Опусы шальной разведенки

Еще один старый текст. Помню, как писала его в больнице. Фейсбук сегодня чрезвычайно мил на воспоминания – погрузитесь и вы, это грустное. Но грустное – не значит плохое. Или вы только на смехуёчки подписывались? Надо писать глупые тексты – говорит Самсонова. Глупые тексты про мужчин и про секс, про женщин и реверсивную психологию, глупые, глупые тексты. А умные тексты, где три Даля на Розенталь, надо писать в какой-нибудь платный блог типа Бусти, чтобы у нас были лишние тыщи. Лишние тыщи на бензин, мармелад – на этих чудовищных фруктовых червяков на заправках, которыми можно забить желудок, пока несешься по трассе навстречу колючему снегу, ужасу, страху – и он рассеивается, постепенно светлеет, как наши копчёные души. Где-то есть краски, трава, чуть подсохшие розы, небо, закаты, малиновый грог и заправки, заправки. Много заправок, бензин дорогой, ассортимент на товары огромный. Мы покупаем два кофе, печенье, шесть энергетиков, воду, сосиски, что-то вот даже из "Азбуки вкуса" - сырники вроде. Или запеканку. Скоро начнутся холмы эти южные. Всё наше горе-то с ней от равнин, обильно покрытых то снегом, то грязью. Вот бы подсолнухи над холмами. Вот бы огромные красные маки. Она говорит, говорит, говорит. Словно какое-то доброе радио, что разрушает сцепление с зимой, переключает на новые волны. Надо сходить на свиданья вслепую, выйти из чертовой зоны комфорта. Это уже даже я говорю – и удивляюсь собственной удали. Знаешь, как в этих вот фильмах для женщин? Дзынь колокольчик - и пятый мужчина. Здравствуйте, Стас, даже Стасский советник, сорок, не пью, разведён, полон жизни. Падает ночь, мы ползём по домам, пишем друг другу, что есть пара выставок, пару концертов и даже поклонник - похож на какого-то дурачка. Знаете, эти вот жизнерадостные? Те, кто ни разу не бился в дверь, что на четыре замка закрыта, ключ на веревке, веревка на шее, шея под третьей башкой дракона, который в яйце, а яйцо в сундуке. Банят Самсонову на фейсбуке, глупые тексты не помогают, не помогают уже энергетики. Робко стучит под ребром селезёнка, пишет в ватсап очень строгий хирург, дождь начинается. Вместе со снегом. Надо писать очень умные тексты и вызывать невралгию меж рёбер. Где-то в простуженной комнатушке несчастный ребенок открыл глаза, резко почувствовав оцепенение, смерть и беспомощный выдох зимы. Видимо, я, мне лет восемь, коленки сжаты под белым крахмалом белья. Значит, больница, опять больница, желтый фонарь занавесил окно, желтые тетки по койкам затихли - дышат ли? Живы ли? Эти в цветочек халаты фланелевые пахнут концом. Нужно сперва шевельнуть рукою - даже вот дёрнуть сперва мизинцем. Словно в каком-то своем пароксизме, сомнамбулизме, параличе. Холодный компот из гнилых сухофруктов, большой коридор с хирургическим светом - резким, болезненным, прямо предсмертным. Плакать тут можно слезами вовнутрь, криво согнувшись в углу как огарок, дыша на коленки обветренным ртом, накрывши фланелькой худющие плечи. Нету холмов, нет огромных подсолнухов. Есть два часа и погасят фонарь. Желтый. Противный. Давящий живое. Я забираюсь в оконный проём. Насыпало снегом. К фонарной дорожке протоптано кошкой. Следы вон её.

Одним дурацким пасмурным вечером я взяла три бутылки виски и отправилась к питерскому кабачнику. Тому, что шесть лет с интересом смотрел мне в рот. Я смеялась. Рыдала. Блевала на скатерть. Материлась, просилась на ручки. "Господи, ну ты и дура" – сказал восхищенно кабачник. И засунул мне руку в трусы. А с неделю назад я сидела на скамейке таврического, заедая цветной пастилой очередную душевную травму. Каблуки, черный тренч, меланхолия. Рядом сел бородатый ребенок. Закурил сраный вейп, улыбнулся. Слишком молод? Не слишком. Слишком глуп? Помолчали. - Что такая красивая девушка делает ночью в парке одна? Что-что. Молчит. Думает. В основном, про то, что почти 20 лет всерьез верила, что влияет на чей-то выбор. Каблуки носит, шутит. А могла бы сидеть в своей луже, блевать и таращить глаза. Ничего бы не изменилось. Ни-че-го-шеньки.

