Defensor

Да, кстати, что же завтра он будет рассказывать? С учетом сегодяшних-то корректив. Наверное, ничего. Ну, для приличия набросает, наверное, про то, что цели будут выполнены и всё такое. А, ну и с Масленицей поздравит. С другой стороны, я не знаю, кем нужно быть, чтобы ожидать от кремлевских какой-то решительности (чтобы вообще от них ожидать чего-либо, что хотя бы как-то пошло бы на пользу русским), так что ничего неожиданного.

Это чтобы продержаться до завтрашней исторической речи Пыпы и как то всех поддержать.

Если кто-то не знал, как выглядит провокация: https://t.me/obshina_ru/7077 Главный враг РФ (РФ — не Россия, о чем можно прочитать в одноименном посте в закрепленном сообщении) — пассионарный русский. Умный, небезразличный, стремящийся к организации, интересующийся проблемами окружающего его мира. Это не шутка. В таких условиях любые призывы, а тем более требования «раскрыть данные» — подстава в чистом виде. Всех неуёмных хотят поставить на карандаш. Сознательный и энергичный русский опасен для Системы, поэтому Система создает суррогаты, вроде той же “Русской Общины ZOV”, где пытается эту сознательность и энергичность обуздать, взять под свой контроль. Никогда не ведитесь.

Кто еще не участвовал в опросе, не поленитесь! https://t.me/defensorcivitatis/1037

Можно хоть триллион таких брошюр напечатать, но от этого боевой дух бойцов не поднимется, и дополнительная мотивация не появится. Пока всё сказанное не находит отражения в реальности – а оно не находит, пока кремлевские куколды отмораживаются в дискурсе дружбы народов, переговоров, медведчукизма и красного знамени – оно вдвойне бьет по моральному состоянию наших воинов. Что проще – понимать, что тобой командует идиот, ориентирующийся наощупь, или что тобой командует хитрец, знающий, как правильно, но действующий всё равно иначе? https://t.me/majorselivanov/7866

Социология. Что вам интересно, важно в моем канале? За что вы его читаете? Ответы принимаются в комментариях.

Человеческий капитал О главной проблеме России Часть 3 Предпочтение стабильности росту и проблемы заработной платы В ходе исследования большинство опрошенных руководителей отметили ряд критических личностных качеств и особенностей мировоззрения, которые характеризуют «среднего российского сотрудника»: – Дефицит инициативы, энергичности, «драйва», отношение «от меня ничего не зависит», «инициатива наказуема» – выученная беспомощность и отсутствие желания что-то менять. – Ориентация на процесс, а не на результат: «Ментальность такая: освоить бюджет. Не инвестировать, а освоить. Так было всегда и сохраняется по сей день». – Излишняя опора на устоявшиеся (и часто устаревшие) правила и процедуры – Отсутствие гибкости, готовности к изменениям – Нехватка клиентоориентированности: «У нас основной критерий оценки любых решений – понравится ли это руководителю, а не клиенту. Приоритет – угодить внутреннему заказчику, зачем думать о внешнем». – Отсутствие критического мышления, механическое, исполнительское отношение к задачам. Исследование ESS по системе ценностей Ш. Шварца говорит о том, что у россиян крайне слабо представлены «ценности роста» (лишь у 2% против 24% в Западной Европе и 32% – в Северной). «Ценности роста» по Ш. Шварцу – собирательное обозначение для комбинации более базовых ценностей: Риска–новизны, Самостоятельности, Универсализма и Благожелательности. По сравнению с другими странами Европы, для России характерны низкие значения показателей Самостоятельности и Риска и, наоборот, повышенные значения противоположных им ценностей Конформности и Традиционности. Помимо особенностей культурного кода, нельзя не отметить эндогенные факторы, являющиеся барьером для развития и реализации конкурентоспособной компетентностной модели. Почти 6,5% трудоспособного населения России (4,9 млн чел.) получают зарплату на уровне МРОТ – по состоянию на 1 июля 2017 года это 7800 руб., при размере прожиточного минимума для трудоспособного населения 10,5 тыс. руб. Та бедность, которая фиксируется в стране, – это бедность работающего населения, это уникальное явление: работающие бедные. Столь низкий уровень оплаты труда не позволяет населению перейти от выживания к самовыражению. В среднем по стране любая работа стоит примерно одинаково Ценность человеческого капитала на эффективных рынках труда транслируется через уровень оплаты: с повышением профессиональной ступени растет и средний доход. Примеры таких стран – Германия и США, в них разница между средними доходами, например, врача и водителя, составляет 172% и 261% соответственно. Эта зависимость посылает рынку сигнал о наличии спроса на квалификацию категории «Знание» и стимулирует выбор более сложных профессий и развитие компетенций профессионалами. В России исторически государство, приняв на себя роль гаранта стабильности в 1990-е, обеспечило функционирование социально значимых сфер – образования и здравоохранения, однако смогло предложить им только минимальный уровень оплаты. Разница в доходах врача и водителя в России – 20%. При этом даже в развивающейся Бразилии аналогичная дельта составляет 174%. «Бюджетный» характер доходов в высококвалифицированных категориях (преподаватели, научные работники) в значительной степени определяет плоскую форму кривой доходов на уровне страны и дает большинству населения негативный сигнал об отсутствии существенных стимулов заниматься собственным развитием.

