девочка не знает, что поёт

из прошлой жизни у меня остался так и не пробитый билетик на московский концерт big | brave - перенесшийся сперва из-за китайской чумы, а потом и вовсе отменившийся понятно почему. приглашали их, конечно, grains of sand booking - с 24.02 я как-то даже и не думал об этом агентстве, за несколько лет привезших к нам какое-то невероятное кол-во потрясающих музыкантов, потому что ну как бы все понятно. а сейчас заглянул в их паблик вк и узнал, что "душа и сердце GOS Booking Антон отправился в путешествие по другим галактикам" летом этого года - и воспринимаю это (разумеется потому что не знал человека лично и вообще никак) как предельно естественное на фоне всего событие. это, конечно, дает понять масштабы опустошения - общего и своего. (листаю анонсы прошлых концертов и вспоминаю свое "ладно, на prurient/oranssi pazuzu/nadja можно не ехать, подожду, пока привезут че позадорней/помрачней". больше всего благодарен за концерт тима хэкера в 2019 году. хорошо что-то в жизни успеть, спасибо вам @gosbooking) 🖤

дима почему твои стихи такие мрачные

тоже ничего; готов впрочем уступить; пишите в лс договоримся

ну или так

следующую книжку стихов поэзии назову пожалуй так

после ночной смены которые у меня случаются редко вспомнил золотое стихотворение александра самойлова из челябинска: Ты послушай женщину простую: я стояла в транспорте всю жизнь, я всю жизнь работала в ночную, я с уродами жила всю жизнь. Мне уже давно повсюду тесно, и теперь тебе я говорю: если ты мне не уступишь место, я тебе ебало разобью.

послушал прости господи вью шевчука юзефович и поразился какой-то совершенной блаженности обоих на третий год этсамого; ну не то чтобы я чего-то такого жду от своего школьного кумира (и, как ни крути, одного из самых последовательных персонажей отеч. рок-сцены), но вот это "только бы не было ядерной войны, а так все можно будет вернуть/отстроить" звучит ведь совершенно putin style. и обязательное упоминание волошинского "молюсь за тех и за других", которое на язык современных реалий переводится приблизительно как "мы в турции желаем удачи обеим сторонам конфликта". проблема, конечно, в самой возможности открытого публичного заявления в сегодняшней рф; ну м.б. в такой ситуации лучше молчать в принципе, чем озвучивать сомнительные формулки столетней давности и вообще транслировать благорастворение.

"О, как все это сложно и трудно, как не хочется быть говном и как трудно не быть им". Ольга Берггольц, дневник за 16 апреля 1937 г.

ближе к сорока продолжаю открывать для себя русскую литературу: хеллоуина ради запросили у гугла страшные русские рассказы и благодаря японскому шпиону олегу лекманову прочитали вслухъ "крысолова" александра грина: совершенный отвал башки и очередной повод понедоумевать как так после всей этой роскоши мы пришли к прилепину поляринову полоротову.

начитавшись главным образом булатовского вздумал написать некий рифмованный цикл посвященный маме (с ней все хорошо); ну вот первый пошел 1. коммуника, привитая вдоль абсид велотрека в бытность к олимпиаде, как металась здесь ни отдать ни пяди реформаторам, насаждавшим спид, ускользала с ящеркой наравне, резалась, верещала как в продразвёрстку, и совсем взрывалась впритык к стене, обагряя вытертую извёстку. только нам и давала себя собрать, не какое-то нужное слово знавшим, а таким же брошенным умирать под москвой во всем некомплекте нашем. но когда распахивали туески, потолок в дому заливался алым и еще золотым таким, что казалось дело за самым малым. шутка ли что та́м, где она росла, не говоря уж о стадионе, сложены теперь эти без числа неоформленные тела на склоне, выглядя как какой-то ужасный плов перед богом, и из скупого ада их карманов кантиков куполов ничего не вырастет и не надо.