Фейсбук выкатил ностальгическое. Умела же писать без пиздахахонек. Хорошее, честное. Со мной это редко, поэтому - перечитайте. Когда мне сообщают, что я красивая – я на всякий случай оглядываюсь. Это мне? Или кому–то поодаль? "Папа что, не называл тебя своей маленькой принцессой?" – спрашивает психолог, нахмурившись. Папа не называл меня никак. Не в ходу были у него личные обращения. Даже "дочку" я слышала от него лишь однажды. Когда в "Санта–Барбаре" выясняли, кто пытался убить Сиси Кепвелла. "Это не дочка!" – орнул папаша в экран, оправдывая дуру Идэн. Так я поняла, что он, в принципе, знает такое слово. Называли меня, в основном, глаголами. Мягче всех было "дай", "принеси". Чуть построже "смотри, что ты сделала!" И совсем уж опасное – "Я кому сказал?". Кому–кому. Попробуй догадаться, что за обморок твоих чресел ходит в доме в дырявых колготках. Я мечтала уехать туда, где семью можно будет, как минимум, выбрать. А как максимум – добиться того, чтобы кто-то взял – да и выбрал тебя. Сначала я уехала в Иваново – и это вам, конечно, придется осмыслить. Потому что уезжать в такую дыру можно только из еще большей дыры. Потом во Владимир. Потом в Нижний Новгород. До Москвы я прокладывалась Золотым кольцом, шагала во тьме, ползла перебежками. Старый мамин халат из синей джинсы. Вязаное платье, купленное у подружки. Сопливая юбка из китайского шелка. Все мои навыки – навыки выживания. Все мои знания – эхо борьбы. Как-то я сидела на остановке в Алтуфьево и рядом пристроился бухой пролетарий. – А что такая красивая девушка делает ночью одна? Что-что. Бежит в направлении фонарей, вот что делает. Примерно с тех пор, хотя и нельзя сказать наверняка, я бегу от тех, кто называет меня красивой. Я очень умная. Проницательная. Содержательная. Вот сюда, например, и присаживайтесь. Эту вашу любовь я нашла уже в Питере. Прикупила цепочек и джинсов, американских сигарет и французских духов. Поселилась в общаге университета. Вышла в рекреацию покурить. Он стоял в крохотном набедренном полотенце на мокрое туловище и пил чай из запселой кружки. Чуть правее клубились клевреты. Я раскрыла свой рот и мгновенно заняла всё пространство. Нужна какая-то особая выдержка, вычурный психоз и особая конфигурация мозга, чтобы вот эдак блестяще выступить перед мужчиной без трусов. Этот навык потом испортит множество страниц моей половой биографии, но в случае с полуприкрытым Аполлоном – сыграл. Заискрился. За десять минут своего выступления я стала легендой, едва успев разобрать чемоданы. Выбила из мужика почву. Победила одной тирадой. Немного унизила, конечно, ведь с нарциссами так и надо. Но зато в ту же ночь он уже жарил блинчики мне на завтрак в крохотном полотенце на мокрое тело. Через пять лет нашей сложной и гаденькой жизни, он скажет мне, что не помнит того разговора. А помнит раннее утро, когда увидел меня из окна. Я вылезла из такси перед общежитием – и тут же разъехалась по льду на каблуках. Шлепнувшись жопою в грязную лужу. Шлепнулась – и расхохоталась. Он скажет еще, что не мог оторвать взгляд от меня. И что все, что запомнил – тот смех с каблуками. За пять лет также выяснится, что он не вполне понимает язык, на котором я говорю. С ним в модельном агентстве иначе общались. Он привык, закрепился. И чертовски тупил, чтоб хотя бы однажды еще раз услышать мой смех. Но не вышло. Бывает. Вторую любовь я нашла тоже в Питере. В грязном кабаке на Восстания. Этот слушал меня лет шесть. И держал в такой беспросветной френдзоне, что я совсем потеряла надежду. Как-то вышла на бизнес-ланч – и влюбилась. С совершенно другого, московского. Вино еще какое-то на крыше. Платье синее. Экономический форум. Трое суток без сна, много смеха, смущение. Через две недели он бросит меня ради собственной жены и глаза мои потускнеют на годы. Он еще какое-то время будет писать мне про эти глаза. Что никогда не видел этого прежде: как меняется их цвет, когда я смотрю на него. "Как ты это делаешь?" – спросит он однажды. Как-как. Попробуй догадаться, какие симптомы растворяют зрачки как гуашь в воде. Сколько слез было, господи. Сколько боли.

