Freiman Cuts

Краткая биография ненужной бумажки У бумажного пакетика из-под сахара бывает удивительная судьба: однажды он попадает к нам в карман, потом годами лежит между страницами книги, а однажды может оказаться в музее. Сегодня я расскажу о том, как привычка хранить, казалось бы, ненужное прошла путь длиной больше ста лет и до сих пор пригождается не только тем, чьё хобби создавать скрапбуки и визуальные дневники, но и профессиональным художникам. В 1912 году Пикассо (Pablo Picasso) начал вклеивать в свои работы материалы повседневной жизни. Но если выбирать главного специалиста по трамвайным билетикам, этикеткам и прочим ненужным бумажкам, то им станет Курт Швиттерс (Kurt Schwitters). Он напоминает мне Карлсона — такой же озорной и невероятно изобретательный. Кажется, из коробки старых квитанций он мог построить замок! Собственно, этим Швиттерс и занимался: создавал коллажи из найденных материалов и превратил собственный дом в постоянно разрастающийся коллаж — Merzbau. Шалость? Однако, Швиттерс давно занимает почётное место в истории модернизма: его работы участвовали в первой Documenta, MoMA посвятил ему большую ретроспективу, а его коллажи из талончиков и фантиков стоят более 40 млн ₽ (четвёртая иллюстрация). Но самое удивительное в этой истории — то, как увлечение Швиттерса ненужными бумажками однажды изменило жизнь другой художницы. В 1948 году американке Энн Райан (Anne Ryan) исполнилось 58 лет. Она успела вырастить троих детей и написать роман. Однажды Энн вместе с дочерью Элизабет отправилась на выставку Курта Швиттерса в Нью-Йорке — и всё изменилось. Энн настолько поразили его маленькие композиции из бумажных и тканевых обрезков, что она немедленно принялась создавать собственные коллажи из ненужных бумажек. Энн говорила дочери: «как много ему удавалось создать на таком маленьком пространстве листка!» За следующие шесть лет художница сделала около четырёхсот работ! Энн Райан особенно любила старые ткани и всё то, что уже успело прожить жизнь до встречи с её ножницами. Когда вещь становилась настолько ветхой, что любой другой давно бы отправил её в мусорное ведро, в семье Райан говорили: «теперь она дозрела до коллажа». Однажды Энн с дочерью зашли в известное нью-йоркское кафе-кондитерскую Rumpelmayer’s. Элизабет вспоминала, как мать положила в карман несколько кубиков сахара в бумажных обёртках: вдруг пригодятся для коллажа? И пригодились! Позже эти обёртки действительно оказались в её работе № 6 — Rumpelmayer (шестая иллюстрация) и теперь в музее MET. По воспоминаниям Элизабет, воскресенье было особенным днём: мать показывала всё, что успела создать за неделю. Никакого торжественного открытия или музейной церемонии, просто разложенные на рабочем столе крошки-коллажи. Сегодня работы Энн Райан хранятся в Метрополитен-музее, а их аукционная цена доходит до 10 000 $ при размере 23 × 20 см (седьмая иллюстрация). Прошли десятилетия, но любовь к старым билетикам и лоскуткам никуда не исчезла из мира искусства. Современная художница Кэрол Кунштадт (Carole Kunstadt) прямо называет выставку Энн Райан одним из источников своего вдохновения. Кэрол собирает старые бумаги, квитанции, марки и книжные страницы. Её работы участвовали в выставке в нью-йоркском Museum of Arts and Design и в Международной триеннале, посвященной книге художника в 2024 году, проходившей в Венеции. Здорово представлять невидимую нить, соединяющую три поколения художников, и думать, что мы продолжаем эту историю, когда вклеиваем в дневник билет из путешествия, сохраняем красивую конфетную обёртку или прячем между страницами открытку от близкого человека. Мне кажется, иногда самый драгоценный художественный материал — тот, который, казалось бы, ничего не стоит. В отличие от материалов из дорогого магазина, у него есть собственная история: запах любимого кафе, воспоминание о поездке, заломы от зимовки в кармане пальто. Такие бумажки — хранители нашей памяти. Слушайте своё сердце и собирайте то, что вам дорого! Держите ваши сокровища поближе к рабочему столу: кто знает, возможно, однажды они окажутся не только в дневнике, но и в музее?