Интересная, конечно, история с Пригожиным и снарядами для вагнеров. Спрашивается, зачем понадобилось придавать всё это огласке, если у Пригожина есть прямой и быстрый выход на Путина? Нет, я, конечно, со свечкой не стоял, но очевидно, что Пригожин на особом счету, выполняет личные поручения и прочее.

Человеческий капитал О главной проблеме России Часть 2 В совместном аналитическом докладе Сбербанка и BCG (2017) выделяются следующие основные проблемы развития человеческого капитала в России: 1. Нет критической массы спроса на знания По уровню привлекательности рынка труда для талантов Россия отстает не только от развитых, но и от многих развивающихся стран, продолжая терять таланты. Во многом это связано с тем, что российская экономика продолжает быть преимущественно сырьевой, ориентированной на экспорт природных ресурсов. Спрос на труд в целом остается примитивным, в структуре работодателей доминирует государство. Поощряется модель «социальной занятости», когда даже в условиях сокращения ВВП сохраняются неэффективные рабочие места. 2. Система образования не готовит кадры для экономики знаний Система школьного образования слабо восприимчива к изменениям, а подготовка учителей не успевает за современными требованиями образовательных стандартов. Высшее образование в большинстве вузов потеряло качество, но стало «всеобщим»: за 1993–2015 годы число мест в вузах выросло более чем вдвое при сокращении когорты абитуриентов на 36%. При этом система образования «не слышит» бизнес, в результате чего 91% работодателей отмечает нехватку практических знаний у выпускников, а четверть обладателей дипломов идут работать на должности, не требующие их уровня образования. (в этой связи вспоминается проблема юридического образования: как известно, в стране огромное количество юристов, при этом большинство из них на самом деле таковыми не являются, получив своё образование буквально на задворках – в стране больше восьмисот юридических факультетов. В действительности юристов гораздо меньше, просто все дипломы формально одинаковы, хотя в реальности большинство российских юристов обучены на уровне СПО – и этого достаточно для работы на абсолютном большинстве государственных должностей). Реальность убеждает: образование само по себе не способствует карьере, не составляет основу социального успеха, не почитается, не уважается. Образованность подменяется дипломированностью, профессионализм – умением устроиться и приспособиться. 3. Не создана среда, необходимая для развития и самореализации человека Существенная доля занятых из-за низких зарплат работает в условиях «трудовой бедности», а почти 6,5% трудоспособного населения России (4,9 млн чел.) получают зарплату на уровне МРОТ. При этом любая работа в стране стоит примерно одинаково (например, разница в оплате труда водителя и врача в РФ – 20%, в то время как в Германии – 174%, в США – 261%, в Бразилии – 172%), что снижает мотивацию людей к выбору высококвалифицированных профессий. В результате 98% населения страны отдает приоритет безопасности и стабильности, а не ценностям роста. Доминирующая ролевая модель среди населения сегодня – успешный чиновник, а не высококвалифицированный профессионал или предприниматель. Некоторые исходные: * В России один из самых низких в мире показателей безработицы – всего 5,5%, а в Москве и Санкт-Петербурге – не более 2% * Зависимость уровня безработицы от динамики ВВП страны отсутствует: даже на пике кризиса 1990-х годов официальный показатель безработицы не превышал 12% * В рейтинге конкурентоспособности талантов (GTCI) в 2017 году (всего 118 стран) Россия по привлекательности – на 81-м месте, по созданию возможностей для талантов – на 107-м месте * В России 30% заняты в госсекторе (врачи, учителя, госслужащие и госкомпании) и 24% в крупных частных компаниях * Среднестатистическому школьному учителю 51 год, общий стаж работы около 21 года, из них 15 лет в одной школе * Разница в доходах врача и водителя в России – 20%, в развивающейся Бразилии – 174% * Лишь 2% россиян разделяют «ценности роста» против 24% населения в Западной Европе и 32% – в Северной