Про аккаунт я, кстати, серьезно. Пока ситуация окончательно не нормализуется (не поступит первая моя зарплата, к примеру) прошу у вас помощи на оплату аккаунта. Хочу себе премиум, чтоб словить вдохновение и почувствовать желание снимать и монтировать видео. Еще мне нужен новый провод для мака и починить себе сраный айфон. Вчера я его окончательно ебнула - в смысле вдребезги - сняла бы фотку, да нечем. Не, не верхнее стекло, а прям оба. На мелкие осколки дурацкие. Так что если хотите помочь - сторурблирование бы спасло ситуацию. Еще из новостей: со мной связался ЭКСМО. Это издательство наше питерское. Если честно - совсем нет здоровья и какой-то энергии печатать для вас свою книжку. Но вдруг вам, по-прежнему, надо? Напоминаю, что это не сборник постов, как делают разные другие блогеры. Это прям книжка, основанная на рассказах про жителей улицы моей - типа Восстания. Смешная, веселая, без хуйни. Давайте честную голосовалку? Потрачусь, издам, вы купите? Стоить будет недешево, у меня художники леперские - это точно мелованная бумага и толстый, красивый, большой переплет. Голосовалку сейчас положу. Мнения свои тоже пишите, пожалуйста. Екатерина из ЭКСМО, привет. Видишь, предварительный типа промоушен. Сейчас ты поймешь, почему я не иду к тебе.

Свалившаяся на меня работа мигом похоронила меня для общественности как эстетствующую единицу, сочинающую свои тексты в четыре утра с бокалом вина и дымящейся сигареткой. Вам пора бы уже предпринять, что ли, меры, и оплатить мне, к примеру, как другим разным вашим блогерам, премиум-аккаунт в телеге, чтобы я хоть видосы пилила. Это быстрее, чем рассказы писать: не вызывает омерзения после трех статей про искусственный интеллект, не заставляет дергаться глаз после редактуры еще четырех про цифровую трансформацию там какую-то. Лежишь в ванной, орешь в тишину - да и пилишь видос про свои коленки. Ладно, о чем это я, напомните? Вот о чем: вчера посмотрела новый тренд в инстаграме и сраном тиктоке. Сказать, что я в ахуе - ПРОМОЛЧАТЬ. Нет, серьезно, они это, блядь, серьезно. Половина всех блогеров про видосы смешивают красное вино с молоком. С молоком, понимаете? Прямо в бокале. Это не какое-то извращение, это у них типа челлендж. Они наливают вина в бокал, нюхают, морщатся - мол, говно же. Потом добавляют туда молока и радостно вытирают усы в вожделении. Взрослые бабы, усачи-мужики, дети какие-то из тиктока. Мы нашли новый способ сделать красное вкусным! Да ебать вас там всех коромыслом! Вы чего? Зачем вам вообще улучшать вино??? Да и чем? Молоком? Это этим вот телячьим пойлом, от которого днище рвет и без спирта, даже если его просто в кофе налить? Сижу, наслаждаюсь. Вижу, как в негроамарэ очередная сука вливает пакет «простоквашина». Если вам нужны хоть какие-то свидетельства наступившего апокалипсиса - то вот оно, падать теперь дальше некуда. Инопланетяне уже завтра высадятся, готовьте свою задницу под анальный зонд, если ее после вашего коктейля не вырвет прям с мясом. Креативщики из них, кстати, говно. Этот коктейль уже в каждом видео типа затычки, а названия они ему не придумали. Давайте за них? Апокалипсис? Или еще есть у вас варианты? Если что - эту жижу я лично пробовать тупо отказываюсь.