в преддверии хеллоуина посмотрели семейно the last man on earth с винсентом прайсом (1964) - судя по всему, исторически первый фильм снятый в условиях зомби-апокалипсиса; однако картина эта вызывает гораздо больше ассоциаций с "чумой" камю нежели со всем тем что было снято позже на ту же тему. здесь дырявенький сценарий и слабые диалоги, что только добавляет неуклюжей пронзительности разворачивающейся человеческой драме. это ни с какой стороны не экшн - герой натурально зачищает город от этих самых, однако здесь это просто методичная надоевшая работа, которой нет конца - а скорей размышление о заброшенности и поисках смысла, вспыхивающего только на самом краю, чтобы пережить своего искателя.

tw: живые классики. в любимом рыбном магазине на улице текстилей глядя на короб с навагой всякий раз вспоминаю как написал игорю караулову в личечку после того как он опубликовал в фб свой ответ на стихотворение моя вагина: мол, покупаю коту навагу, а он её не принимает, как ни подай; мне твоя навага неинтересна. я не оценил стихотворение Г. Р. при всей моей любви к её творчеству (вагины тоже в целом одобряю) + дело происходило в несколько другой реальности, и я счел карауловский отклик наиболее приемлемой реакцией на вызванный произведением ожиотаж, о чем не преминул написать И. К. (что вообще делаю в принципе предельно редко). простите меня все если можете.

это периодически накатывающее ощущение собственного бессилия заставляет лукаво спрашивать у себя самого "а когда ты вообще что-то мог"; но нет, я действительно что-то мог еще не так давно, и мне пока еще хватает собранности это признать. в фб после двух последних текстов перепощенных уважаемыми людьми были некоторые разочарованные говорения, и я было хотел указать для несчитавших что я просто разместил объяву и мопед не мой, но не стал этого делать because fuck you that's why, - а сегодня вот кажется готов признать что мопед все-таки скорее мой чем не мой в том по крайней мере смысле, что я не столько пародирую чужую озлобленность, сколько канализирую свою. утром прошёлся через пустой туманный посёлок до пункта вайлдбериз за Клавиным саженцем, неизбежно думая о том что писать просто для красоты все ещё возможно даже в текущих условиях; жаль, что получается пока ровно наоборот.

"Москвич в Подмосковье застрелил местного жителя, приняв его за дикое животное"; ну блин в целом немудрено; и это он еще во владимирскую или тверскую область не закатывался с ружьем наверное.

идет коза рогатая священная коза

на сегодняшнем занятии я объясню почему мыш вкуснее есть начиная с головы

занимаясь с дочерью припоминаю свои главные детские филологические заблуждения: полагал, что промысловая рыба сама что-то промышляет, а по топкому болоту можно топать; более всего горжусь однако тем что в возрасте лет 12ти уверенно возводил слово инициалы к сокращению ИНЦИ с одного блатного номерного знака. УПД: а мама рассказывала что они с сестрой в детстве очень испугались когда родители ушли отдавать голоса

начал читать à la recherche du temps perdu (на русском не читал, можете презирать) и испытываю почти идиотическое блаженство от того как меня заворачивает в эту подистлевшую драгоценную ткань. я никогда не воспринимал чтение как род терапии - считал, что эта какая-то старческая хуйня; и тем не менее за прустом понял, что точно так же взаимодействовал с книжками в самые свои безрадостные годы, 2005-2010 - годы подъема в 4:45 шесть дней в неделю (занятия в инязе начинались в 8), нищей беготни от контролеров, пропитанной безнадежностью учебы, тяжелых отношений с подругой. тогда мне это не казалось терапией - дело было просто в удовольствии от чтения, я даже не особенно думал о том, что сидение с книгой в электричке как-то отличает меня от других, отделяет от них (потом виталий пуханов скажет в ответ на мой рассказ о таком чтении: это кокон - а я удивлюсь, как я сам этого не понимал). но я и в пиковом метро прижимал к потолку "братьев карамазовых" или "возможность острова" не из-за того, чтобы подчеркнуть свою неотмирность, а просто потому, что не мог оторваться от них. главной книжкой тех лет я все равно назову "путешествие на край ночи", отысканное в заштатном ряду "молодой гвардии" на б. полянке (перевод ю. корнеева). закутаться в нее совсем как теперь в пруста было само собой нельзя, я с ней ходил скорее как с топором наголо - а теперь вспоминаю об этом как о (воображаемом) случайном знакомстве со слабой на передок нацболкой. главным же книжным остается адмаргинемовский подвал между новокузнецкой и павелецкой, где в какой-то период на кассе сменяли друг друга чувак в балахоне с пентаграммой и немолодой священник в рясе - видимо, из какой-то церкви по соседству. думаю сейчас о них как о двух самых близких мне людях в той "дырявой москве нулевых" - а тогда скорей опасался обоих, конечно.

понапишешь значит злобной хуйни за которую с тебя в личке спрашивают релоканты, а на другой день такой опа смотрите какой милый бельчонок

чего нашел-то, 1988 год