Человеческий капитал О главной проблеме России Часть 1 Почти 300 лет назад Иван Тихонович Посошков, русский предприниматель и экономист, в своей работе «Книга о скудости и богатстве» зафиксировал проблему ценности человеческого капитала (переделаю на современный лад): "В других странах людей берегут, особенно предпринимателей. А наша система людей не бережет, и оттого государство беднеет, поскольку где люди богатые – там и страна богатая, а где люди бедные – не может то государство быть богатым". То есть подлинное богатство государства – это богатство людей, проживающих в нем. Дело не в бюджетах. Будут люди в достатке – не будет проблемы бюджетов. Откуда берется проблема человеческого капитала? Из ограниченности имеющихся ресурсов. Существует два способа развития: экстенсивный и интенсивный. Экстенсивный – это когда рост идет «вширь». Когда сельское хозяйство растет за счет расширения посевных площадей, когда выпуск предприятия растет за счет увеличения числа рабочих рук. Когда бюджет пополняется за счет экспорта, казалось бы, бесконечных газа и нефти. Интенсивный способ («ввысь») появляется там, где заканчиваются ресурсы – те самые посевные площади, свободные рабочие руки и природные ресурсы. Приходится повышать эффективность, КПД. Приходится повышать урожайность, вводить новые техники ведения сельского хозяйства. Приходится повышать производительность труда на производствах. Приходится рационализировать использование имеющихся природных ресурсов, находить новые пути импорта для закрытия некурипуемых нужд. Интенсивный способ развития предполагает усложнение труда, повышение требований к профессионализму. Таким образом, при выборе интенсивного пути появляется глобальная потребность в мозгах. Инвестиции в человеческий капитал – это как раз про создание тех самых мозгов. Сами по себе они появляются и развиваются в природе в минимальных количествах. В масштабах общества на этом направлении нужна серьезная и систематическая работа. Не для кого не секрет, что на протяжении долгого времени Россия идет по экстенсивному пути развития. И в условиях глобального рынка и, соответственно, глобальной конкуренции, Россия стремительно отстает в развитии. Отстает хронически. В сложившейся системе мирового разделения труда Россия выполняет роль поставщика ресурсов – необработанного сырья. Например, сырой нефти или необработанной древесины. Такие ресурсы поставляются в огромных количествах, и потому сравнительно дешево – заработать на этом много не получится. Экспорт необработанного сырья низкоприбылен (в масштабах глобальной экономики), и способен лишь обеспечивать текущие потребности на приемлемом уровне (обеспечивая, тем не менее, сверхприбыли немногочисленным частным лицам), но национального развития, тем более активного развития, он никогда не обеспечит. Вернемся к интенсивности и экстенсивности. Это понятия общие. Нельзя все страны мира классифицировать в рамках такого дуализма. Поэтому принят подход Йенса Расмуссена к классификации по доле в экономике секторов с различными по сложности задачами. Он выделяет три типа (категории) занятости: I. Умение (базовый уровень квалификации с механическими задачами) II. Правило (средний уровень квалификации: когнитивные рутинные задачи) III. Знание (высококвалифицированный труд: когнитивные нерутинные задачи) Конкурентными являются те государства, где сложилась «экономика знаний», то есть где сектор высокоинтеллектуального труда занимает значительную часть. Например, в Японии и США категория «Знание» занимает по по 25% рынка труда, в Германии 29%, в Великобритании 45%. В России – 17%, в Бразилии – 15%, в Казахстане – 11%. Если представить население России как десять человек, то пятеро из них – не работают (в основном, пенсионеры), четверо – мигранты, продавцы, водители и прочие, и только один человек занимается высокопроизводительным и(или) высокоинтеллектуальным трудом. Понятно, что так далеко не уедешь. Понятно, откуда проблема огромной доли социалки в экономике. Вообще всё понятно.