Все, что нужно знать обо мне, как хозяюшке - это то, что иногда я, все-таки, люто желаю замуж. Ненадолго - недельки на полторы. Потому что - ну, скажем, лампочки. Нет, понятно, что я не из экономных. Но четыре раза заказать себе в доставке лампочки - и не суметь их вкрутить никуда, потому что ебучие эти патроны оказались не такими, как надо? Четыре. Раза. Не такими. Как надо. Вот поэтому мне нужен муж. Вы мне скажете - купи на час. Но час - это даже для секса мало. Пока разотрешь ему спину мазью, чтоб не крякнул на тебе от натуги. Пока добьешься его внимания - сейчас мужчины в этом плане робкие, там даже мазь не всегда работает. А уж для хозяйства час - это вообще ни о чем. Оно же тянет за собой целую гору буквально разваливающихся штуковин. То на унитазе сиденье открутится, словно чья-то юркая жопа его мне окончательно разломала, выписывая кренделя с пируэтами. То накроется датчик теплого пола. То в потолке или полочке в ванной ебанется какая-то нахрен электрика - и бесполезно лампочки покупать. Ну, вот допустим, подошли патроны. С пятого раза, что характерно. И все равно ничерта не горит. Получается, надо уже два мужа - один чтоб электрик, второй чтоб сантехник. По маляру тут недавно еще скучала. По слесарю тоже, по повару. Каждый раз у подруг одиноких, которых в Питере просто как грязи - я осматриваюсь в квартирах: где, к примеру, ручка болтается? Где дверь скрипит на петлях, где картина висит на веревочке – перекошенная, как мое рыло. Где чего не горит, где чего не работает. Где чего существует просто для вида - например, заблудившийся пылесос, притуленный хозяйкой к балкону. А от мусора у нее веник. У нас вообще все кончается веником, а в запущенных случаях - и метлой. Одна из бизнес-идей для Питера - это расширить опцию приглашенной уборки. Ну вот какого хрена у вас есть тетя Гуля, которая придет и пять часов будет мыть вам полы. Но нет дяди Толи, который будет тупо все в этом доме чинить: пылесосы, шкафы и лампочки. Всю эту нашу поломанную холостяцкую жизнь. Опять же: вы скажете, муж на час - зови его со специального сайта и оплачивай ему сто часов. Не хочу. Может, он сумасшедший. И потом с ним тут надо сидеть. Нет прокладки между ним и моим хозяйством. А если б долбанный клин типа ру или как там этот сайт называется, что присылает уборщиц задешево - присылал каждый раз дядю Толю - какая дивная была бы история. Они бы с Гулей тут славно тусили, а я бы сидела в кафе с комьютером, ожидая, что они закончат. А через неделю снова придут - потому что все снова ломается. Это ж Питер, а на дворе Калиюга.

Люди, делающие у себя в квартире йогу, вызывают у меня оторопь, переходящую в ужас. Ведь понятно же всем, что они, по-любому, киборги, инопланетные диверсанты и аватары биологических тел, только притворяющиеся настоящими. Вот, допустим: вот эта баба с круглой жопой, призывно торчащей вверх, словно гравитация не нее и не действует. Да если нормальный человек попробует лечь на палас всем телом, а жопу-то выставить чуть повыше - в неустойствое положение - то человека притянет к паласу, потому что на Земле вот такие законы. К тому же, у настоящих-то баб в жопе находится центр тяжести. Ну, не может человечья самка свою жопу на весу три минуты держать, словно жопа в глубоком космусе. И вот вы скажете: мол, Алена. А Алена - это, разумеется, я. Алена, это у тебя жопа центр тяжести, а бывают легковесные такие гражданки, у которых в жопе гуляет ветер, но не как у тебя - прям торнадо, а легкомысленный такой ветерок. И поэтому они кверху жопами отовсюду вообще торчат - из паласов, их грядок, из супружеских ложей. А я на это вам отвечу: я пробовала. Вот проснулась в шесть тридцать. Капучину сварила. Не из тыквы, я очень немодная. Съела жирный бутерброд с колбасой. И подумала, что надо же йогу. И легла прямо в кухне на пол, приготовившись делать кошку мордою вниз, жопой кверху. А у меня еще теплый пол. Если вы меня читаете - помните. Он прям настолько за ночь нагревается, что можно, в целом, картошку пожарить. Понимаете, да? Тепло. И уютно, чтоб жопу выпячивать. Я поставила себе ролик с той бабой, которая кверху - и как усну! Прям на два часа дополнительных. На полу, после чашки кофе, охуительно прямо согревшись. Тут еще же приходит ноябрь, скоро спать будем жопа к жопе. И вот поэтому я - человек. А не киборг, не рептилоид. Не какая-то мутная слизь, залетевшая к вам из космуса. Можно верить мне. Можно жалеть. Присылать колбасу на праздник. И про жопу мою не пиздеть - она и в спящем виде прекрасна.

