ПОЭТ ВЛАД МАЛЕНКО

Первое марта Луна заживает в небе, как на собаке рана. С крыши на крышу прыгают дней молодые львы. Чтоб ни случилось, помни - Ангельская охрана Гнездится вокруг горячей твоей головы. Ветер, как первоклассник Крутит теперь педали, Рожицы строит солнце Крепости ледяной. В свиток свернули зиму, На антресоль убрали. Там ещё пыльный глобус С прежней моей страной. Небо лицом уткнулось в снежную плащаницу. Март напророчил Пасху. Руки его честны. А потому, не бойся - верить просить, рубиться И оживлять светильник этой сырой весны. Прямо над Волгой утром Слышен зубовный скрежет - Льдам не по нраву слышать Южных ветров гобой. Ножницы золотые Зависти хвост обрежут. Радуйся, певчий мальчик! Снова весна с тобой! Март не играет свадеб, март войне обучает. Женщину превращает снова в твое ребро. Ангельская охрана огненными мечами Рубит чертей в капусту, если творишь добро. VM 2012

Первое марта Луна заживает в небе, как на собаке рана. С крыши на крышу прыгают дней молодые львы. Чтоб ни случилось, помни - Ангельская охрана Гнездится вокруг горячей твоей головы. Ветер, как первоклассник Крутит теперь педали, Рожицы строит солнце Крепости ледяной. В свиток свернули зиму, На антресоль убрали. Там ещё пыльный глобус С прежней моей страной. Небо лицом уткнулось в снежную плащаницу. Март напророчил Пасху. Руки его честны. А потому, не бойся - верить просить, рубиться И оживлять светильник этой сырой весны. Прямо над Волгой утром Слышен зубовный скрежет - Льдам не по нраву слышать Южных ветров гобой. Ножницы золотые Зависти хвост обрежут. Радуйся, певчий мальчик! Снова весна с тобой! Март не играет свадеб, март войне обучает. Женщину превращает снова в твое ребро. Ангельская охрана огненными мечами Рубит чертей в капусту, если творишь добро. VM 2012

28 А февраль то не дожИл до тридцати... И пытаются фиалки расцвести. И у нас с тобой на кухне в чашках снег. Выход найден, да вот входа больше нет. Скоро март. У марта градусник во рту. Птицы склевывают звезды налету. Высекай из голой ветки ноту "ми". Ведра глаз к ночному небу подними. Отметелил своих недругов февраль, Снежных баб ему заплаканных не жаль. Его дети у них в белых животах. То ли сырость, то ли радость, То ли страх… Двадцать восемь он и прожил то всего… Не спасли ни арбидол, ни ПВО… Как нам в церкви вдруг сказал отец Кирилл: «Словно Лермонтов… а сколько натворил!» Не хотел от рук весенних умирать. Запрещал из дома елку убирать. В рот насильно нам заталкивал пломбир. Это все теперь зовут «Борьба за мир». Высекай из голой ветки ноту «до», Вспоминай святых весенних имена. Говорят, кукушка будет вить гнездо, Говорят саму себя убьёт война. Но наколота Луна на голый лес, Как медаль она «За взятие небес». Под ногами гололедица и грязь. Кровь у градусника выше поднялась. Так тепло, что прикурилось от руки. Оживают по ошибке мотыльки. Мы вдвоем еще. Трещат в печи дрова. А на завтра обещают - минус два. VM Картина: Igor Volkov

Отрывок из интервью для журнала «The Scout» Журналистка: ВМ, откройте секрет: у Вас есть тайные дурацкие привычки? ВМ: Смешно. Я - их собрание. Все и не вспомнишь за минуту. Один мой товарищ фотографировал в гостиницах постели, на которых спал. У него скопилась огромная коллекция снимков. Я же не отдаю при выезде из отелей магнитные ключики и дома складываю их в специальную коробочку. Пожалуй, из этих разноцветных пластиковых прямоугольников можно будет выложить интересный орнамент на нескольких сотках газона, который увидят пролетающие пассажиры самолета. Еще я не кладу головные уборы тыльной стороной вниз на поверхности. Разговариваю с птицами. Люблю рассматривать в музеях картины в зеркала. Укладываюсь спать только головой на восток. Переписываю стихи в нотные тетради. Фотографирую себя на фоне диковинных уличных дверей. Заговариваю воду, которую пью и которой умываюсь. Ношу в кармане камушек из Баренцева моря. Приобретаю в разных концах света серебряные перстни, но никогда не носил ни одного из них. Пишу на всех косяках дверей всех домов, в которых живу, формулу Григория Сковороды - «Мир ловил меня, но не поймал». Раз в год перечитываю «Преступление и наказание», следя за температурой тела. Ныряя, трогаю дно двумя пальцами. Целуюсь с некоторыми деревьями. Публикуя стихи, я заведомо прячу в тексте одну явную ошибку, чтобы искушенный читатель указал на неё и, как тепло от хорошего вина, почувствовал внутри себя авторские нотки. VM