И, безусловно, люди, которые помогли и помогают мне в становлении в «тг-тусовке» :) https://t.me/sibrednek https://t.me/defensorcivitatis https://t.me/bulbe_de_trones https://t.me/marawhisper https://t.me/rezkierechi https://t.me/asa098asa https://t.me/lugansk_ru https://t.me/medved_and_dushnota https://t.me/polpotkids https://t.me/russianhtonz https://t.me/rusmiliya (возвращайся, чувак!)

Деникин, «Очерки русской смуты» Том первый, глава вторая Часть 6 Весна 1915 г. останется у меня навсегда въ памяти. Великая трагедія русской арміи — отступленіе изъ Галиціи. Ни патроновъ, ни снарядовъ. Изо дня въ день кровавые бои, изо дня въ день тяжкіе переходы, безконечная усталость — физическая и моральная; то робкія надежды, то безпросвѣтная жуть. Когда послѣ трехъ-дневнаго молчанія нашей единственной шести-дюймовой батареи ей подвезли пятьдесятъ снарядовъ, объ этомъ сообщено было по телефону немедленно всѣмъ полкамъ, всѣмъ ротамъ, и всѣ стрѣлки вздохнули съ радостью и облегченіемъ. И какой тогда тяжелой, обидной ироніей звучало для насъ циркулярное посланіе Брусилова, въ которомъ онъ, не имѣя возможности дать снаряды, съ цѣлью подбодрить, «поднять духъ войскъ», убѣждалъ насъ не придавать такого исключительнаго значенія преобладанію нѣмецкой артиллеріи, ибо были неоднократно случаи, что тяжелая артиллерія, выпустивъ по нашимъ участкамъ позиціи огромное число снарядовъ, не наносила имъ почти никакихъ потерь. Каковъ народъ, такова и aрмія. И, какъ бы то ни было, старая русская армiя, страдая пороками русскаго народа, вмѣстѣ съ тѣмъ въ своей преобладающей массѣ обладала его достоинствами и прежде всего необычайнымъ долготерпѣніемъ въ перенесеніи ужасовъ войны; дралась безропотно почти 3 года; часто шла съ голыми руками противъ убійственной высокой техники враговъ, проявляя высокое мужество и самоотверженіе; и своей обильной кровью искупала грѣхи верховной власти, правительства, народа и свои. Тем не менее, старая русская армія заключала въ себѣ достаточно еще силъ, чтобы продолжать войну и одержать побѣду.