Когда вы спрашиваете меня, почему же я не осталась в южном Казахстане заниматься пиаром и рекламой, вы меня слишком переоцениваете. Что значит, не осталась? Можно подумать, меня там действительно кто-то хотел оставить. Я не справилась. Не врубилась. Не оценила полета мысли, широты рекламных возможностей и особой творческой призмы. И на старуху бывает проруха. И гениальность поддается обструкции. Рекомендую вам смотреть их рекламу - у них учиться и восхищаться. А то уж слишком мы тут выебываемся, располагая инструментарием. А вы попробуйте-ка с листа: буквально действенного в этом плане. И чистого, как дитячья слеза. Доброе утро всем тем, кто с нами.

Не знаю, пробовали ли вы хоть пару месяцев за всю жизнь не делать решительно ничего, я у вас никогда и не спрашивала. Но сама попробовала - и это затягивает. И выводы просятся неутешительные. Выяснилось, что 24 часа в сутки - это мало, критически мало. Не хватает времени ни на что. Причесаться и приготовить пожрать – это уже целых два удивительных подвига, занимающих все твои мысли. Иногда, чтобы причесаться, нужно несколько часов прокрастинировать, придумывая дела чуть попроще. Ну, вы же знаете этот тайм-менеджмент. Когда лягушку рекомендуется жрать по частям, начиная с мелкой жопки лягушечьей, постепенно готовясь к морде. Чем меньше делаешь - тем тебе похуй. Но я так никогда не жила - поэтому втесалась в этот опыт со всей своей прытью: спала по 18 часов, завтракала бокалом вина, ходила по дому в пижамных штанах и отрастила в волосах пару гнезд для страуса. Еще освоила кулинарию. Не представляете, что это для меня. Всю жизнь мечтая о тонкой талии - я доводила себя до того, что помидорки черри казались десертом - приторные и сладкие, будто ваш виноград – они казались запретным плодом. Но что я сделала в свои каникулы? В свои первые специальные, продуманные и спланированные безработные совершенно каникулы? Забила себя углеводами под завязку, распустившись по швам, как старая наволочка для подушки. Я пекла пироги. Я варила борщи. Я запекала в духовке уток, гусей, цесарок и даже свинину. У меня в доме завелась картошка - крахмальный ужас всех моих обычных диет. И я ее даже на масле жарила. Вы представляете себе такое? Я озаботилась домашним комфортом. Заказала себе ковров, занавесок, свечей, подставок, пижам и белья. Не вот этого гадкого - кружевного, которое второпях на жопу натягиваешь, а вот этого: креп-сатин, шелк, гостиничное элитное. Подушки, новые одеяла, пушистые плед, длинные носки. Я посмотрела все сериалы, которые выпустил HBO или чего вы там смотрите, Нетфликс? Ну, вот, ну, вот - я теперь тоже всё знаю. И на каком-то - то ли двадцатом, а то ли сотом - кто щас упомнит - за мной пришли. Взяли на работу. И начались мои гадкие выводы. Вдруг оказалось, что нужна дисциплина. Вдруг оказалось, что я не успеваю. А чтоб успеть - надо жить не так. А надо снова весь этот фитнесс, режим, английский, с утра - прогулки, диета жесткая вдруг внезапно - ну, потому что ты спать же хочешь, когда борща вночи наебнула, а тебе нужно пять статей отредачить. И вот поэтому в выходные в моей квартире звонит будильник. Не в десять, девять или даже в восемь. В шесть тридцать - только такое представьте. Поскольку надо выбросить картошку, успеть в 15 разных мест в субботу, иначе жизнь - это просто кроватка, башка нечесанная, борщ и утка. И постоянная, блядь, нехватка всех этих жизненных впечатлений. Серьезно, я даже не понимаю: я за себя щас немножко рада, или мне, все-таки, не хватило, каникул этих, чтобы забыться. Но делать нехуй, мне теперь нужны деньги. Нужно резать глаза и менять компьютер. Мне нужно как-то себя заставить уехать к морю на день рожденья. Не знаю, мне теперь очень нужно, чтоб в сутках было часов сто двадцать. Тогда я точно сумею, сдюжу. Ну, пусть сморщинюсь опять немножко, зато и талия снова будет. Пошла я выкину, все же, картошку.