Влад Маленко ПЕСЕНКА О СВОБОДЕ из мюзикла «Остров сокровищ» Море волнуется - раз. Билли считает мили. Сбился его компас. Веру в любовь убили. Выхода нет и входа. Много таких историй. Я клянусь, что свобода - Это синоним моря! Я клянусь, что свобода - Это синее море! Море волнуется - два. Билли ветра споили. Эх, сорви голова – Волк одинокий Билли… В море не сыщешь брода. Моря не выпьешь с горя. Я клянусь, что свобода – Это синоним моря! Я клянусь, что свобода - Это синее море! Море волнуется - три. Билли! Не бойся! Ну же! Что у тебя внутри, То у моря снаружи! Жизнь – это соль и сода, Все испарится вскоре. Я клянусь, что свобода – Это синоним моря. Я клянусь, что свобода - Это синее море! VM

Я прошу об одном всего лишь, Признавая свою вину: То, что можно сделать сегодня, Не откладывай на весну! Отшипит февраль аспирином, И утащит лисица сыр. В нашем фильме многосерийном Воцарится на время мир. Мы идём по стене отвесной. Нас рисует Рене Магритт. Досмотри этот фильм чудесный, Он в конце тебя удивит. VM

Две минуты горячих слов в праздничном порядке. Ко Дню Защитника Отечества в авторском исполнении на Первом канале для всей Страны. Пограничный романс Что толку восхищаться сладким дымом И спорить с дураками сотни лет? «…ты, ветер, чей? Ты чья, Луна, над Крымом? Ты чей, Господь, открой уже секрет…» Пусть мироточит пограничный столбик. Шагни домой, чтоб снова жизнь начать. Ругать Отчизну за нерайский облик,  Как стричь по моде старенькую мать. Встречай закаты розовым ламбруско, Там истина, где личная вина. Чем тише скорость всей машины русской, Тем дальше смерть, тем дольше времена.  И если ты в Полтаве, Курске, Гродно Сидишь в сети в свои осьмнадцать лет, Быть человеком вроде и не модно - Через ИИ внушает интернет… Свобода может рабством  стать невольно, А воля указать на личный стыд. Но Родина не там, где меньше больно,  А там где что-то главное болит. Где летом под телегой снятся санки, Где тонет в книгах чеховский студент,  Где у шоссе в поспешной серебрянке  Цветов не ждёт солдатский монумент.  Куда летят полжизни божьи птахи, Весною петь на русском языке,  Где ты рождён, как говорят, в рубахе, Чтобы спуститься к морю по реке.  Влад Маленко С Праздником, присягнувшие!

Женщины интересно говорят: «С мужским праздником!» Этот день не про пиво с воблой, не про одеколон и новый набор носков. Он для того, чтобы сверить часы с теми, на кого равняешься, с кем выпало встать в строй. Когда-то я думал, что после службы в рядах Советской армии (мы были ее последними солдатами) мне не придётся больше надевать военную форму. Я ошибся. Россия не та страна, которую оставляют в покое. Мы - загадочный перекресток Запада и Востока, Севера и Юга, наше русское небо, как вымя великой коровы-матери проливается на головы молоком истории. Эти кадры моего павшего друга Дмитрия Сущевича из фильма Олеси Шигиной «Влад Маленко. Поэт» сняты более 20 лет назад на Кавказе. (Господи, я ещё курю и мне тридцать с копейками) К сожалению, они смотрятся, как сегодняшние сводки. С Праздником, причастные. С Днём Защитника Отечества! «Проверено. Мин нет. Да здравствует мирная жизнь!» (Заучит песня «Море волнуется раз» в исполнении автора и стихи Саши Антипова).