Итак, сегодня в 18:30 выходит последний текст из Деникинского цикла. Надеюсь, все понимают, зачем он понадобился и о чем он вообще. Зачем изучать прошлое? Чтобы увидеть будущее. В случае с Россией это, видимо, работает чаще, чем с другими странами. Мы, получается, особая историческая цивилизация – в том смысле, что внимательно изучаем историю и периодически повторяем совершенные ранее ошибки. Отсюда, наверное, безудержное желание жить в вечном 1945-м. Завтрашний день посвящен теме человеческого капитала. Это важно. Это реальная проблема, даже совокупность проблем. Я изучил доклад, который по заказу Сбербанка в 2017 году подготовила Boston Consulting Group – и выделил для вас основные моменты. Будет три части в течение дня – утром, днем и вечером. Должно быть интересно. Читайте!

Деникин, «Очерки русской смуты» Том первый, глава вторая Часть 5 Объ офицерскомъ корпусѣ я уже говорилъ. Большіе и малые недочеты его увеличивались по мѣрѣ разслоенія кадроваго состава. Не ожидали такой длительности кампаніи, и потому организація арміи не берегла надлежаще ни офицерскихъ, ни унтеръ-офицерскихъ кадровъ, вливая ихъ въ ряды дѣйствующихъ частей всѣ сразу въ началѣ войны. Роты выступали въ походъ иногда съ 5-6 офицерами. Такъ какъ неизмѣнно, при всѣхъ обстоятельствахъ кадровое офицерство (потомъ и большая часть прочихъ офицеровъ) въ массѣ своей служило личнымъ примѣромъ доблести, безстрашія и самоотверженія), то естественно оно было въ большинствѣ перебито. Такъ же нерасчетливо былъ использованъ другой прочный элементъ — запасные унтеръ-офицеры, число которыхъ въ первый періодъ войны на должностяхъ простыхъ рядовыхъ достигало иногда до 50% состава роты. Стороннимъ разрушительнымъ вліяніямъ въ арміи не противополагалось разумное воспитаніе. Отчасти по крайней неподготовленности въ политическомъ отношеніи офицерскаго корпуса, отчасти, вслѣдствіе инстиктивной боязни стараго режима внести въ казармы элементы «политики», хотя бы съ цѣлью критики противогосударственныхъ ученій. Этотъ страхъ относился, впрочемъ, не только къ соціальнымъ и внутреннимъ проблемамъ русской жизни, но и къ вопросамъ внѣшней политики. Такъ, напримѣръ, незадолго до войны былъ изданъ высочайшій приказъ, строго воспрещавшій воинскимъ чинамъ гдѣ бы то ни было вести разговоръ на современную политическую тему (Балканскій вопросъ, австро-сербская распря и т. д.). Пропаганда проникала и въ старую армію съ разныхъ сторонъ. Своего рода естественной пропагандой служило неустройство тыла и дикая вакханалія хищеній, дороговизны, наживы и роскоши, создаваемая на костяхъ и крови фронта. Но особенно тяжко отозвался на арміи недостатокъ техники и главнымъ образомъ боевыхъ припасовъ. Еще въ 1907 г. былъ разработанъ планъ пополненія запасовъ нашей арміи и отпущены кредиты. Въ теченіе управленія Сухомлинова вѣдомство получило особый кредитъ въ 450 милліоновъ рублей и не израсходовало изъ нихъ 300 милліоновъ! До войны вопросъ о способахъ усиленнаго питанія арміи боевыми припасами, послѣ израсходованія запасовъ мирнаго времени, даже не подымался. Между тѣмъ, уже къ октябрю 1914 года изсякли запасы для вооруженія пополненій, которыя мы стали получать на фронтѣ сначала вооруженными на 10%, потомъ и вовсе безъ ружей. Въ тоже время (конецъ сентября) на вопросъ Жоффра «достаточно ли снабжена россійская императорская армія артиллерійскимъ снаряженіемъ для безпрепятственнаго продолженія военныхъ дѣйствій», военный министръ Сухомлиновъ отвѣчалъ: «настоящее положеніе вещей относительно снаряженія россійской арміи не внушаетъ серьезнаго опасенія». Когда въ августѣ 1917 года на скамью подсудимыхъ сѣлъ виновникъ военной катастрофы, личность его произвела только жалкое впечатлѣніе. Гораздо серьезнѣе, болѣзненнѣе всталъ вопросъ, какъ этотъ легкомысленный, невѣжественный въ военномъ дѣлѣ, быть можетъ, сознательно преступный человѣкъ могъ продержаться у кормила власти 6 лѣтъ. Какая среда военной бюрократіи — «къ добру и злу постыдно равнодушная» — должна была окружать его, чтобы сдѣлать возможнымъ и дѣйствія и бездѣйствія, шедшія неуклонно и методично ко вреду государства.