А не подскажете, где на пенисе самое неожиданное место? Мне для подруги. Спасибо, доброе утро.

Или вот, прочитав про фенхель, меня стали спрашивать, а как мне, мол, патиссон. Да никак, ну помилуйте. Хилый, бледный. Какой-то весь очень сильно корявый. Угловатый, к тому же. Ну фу. Мне больше нравится этот, второй. Посочнее который. Как его? Джейкоб же? Сами вы кабачок.

Не, я вас достану. Это заговор кулинарого СЕЛЬДЕРЕЙХА! Они нас держат за дураков. Мы должны протестовать, мы должны сформировать рой. Кто против замены православного укропа на вражеский фенхель? Ставь класс, рассказать друзьям. Пиши в Спортлото и на Академика Королева 12.

Забавные сходства. Забавные! Пиздец, им кажется это забавным. Может, я вместо артишоков уже год жру себе чертополох? Это точно одно и то же, а не два охуительно разных растения, одно из которых - съедобное, а другое в Азбуке Вкуса продают для меня? А батат - это точно что-то отдельное? Может, я переплачиваю за репу с сахаром? А дайкон из «Дракона Красного» - это точно не кормовая брюква? А чо такое вообще пастернак? Это точно жрут, или прикол такой для тех, кто не шарит в поэзии? Ревень - чо это вообще блядь такое? Ревень, сука. Ну они же это придумали. Топинамбур - это откуда слово? Это же по-любому животное с хоботом? Только мерзкое и морщинистое. Ниже кошки и неприятное.

Утром написала вам: давайте праздновать - имея в виду свое полное обращение в женщину различных кулинарных талантов. А сейчас пишу: Галя, отмена. Не бывать мне в полной мере хозяюшкой. Что случилось? - спросит заботливый мой читатель. А вот что случилось: я только что выяснила, что цельный год с незначительным лихуем я заказывала в доставке вместо укропа фенхель. Вы вообще знали, что они различаются? Вы вообще знали, что это разные штуки-то? А я еще матушке своей в вайбер вопила: мол, мать моя! А вот всем ты была права! И пора мне траву в подоконник высаживать! Потому что покупная не пахнет ничем - хоть в руках ее три, хоть к жопе прилаживай. И матушка вторила мне: мол, отож! А укропчик-то родной с огорода-то? За километр же пахнет! Посади в подоконник и вернись в в родовое дерево! А это фенхель был. Он и не пахнет. Он вообще как бы пахнуть особо не должен. Он для корня, а не для верховных стеблей. Но у нас его красиво сажают в горшки и подписывают что это УКРОП блядь. Ну охуеть. Надо бы щас сходить и проверить, а отличаю ли я кинзу и петрушку. Может, и с этим есть какой-то пробел. Может, отъехала уже напрочь кукушка.

