, мне кажется, это заметно, но вообще я верю, что все к лучшему, хаха. Пару в моей голове составили «Deep House» Джереми Атертона Лина и «Terra Nullius» Еганы Джаббаровой: обе книги — про мечту о доме, который ускользает. Герои Лина встречаются в 90-е и понимают, что хотят провести вместе жизнь; они молоды, бедны, у них паспорта разных стран, а значит, шансов на общий дом почти нет — до решения по делу «Обергефелл против Ходжеса» почти двадцать лет. Хронику этих двадцатилетних отрывочных отношений через океан Лин сопровождает исследованием судебных дел, которые могли бы, но не стали более ранним «Обергеффелом». Так «Deep House» рифмуется с диккенсовским «Bleak House», где герои так же зависимы от Больших Решений, на которые никак не могут повлиять. Никакой власти противостоять чужой злой воле нет и у героини Джаббаровой, которая лишается своего дома и оказывается в контейнере для беженцев. Обращение к истории семьи становится для нее символическим возвращением домой. Наконец добрался до «Квартета Фредерики» Байетт и безоговорочно полюбил третью часть — «Вавилонскую башню». Возможно, потому что там появляются совершенно айрис-мердоковские близнецы. Или потому что значительная часть действия связана с работой маленького издательства, с которым сотрудничает Фредерика. После публикации очередного романа на издательство пишут донос, из продажи изымается тираж, автор и издатель оказываются в суде. «В голове не укладывается, суд на книгой в 1960-х!» — изумленно вздыхают персонажи. Издательство суд выигрывает; мы, читатели, любим сказки. О первой части «Лондонского квинтета» Алана Мура я немного писал здесь. Еще в моем списке — палп-роман Поппи Брайт «Изысканный труп» (как «The Shards» Б. И. Эллиса, если бы из него вырезали всё кроме секса, убийств и раздачи стиля) и «Англоманию» Алексея Зимина (интеллектуальная история Британии с отсылками к современности и, увы, совсем без женщин среди действующих лиц): эти две книги здорово меня развлекли, но сказать о них мне особенно нечего.

Истории, которые мы рассказали в 2025 Для редакции год не был ни простым, ни успешным, ни особенно счастливым. Тем не менее мы смогли выпустить 12 отличных книг. Когда то, что воспринимается как неудача, обретает форму такой стопочки, опускать руки не хочется — хочется узнать, как же тогда будет выглядеть удача. Спасибо, что читаете.

В 1982 году (через год после публикации «Участи Мэри-Роуз») Кэролайн Блэквуд позвонила своей подруге, художнице Корнелии Фосс, с горячими новостями: Марианна Фейтфулл в отчаянии, ей срочно нужны тексты для нового альбома. «Вряд ли так уж сложно сочинить песню? Давай обе ей что-нибудь напишем». Через несколько дней Блэквуд перезвонила и захлебываясь смехом прокричала в трубку: «Ты видела сегодняшние газеты?» Бена Брирли, композитора и мужа Фейтфулл, задержали за контрабанду наркотиков. «Представляешь, а у него в карманах наши жуткие откровенные стишки, подписанные нашими именами! Да нас теперь затаскают по судам!» По судам никого не таскали, зато через год Фейтфулл выпустила песню She’s Got a Problem на стихи Кэролайн. Стихи такие, что, как говорится, it’s all fun and games until it is not:

Will the night always seem so long? Is it really darkest before dawn? Will I see the whiskey as a Mother in the end? In the end will I smash my brains with drinking? Till I fall down on the floor Will I hiccup and jabber Saying things I never meant? <…> Will the world shake its sensible head And say the words that have to be said? She's got a problem

Когда в 1996-м Блэквуд умирала в гостинице, Фейтфулл навещала ее и пела под гитару. «Нью-Йоркер» подчеркивает, что на Марианне в тот день были леопардовые брюки.

«Она всегда знала, что будет писательницей, хотя свою первую книгу опубликовала в сорок два... Как бы ни было трудно, каждый день до самой смерти она вставала ни свет ни заря, варила себе кофе и полдня не выходила из-за письменного стола. Потом — ближе к обеду — ставила точку, открывала бутылку водки и сразу выбрасывала колпачок». Уже на следующей неделе в нашем издательстве выйдет роман «Участь Мэри-Роуз» Кэролайн Блэквуд — англо-ирландской писательницы и журналистки, наследницы пивной империи «Гиннесс» и жены художника Люсьена Фрейда. В честь грядущей премьеры Арсений Гаврицков, наш главный редактор, рассказал изданию The Blueprint о непростой жизни и мрачных вымыслах леди Кэролайн. Предзаказ романа, который сама писательница считала лучшим в своей карьере, еще можно оформить на нашем сайте.

#corrigan Завершила вчерне перевод "Корригана" леди Кэролайн Блэквуд (для "Подписных"). Про этот роман и про К. Б. писала вот тут. Прелестная камерная драма — пасторальный Уилтшир, эксцентрические старушки, ирландские матроны и мазурики, мерзкие лондонские хлыщи, реки шампанского и цитируемой поэзии etc., what's not to love. В этом посте я оставлю два примечательных фото леди Кэролайн и четыре ее портрета ("Гостиничную спальню"/Hotel Bedroom, портрет №4, привожу фрагментом), написанные художником и рисовальщиком Люсьеном Фрейдом, ее первым мужем, на разных этапах их романа в 1950-е. Первое фото — с Робертом Лоуэллом, обалденным американским поэтом и драматургом, и их сыном Шериданом, названным в честь литературного предка леди Кэролайн, англо-ирландского драматурга Р. Б. Шеридана. Снимок примерно 1972 г. Второе — 1984 г., с акции протеста писателей возле Даунинг-стрит, 10, против гонки ядерных вооружений. В тот год она сочинила "Корригана", свой последний роман. NB. Все четыре свои романа Блэквуд написала, живя в Ирландии (скрываясь от налогов) — и после всех своих браков.

🍎 В ноябре в нашем издательстве — впервые на русском — выйдет нуарный роман леди Кэролайн Блэквуд «Участь Мэри-Роуз» (в переводе Александры Глебовской) — открываем предзаказ!

После исчезновения шестилетней Морин Саттон идиллический английский городок накрывает волна истерии. Пока газеты смакуют подробности жуткого преступления, мир успешного историка Рована Андерсона, его отрешенной жены-домохозяйки Крессиды и их болезненной дочери Мэри-Роуз дает трещину. Охваченная паранойей Крессида готова пойти на отчаянные меры, лишь бы оградить дочь от ужасов внешнего мира, а пристрастившийся к выпивке Рован пытается восстановить провал в памяти и понять, где был он сам в ночь, когда пропала Морин.

Кэролайн Блэквуд (1931–1996) родилась в богатой аристократической англо-ирландской семье. Наследница пивной империи «Гиннесс», она в раннем возрасте взбунтовалась против родных, вела бурную богемную жизнь, в частности, побывала замужем за художником Люсьеном Фрейдом, пианистом и композитором Иcраэлем Цитковицем, поэтом Робертом Лоуэллом. К литературному творчеству обратилась в шестидесятые годы. Ее роман «Прабабушка Уэбстер» в 1977 году вошел в короткий список Букеровской премии.

Бесстрастная и готическая, обличающая и сардоническая Блэквуд напоминает одновременно Ширли Джексон и Джоан Дидион.

— Камилла Грудова Дизайн серии: Владимир Вертинский. Книга поступит в продажу в конце ноября, а пока вы можете оформить предзаказ со скидкой 15% на сайте podpisnie.ru