У Ван Гога ухо-горло-нож. Сквозь академическую ложь Ржавой кистью тычется рассвет, И стрижёт пшеницу маг Винсент. Солнце с окровавленной губой Растворилось в дымке голубой, Божии коровы спят в траве, Волосы горят на голове У Ван Гога. Ухо-горло-ночь. Родилась картина будто дочь. Замуж выходи за Эрмитаж, Чтоб Нева втекала в твой пейзаж, Чтобы слева плакал Поль Сезанн И тебя ночами осязал. Клоуны по центру полотна: Белый с Рыжим - Солнце и Луна. В небесах, что встали на дыбы Пьют абсент из горла у судьбы! Пьют, поют, пьянеют, дождик льёт. Женщины к реке несут бельё, Смыть с пододеяльников печаль А над ними космос и февраль. Ты бесцельный снайпер, mon ami, Комнату душою задыми. Дым тот будет бесконечно густ. От искусства остаётся куст. Маг Ван Гог разрезал белый свет. По его щекам течёт абсент. Он к утру прозрел до слепоты, И глаза раскрылись, как цветы.

Что такое весна? Золотистый утенок в яйце. Пять танцующий букв, А заглавная в самом конце. Снеговик в скорой помощи, На пол упала морковь. А ещё между нами… Нельзя рифмовать - Засмеют. Ну, и пусть. Не по правилам все. А пока что февраль. И никак не запомнится в басне Крылова мораль, Потому мы и падаем вечером в снежные мхи. Ты мечтаешь о «Щуке» И учишь про щуку стихи. Там подружка-лиса Обманула тупого осла И проказницу-щуку От гибели верной спасла. Что такое весна? Замочили в ладонях крупу, Золотистый утенок не станет беречь скорлупу. 18.2.26

Единица верности - собака, Здесь она бездомная однако. Единица вечности - солдат, У него работа (дальше мат). Никакой романтики в поэте: Летом о реке напишет Лете, А зимой, когда огонь от щёк, Он на той реке затвором щёлк. Женщина, как жизни единица Между тем равна поющей птице, Пусть же колыбельную поёт, А законы физики не в счёт. Баю-бай, Надежда, Страх и Жалость! Жизнь губами к темечку прижалась, Первый луч в окне затанцевал. Это Бог тебя поцеловал. ВМ

Медведица малая - времени кофемолка! Помоги уберечь нам сегодня коня от волка. Вьюга злится. Судьба, как снежная Агриппина. В гриве Кремль. Одинока звездочка из рубина. Где теперь Варварка, когда-то была берлога. Из медведицы малой текло молоко от Бога. Медвежата росли, как чешуйчатые соборы. И ходили вокруг да около злые воры. А теперь не понятно, где вор, где собор, где правда. И любые слова второпях разделяешь нА два. Например, говоришь «Рос сия - моя отрада.» И сияние с ростом раздельны, их склеить надо. Вот и варим клей, вот и пьем его, Бога ради, между западом и востоком на север глядя. Пусть снежок все надежды разбитые заметает, и со Спасской медведицы звездочка не слетает. 16.2.26ВМ

Машина ехала к весне, Дымя красиво. Зима цитировала снег И пить просила. В две тыщи ветреном году Назло торосам Машина двигалась по льду, Дышала носом. Слезились фары хрусталём, Нутро сопело, Был рыжий клоун за рулём, А справа белый. Февраль за окнами без сил Лежал набычась. Смеялся рыжий, белый ныл (Все как обычно). "Весною будет много дел, И денег куча!"- Воскликнул рыжий и запел "Besame mucho". "Весною насморк да грачи! Что ею грезить?"- Зевнул Пьеро и печь включил На цифру десять. В тот день почти что невесом Был неба глянец, Но тут вдруг лёд под колесом Устроил танец. Упала в обморок зима, Пустила пену. Река, как будто бы сама, Вспорола вену. Автомобиль пошёл ко дну, Смеясь при этом. Вот так и встретили весну Мои поэты. Что было дальше в этом сне С двумя друзьями? Спаслись? Исчезли в глубине? Решите сами. Я отдаю на откуп вам Не писк мышиный! Кто прикасается к стихам - Рулит машиной. ВМ

❤️Ещё раз о любви. Из написанного и прочитанного в XX веке.