Деникин, «Очерки русской смуты» Том первый, глава вторая Часть 4 Состояніе старой арміи передъ революціей. Наша мягкотѣлость («жаль человѣка», «надо его устроить»), протекціонизмъ, вліянія, наконецъ, слишкомъ ригористически проводимая линія старшинства — засорили списки командующаго генералитета вреднымъ элементомъ. Этими обстоятельствами объясняется ошибочность первоначальныхъ назначеній: пришлось впослѣдствіи удалить четырехъ главнокомандующихъ, нѣсколькихъ командующихъ арміями, много командировъ корпусовъ и начальниковъ дивизій. Генералъ Брусиловъ въ первые же дни сосредоточенія 8-ой арміи (іюль 1914 г.) отрѣшилъ отъ командованія трехъ начальниковъ дивизій и корпуснаго командира. Бездарности все-же оставались на своихъ мѣстахъ, губили и войска и операціи. У того-же Брусилова генералъ Д., послѣдовательно отрѣшаемый, перемѣнилъ одну кавалерійскую и три пѣхотныхъ дивизіи, пока, наконецъ, не успокоился въ нѣмецкомъ плѣну. И обиднее всего, что вся армія знала несостоятельность многихъ изъ этихъ начальниковъ и изумлялась ихъ назначенію... Неудивительно поэтому, что стратегія за всю кампанію не отличалась ни особеннымъ полетомъ, ни смѣлостью. Когда арміи Юго-западнаго фронта въ маѣ (1916) перешли въ наступленіе, увѣнчавшееся огромнымъ успѣхомъ — разгромъ нѣсколькихъ австрійскихъ армій, когда послѣ взятія Луцка моя дивизія большими переходами шла къ Владимиръ Волынску, — я, да и всѣ мы, считали, что въ нашемъ маневрѣ — вся идея наступленія, что нашъ фронтъ наноситъ главный ударъ. Впослѣдствіи оказалось, что нанесеніе главнаго удара предназначено было Западному фронту, а арміи Брусилова производили лишь демонстрацію. (прим.: в итоге командование усомнилось в успехе наступления на Западном фронте, и часть войск оттуда было направлено на Юго-запад, но не успела поддержать его, что привело к большим и бессмысленным потерям "на болотистых берегах Стохода") Нужно сказать, что не только войска, но и начальники, получая рѣдко и мало свѣдѣній о дѣйствіяхъ на фронтѣ, плохо разбирались въ общихъ стратегическихъ комбинаціяхъ. Войска же относились къ нимъ критически только тогда, когда явно приходилось расплачиваться своею кровью. Такъ было въ Карпатскихъ горахъ, на Стоходѣ, во время второго Перемышля (весна 1917 года) и т. д. Нѣтъ нужды прибавлять, что техническія, профессіональныя знанія команднаго состава, въ силу неправильной системы высшихъ назначеній и сильнѣйшаго разслоенія офицерскаго корпуса мобилизаціями, не находились на должной высотѣ.