Вот и свершилось, давайте праздновать. Утренний курьер из Озона принес мне не духи за полсотни, чтоб вы заплакали. И не ажурные проститутошные трусы. Не вибратор, не чулки на подтяжках. Не портупею и не новое платье. Не ботинки от Swear или туфельки Чу. Не букет от поклонника неразгаданного. А было бы, кстати, неплохо. Хоть раз… Но тут-то я б и сама разрыдалась. Не вино. Не картину с корзиной. Не картонку, не собачонку. Не круасан вместе с кофе в стаканчике. Не стриптизера в наморднике кожаном и пушистых наручниках розовых. Не завещание от умершего родственника - в Калифорнии где-то желательно. Не новую визу шенген, не новую европейскую карточку. Не кабачок с огорода друга - вообразите себе степень моего одиночества. Не аспиринку от вчерашнего Зинфанделя. Не пиццу. Или суши хотя бы сраные. Курьер принес мне ебучую скалку. Вы представляете? Скалку для теста. Я сама ее заказала. Сама развернула, любовно чмокнула. Я теперь обладательница сраной скалки. И если вы решили, что это молодость, что я этой скалкой буду делать фистинги тем курьерам, что решили надо мной подшучивать, принося мне не то, что надобно - вы жесточайше во мне ошибаетесь. Я тут реально пеку пироги. А дальше - только сода в коробочке. В бутылке уксус и лук в чулке. Зачем-то я же чулки покупала? Катаю тесто стою на доске. Такая вот жизнь - больше никакая.

И кстати: пить стало совершенно немыслимо. Если раньше ты просто чуть сильней мимикрировала, соответствуя ожиданиям своего собутыльника - а наутро немного краснела от флешбеков, вспоминая вчерашние эпизоды уж особенно злого несооветствия когда надо было сделать вот так, а ты сделала вот так почему-то… То теперь из тебя лезет лютейшая хтонь, загораживающая всю твою личность. Кто сказал, что алкоголь обнажает суть, делая человека настоящим-то? Тот, пожалуй, и не пил никогда. До утра, разливая себя по бутылкам. Я пила, я могу на крови засвидетельствовать, что за бутылкой человек просто прячется. Нет его. Говорит алкоголь. Во Владивостоке уже девять вечера, а температура ощущается как плюс шестнадцать. Переходим к новостям экономики. Алкоголь стал порталом в метавселенную, в котором самый гнусный твой персонаж прискакал через разверзнутое нутро Зинфанделя - да и расселся вместо тебя на стульчик. Как человек-паук – к конченному арахнофобу буквально. Я, кстати, уверена, что у Питера Паркера где-то есть воплощение, которое реально падает в обморок при виде косиножки обосранной. То есть, по сути, становясь пауком - Паркер самоуничтожается от впечатлений. Ебать, паутина из рук, до свидания. Передайте таблеточек от инфаркта. Вот так и ко мне объективно приходит что-то страшное из альтернативной реальности. И начинает проводить эти конкурсы, увеселительные мероприятия и анимацию. Заполняет собою неловкие паузы, травит истории - не заткнется. Облегчает собутыльнику обстоятельства. Выдает ему с порога инструкцию, в которой прописано слово «расслабься», тебя тут ждали, под тебя подстроились. А посюсторонний аватар где-то спит. Он проснется наутро, охуевая. Вспомнит, что у него период безвременья. И будет баюкать косно_язычие - единственное вот это свое свое соответствие обстоятельствам места и времени. Когда суть твоя попросту молчит. И вся состоит из неловких пауз. Из обиды. Из скрытности. И из любви, убранной до весны в навесной чемоданчик, который и плечи уже оттянул, но не достается по всякому поводу. Потому что ну нехуй его доставать - на нем же ручки нет, как мы выяснили. А если выяснили - то хули пьем. Хули врем-то друг другу, заискивая.

Ну, и немного «доброго утра». Только что одна контора прислала мне спам в телегу. Реклама памятников надгробных. Взяли мою фотографию, вставили в виньетку, покрасили в сепию и налепили фотошопом на памятник. Цена там, куда обращаться. Скидка за раннее бронирование. Вы, когда рассказываете мне, как же, наверное, легко и приятно быть блогером - вспоминайте этот случай, пожалуйста. Да, вам тяжело, вам в восемь на работу. А мне в сорок два на кладбище. Тоже приятного мало.

А чо за тишина у меня в чате? Вы там работаете, или что? Прекращайте, а то я тоже продолжу. Роллы будете? Сама катала.