Нелетающая мышь Полевка мышь, мечтая стать летучей, Дошла в своем стремленьи до падучей. Она и так, и так… на колос влезет И прыг с него… и о полетах грезит… До забытья, до хлюпанья в «подмышке» Завидует она летучей мышке. Пустое все. Но вот профессор-крот Дает совет, как опытный пилот: «Тебе, чтобы летучей мышкой стать, Вниз головой полгода нужно спать!» «Вниз головой? Но Ваш прием кошмарен!» «Так поступали Чкалов и Гагарин! И как летали!» - Этот аргумент На нашу мышь подействовал в момент. Она, вздохнув, вдевает в петлю лапки, И зависает, тычась носом в тапки. Сентенция про «ползать и летать» Знакома всем, умеющим читать. Влад Маленко ———————- 13 февраля 1769 года родился баснописец Иван Андреевич Крылов. А какие у нас басни в настоящее время? Это достаточно редкий жанр сейчас и один из тех, кто пишет в такой форме — поэт, член Правления СПР Влад Маленко. А вы пишете басни? Поделитесь в комментариях вашим творчеством.

Из перевёрнутых солонок Летит снежок на мостовые. Идёт по досточке телёнок, Над ним февральские святые Парят без касок и разгрузок И обсуждают сорт черешни. А желобок тропинки узок, И еле слышен запах вешний. В мечтах теленка май и рыбы, Изгиб зелёного побега, И прилипают к светлым нимбам Опилки праздничного снега. Над леденящей бездной стоя, (А солнце ласковое где же?) Телёнок время золотое На неокрепших рожках держит. Ему мерещится в матроске Весенний ангел на иконке, Но рядом взрыв, и в щепки доски, И посекло бока телёнку. Не сдал на радость он экзамен. Упал на красную солому. Лежит с огромными глазами И удивляется плохому. Не слышно ангельского хора. Близка холодная развязка. В глазах телячьих нет укора. В них удивление и ласка. 23-26

Вот такой по зиме коленкор От Азовского моря до Сохо. Все идёт не по плану, Егор, Что весьма и не плохо. Это время бесстрашных ребят И сожженных скворешен. Колокольчики, Саша, звенят. Ими майвик обвешен. Перемены ведь разные, Вить, Могут встать у окошка. «Делать вид или быть и не сплыть?» - Гамлет дрейфит немножко. В телевизоре вновь балагур Веселится, хоть тресни. Доведет ли до Киева, Юр, Наш язык в этих песнях? Нам бы новую песню одну, Да такую, как в «Брате»! Что, Серёга, споем про весну? Там уж люди подхватят. 12.2.26

Ранним утром в золотистой дымке Замирают звездные ковши, И мы видим в небе фотоснимки Детства человеческой души. Вся земля с доверием дочерним Солнцу открывает колыбель, Будто жизнь рисует невечерним Светом пятилетний Рафаэль. В этот миг загадочных вибраций, Глядя сквозь пасхальный синий дым, Можно вдруг о главном догадаться - Что доступно детям и святым. Это твой единственный экзамен, Верный случай не пойти ко дну, Чтобы обновленными глазами Видеть бесконечную весну. 11.2.26ВМ

ФОТОГРАФИИ ПУШКИНА Если бы Пушкин прожил еще хоть год, Его бы сфотографировали, и вот Я представил себе черно-белые снимки С непечальным ликом в прозрачной й дымке. Зернистое небо с райскими облаками, Лошадей с яблочными боками, А еще фотографии эти Каким-то образом передавали бы ветер, Наполненный запахом травы и ладана… Русь моя, ты никем не отгадана, Кроме Святых и Вещего Александра, Его строки - Божьей любви рассада, А земная жизнь – помнящим утешение, Правильное освещение С памятью женит лица. Эти кадры спешат гнездиться Будто ласточки – на уголках души. Жизнь моя, не спеши, О память не стачивай каблуки! Я Пушкина вижу На расстоянии вытянутой с пистолетом руки. Этюд: Дмитрий Зарва